4 (1/1)

На этот раз подо мной ничего не качалось и не кренилось, рискуя свалиться куда-то в песочные дюны. Всё стояло на месте, а кожу приятно холодил ночной воздух с запахом соли и лёгкой сырости. Я не стал осматриваться, продолжая пребывать в приятной темноте. Редко когда мне удаётся в ней побыть. Тем более что двигаться вообще не хочется — я лежу на чём-то очень тёплом и уютном. Если не учитывать того, что это "чём-то" перебирает мои волосы пальцами, то всё очень даже прилично. Колени Рава я уже, кажется, узнаю из тысячи колен. И эта его привычка лапать мои волосы… ему руки некуда больше деть? Странный какой-то. Впрочем, не удивительно, что он странный — он же не эльф. Я понятия не имею, кто именно, но однозначно создание он древнее. И бессмертное, что я почувствовал ещё во дворце. Жаль, что о культуре и верованиях своего народа я знаю только по книжкам, которых у меня было валом и… которые спалил Бара. Я не могу с полной уверенностью сказать на кого похож Рава. Ранее я не встречал никого из своего народа кроме амил. А, так как в этих землях магии нет как таковой... не учитывая меня, я даже представления не имею на кого нарвался. Было бы с чем сравнивать..— Послушным ты мне нравишься больше. — раздалось у меня над головой.Я лишь фыркнул. А затем уже привычно приподнял тёмную завесу, закрывающую меня от окружающего мира, и увидел, что мы находимся в пещерах. Он всё-таки послушал моего совета. Приятно, конечно, но если это был способ войти в доверие, то он прогорел. В темноте эльфы видят неважно, это всем известно, но моё зрение было иного рода, поэтому я разглядел неровные стены, имеющие полукруглую форму. Пещера червём уходила куда-то под землю. Рава сидел на небольшом ровном участке, прислонившись спиной к другой стене, а я лежал у него на коленях, укрытый его же плащом. Где-то дальше обустроились другие эльфы на таких же ровных участках. Чем дальше пещера уходила, тем более наклонным становился спуск. Я подозревал, что через несколько сотен лест* спуск становился и вовсе вертикальным. Это место мне незнакомо. Следовательно — мы уже близко к границе.— Что там? — спросил я, имея в виду глубь пещеры.Рава приоткрыл глаза и посмотрел на меня сверху вниз. Его пальцы не прекращали движения в моих волосах. Это уже похоже на одержимость…— Манду*. — ответил Рава.Несколько мгновений мне потребовалось, чтоб осознать то, что он только что сказал, а затем я попытался резко сесть, но меня остановили сильные руки.— Ты с ума сошёл?! — прошипел я как можно тише, чтоб не привлекать к себе внимание остальных — Какого раука* ты привёл сюда своих людей?!..— Тише, тише… — Рава тихо рассмеялся.Я хотел донести до этого гронда*, что он поступил просто крайне безответственно, приведя всех своих людей — и меня! — в место рождения земной энергии. В местах, подобных этому, магия выходила из под контроля настолько, что могла попросту убить того, кто её и использует. Слишком большое количество энергии, сконцентрированное в одном месте, убивало на долгие столетия сильнейшие артефакты, могло разорвать на части дракона, который бы даже и глазом моргнуть не успел, не говоря уже о том, чтоб махнуть хвостом. Такие места нужно обходить десятой дорогой, а не оставаться в них на ночь! И то, что все мы ещё живы, заслуга богов, которые прокляли это место. Их проклятие и сдерживает энергию, затаившуюся здесь. Только представить, сколько её накопилось за всё это время и начинает заранее колотить в предсмертной агонии. Я бы всё это с удовольствием высказал Рава и всем окружающим, но он рывком прижал меня к своей груди и я уткнулся лицом в его шею. Чтоб я не смел вякать, он ещё и положил на мой затылок руку, удерживая мою голову в таком положении. Я бы укусил его, но что-то остановило. Думаю, это был мой инстинкт самосохранения.— Ты… с ума..