Этап 7. (1/1)

Настенные часы чётко отсчитывали секунды, тяжело и как-то особенно обиженно сопел Мудрость. Утреннее солнце поднималось из-за горизонта, озаряя просторный кабинет своими золотистыми лучами и подкрашивая витающую в воздухе пыль. Лежащий посреди кабинета Тикки Микк, судя по тому, что больше никуда не рвался, не возмущался и не пытался сбежать, был без сознания. Или умер. — Чего вы на меня так уставились?Неа Уолкер в лёгкой безрукавке и штанах на завязках, бодрый и свежий, будто бы сейчас был полдень в самом разгаре, стоял прямо над Тикки и являл собой образец невинности и безобидности. Вот только одной рукой он держал упирающий в пол мощный тёмный меч, до боли напоминающий Леро… которого никто из Ноев уже довольно давно не видел. — И что бы вы без меня делали?Шерил продолжал молчать, пытаясь оценить степень причиненного Тикки ущерба. Неа ударил мечом плашмя, так что всё должно было ограничиться просто потерей сознания.Правда этот меч в руках Неа выглядел немного… тревожно. — Народ? — Мы растерялись, — отозвался Шерил, наконец-то отмирая. Мудрость только согласно закивал, боясь теперь проронить хоть одно лишнее слово. — А что вообще случилось? — Неа продолжал с любопытством первооткрывателя осматривать тушку Тикки. — Ужас, — тяжело вздохнул Алчность и отступая в сторону — у Аллена куда ни плюнь, всюду проблемы. — А-а… Нарвался мальчик? — понятливо закивал юноша, выглядящий максимум лет на семнадцать. — Это он умеет. А Тикки что, решил поспешить спасать? — Ну да. А нам этот договор нужен, Граф сказал, что если кто его сорвет, не поздоровится всем. И в первую очередь тем, кто мог предугадать и остановить этот провал. — Забавно... — Ничего забавного. Мудрость, чего ты там плёл про Уолкера, что случилось конкретно? — Шерил вновь успокоился и попытался взять ситуацию в свои руки, несмотря на несколько непредвиденных факторов, например, появление Четырнадцатого с этой штуковиной наперевес. — А я знаю? — Вайзли обиженно шмыгнул носом. — Мне Лулу какую-то хрень сообщила. И вела себя странно, дёрганая была, всё время меняла тему, перескакивала с одного на другое. — Она три дня сидит у экзорцистов, которые могут раскрыть её в любой момент. Конечно, она беспокоится. — Там было что-то другое! — тут же возразил Вайзли, нутром чуя, что всё не так просто. Шерил закусив кончик ручки, задумался, переводя взгляд с Мудрости на всё так же безжизненно валяющегося Тикки.— А что конкретно она сказала? — прервал размышления двух Ноев Неа. — Что его успели отравить, и спасла его только чистая сила, что сегодня Аллену стало хуже, что с чистой силой в связи с этим у него тоже проблемы. Ещё о том, что там есть какой-то парень экзорцист, Кевин, кажется, который пристаёт к Аллену. — Кевин? — видимо, вспоминая что-то, произнёс Шерил, — что-то не помню, чтобы Аллен вообще особо с ним общался. — Что ещё за Кевин вообще? — поинтересовался Неа, переступая с ноги на ногу, — новый экзорцист что ли? Что вы на меня так уставились, будто я сморозил глупость? Четырнадцатый с особым трепетом относился ко всему, что происходило на той стороне, и перехватывал любые, даже самые, на первый взгляд, незначительные новости. А тут оказалось, что проморгал целого экзорциста. Да ещё и того, что начал приставать к Аллену! — Кевин у них уже полтора года. Неа, ты же, вроде как, оторванный от реальности стараешься следить за новостями, особенно за новостями из Ордена, что за странные вопросы? — Шерила тоже изрядно удивила реакция Неа. — Не помню никакого Кевина, — нахмурился Ной, наконец-то таинственным образом складывая и заставляя странный меч исчезнуть. Алчность и Вайзли, наблюдавшие за этим небольшим, но воистину странным действием, так и застыли с открытыми ртами на пару минут, во время которых Неа торжественно молчал, давая остальным возможность очухаться и ожить. — А какая у тебя способность? — наконец-то отмер Алчность. — Зеркальная, — таинственно