Глава 12 (1/1)

Человек – не природа, он не терпит пустоты. Оказавшись в пустоте, он стремится ее заполнить. Он заполняет ее видениями и воображаемыми звуками, если не в состоянии заполнить ее чем-нибудь реальным. – Аркадий и Борис Стругацкие, ?Малыш?Через пустоту межпланетного пространства, отражая на своём тончайшем теле звёздной бисер, летел самый быстрый космический аппарат местных жителей. В проекте инженеров Островной Империи его звали "Солнечный блик". Он был легчайшим, оптимизированный до максимума дроном. Стабилизируемый и рыскающий за счёт противоположных вращений двух парусов, он не нуждался в рабочем теле. Энергию для его крохотного кремниевого мозга и рудиментарных органов чувств поставляло миниатюрное амерециевое сердце. Летя по заранее рассчитанной траектории он тихо напевал далёкому ЦУПу, используя световые паруса в качестве антенны.За кормой остались уже двадцать два миллиона километров, среди которых затерялся тихоход "Анубис". Однако вперед ещё минимум три дня полёта. По крайней мере так думали умники на планете. "Солнечный блик" первый зафиксировал их неправоту. Его интерферометрические глаза увидели новую звезду на целых семьдесят пять секунд раньше наземных и орбитальных телескопов. Компьютер тут же фиксирует аномалию и кричит о ней ЦУПу.Проходят томительные для органиков минуты. "Солнечный блик" не торопится услышать ответ. Он умеет ждать. В конце концов спешка просто не была запрограммирована в его крохотном кремниевом мозге. Но наконец-то приходит ответ. Продолжать наблюдение за объектом, используя все имеющиеся приборы. Верная своему делу автоматика равнодушно принялась исполнять приказ.***Жующий сухомятку хлопья Грегг непонимающе взглянул на застывшую у холодильника Мэй. В глазах девушки плясали шок, крайнее удивление и небольшой страх. Проследив взгляд подруги, вульпесантроп медленно развернулся. Ничего. – Мэй, ты чего?– Ты что не видишь? – Видишь что? – уже немного напугано спросил Грегг. Возникшие в его голове мысли в первую очередь были связаны не со слетевшей крышей Мэй, а с невидимой паранормальщиной.Боровски несколько секунд не отвечала, а затем повысила голос.– Фан что?! Нет, я не буду оборачивать всё в шутку! Он мой лучший друг!– Мэй? С кем ты говоришь?– С дедушкой.– Но ты ведь говорила, что видишь его во сне. Мы что спим?Секундная пауза и девушка покачала головой. Грегг снова посмотрел на пустое место рядом с собой. Поводив рукой в воздухе и не почувствовав ничего, он решился на небольшой эксперимент.– Хорошо давай проверим. Сколько пальцев я показываю за спиной.– Он говорит, что видит только то, что вижу я. Он вроде как...Фелиантроп замялась. Грегг секунду подумал и вспомнил заболевание, что вечно путают с его биполярочкой.– Шизофрения.– Не совсем. Он ну... Настоящий. И... Что значит нет времени? Пауза.– Кто прокричал? Что...Мэй замолчала, слушая своего невидимого собеседника. Так прошло несколько минут, за которые на лице фелиантропа отразилась половина спектра негативных эмоций.– Грегг, нам нужно сходить к мистеру Чазакову.Вульпесантроп несколько замялся.– Ну я конечно не против прогуляться, но думаю следует хотя бы поужинать. Ты от слабости еле стоишь на ногах.– Чушь, – резко отрезала Мэй. – Со мной всё отлично!Сделав пару уверенных шагов, девушка тут же оступилась. Моментально среагировавший Грегг подхватил подругу и помог усесться на стул.– Ладно. Уговорил.Не дожидаясь каких-либо пожеланий к будущему меню, вульпесантроп вытащил из холодильника всевозможные нарезки из которых за пару минут соорудил щедро залитые майонезом бутерброды. С характерным шипение вскрыв банку газировки, Грегг передал Мэй её порцию и напиток. Та тут же впилась в несложный ужин с жадностью голодного крокантропа.– Так, фто там ша штука? Фто ша фпешека? – произнёс с полным ртом Грегг.Перед ответом Мэй решила потратить немного времени на пережёвывание пищи. Лишь проглотив солоноватую сыро-ветчино-майонезную массу, она бросила:– Хз. Дедушка говорит о крике плоти и надвигающейся беде. Она вроде как... Откуда, откуда? В общем из космоса.– Ага? И типа эту "беду" можно увидеть?Фелиантроп кивнула.