ГЛАВА 1 (2/2)

- Я вспомнил! – Киёхару резко подскочил с дивана. – Мне нужно подготовиться к своему выступлению!

- Дружище, у тебя сегодня день рождения, - Атсу покачал головой, потирая пальцами висок. – Может, стоит предаться праздной лени?

- Это ты старый лентяй, вот и протирай свои дорогие брюки, сидя тут, – вокалист поправил размотавшийся шарф.

- Эй! Сам-то помнишь, что тебе исполнилось…

- Не смей произносить эту цифру вслух, Сакураи-сан!

- Режет твой тонкий слух? – Атсуши ухмыляясь, медленно наполнял свой бокал новой порцией вина.

- Ты ужасная язва, Ас-чан, – Киёхару толкнул друга в плечо.

- Твоё здоровье, – мужчина слегка кивнул головой, подняв бокал.

Мори закатил глаза и, улыбаясь, ушёл в большой зал, продолжая бурчать себе под нос, что когда-нибудь друг заплатит сполна за свои шутки.

Неловкая тишина, которая, словно лёгкий полумрак воцарилась с уходом Киёхару, неприятно давила на мысли. Таканори ругал себя за то, что не мог взять себя в руки и начать разговор с какой-нибудь банальной темы, вроде ближайших музыкальных планов. В то время какон задумчиво закусывал нижнюю губу, Атсуши внимательно следил за парнем, расслабленно облокотившись на спинку дивана. Руки понравился мужчине, особенно тем, что каждое внутреннее состояние вокалиста, оставляло отпечаток на его лице. Он хмурился, слегка усмехался, снова погружался глубоко в мысли, и его взгляд замирал, устремляясь куда-то в противоположный конец зала, но тут же, растерянно моргая, Руки вновь опускал глаза вниз, рассматривая рисунок на ковре.

- Твой внимательный взгляд пробуждает невероятное любопытство, – парень слегкавздрогнул, когда очнувшись от своих мыслей, услышал голос Атсу у самого своего уха. Мужчина сидел очень близко, внимательно рассматривая то место, куда предположительно смотрел вокалист.

- А Ваш взгляд доставляет мне небольшое неудобство.- При разговоре я привык смотреть на собеседника.

В глубине тёмных глаз, озорно искрились блики от слабого света ламп, и Руки подумал, что выпил слишком много вина.

- Мне нужен свежий воздух, здесь очень душно, – парень встал, направляясь к стеклянным дверям балкона. Атсуши, прихватив вино и бокалы, последовал за ним, тихо напевая про себя слова одной из своих песен.

Город переливался радужными цветами, мигая неоновыми вывесками. До верхнего этажагостиницы долетали глухие звуки улицы, мягко растворяясь в шелестящих на ветру листьях. Руки упёрся локтями о перила, глубоко вдыхая ночной воздух. Мысли замедлили своё хаотичное движение в голове, выстраиваясь в связные предложения, которые вокалист мог наконец-то озвучить.

- Токио очень красив ночью.

- Ты часто проводишь ночи вне дома?

Таканори пытался понять, когда он пропустил момент того, что Атсу стал обращаться к нему на «ты». Но вскоре осознал, что мужчина обладает обаянием, которое позволяет ему, не нарушая дистанции, общаться с человеком в более лёгкой форме.

- Не сказал бы, - снова замешательство. – Я хотел бы спросить у Вас…

- Тебя, – Атсу улыбался, наблюдая за тем, как на лице Руки вновь отразилась растерянность. – Что бы ни говорил Киёхару, я ещё не настолько стар, чтобы обращаться ко мне в столь уважительной форме.

Подобное упоминание не могло не вызвать улыбку, и особенно Руки позабавило то, как Атсуши слегка поморщил нос, говоря последние слова. Что-то внутри будто отпустило, и вокалист расслабился, чувствуя, что теперь может нести полную околесицу, не опасаясь, что собеседник сочтёт его глупым и не вежливым.

Один пустой бокал сменялся другим, полным до краёв, в то время как темы разговора плавно перетекали друг в друга. Руки совсем потерял счёт времени, явно чувствуя, что из-за алкоголя его разум стал более затуманенным, хотя мыслил он довольно трезво.

Как и обещал Киёхару, Атсуши оказался очень интересным собеседником, и парень буквально заслушивался старыми сценическими историями и тем, с какими трудностями сталкивалась японская музыка пятнадцать лет назад.

Ночной ветер пробирал холодом, но Руки отчётливо чувствовал горячую ладонь мужчины у себя на спине.

- Верно, я настолько нетрезв, что меня нужно держать, иначе я просто упаду.

- В таком случае, может нам стоит сесть? – Атсу лукаво улыбался, и Таканори понял, что озвучил свои мысли вслух.

- Кажется, с меня довольно алкоголя, – парень, оттолкнувшись от перил, попытался дойти до витой лавочки. Но, потеряв равновесие, успел подумать лишь о том, что со стороны его распластанное тело будет выглядеть довольно глупо. Вместо холодного каменного пола Руки почувствовал, что лицом он упирается в мягкую и тёплую грудь Атсуши, который вовремя успел его подхватить. Сладковато-терпкий аромат парфюма, будто согревал изнутри.

- Так, кто тут у нас пьян до безобразия? – голос Киёхару вернул вокалиста в реальность. – Руки-кун, тебя нужно отправить домой, иначе уснёшь где-нибудь под ближайшей вазой.

Именинник перекинул руку Таканори через плечо, и собирался было увести его, как парень вдруг стал искать что-то по карманам. Из одного из них, он вынул визитку и протянул Атсу.- Увы, не могу подать её двумя руками, - вокалист кивнул головой в сторону Киёхару. – Буду очень рад, если мы ещё раз встретимся.

- Главное, Ас-чан, не спаивай его больше так сильно, - Мори рассмеялся, утаскивая за собой Руки, который прощался на ходу.

Довольный Атсуши провожал их коварной и многообещающей улыбкой, сжимая в руке шёлковый шарф, который соскользнул с шеи Таканори.