улыбнулся Неа, — так что за Кевин, и почему я о нём ничего не знаю? И какая у него чистая сила? — Может быть, он был совсем не выделяющимся? А что касается чистой силы, так я её не запоминаю, — ответил Шерил, носком туфли задумчиво приподнимая руку Тикки, словно проверяя, очнулся тот или нет. Судя по тому, что Микк никак не реагировал, он всё ещё был в отключке. — Всё равно, мне уже не нравится этот Кевин, которого я умудрился упускать из виду целых полтора года. — Лучше бы поинтересовался тем, что кто-то хочет убить Аллена, — задумчиво произнёс Мудрость. В комнате тут же повисла звенящая тишина. — Что я теперь-то не так сказал? — нахмурился бедный Вайзли. Шерил с выражением вселенской усталости вперил взгляд в пол. Неа отвёл глаза в сторону, а от двери послышалось неловкое шарканье. — Что-то случилось? — поинтересовалась застывшая в дверях Роад. Вместо привычного короткого и пышного платья сегодня на ней была белая блузка и тёмные брюки, а на плечах — заботливо наброшенное пальто. — Доченька, ты выглядишь такой взрослой, — пролепетал, обозначив всем заметный факт, Шерил, и Роад гордо зарделась. Видимо, в дальнейшем ей предстоял сложный выбор между одеждой, к которой она привыкла, и той, что делает её старше. В течение тридцати лет Роад вполне устраивал её детский облик, но видно своеобразная любовь к Аллену сделала своё дело. — Роад, когда ты успела вернуться? — Да только что, — тряхнула головой девочка. Волосы у неё тоже стали длиннее, но всё ещё буйствовали и лохматились от любого движения девочки. Так что смотрелась эта грива волос только потому, что была заботливо прибрана в аккуратную причёску парой крепких заколок. — Граф тоже со мной. А потом я пошла искать вас, думала, что спите ещё, услышала, что здесь говорят об Аллене и, конечно же, заглянула. А тут ты, папочка, Вайзли, Неа и отчего-то притворяющийся мёртвым или просто оглушённым, я же не знаю правила вашей игры, Тикки… Упомянутый полутруп громко фыркнул и, распахнув глаза, раздражённо прошипел: — Вот зачем ты меня сдала? — Ты уже очнулся? — Тут же подскочил Шерил. — А потом я услышала, что моего милого Аллена пытались убить!! — очень громко добавила Роад, да так, что Шерил замер на месте, так и не определившись, что же теперь делать с Тикки. Впрочем, сам Тикки не был таким же медленным, а потому следующий вопль Алчности касался уже действий Тикки Микка. — А ну не смей совать свои руки в мою дочь!! — А пусть эта паршивка не смеет называть моего Аллена своим!! – прорычал Тикки. Его снова остановили, и это снова был Неа Уолкер, теперь опутавший его непонятно откуда взявшимися верёвками и отшвырнувший к стене. Странно, Удовольствие совсем не тревожило то, откуда берётся непонятный мир Роад, марионеточные способности Алчности, сила Гнева, материализация Уз, но появление странных оружий в руках Неа казалось невероятным и опасным. Вот что с людьми делает репутация. И судя по тому, как на Четырнадцатого тут же уставились с разных сторон, он был не одинок в своей подозрительности. — Ах да, они же не помнят о твоём даре, — протянула Роад. — И даже не попытались узнать о нём за эти два с лишним года, — фыркнул Четырнадцатый, снова заставляя верёвки исчезнуть. — А ведь можно было сообразить, что будь я слабаком, не смог бы вас всех в прошлой жизни завалить! Да и…Неа осёкся, наконец-то заметив, как именно на него смотрят родственники, и весь как-то сдулся. — Отлично, ничего умнее, чем хвастаться тем, как ты убил нас в прошлый раз, ты не нашёл? — деловито поинтересовался Шерил и обернулся к Роад, — говоришь, Граф наконец-то прибыл? — Да, я же вам помог, — попытался высказаться Неа. Он отлично понимал, что Алчность собрался нагло на него наговаривать. И хоть Графу до сих пор не особо нравится наказывать Неа, но.. Он всё равно счастлив уже от того, что Четырнадцатый в семье и неважно в каком состоянии.