– Значит из охотника на приведений мы сначала переквалифицировались в борцов с культами, а теперь в идём сражаться с пришельцами?Вновь кивок.– Класс! Круто! Круто! Круто! – завопил вульпесантроп, размахивая руками, отчего майонез с недоеденного бутерброда разлетелся белыми каплями.– Эй! Сам убираться будешь!– Ага щас. Не пристало доблестному защитнику планеты работать шваброй!С последними словами Грегг вскочил, опёрся ногой о стул и, выкатив грудь колесом, гордо вскинул подбородок к потолку.– Грегг, я серьёзно!– Я тоже.Несколько секунд друзья смотрели друг другу в глаза, а потом рассмеялись.– Ладно. Доедай бутер и погнали. Мне вроде уже полегчало.***В окрестностях обычно уединённого особняка на окраине Брайт-Харбора сегодня было необычно многолюдно. Среди деревьев расхаживали вооруженные до зубов патрульные, на дорогах замерли бронетранспортёры национальной гвардии, а в неприметных лощинах небо подпирали стволы зенитных орудий и ракетных установок. Сам особняк был освещён мощными дуговыми лампами, поднятыми на высоту четырёх этажей. Земля рядом со зданием напоминала лунный пейзаж. Бывший асфальт был весь покрыт кратерами и стекловидным шлаком.Майор Разведывательного управления Альянса Северных Земель Абигейль ле Доджан, облаченный в жёлтый скафандр радиационного защитного костюма, с натугой выбрался из тесного люка бронемашины. Про себя фелиантроп порадовался свежему воздуху из кислородных балонов, прекрасно представляя какой смрад царит в округе. Кислый запах взрывчатки, перемешавшийся к вонью горелой плоти. Проходя мимо расплавленного остова участвовавшего в операции захвата броневика он подметил две желтые фигуры с дозиметрами. Места попадания оружия чужих фонили. Пройдя ко входу в строение он встретил облаченного в скафандр капитана с игольником за спиной.– Здравие желаю, сэр. Капитан Говардсон к вашим услугам.– И вам не хворать. Всё настолько плохо, как писалось в рапорте?– Так точно, сэр. Безвозвратные потери почти всего личного состава, участвовавшего в операции захвата. Все кто выжил получили ожоги и лучевую болезнь.– Члены культа?– Мертвы. Кого успели вывести, сгорели заживо, когда эта тварь… То есть, чужак. Когда чужак начал полосовать автобусы и броневики оцепления синим лучём. Исследовательская группы утверждает, что это был гамма-лазер, чей трек ионизированного воздуха зафиксировали камеры…– Я это уже читал. Что-нибудь новое выяснилось?Капитан достал свой планшет и перелиснув несколько страниц, выдал ответ.– Анализ данных с БИСа(16) показал, что один из ксеноартефактов акультного сообщество был работоспособным автоматическим комплексом, который… Эм… Который вошел в контакт с АнКогами при помощи неизвестного шифра. По записям с черных ящиков, информационный обмен в эти минуты достиг просто невероятного размера, дойдя до предела пропускной способности сети. Причем большая его часть не поддаётся дешифровки.– Вы хотите сказать чужие способны взламывать нашу боевую информационную сеть и захватывать разумы АнКогов?– Не совсем. Тот автоматический комплекс…– Робот.– Да, робот. Он скоординировался с членами группами захвата и атаковал чужеродную сущность, что впоследствии открыла огонь по нашим парням.Майор Абигейл задумался. ?Чужаки воют с чужаками. Интересно. Это может сыграть нам на руку...? Мысль была прервана звонком из штаба. Фелиантроп нажал на кнопку ответа. Из гарнитуры раздался голос незнакомого оператора. Прослушав доклад ле Доджан улыбнулся. Службам дорожного движения удалось отследить движение машины покинувшей пылающие окрестности особняка.***Расцветший ночными огнями Поссум-Спрингс был немноголюден. Можно даже было сказать пуст. Кутающаяся в тёплую толстовку, Мэй слышала лишь урчание далёких гидронасосов.– Грегг, не в курсе, что это там так шумит? – А это? Ремонт старых подземных путей. Сегодня рабочие весь день оттуда воду откачивают.Фелиантроп кивнула и посмотрела на идущего рядом призрака дедушки. Вышедший из мира снов родственник понял мысль Мэй без слов и подтвердил опасения. – В период ядерного противостояния тоннели планировали использовать как бомбоубежища.