м.. сошёл?! — повторил я, но уже в шею Рава, так как он отказывался отпускать мою голову — Ты!..— Не дёргайся, титта*. — хмыкнул чёрноволосый.Я злобно зарычал на него. Идти на такой риск! И ради чего?!.. Эльфы могли заночевать и под открытым небом! Тем более что ночью песчаных бурь нет. Почему я был уверен, что сейчас ночь? Ветер был намного прохладнее, чем днём.— Не будешь дёргаться и пищать, так уж и быть, я объясню тебе, почему мы здесь. — сказал Рава и начал подниматься, утаскивая меня за собой.Я не сопротивлялся, всё ещё прижатый к его груди. В очередной раз вдохнув прохладный пещерный воздух, я едва устоял на ногах. Голова пошла кругом, ноги подкосились и, если бы Рава не держал меня в кольце своих рук, то я бы упал.— Вот к чему приводит пренебрежение едой, титта. — сказал чёрноволосый, едва ли не на руках таща меня к выходу из пещеры.Я вцепился в него довольно слабой хваткой, учитывая то, что едва мог сам стоять. По телу разлилась противная слабость, которую хотелось прогнать. А я действительно не ел уже порядка шести дней, если не больше. Только пил воду и то, что давали. Но к еде не прикасался…Рава вывел меня из пещеры — хотя, скорее, вынес — и усадил на ближайший камень. В уши сразу же ударил звук льющейся воды. Я бы сейчас с удовольствием искупался бы. Убедившись в том, что с камня падать я не собираюсь, чёрноволосый бесшумно скрылся в темноте. Я не уследил, где именно. Надо мной развернулось синее звёздное небо. Звёзды здесь были другими и знакомых созвездий я практически не находил. До границы действительно очень близко. Будет странно покинуть наконец эти пески и увидеть что-то кроме них. А если представить, как я буду приспосабливаться к другому климату…я же привык к подобной жаре. Буду мёрзнуть, не иначе. Эльфы не любят холод, но и жару тоже. Вернее, не так… холод мы не любим сами по себе, а жару — очень плохо переносим. Да, так правильней.Пока Рава не пришёл, я решил осмотреться. Сейчас моих сил хватало, чтоб осмотреть окрестности с высоты птичьего полёта. Конечно, так далеко я не стал заходить. Ещё там и останусь от непривычки… Пещера, в которую меня теперь было не затащить никакими силами, находилась в центре довольно обширного оазиса, плавно перетекающего в скалистую местность перед границей. В нескольких десятках лестах от меня находилось небольшое озерцо с невысоким водопадом. Он образовался за счёт каменного холмика и широкого выступа перед ямой, которой и являлось озеро по своей сути. Дно у озера было каменистым, что меня удивило. И вода не была пресной. Она была солёной. Я давно уже не слышал запаха солёной воды. В последний раз мне посчастливилось искупаться в ней в один из дней, когда мы с амил отправились к северной границе за травами. Там было озерцо в десять раз большее по размерам, чем это…Я отвлёкся от созерцанияозера. Граница. Я её не видел, но интуитивно догадывался, где она. Такое почувствовать не сложно: она напоминает глухой стеклянный купол, уходящий глубоко под землю и высоко в небо. Ни одной трещины, ни одной бреши... но есть выход, о котором знают не все. Хоть проклятие богов и не удерживает в этих землях странников и тех, кто здесь не рождался, люди песков, как называла амил здешних жителей, не могут покинуть эти земли. Они обречены коротать свои жизни здесь, пока проклятие богов не ослабнет, что маловероятно, или пока кто-то не искупит вину. Мне не хотелось думать о том, какое будет искупление. Боги песков никогда не отличались… человечностью. Сколько я перечитал про них книг,ни в одной не указывалось ничего, кроме обрядов в виде человеческих жертвоприношений. Реже, богам преподносили кровь девственниц, что банально и заезжено, и, уж тем более знакомо, для любых богов. И совсем новостью являлись жертвоприношения в виде животных. Они не пользовались особой популярностью, потому что, обычно, под "животными" понимали золотогрифых драконов* или трёхглавых уи*. За неимением оных в наши времена или их редчайшим количеством вне песков, подобные жертвоприношения и прекратились. В остальном богов ублажали, иногда, девственницами, только живыми, и.. новорождёнными. Обязательно слепыми, чтоб они не раздражали богов своими криками, когда увидят их… В общем, сам народ и здешние боги мне не нравились. Но земли сами по себе не плохи… были таковыми до проклятия.