11. Когда-нибудь он поймет. (1/1)

Тепло вливалось в тебя большими порциями, заставляя почти умершее тело заново выстраивать порванные связи… шевелились ребра, вставая на место и срастаясь… содрогались легкие, выталкивая кровь.Живодерское лечение выкручивало тебя так, как никакая центрифуга не смогла бы.Но адская боль постепенно утекала из тебя, и вот ты уже можешь вдыхать воздух, а не миллионы острых раскаленных иголок.Кто же так неразумно тратит на тебя силы? Столько сил?Согрелись давно онемевшие губы.

Ощутили вкус и мягкость знакомых губ.Кот?!!Обхватив за плечи, ты его мягко отстранил, чтобы заглянуть в лицо. Но он бесчувственной куклой скатился с тебя. Только рука осталась лежать поперек твоей груди, будто обнимая.Открыв, наконец, глаза, ты увидел снег, что, медленно кружась, ложился белым одеялом. На алый снег, на деревья, на тебя… и на лежащего рядом Кота.

-Ни хрена себе…— послышалось сбоку.Поворот головы.Темные глаза, алая шапка с помпоном…Друг, щелкает в мозгу.

Нельзя.Парнишка смотрит широко раскрытыми глазами, медленно переводя потрясенный взгляд с тебя на твоего Кота. Вид взъерошенный… почти готов броситься. Но не прочь, а на тебя.-Он сказал, что ты о нем позаботишься…— Он скашивает обеспокоенные глаза в сторону друга, лежащего на снегу.

Подхватив того на руки, прижимаешь к груди. Удобно устраиваешь его голову на своем плече.Такой теплый, беззащитный и тихий…Ты мог его потерять навсегда сегодня.

Два раза. Один – из-за его глупости, другой —из-за своей.Поднимаешься.Странно. Но сил так много, что, кажется, ты можешь обнять весь мир… Она бурлит и клокочет внутри, требуя действий.

Необычное чувство наполненности и собственной целости пьянит, заставляя судорожно глотать холодный воздух, чтобы хоть чуть-чуть остыть.И мир весь… такой яркий. Такой четкий.Каждая деталь, каждый штрих… все так манит… притягивает взгляд…И парк уже не кажется зловещим… забавное местечко, как раз для шалостей, на которые тебя так тянет…Но ты отвлекся…Киваешь парню, что затаив дыхание ждет твоего ответа, он подрывается и встает рядом. Взглядом показывает направление.Ты видишь, как у него подрагивают пальцы от желания, коснуться Котаи понять, что тот жив.Ты чувствуешь как бьется его сердце. Не слышишь, а именно чувствуешь…-Он жив.— Говоришь ему, зная, как тяжела такая неопределенность.Кот твой, навсегда.А хорошие друзья еще никогда лишними не случались.Дорога была недолгой, сейчас Кот был для тебя не тяжелее ребенка. Ну… большого ребенка.Дом. Подъезд. Знакомая квартира.Парень, молча, помогает стянуть с Кота куртку и ботинки.

-С ним будет…-Все в порядке. Да.-Тогда я пошел в магазин.Ты удивлен. Он усмехается. Устало и грустно.-Термит сожрал весь сыр, когда придет в себя будет слишком голоден и зол. Тебе не понравится, поверь.-И сыр поможет?— сырный поедатель, значит?-Еще как. Лучшее лекарство от всех бед. В его случае.-Запомню.Он кивает и закрывает за собой дверь.Ты осматриваешься.С того момента, как ты ушел ничего не изменилось.То же трюмо в прихожей, те же смешные старенькие пуфики, полка для обуви, трехногая вешалка.И ярко синий пушистый ковер, абсолютно ни с чем не сочетающийся…Все так же несуразно, как сам твой Кошан. Зато забавно и уютно.Тащишь его в спальню, дорогу ты забыть не успел.

Уложив его на диван, стоящий посреди комнаты спинкой к двери, снова удивленно осматриваешься. Днем у тебя не было времени, да и желания…Комната большая… светлая. Со светлыми обоями неопределенно-молочного цвета и множеством небольших картин в резных рамках.Рядом с дверью, образуя коридорчик, стоит часть стенки советских времен, с большими зеркальными дверцами. За ним, в получившейся нише, двуспальная кровать с невозможно большим количеством яркихразноцветных подушек, подушечек и подушенций. И пушистым ковриком перед ней.В противоположной двери стене огромное окно с темно-синими портьерами. Справа компьютерный стол, полка с дисками. Слева стеклянная тумбочка с плазмой и центром.

На правой стене, примерно напротив дивана, огромное зеркало в тяжелой потемневшей и потрескавшейся от времени раме.

В нем ты показывал Коту его глаза…-Да уж…Скинув куртку, ты присаживаешься рядом с ним на диван, так, как еще недавно сидел он.

Он бледен и недвижим.

Вот ведь неуемное существо. Сумел найти и спасти… Рискуя собой.Единственным способом, который ты успел к нему применить. Который вообще, вроде как, не существует…Со вздохом ты наклоняешься ниже. Так, что на его носу различаешь едва видимые рыжие веснушки. И маленькую родинку в уголке глаза.Обхватив его лицо ладонями, легко касаешься его губ. Возвращаешь то, что принадлежит ему.Отстраняешься.Смотришь. Ждешь.-Чеерт…— стонет он, вскидывая руку и прикладывая ее ко лбу.— Ну и со…Резко распахивает свои огромные глазищи… открывает рот, чтобы что-то сказать.

Закрывает.Снова открывает.Ты улыбаешься. Легко щелкаешь его по носу.

Фыркает.Словно извиняясь, нежно разглаживаешь хмурую морщинку меж бровей. Гладишь его по щеке кончиками пальцев, и вдруг начинаешь смеяться.На душе легко и свободно, словно летишь высоко-высоко, а рядом тот, кому принадлежит весь твой мир.Твое чудовище хитро прищурившись улыбается в ответ. А потом, схватив за ворот, тянет к себе и впивается в твой рот жадным поцелуем. Целует торопливо и жестко, то прикусывая губы и кончик языка, то забираясь глубже, лаская небо. Ты наслаждаешься его вкусом, дикими ласками, давая ему возможность покорять…Когда-нибудь он поймет, что ты на самом деле принадлежишь ему…