Подари мне свое имя (1/1)
- Подари…Голос у Джима хоть и просящий, но уверенный, не терпящий возражений.- Зачем тебе, Джеймс?- Буду носить.- Это слишком сентиментально. – Полковник качает головой.Так всегда. «Подари». Подари все свое свободное время, подари свою жизнь, подари себя, подари все свои чертовы мысли.В ответ – улыбка.И то, не всегда.Тонкие пальцы прикасаются к шее, проходясь вдоль цепочки с жетонами.- Бас, подари, – склоняется к уху, обдавая кожу горячим дыханием. – На удачу…Зачем тебе удача, чертов гений? Вместо удачи у тебя холодный расчет и я. Это сочетание тебя никогда не подводит, в отличие от переменчивой госпожи Удачи.- Ну не на удачу, - будто мысли читает, засранец. – На счастье.Для счастья тебе хватает зарезать парочку шлюх и выпить чашку горячего шоколада.Ты просто хочешь, чтоб у меня не осталось ничего моего. Я знаю. А ты знаешь, что я знаю, но это не мешает тебе настойчиво нудить у меня над ухом.У меня и нет больше ничего.Поэтому ты ноешь «Подари…».Ты даже таскаешь мои футболки и с гордым видом рассекаешь в них, откровенно тебе великоватых, по квартире.Можно было бы подумать, что ты зациклен на мне. Одержим.Но, думаю, нет. Все дело в полном контроле.Ты так любишь все контролировать.Ты никогда не скажешь мне «Отдай». Ты всегда говоришь «Подари», оставляя издевательскую иллюзию свободы выбора. Которой, на самом деле, у меня нет. Есть только возможность тянуть время, потому что ты в данном вопросе на редкость терпелив. Тебе почему-то нужно мое добровольное согласие.
Как же я ненавижу это твое «Подари».Меня и так почти не осталось – все в тебе, все для тебя.
И ты наверняка повесишь на мою шею что-нибудь взамен, да? Ты всегда так делаешь. Забирая у меня все – даешь взамен какую-то мелочь. Которой я, блядь, рад.Не знаю только, что ты сделаешь, когда я наконец-то подарю тебе свою жизнь. Принесешь цветы на могилу? Наверное. Какие-нибудь чертовы белые лилии, как всегда забыв, что я их терпеть не могу.Хотя мне, конечно, будет уже все равно.- Зачем, Джеймс? На них мое имя. Мое.Улыбаешься этой своей сумасшедшей улыбкой, гладишь холодными пальцами мою шею. Всегда холодные пальцы. Почти всегда. Кроме тех моментов, когда твое гибкое тело, распластанное подо мной, изгибается в предчувствии скорого оргазма. Тогда твои пальцы горячие. Твои руки горячие. Ты весь как расплавленный слиток серебра – горячий, невероятно красивый.Но сейчас пальцы холодные и улыбка безумная.И опять: «Подари».Я знаю, что ты хочешь сказать.«Подари мне себя. Отдай мне себя. Растворись, исчезни. Будь всегда со мной. Будь моим».Почему тебе для этого нужно меня уничтожить?Почему ты не можешь попросить нормально?Почему ты ничего не можешь сделать нормально?Хватаюсь пальцами за цепь, не давая стянуть ее с шеи.- Себ, ну пожалуйста, - опять этот умоляющий голосок режет слух; а пальцы все настойчивее дергают за цепь, - тебе жалко что ли?Да мне не жалко. Я никогда ничего для тебя не жалел, в том числе и своей жизни, которую я отдал тебе, не пожалел. С тех пор я марионетка в твоих руках. И я это признаю. Тряпичная кукла с переломанными конечностями и изгрызенной крысами душой. Таким в итоге ты хочешь меня видеть? Ну почему ты хочешь отнять единственное, что принадлежит мне? Почему ты такой собственник?- Перестань, Джим, - отвечаю строго, четко, - не отдам, это – мое.Твое лицо тут же искажается недовольной гримаской, ты зло щуришь глаза. Тебе не идет – когда ты так щуришься от уголков глаз к вискам разбегается сеть морщинок и ты выглядишь старше. И даже злее, чем ты есть на самом деле.
- Отдашь, куда ты денешься.Отрицательно качаю головой.- Да, - киваешь,- ты не можешь мне отказать.Мерзавец, ведь ты прав. Я никогда не смогу тебе отказать. Порой сам себя за это ненавижу…Хотя, Джеймсу, навряд ли кто-то посмеет сказать нет, а если и посмеет то тут же окажется …исход понятен.Наверное я уже привык к его приказам. Я привык на них отвечать уже машинально и ответ всегда простой: «Да. Будет сделано. Так точно».Молчу.- Басти, ну прекрати ломаться, ну подари, - продолжаешь несильнодергать за цепь, которая неприятно царапает кожу.Напряженно выдыхаю, укоризненно смотрю на тебя. Знаю что не подействует…- Прошу, перестань, - хватаю за запястье, пытаясь убрать руку от своих жетонов. Ты какребенок. Тебе нужна игрушка. Чья-то привязанность. Чтобы ты смог разбить ее вдребезги.- Ты же знаешь, что не перестану, - сопротивляешься, настаивая на своем, - подари и все, я разве что-то еще прошу?А что, разве не просишь? Да просто ничего больше не осталось.Да моя жизнь состоит из одних: « Сделай. Выполни. Принеси. Убей. Притащи свою задницу ко мне»Все по порядку. Все как обычно.- Не хочу, я уже сказал, что это лишь мое, - стараюсь держаться, ибо это уже начинает бесить.- Ну что изменится, если я их заберу?Что?Я буду чувствовать себя без какой-либо частички… частички собственного тела. Будто что-то исчезает в душе, а на ее месте образуется черная дыра, которая разрастается еще больше и больше.
Отсутствие оси координат. Точки отсчета. Представляю…Открываю утром глаза и… кто я? Кукла с переломанными конечностями… Без имени. Без мыслей. Без собственного мнения.Ну почему меня надо лишать единственного, что я имею?- Ты же не будешь их носить, -обреченно отвечаю с нотками грусти в голосе, -сейчас оденешь, а завтра выкинешь. Мотаешь головой, умоляюще заглядываешь в глаза снизу наверх.- Не сниму, - быстро отвечаешь, убеждая, - не сниму никогда.Поджимаю губы, задумываясь.Пятьдесят на пятьдесят.Смутные сомнения еще терзают душу.Видишь, что я уже почти готовенький. Самодовольно ухмыляешься своей обычной хитрой улыбкой и убираешь руку.- Я не сказал, что отдам, - прикасаюсь к цепочке, проводя по ней пальцами.- Значит скажи.Провожу пальцем по самому жетону, ощущая гравировку своего имени.- Ненавижу тебя, - снимаю цепь со своей шеи, притягиваю твое тощенькое тельце к себе, вцепившись в футболку, вешаю цепочку тебе на шею.
- Снимешь – убью.
Усмехаешься. Совершенно меня не боишься, дрянь.