За невесёлыми мыслями друзья добрались до дома учителя астрономии. Бросив взгляд на столбы линий электропередач, Боровски отказалась от мысли забраться по ним на крышу. Её всё ещё шатало, да и Греггу было бы проблематично повторить акробатические трюки подруги. Так что оставалось просто позвонить в дверь.Уже через десяток секунд после нажатия на кнопку в домофоне раздался знакомый по школе голос.– Да-да?– Здравствуйте, мистер Чазаков, это Мэй.– А мисс Боровски. Рад слышать. Решили наконец-то прекратить врываться ко мне на крышу?– Да. Я тут привела друга. Мы хотели посмотреть на звёзды и...– Конечно, конечно. Проходите. Рад что молодёжь стала больше интересоваться астрономией.Запищал магнитный замок и дверь отворилась. Аккуратно убранная реечная клетка встретила гостей едва уловимым запахом сигарет. Подъём по слегка потрескавшимся ступеням до нужной квартиры не занял много времени. У дверей их уже ждал мистер Чазаков. Видно он уже готовился отправиться на свои ночные наблюдения.– О, а вот и вы, – радостно произнёс урсантроп с бирюзовой шерстью. – Греггори Ли, не ожидал вас здесь увидеть.– Здравствуйте, – немного смущённо ответил Грегг.– Мистер Чазаков, мы...– Да, да. Уже идём. Я вам покажу мой новый телескоп. Великолепная вещь! С ним можно сразу делать фотографии весьма приличного разрешения. Нагруженный приборами учитель астрономии споро добрался до лестницы на крышу и уверенными движениями одной руки быстро справился с замком. Ночная прохлада ворвалась в коридор. Стылый воздух пах прелыми листьями и пылью. На переоборудованной под наблюдения за звёздами крыше ночные огни едва выделяли силуэты стола и стульев. Устроившись поудобнее на заранее подготовленных для гостей местах, друзья принялись ждать пока астроном развернёт свою любительскую обсерваторию.– Значит ты часто заходишь к мистеру Чазакову? Фелиантроп кивнула, ёрзая на холодном раскладной стуле.– Что любишь мужчин постарше? – тихо хихикнул вульпесантроп, слегка толкая Мэй локтем.– Иди в жопу, Грегг.– Извини, Ангуса здесь нет, а ты не в моём вкусе.– Кто о чём, а ты всё о чужом очке. В тихую беседу друзей вмешался закончивший приготовления Чазаков.– И так начнём. Пожалуй, гвоздём программы станет Бетельгейзе. Очень красивая звезда. Но для начала взгляните на наш естественный спутник. – Мистер Чазаков, а можно, я сама введу координаты?Волнующаяся от того что она скоро увидит, Мэй умоляюще посмотрела на своего бывшего учителя.– Что ж, почему бы и нет. Я слушаю.Стоящий рядом дедушка начал диктовать значение угла склонения и прямого восхождения(17). Фелиантроп тут же их повторяла. С каждой цифрой лицо Чазакова полнилось удивлением.– Удивительно. Почему вы выбрали этот сектор небосвода?– Хотела посмотреть на седьмую планету нашей системы, – подсказал ей дедушка.– Хотела посмотреть на седьмую планету.– Что ж, тогда мы немного промазали. Зато можно будет поглядеть на мою комету.– Вы купили комету?! – воскликнул вульпесантроп.Чазаков рассмеялся добрым отеческим смехом.– Нет, что вы. Я её открыл. Причём буквально пару суток назад. Вот жду звонка о полном оформлении документов. Ну что ж, меньше слов, больше дела. Нажатие на клавишу ноутбука и на экране возникла небольшая звёздочка с туманным ореолом. – Хм, а она ближе, чем я думал. Скорость больше третьей космической? Она что межзвёздная? Так, нужно срочно кое-что проверить.Чазаков свернул окно с трансляцией и включил какую-то программу. Пожав плечами Грегг подошёл ближе и прильнул к окуляру.– Мистер Чазаков, вы можете не торопиться с... Ну чем вы там занимаетесь.– Что, простите? А вы думаете мои коллеги в полноценных обсерваториях уже всё подсчитали? Да, конечно это так, но...– Да нет же. Просто ваша комета исчезла.– Как исчезла?! – вскрикнул урсантроп и тут же снова включил трансляцию на ноутбук.Там, где была яркая звёздочка чернел пустой космос. Чазаков тут же бросился к окуляру и, не найдя ничего, опрометью ринулся за вторым телескопом.– Дедушка? – прошептала Мэй.– Если мои опасения верны, мы скоро всё увидим.