Со стороны послышался шорох ткани и через мгновение Рава уже присел напротив меня, разворачивая на своих коленях свёрток с едой. Я невольно следил за его движениями. Именно в этот момент мой организм напомнил мне, что я неблагодарный варвар, который не следит за своим здоровьем. У меня было оправдание на все случаи жизни…Рава взял меня за руку — довольно неожиданно, так что я вздрогнул — и насильно ссадил меня на траву. Здесь трава была, но не густая. Впрочем, это лучше, чем песок. Он мне уже надоел ужасно. Я смотрю на еду в свёртке и желудок сводит судорогой. Не дожидаясь "приглашения" на трапезу я хватаю со свёртка первое, что попадается в руки. А это оказывается красный, с мою ладонь фрукт… кажется. Кожица у него мягкая и бархатная. Он абсолютно ровный, без единой вмятины или царапины. Чем-то похож на яблоко, но не то… Я поднёс плод к губам и, почувствовав сладкий будто бы ягодный аромат, укусил. Тут же в рот попал кисловатый сок. Мне понравилось. Как-то со стороны я услышал хмыканье Рава, но не обратил на это внимания. Фрукт был сочным, сладким, но не приторным, с приятной кислинкой и в нём не было мелких косточек, которые заменяла одна в центре плода.— Как это называется? — спросил я, слизывая с пальцев кислый сок.Я заметил, что Рава как-то странно смотрит на меня и пальцы облизывать перестал. Что я мог сделать ему, если вдруг он захочет меня взять? Да ничего… возможно, я ещё ни разу не пытался сопротивляться ему серьёзно, но того, кто сильнее меня в разы, я различу сразу. И Рава был сильней. Он был намного сильнее меня и каждого эльфа в этой пустыне.— Ялие*. — ответил Рава, всё ещё смотря на меня.Я перестал есть. Его взгляд мне не нравится. Очень. Такие же взгляды на меня кидали головорезы Бара. Ну… или почти такие же. В них было много похоти, дикого, звериного желания да и только. А во взгляде Рава проскальзывало что-то… он смотрел на меня будто на картину, оценивал, как произведение искусства. Это было бы лестно в несколько другой ситуации…— Почему его назвали так? — спросил я, имея в виду фрукт.Рава усмехнулся и наконец-то отвёл от меня взгляд, посмотрев на небо.— Среди эльфов ходил слух, что под деревом ялие когда-то давно погиб один принц. — сказал чёрноволосый, как-то задумчиво смотря на звёзды.Я украдкой откусил от фрукта новый кусочек. Благо, теперь мне не заглядывали в рот...— И? — спросил я, стараясь не чавкать.— У принца была возлюбленная. — продолжил Рава без особого интереса, насколько мне было видно — Она обнаружила своего любимого под деревом с белыми плодами…Я посмотрел на фрукт в своих руках. Он далеко не белый или это меня уже зрение подводит? Рава снова посмотрел на меня и хмыкнул. Я взглянул на него.— Для остальных ялие приносит белые плоды. — сказал он — А ты… да и я тоже, видим его в истинной форме — плод, пропитавшийся кровавыми слезами эльфийки, тоскующей об утерянной любви. Она плакала тринадцать дней, а затем, обессилев, умерла. Крови было много, кстати…Я сглотнул.— Откуда ты знаешь? — спросил я.Рава нехорошо так прищурился. В этот момент я начал задумываться о том, откуда берётся большинство подобных кровавых легенд о несчастной любви. Ведь, как и в каждом слухе, в легенде тоже есть толика правды. И пусть она искажена временем и многочисленными ушами, но общая суть всегда является неизменной — была эльфийка, был эльф, эльф умер…А вот уже причины и следствия перевираются на разный лад.