Неа считал, что это уже болезнь. В самом деле, он уже замучился разгребать последствия странного отношения Тысячелетнего Графа к его не очень скромной персоне! Так теперь все вокруг разъедают и прожигают его взглядами, и при этом именно от их слов и решений зависит его судьба!!Положение было не очень удобным, хотя Неа уже почти успел смириться. И даже решил, что Аллен хороший парень, и было бы жалко убивать его даже для того, чтобы пробудиться самому… Да ещё и бешеный Удовольствие Ноя, который в этой жизни решил побить все рекорды идиотизма и влюбился, тоже доставил бы немало неприятностей. Всё-таки влюбленный Ной это не просто странно, это ещё и малость жутковато. — Граф-то прибыл, но я так и не поняла, что там произошло с Алленом. И снова Шерил, Неа и даже Тикки обернулись к бледному и перепуганному Мудрости. — Не пугайте меня так, мне вредно! — скороговоркой выпалил Вайзли так, что вряд ли кто-то понял хоть слово. — Я же уже сказал всё, что слышал от Лулу, так что все претензии к ней! — Ах, ну конечно! Значит, прямо сейчас я и отправлюсь! — тут же вскочил Тикки. — А ну стоять! Ты что, идиот? — Идиот это ты! — А может вы замолчите наконец-то и объясните, что здесь происходит??? На пороге вполне ожидаемо возникла внушительная во всех смыслах этого слова фигура Тысячелетнего Графа, который смерил находящихся здесь Ноев очень тяжёлым взглядом. А ещё в этом взгляде было что-то такое странное и почти тоскливое. Зато сразу же все замолкли, помня о той самой традиции десятисекундного умолкания при появлении Тысячелетнего Графа. — Граф, а куда подевались ваши очки? — задал Тикки всех заинтересовавший вопрос. — Роад сломала. Девочка тут же отвела взгляд в сторону, будто бы она тут не при чём. Алчность, кажется, разрывался между желанием выгородить Роад и угодить Графу и только беззвучно разевал рот. Граф снова замолчал, допуская роковую ошибку. Десять секунд прошли, и Тикки подскочил к Шерилу с воплем: — А я сказал, что отправлюсь в этот Орден, достану этого Кевина и… — Тебя больше волнует, что кто-то пристает к Уолкеру, или то, что его пытались убить?— А вы бы не могли уточнять имя, здесь два Уолкера! — возмущённо влез Неа. — А меня волнует то, что Аллена убивают! — закричала Роад. — Я сказал всем молчать! — рявкнул Граф, и все тут же обозленно обернулись к нему. Кроме Мудрости, который отползал всё дальше в угол и теперь пытался спрятаться за шторкой. Похоже, он не ожидал, что переданное Страстью сообщение вызовет подобный ажиотаж. — Кто и когда пытался убить Аллена Уолкера? — на сей раз Граф не оставлял ни малейшей возможности снова начать балаган, тут же начиная допрос. — Аллена отравили в Ордене каким-то сильнодействующим ядом, но его спасла его чистая сила, — попытался объяснить Мудрость. — Ещё бы она его не спасла, — хмыкнул Тикки, нервно шаря по карманам в поисках всегда спасавших его сигарет. Убедившись, что все теперь привлечены именно к этой его фразе, он решил, что не будет ничего плохого, если он продолжит. — Он рассказывал, что в самом начале ученичества, когда оплачивать долги Кросса, было гораздо сложнее, потому что он ещё не играл в покер, он как-то съел на спор какого-то очень ядовитого не то жука, не то ещё кого-то.. Вроде бы, насекомое, паука, наверное. За это ему отвалили огромную сумму денег, и он смог вырваться из того города. Но целую неделю его лихорадило и рвало. Потом оказалось, что он должен был умереть от этого яда, вот почему с ним спорили, и никто не ожидал, что он придет на следующий день как ни в чём не бывало. — Он съел паука? — тут же поморщилась Роад, — Да ещё и ядовитого? Это что, вот такого огромного да лохматого? — Я сомневаюсь, что лохматого, — пробормотал себе под нос Шерил. — Жуть какая! Как он смог его съесть? — Лучше бы спросила, как Мариан всё-таки умудрился понабрать столько долгов, — заметил Неа. — А мне казалось, что это ты его всему этому научил, разве не так? — громко заметил Шерил. — Откуда такие странные данные? — решил не сдаваться до конца Неа, всё-таки отступая немного к стене. Подумаешь, когда-то там он чему-то нехорошему научил друга. Теперь ещё необходимо доказать, кто всё это начал! — Оттуда! Думаешь, мы не собрали о тебе всю возможную информацию, зная, что Граф собирается вернуть тебя в семью?