По возвращению урсантроп принялся полосовать небо своим взглядом через старый телескоп. Похоже результат был тот же и Боровски решила сама взглянуть на многократно увеличенный оптикой участок пространства. Из-за городской засветки в окуляре были заметны далеко не все звёзды. Крохотные искорки же видимых не шли в сравнение с сиянием кометы. Её невозможно было не найти. "Так как же мы её потеряли?" Внезапный ответ пришёл сам собой. Короткая вспышка больно кольнула в сетчатку. Мэй было отпрянула, но зрение тут же приспособилось. В поле зрения девушки лучилась небольшая белоснежная полоса. За спиной послышались ругательства. И принадлежали они не Греггу. Похоже то что увидел астроном любитель было настолько необычное, что заставило даже столь культурного урсантропа ругаться как сапожник.– Мистер Чазаков, что случилось?– Ты что не видела? Хвост кометы. Он направлен в сторону звезды!– И что? – непонимающе спросил Грегг, шевеля ушами.– А то что такого не бывает! Это не хвост. Это факел выхлопа. Оно тормозит.***Работающие круглосуточно аптеки были не столь уж редким явлением в Альянсе Северных Земель. Поссум-Спрингс не был в этом плане исключением. Потому Мэй не составило труда купить снотворное. Вернувшись домой, она перебросилась парой фраз с родителями и отправилась в свою комнату. От бурлящих мыслей голова шла кругом. Неспешные походы в сновидческий мир быстро обернулись в безумную гонку с несущимся сквозь космический мрак кораблём. Со слов дедушки выходило, что ей нужно было в кратчайшие сроки выучить хотя бы пару образов силы и уже утром вместе с Ангусом и Греггом отправляться в подземелья на встречу с Зу Шуб Ин Гатотом. В таких обстоятельствах без снотворного не обойтись.Проглотив пару голубоватых таблеток, Мэй запила их водой. Под кровать она положила заранее собранные для похода в подземелье вещи, включающие отцовское ружьё. Положив голову на подушку, Мэй закрыла глаза, но сон не приходил. Чтобы как-то себя успокоить она решила поговорить с дедушкой.За обсуждением с фантомным родственником планов будущих действий Боровски медленно, но верно проваливалась в сновидческий мир. После очередного зевка она обмякла и захрапела. А тем времен в небе всё ярче разгоралась огненная полоса.***В сотнях световых лет от последнего пристанища Зу Шуб Ин Гатота разворачивалась иная трагедия. Летящая на девяти десятых скорости света игла из интеллектуальной материи слегка светилась в инфракрасном спектре. Идущее перед ней пылевое облако расчищало ей путь. Возникающего излучения было недостаточно для обнаружения снаряда толщиной с волос датчиками небольшого сервера, закопанного в астероидную породу. Цель оставалась в неведении до самого последнего момента.Ярчайшая вспышка попадания испарила антенну дальней связи и массивы сенсоров. Первые судороги породы и волны высвобождаемых напряжений взметнули в пространство облака фосфоресцирующей пыли. Второй снаряд ударил вслед за первым спустя долгие секунды. Нестерпимое сияние разрываемых на ионы молекул зажглось ярчайшей звездой на мировом зеркале. Эмиттеры в срочном порядке развёрнутого щита не выдержали навалившуюся на них энергию и отключились. Третья игла образовала на теле астероида быстро гаснущую огненную сферу. Крошащее реголит релятивистское пламя распространило в толще породы волну ударной деформации. Графеновая броня сервера треснула, а следом за ней пошёл сколами алмазный мозг. Четвёртый выстрел поставил окончательную точку в существовании объекта.В жалких пяти парсеках от туда аватара звёздного класса дала залп корпускулярных орудий по своему же порту. Релятивистский водород с хирургической точностью вырезал сервер, занимаемый одним конкретным копикланом.Тем временем в ВирМы ближайшего узла хлынули воин-интеллекты. Перехватывая управление и внедряя в системы вирусы, они внимательно искали своих жертв, стремясь чтобы те не успели сбежать через средства связи.Ещё дальше, рой разгонных астролазеров сфокусировал свою мощь на повисшем под плёнкой зёрнышке фотонного парусника. Тут же отбросивший разгонное зеркало крошечный звездолёт бросился в сторону. Его холодный корпус мгновенно потерялся на фоне звёзд. К сожалению, для парусника его враг обладал слишком большими мощностями. Широкие лазерные лучи принялись прочёсывать пространство. Стоило датчикам различить отражённое излучение, как в ту же точку ударила сконцентрированная звёздная мощь.