— Тот, кто ест плоды ялие, поминает кончину эльфа и его возлюбленной. — сказал Рава бесстрастно — Их феа* питаются сочувствием услышавших эту историю, чтоб навеки оставаться вместе в этом мире. Они боятся, что при перерождении в других телах уже не встретятся вновь.Я и правда посочувствовал парочке, но больше всего меня сейчас занимал чёрноволосый, сидящий напротив. Он не сводил с меня своих янтарных глаз и в темноте ночи они казались полыхающими огнями самой Моры*.— Ешь. — сказал Рава насмешливо — Мне тебя ещё купать.Я едва не подавился кусочком фрукта, который успел откусить.— Зачем меня "купать"?! — возмутился я, как мне казалось, вполне справедливо.— Утонешь. — фыркнул Рава — Из еды есть только фрукты и уже остывшая пустынная ящерица, если пожелаешь.Я так сморщился, что, кажется, мой ответ показался Рава однозначным.— Скоро мы будем за пределами песков. — сказал он — Вот тогда и сможешь сам в водичке плескаться. А пока — я буду твоей тенью.Я кашлянул, окинув Рава скептическим взглядом. На тень он не очень походил… Чёрноволосый протянул ко мне руку и, прежде чем я успел дёрнуться в сторону, коснулся пальцами уголка моих губ…стирая сок фрукта. Я, наверное, покраснел. Судя по выражению лица Рава — да, покраснел.

— Доедай уже. — сказал он — Иначе потащу в воду в одежде.Рава даже приподнялся на земле, чтоб доказать мне правдивость своих намерений. Я дёрнулся от него в сторону и, быстро начиная доедать фрукт, встал. Меня одарили насмешливым взглядом. Убрав фрукты, которые я уже не хотел есть, Рава кинул свёрток куда-то в траву и, предварительно взяв меня за левое запястье, пошёл к озеру. Я не сопротивлялся, лениво отмечая слабую боль. Следы от оков ещё до конца не сошли, хотя прошёл третий день, как с меня их сняли. А в остальном я чувствовал себя вполне ничего..Рава вёл меня в темноте между редких высоких камней и густых кустов с жёлтыми цветами и иногда ягодами. На сочные с виду синие плоды я уже положил глаз. Они, должно быть, либо слишком сладкие, либо слишком кислые, но вполне могли бы сгодиться для лёгкого завтрака утром.— Эти ягоды ядовиты. — сказал Рава.Я тут же отвёл взгляд от кустов.— В них парализующий яд. — продолжил чёрноволосый — Одной такой ягодки хватит для того, чтоб ты провалялся без движения десять лет. А эти жёлтые цветы днём испускают пыльцу, которая въедается в глаза и приводит к слепоте… правда, тебе-то это не грозит.— Почему ты решил остановиться здесь?! — спросил я, немало разозлившись — Это же едва ли не самое опасное место во всех песках?— Именно поэтому мы и остановились здесь. — спокойно ответил Рава и коротко посмотрел на меня — Сюда преследователи не сунут нос, а у нас останется преимущество, пока они будут обходить каменный грот. В целом мы выиграем порядка шестнадцати часов и, к тому времени, когда они достигнут границы, мы будем уже далеко отсюда…— Какие ещё преследователи? — удивился я — Тебя преследуют?— Маиа*.. — простонал Рава, запрокинув голову назад и остановившись как раз возле озёрного берега – Неужто ты думаешь, что я оставил бы после себя охотных преследовать нас?!.. Титта, ты поражаешь меня своей недогадливостью…— Преследуют меня? — я обошёл Рава, чтоб заглянуть ему в лицо — Кто? Кому это нужно?— Тому, кто знает истинную силу твоих глаз. — сказал Рава.Его рука потянулась ко мне и пальцы прочертили дугу над моими бровями. Я невольно вздрогнул. От этого прикосновения под веками как-то странно запекло.— Ты ценнее, чем думаешь. — сказал чёрноволосый — И твои глаза, с тобой в придачу или на цепочке без тебя, хочет заполучить каждый, кто хоть немного разбирается в магии иллюзий и истинности сущностей предметов.