— Но тогда мог бы и признать, что уж в чём, а в наборе долгов Мариан превзошёл своего учителя! И, наверное, покупал всё что угодно, вплоть до воздуха! — Разве кто-нибудь продаёт воздух? — тут же заинтересовалась Роад, поражённая до глубины души подобной экзотикой. — Вроде бы нет, но это был бы неплохой бизнес, правда, вышло бы мошенничество. Но если раскричать на всю округу, что это воздух из какого-нибудь чудесного места, и что он чудотворный, исцеляющий.. Кто-нибудь обязательно бы купил. — Кросс? — с сомнением уточнил Шерил. — На счёт него ничего точно не скажу. Он не казался таким идиотом, значит это было тайным планом, — флегматично пожал плечами Неа. Будет он ещё водится с идиотами, и за кого его родная семья держит? — Кто бы говорил! Сам-то тоже хорош! Купить айсберг, от которого теперь одни разбитые ледышки! — Ну кто ж знал, что мне не повезёт, и он начнёт таять.. Или что там с ним случилось? — Ты купил айсберг? — изумлённо выдохнул Граф, видимо заинтересовавшийся услышанным настолько, что прекратил настаивать на продолжении разбора темы Аллена. Неа только кивнул в ответ. — А что так мелко? Купил бы солнце? — предложила Роад, задрав голову к потолку. — Оно дорого стоило даже для меня. — Граф, вы знаете, что надо что-то с этим делать? — Шерил, совершенно выведенный из себя и позабывший о всякой субординации, начал медленно и угрожающе надвигаться на главу семьи, но на того это кажется не оказало никакого эффекта. — Граф, вы понимаете, что подписывали любые счета и бумаги, которые вам совал Неа? Не глядя. Вы тратили, а деньги вообще-то заканчиваются! Судя по всему, в Алчности проснулся предприниматель. Или бухгалтер. Или экономист. Но кто-то, кто был против бессмысленных растрат. А вот Граф оставался самим собой. — Что значит «заканчиваются»? Даже если они в конец изнашиваются — выпускают новые. Более того, их количество постоянно растёт. И при этом никто деньгами не питается и не пытается их уничтожить каким-либо образом. Деньги они везде и всегда, они переходят из рук в руки, их не становится меньше. Их можно считать совершенно не убывающей единицей. Они везде и в огромном количестве.— Но не у нас. — Мы можем получить их когда угодно, потому что они везде. Вот и всё. И если кто-то из Ноев хочет потратить что-то столь глупое, как деньги, то он может тратить их совершенно бесконтрольно, я не вижу в этом ничего плохого! — Плохое в этом вижу я — Ной который загребает эти деньги в наш карман! — Шерил, можно подумать, ты единственный, и что это так сложно, — пожал плечами Граф. — Но ладно. Вернёмся к Аллену. Что с ним всё-таки произошло?И Граф поступил как действительно умный… Ной, обернувшись сразу же к Мудрости, который до сих пор предпочитал прятаться в сторонке и обязательно молчать. А то вдруг снова что-то не то ляпнет. — Лулу связалась со мной и сообщила, что Аллена пытались отравить, у него из-за этого проблемы с чистой силой. Которая его спасла. Что его там начали в чём-то подозревать. Ну и в том, что там какой-то парень, похоже, к нему пристаёт. Вот, — в который уже раз за день попытался отчитать Мудрость, искренне надеясь, что от него наконец-то отстанут. Граф выглядел недоумевающим. — Лулу значит в Ордене… Как? — В обличии Лави, — тут же подсказал Шерил. — Отлично, а с самим Лави вы хоть договорились об этом, надеюсь?— Конечно. — Отлично, в таком случае почему я узнаю обо всём этом самым последним? Почему мне никто не рассказал о том, как вы решили проблемы слежки? — Потому что это был мой план, а никто не хотел принимать мой план, и они вконец запутали и себя, и меня, — «просто» объяснил всё Неа. Граф кивнул в ответ и тяжело вздохнул. Так, словно перед ним были не гроза Ватикана, а просто малолетние придурки, возомнившие о себе невесть что. Впрочем, именно такими Нои в его глазах и выглядели.