1 часть (1/1)

Когда закрылась гастрольная версия, они вздохнули с облегчением.Она?— потому что не надо отныне лепить из себя великую актрису.Он?— потому что надоело мотаться по стране и неделями не видеть детей.А ещё?— потому что они наконец-то перестанут быть партнёрами по спектаклю.И пусть впереди маячил непочатый край совместной работы: ввод новых сцен, продвижение краудфандинговой кампании, репетиции ?Перезагрузки?.Ничего. Справятся друг с другом. Как-нибудь.Раньше они часто навещали друг друга по поводу и без. Теперь она заглядывала к нему только с кем-нибудь за компанию?— ей повезло, что Антон никогда не был излишне любопытным. Теперь он при необходимости писал ей в соцсетях?— так гораздо оперативнее, и каждый сохраняет свои личные время и пространство.Он первым вышел в эфир на YouTube. Признался, что завален режиссёрской работой и не планирует участвовать в новой постановке как артист. Может, через год или полтора...Вторым стал её эфир. Она уверяла, что всегда будет на подхвате, но сейчас уступит свою роль ?приглашённой звезде?. В конце концов, у неё ведь есть и личные планы...На людях они по-прежнему подкалывали друг друга, смеялись над общими шутками и демонстрировали привычное дружелюбие. Чтобы разбежаться по разным углам, едва их оставляли наедине.Антон действительно никогда не любил задавать вопросы. Зато у него очень прозорливая жена.—?А вы часом не поругались?—?Нет, а что?Саша искренне старалась не замечать странных перемен и вполне резонно считала, что взрослые люди со всем могут разобраться сами. Зато Серёга Смолин, будь он неладен, однажды отличился тактичностью.—?Ты с ней поцапался, что ли?—?Нет, с чего ты взял?—?Ну, я же вижу.Я. Же. Вижу.Нет, с ними?всё в полном порядке.Просто она твёрдо убеждена, что заигралась в Крисанию. Она и вправду уже не молодая девочка. Даже фанаты стали осторожно (и не очень) намекать на возраст.Просто ему на самом деле давно пора определиться со своим амплуа в этом проекте. Он три года жил на поводу?у проснувшегося после ?Леге Артис? режиссерского голода и у ждавших его в главной роли зрителей. Так недалеко до дурки. Или кладбища.Просто она?— любительница, попавшая в театр с ролевого полигона. Пусть и была самой прилежной его ученицей.Просто ему для новой постановки нужны не вокалисты, владеющие азами актёрского мастерства, а актёры, способные петь.Просто долгое партнерство может кого угодно утомить, правда?Просто.Он ли её палач?Отнюдь.Её палач?— песочные часы в его зрачках.Она ли остановила его?Отнюдь.Он сам от нее отрёкся.Просто им не хочется признаваться.Она до сих пор мечтает спеть вновь?— с ним.Он с нетерпением ждёт, когда пройдут эти проклятые ?год-полтора?. Когда ?Перезагрузку? перестанет лихорадить от всяких неурядиц?— технических форс-мажоров, конфликтов в команде, его собственного неутомимого стремления сделать стационарную версию ещё лучше. Когда можно будет скинуть эту глыбу с плеч, вновь надеть седой парик и мантию, взять в руки посох... и её ладонь.Они никогда не ругались.Просто однажды им стало страшно вдвоём.Страшно, когда фанатов восхищала их слишком правдоподобная игра.Страшно, когда в паре с другими и у нее, и у него получалось не то.Страшно, когда он, увлёкшись стримингом, всегда приглашал первой гостьей её.Страшно, когда она стала пропускать звонки супруга, потому что забывала о времени в творческих спорах с ним.Страшно, когда Антон на концерте в последний момент уступил ему арию. В последний момент она предложила вновь разделить с ним куплет. В последний момент он поддался порыву и поцеловал её в висок.Потом он будет напоминать всем, что счастливо женат. В первую очередь, самому себе.Потом она будет при каждом удобном случае говорить, что без ума от мужа. Чтобы всегда самой об этом помнить.Страшно, когда крепко любишь свою семью?— и вдруг в сердце появляется ещё немного места. Для другого. Для них.Страшно, когда вживаешься в роль так, что бредишь партнёром наяву.Страшно.Однажды они сорвутся.Однажды обоим придётся провести вечер ?на подхвате?.По привычке режиссёр перед показом всем раздаст указания, а автор либретто?— всем напомнит про текст.Потом они вновь наконец-то станут партнёрами.Он наденет седой парик и мантию, возьмёт в руки посох и её ладонь.Она рассмеется над песочными часами в его зрачках так, что они треснут.А после спектакля...После спектакля они выйдут на поклон, умело скрывая натянутые улыбки, а в пёстрой толпе фанзоны будут украдкой глазами выискивать друг друга.После спектакля её муж пожмёт ему руку, а его жена пришлёт ей фото их поцелуя в обрамлении умиляющихся смайликов.После спектакля никто не заметит, как они затеряются в радостной суматохе.После спектакля на две минуты одна гримёрка окажется заперта.Горячими губами согревая холодный висок он спросит — что нам делать? Продрогшими пальцами слушая чужое сердце она ответит — я не знаю.