Я скривился. Вот уж что, а быть коллекционным артефактом я не хотел. Рава, похоже, моё мнение поддерживал. Он скорее удавит каждого, кто попытается меня у него отобрать… я бы радовался, если бы не знал, что сам-то я ему нужен ещё для каких-то личных целей.Неожиданно я понял, что обе руки Рава переместились на мои плечи и мягко скользнули вниз, а затем плавно на спину и чуть ниже поясницы. Я замер, как статуя, не смея даже пошевелиться. От его прикосновений меня пробрало на лёгкую дрожь. И я, хоть убейте, не мог понять из-за чего. Его глаза, так же, как и лицо, оказались очень-очень близко и мне даже показалось, что я разглядел в чёрном зрачке спираль Аирэ*. Черты его лица смазались, так близко он стоял ко мне. А когда наши тела соприкоснулись, меня прошибло не слабым разрядом и руки как-то самовольно вскинулись, чтоб оттолкнуть его. Но я не успел. Ладони предательски скользнули по гладкой материи одеяния на его плечах, а пальцы запутались в его волосах. Рука, скользнувшая по моей спине не дала мне отстраниться. Я почувствовал, как пальцы скомкали ткань одеяния в районе шнуровки. Она шла до середины спины.. А затем он потянул за шнурок, распуская узел. Его глаза смотрели прямо на мои закрытые веки и я едва сдержался, чтоб не открыть их. Вторая рука задрала длинное одеяние на мне. Под ним была ещё та самая шёлковая юбка, но это мало успокаивало. Он наклонился ко мне и, мазнув губами по моей щеке, неожиданно прихватил зубами мочку моего уха. Я тихо вскрикнул. Это больно, когда под кожу продета игла — серьги я так и не удосужился снять. Во-первых, я не знал как. А во-вторых.. позволять кому-то это делать казалось мне.. постыдным?.. Его язык заскользил по коже, горячий и влажный. Он втянул в рот мочку, игнорируя кольцо и не слабо прикусил иглу, которая пронзала плоть. Что-то едва слышно щёлкнуло и в следующий момент серьга крупной каплей упала вниз. Тоже самое он повторил и со вторым ухом. Я в это время стоял всё так же, не шевелясь и ощущая, как расходится шнуровка на спине. Почему я позволял ему делать это? Если бы я позвал на помощь, его бы, во-первых, никто б и не подумал останавливать, а во-вторых — не смог бы. Да и кроме этого мне было… стыдно. Среди их подданных я и так прослыл дворцовой хоор*.Сползшее с моих плеч одеяние упало вниз с тихим шорохом. Чуть прохладные руки прошли по моей спине чередой парящих прикосновений, остановившись на низком поясе юбки. Я невольно напрягся. Не то, чтобы до этого момента я был расслаблен, но какая-то спасительная иллюзия нереальности происходящего, заставляла верить в то, что я сейчас проснусь… сейчас же всё было даже слишком реально. Он заскользил ладонями сначала по моим ягодицам, а затем выше, переходя на бёдра. Почти сразу он остановился, видимо, нащупав застёжку, которой я так и не нашёл. Он провёл пальцами по моим бёдрам, чуть комкая гладкую ткань. Я почувствовал, как пояс юбки ещё больше ослаб. Мгновение — она лежит в моих ногах так же, как и одеяние. Его руки накрыли мои уже голые бёдра и он не сильно толкнул меня назад, заставляя переступить через ворох одежды и попятиться назад. На миг его лицо показалось из моих волос, в которые он зарылся с головой. Я разглядел насмешливую улыбку и..