— А вас ничего в этом плане не смутило? Хотя бы то, что Страсть вообще-то может проколоться? Что у этого Лави может быть полно близких людей, которые сразу узнают.. Или они оповещены? — Сам Лави должен был сообщить своей жене, а так больше никто его хорошо и не знает, — отозвался Шерил, но дрогнувший голос с головой выдавал его сомнения. — Отлично. А тот факт, что юный книжник обладает идеальной памятью и его могут попросить её продемонстрировать вас ничуть не смущает, как я вижу, да? И то, что Страсть теперь должна будет вернуться позже Аллена, чтобы никто даже не подумал не о том, и что если её раскроют, то вся работа насмарку? — Вообще-то можно было послать куда более идеального шпиона, если бы задействовались силы большего количества Ноев, но так как идея исходила от меня, — Неа развёл руками, показывая, что его не слишком слушали. — Получилось то, что получилось. В комнате повисла тишина. На этот раз никто не спешил её прерывать, и все в ожидании смотрели на Тысячелетнего Графа, от того, что он скажет, зависели дальнейшие действия. Тикки не выдержал первым. — Давайте убьем их… ну хотя бы парочку!! — кинулся он к Графу, хватая Первого Ноя за рукав и начиная его трясти, — того, который, к Аллену приставал, и того, что на него наговаривал, и того, что покушался.. да вообще почти всех можно! Убить их. Раздавить, оставить калеками… — Мы не должны появляться в Ордене, мы всё согласовали, сейчас Аллен должен пробыть эту неделю там один. Без нас. И позже убивать всех подряд я тоже не планирую. Со стороны не было видно, что за выражение появилось на лице Удовольствия, но, судя по тому, как испуганно заметались глаза Графа по комнате, словно в поисках спасения от этого влюбленного безумца, Тикки выглядел странно. — Ну, Граф… — Уже давно Граф. Тикки, отойди от меня и прекрати так на меня смотреть. Я сказал нет, значит нет! — в голос Тысячелетнего вновь вернулась твёрдость кремня. Тикки раздражено отвернулся от Первого Ноя, и Граф удовлетворенно кивнул. — Значит так. Ситуация действительно неприятная получается, и нам следует хорошенько всё обсудить, но.. К тому же Страсть постоянно после крепкого сна просыпается в своём настоящем обличии, как бы её так не смогли раскрыть. Надо собраться вместе и обсудить. Учитывая состояние Тикки и нрав Неа, я оставлю их здесь запертыми в комнате до полного выяснения обстоятельств, а возможно и до прибытия Аллена. Вот так. Остальные - на выход! Долго просить не пришлось, Нои были только рады наконец-то закончить споры и покинуть двух самых опасных и безумных представителей Семьи. В итоге в кабинете остались Тикки и Неа, а Граф хорошенько запер помещение, когда выходил. И Тикки отлично знал, что это значит, что дверь теперь никак не открыть, окна — тоже. Потолок, стены и пол теперь становились частью непреодолимой тюрьмы. Врата Ковчега здесь открыться не могли. Они были заперты.Неа хмыкнул. — Чего это тебе весело? — Меня оставили словно смотреть за тобой. — Ты такой же заключённый. — фыркнул Тикки. — Учитывая тот факт, что я могу пройти через почти все запирающие штучки Графа? — расплылся в хищной улыбке темноволосый юноша. Микк замер, что-то усиленно обдумывая. — А меня отсюда можешь вытащить? — Смотря, что мне от этого будет. — Это у вас семейное что ли? — поморщился Тикки. Видно все Уолкеры, вне зависимости от кровных связей, искали выгоду в подобных сделках. Вот только этому Уолкеру деньги были не нужны. Он играл на свою свободу. А возможно это именно Аллен научил чему-то подобному Неа, потому что выражение лица у него было почти как у Аллена, когда тот задумывал что-то нехорошее. А в это время ничего не подозревающий Аллен, далеко-далеко на больничной койке в Ордене проснулся рано утром от сотрясшего стены Ордена вопля Линали.