Прохладная вода заставила громко вскрикнуть. Звук взметнулся высоко в небо, будто заставив содрогнуться звёзды. На одно короткое мгновение для меня всё исчезло, когда я упал в воду с головой. А затем пространство заискрилось серебряными переливами. Я задержался под водой, ощущая на лице и теле прикосновения собственных волос. Это озеро… вернее, вода в нём, имеет какое-то целебное свойство. Оно не глубокое — три лест на вырост, а дно каменистое. Сотни мелких синих камушков светились особенно ярко, голубоватым светом. Я нырнул глубже и, поддавшись странному порыву, коснулся пальцами чуть шершавой каменистой поверхности. Под моим прикосновением вспыхнул короткий импульс. А затем ещё, и ещё, разносясь по всему дну и захватывая всё больше пространства. Свечение потянулось по моим пальцам и я ощутил тепло. Оно перетекало в центр ладони и задерживалось там, концентрировалось тёплым, пульсирующим, живым шариком. Через мгновение это прекратилось, но импульсы не исчезли, а стали чаще и сильней. На моей ладони остался светящийся клубок. Свет был таким ярким, хоть и маленьким, что я не мог разглядеть за ним даже собственной ладони, которую начинало приятно покалывать. Клубок дрогнул, а затем стал просачиваться под кожу, сплетаясь с моей собственной жизненной энергией. Я чувствовал, как тепло струилось по телу, распространяясь всё больше, и больше…А затем всё резко прекратилось, когда чья-то рука насильно выдернула меня на поверхность. Я рвано вдохнул воздух и закашлялся, отплёвываясь от воды. Рава смотрел на меня, как на умалишённого. Так сам же меня толкнул в воду!— Ты там заснуть решил? — спросил он.Я непонимающе приподнял брови. А разве не видно было, что я делал? А что я, собственно делал? Впитывал свет камней со дна озера?.. Неправдоподобно звучит.— Ты застыл, как каменное изваяние. — фыркнул Рава — Мне нужно было предупредить, перед тем, как толкать?— Да, желательно. — взъелся я, отплывая от него на несколько лест.Рава насмешливо хмыкнул и снова подплыл ко мне. И тут только я понял, что он без одежды. Вообще. Как и я, впрочем. Его руки обвились вокруг моей талии и я дёрнулся, но приподнятая в знак вопроса бровь меня остановила. Рава увлёк меня за собой, к стене водопада, не прекращая сверлить взглядом. Я мог поклясться, что он специально устроил это… раздевание. Сейчас я послушно не вырывался, тем не менее, стараясь не касаться его под водой. Ладонями я упирался в его запястья, чтоб хоть как-то, если что, контролировать его прикосновения. Он подплыл совсем близко к водопаду и я почувствовал под ногами каменистый выступ. Но Рава всё равно не отпустил меня и, попятившись к льющейся сверху стене воды, первым шагнул под неё, утаскивая меня за собой. Я зажмурился, чтоб вода не попала под веки и тряхнул головой, откидывая с лица мокрые волосы. Давление чуть тёплой воды, упавшей на мои плечи, заставило меня едва не сложиться пополам. Рава удержал меня за плечи и резко притянул к себе. Давление так же резко прекратилось и я рискнул осмотреться. Мы оказались в довольно просторной пещерке с плоским, каменным дном. Оно переливалось голубоватым светом и освещало всё вокруг. Вода заканчивалась на границе с полукруглым каменным берегом, который уходил дальше в камень на несколько лест и в высоту не больше двух. К нему меня и повёл Рава. Он остановился только тогда, когда упёрся в камень спиной. Миг и мы поменялись местами и уже моей кожи коснулся шершавый и острый по краям берег. Я с опаской поглядывал на чёрноволосого, ожидая его дальнейших действий. С мокрыми волосами, прилипшими к лицу, горящими огнём глазами и этой странной полуулыбкой на лице он казался мне древним… демоном или богом, который спустился к смертным забавы ради и нашёл себе отличную игрушку, коей и являлся я. Ну, да… меня же преподнесли ему, как Подарок…— Какие мы пугливые.. — протянул Рава, отпуская меня наконец и набирая в сложенные ладони воды, которую он с успехом опрокинул мне на голову.Я чуть поморщился, чувствуя, как влага стекает по моему лицу. Здесь вода была значительно теплее, чем в озере. Она будто подогревалась этим таким же тёплым камнем, а он, в свою очередь, от подземных лав, или от земной энергии. Кто его знает...— Если бы я хотел с тобой что-то сделать, то, поверь мне, сделал бы это ещё в пещере. — сказал Рава, начиная промывать моиволосы в воде и избавляя их от песка.— А почему бы не сделать сейчас? — спросил я, всё ещё не веря в его "благие" намерения.— Это предложение? — улыбнулся Рава.— Сааст*! — прошипел я.— Мм.. — чёрноволосый был, кажется, удивлён — Ты знаешь язык Древних*? А твоя амил была не так глупа..— Не смей говорить о моей амил, хиилим'а*! — вспыхнул я.Рава перестал улыбаться и довольно неожиданно для меня, надавил мне на плечи обеими руками, заставляя с головой уйти под воду. Я упал на колени, больно сбивая кожу о каменное дно. Длинные пальцы зарылись в мои волосы, несильно сжимая. Я ухватился за его запястья, но с колен подняться почему-то не смог. Хорошо, что вдохнуть хотя бы успел..— Kui teie keel on sind tappa*. — услышал я сквозь толщу воды.Его произношение меня поразило. Неприятно поразило. Так свободно разговаривать на языке Древних мог не каждый.. Но я отвлёкся. Воздуха стало не хватать и, через несколько мгновений после этого, Рава сильно потянул меня за волосы вверх, заставляя подняться с колен. Ноги меня не держали и поэтому я привалился к его груди, хрипло вдыхая и выдыхая воздух. Его руки освободились от моих волос и он приобнял меня за плечи. Я вдруг очень хорошо понял, что он может убить меня в любое время. Как только надоем..— А сейчас, титта, ты поможешь мне с моими волосами. — сказал Рава так, будто это не он секунду назад хотел утопить меня.Он отпустил меня и, повернувшись ко мне спиной, выжидательно застыл. Мне ничего не оставалось, как начать перебирать его длинные волосы, чёрной змеёй спускающиеся в воду. За этим занятием у меня возникло огромное желание так его дёрнуть, чтоб звёздочки перед глазами запрыгали, но я сдержался. Его гриву пришлось вымывать долго. В пустыне слишком много песка для таких волос. Я был в повозке и моим досталось меньше. Закончив, я опустил руки, сверля взглядом его сильную худую спину. Невольно я стал рассматривать его. Хоть вода и скрывала его по грудь, а мне доставала почти до шеи, я, со своим "зрением", прекрасно видел стройное, сильное тело с соблазнительными изгибами мышц. Он не был похож на рельефных титанов, у которых за мышцами и голова становится незаметной, но тело его было очень соблазнительным. И в чём-то странным.. мне казалось, что я вижу не всё. Снова захотелось открыть глаза, но я себя одёрнул, помятуя, чем это закончилось в первый и последний раз.Дорога назад была более быстрой. Вылезая на берег и чуть покачиваясь от лёгкой слабости я подставил тело лёгкому ветру, который гулял над оазисом, чтоб хоть немного просохнуть перед тем, как одеться. Рава так же не спешил облачаться в одеяние. Он нагло глазел на меня, но, на этот раз, я старался не обращать на это внимания. Я вообще, можно было сказать, обиделся на него.. Да, обиделся. Как глупо. Он, ведь, сам предупреждал меня..— Мы выходим на рассвете. — сказал Рава и я услышал шорох одежд — До него примерно час. У тебя есть время высохнуть.. Все фрукты здесь непригодны для пищи.Я посмотрел вслед чёрноволосому, а затем на ближайший к себе куст с ягодами. Непригодны, так непригодны.. Я посмотрел на уже светлеющее небо с некоторым сожалением. Всё же, я прожил здесь всю свою жизнь.._____________________________Леста* — досл. "мера длины". Равна в отношении к нашим родным метрам (прим. х'леста — наш километр).

Манду* — досл. "Бездна". Манду — это месторождение земной энергии, чаще всего встречаемое в местах, где нет или мало воды. Месторождение получило своё название из-за того, что энергия скапливается в подземных пещерах, очень больших по своему охвату и напоминающих чернеющую бездну.

Раук* — досл. "демон". В данном случае, употребляется, как ругательство; аналог: "какого хрена".Гронд* — досл. "дубина". Здесь, как оскорбление; в остальном — оружие.Титта* — досл. "малыш", разг. "детка". Ласковое обращение, к женскому полу не употребляется.Золотогрифые драконы* — обычные драконы с тем различием, что имеют золотую чешую и такие же костяные наросты вдоль спины и хвоста. Ценятся за свой окрас и ещё более ценную чешую, способную сдержать как божественную, так и демоническую атаку. Часто выловленные золотогрифые, являясь по своим размерам несколько миниатюрными, приносились в жертву богам, что оказалось под запретом, когда их число стало слишком маленьким.Трёхглавые уи*: уи* — досл. "птица". Огромные ящероподобные птицы с тремя головами и чешуёй, вместо перьев на крыльях. Размах крыльев составляет примерно 15 метров(лест). Обитают на севере, чаще всего в горах. Некоторое время уи использовались, как воздушный транспорт у северян, но затем стали приноситься в жертву. Существует разновидность уи. В данном случае имеются ввиду песчаные трёхглавые уи.Ялие* — досл. "плач". Ялие — это дерево с белыми плодами, которые, в своей истинной сущности, кроваво-красные. Дерево напоминает собой невысокую берёзу с серой корой и белыми полосками. Так же ялие пускает алый сок, который на вкус больше напоминает гранатовый. Сам фрукт по вкусу тоже близок к гранату, но более сладкий.Феа* — досл. "душа/и".Мора* — досл. "Тьма". Зд. имеется в виду наш аналог Ада, куда попадают провинившиеся перед богами души. Так же Мора считается обиталищем всех демонов, злых духов и прочей нечести. Мора представляет собой отдельный мир и тот, кто там побывал, уже не возвращается обратно. Путь в один конец, так сказать. По эльфийской легенде, в мир Моры ведут высокие врата, вылитые из золота и увенчанные четырьмя черепами драконов в соответствии со стихиями. Врата Моры может открыть только демон, бог или же Видящий. Так же они невидимы для смертных глаз и не имеют точного местонахождения. Поговаривают, что умирающий грешник видит перед собой врата, в которые и затягивает его душу.Маиа — дословного перевода не имеет; аналог — "о, мой бог", "твою ж ма.." и так далее. Употребляется, как наше "ё маё".Спираль Аирэ* — иными словами Спираль Вечности или Врата Вечности. В каждом народе это называют по-разному, но оно имеет одно и то же значение. Зд. имеется в виду отличительная черта вечных, бессмертных существ, которую можно увидеть в глубине зрачка. Выглядит это, как закручивающаяся "улитка" вселенной.Хоор* — досл. "шлюха". Зд. употребляется к мужскому роду. Хоорир — к женскому. Естественно, имеет оскорбительный характер.

Сааст* — досл. "сволочь" (язык Древних).Хиилим'а* — досл. "недомерок", "недоносок". Оскорбление, употребляемое к мужчине (язык Древних).Kui teie keel on sind tappa* — Однажды, твой язык убьёт тебя (язык Древних). Общеизвестная среди эльфов пословица, намекающая на понятно что.