Короткая вспышка и облако пара. Вот и всё что различии датчики астролазеров. Их интеллекты не знали, что это была лишь сброшенная оболочка.По всему Узору ВирМов началась охота.***Казалось тьма длилась лишь мгновение, хотя так же могла пройти целая вечность. Но вот беспамятство отступает и сознание выныривает в наполненное информацией пространство. Кожу нежно ласкает гладкий шёлк постельного белья. Обоняние вычленяет запах ванили. До слуха доносится тихое шуршание кондиционера. На языке застыл вкус чего-то солоноватого. Остаётся лишь открыть глаза дабы завершить картину окружения. Так Би и поступает.Над ней застыл незнакомый потолок. Вокруг ложа мерно колышется полупрозрачный балдахин. Сквозь него светит взошедшее солнце. Сладко потянувшись, Беатрис попыталась сесть. Тут же девушка обнаружила, что она совершенно голая. Закутавшись в одеяло, она попыталась вспомнить, как сюда попала и почему она в таком виде. Роящиеся в голове мысли начали складываться в цельную картину. Сантелло помнила, что отправлялась вместе с Вестником за омницитами к второй ячейки культа. Там что-то пошло не так и...Внезапно память прорвало, как старую плотину. Яркими образами вспыхнули картины недавнего боя. Лягающееся в руках оружие, боль от пронзающих плоть снарядов, пьянящая кровь врага на языке, древний механизм, что чуть не убил Вестника и всепоглощающей сияние разорвавшейся бомбы. Би обхватила себя руками и тяжело и глубоко задышала. "Я не могла успеть укрыться. Осколки, ударная волна... Я должна была умереть!" Внезапно накативший приступ паники так же быстро начал спадать. На место него пришли нервные смешки.– Тут только два вариант, – произнесла девушка, поправляя свои длинные волосы. – Или это глюки погибающего мозга, или Вестник вытащил меня с того света.Оглядевшись вокруг Би добавила:– Что ж, есть лишь один способ узнать.Поднявшись с кровати, Сантелло попыталась было откинуть балдахин, но обнаружила, что тот приклеен к полу. Тонкая материя была выгнута во внешнюю сторону, будто бы сохраняя избыточное давление. После недолгого обследования преграды Би обнаружила шов. Стоило немного на него надавить, как ткань начала расходиться. Пара секунд и разница давлений сделала всю остальную работу. Балдахин с хлопком раскрылся и Беатрис почувствовала прохладу и недостаток кислорода, как если бы пришлось очутиться высоко в горах.Потратив ещё минуту на простые дыхательные упражнения, крокантроп двинулась сквозь комнату. Кутаясь в одеяло, она внимательно разглядывала интерьер. Покатые, обтекаемые линии перетекали одна в другую. Тонкие переплетённые трубки формировали нечто, напоминающее мебель. Преобладающие цвета навевали мысли о древесине и каменной облицовке. Лившийся из диффузоров свет лишь слегка усиливал льющиеся из окон сияние. Сами окна были небольшие, напоминающие корабельные иллюминаторы. Они располагались в, казалось бы, хаотичных группах на стенах. Лишь с трудом глазам удавалось заметить вплетённое в логики постройки золотое сечение.Пройдя в соседнее помещение, Би обнаружила некий многорукий механизм. Рядом с ним на низком, окруженном лежанками столе дымились тонкие напоминающие бекон блюда. Запах их был весьма необычен, что-то среднее между свежим хлебом и тушенным мясом. Несмотря на голод, крокантроп не рискнула притрагиваться к таинственным яствам и продолжила путь. За следующим проёмом как раз слышались подозрительные звуки.Новая представшая перед девушкой картина заставила её замереть на пороге. Лежащая перед ней дорожка уходила вперёд метров на десять, где обрывалась. Стены и потолок заканчивались уже через тройку метров, дальше ничего не отгораживало от распростёршегося во все стороны неба. Беатрис сразу поняла причину низкой температуры и малого уровня кислорода. Далеко внизу чинно проплывали облака. Их белые туши прорезали колонны циклопических строений, тянущихся к самой стратосфере, где парили исполинские, напоминающие морские звёзды платформы. Между усеянных наплывами и портами колонн проносились крылатые создания и механизмы. Туши термопланов отбрасывали круглые тени на облачную вату внизу. По одному из зданий скользил в магнитном поле разгоняющийся космолёт. Поражённая этой картиной Би не сразу заметила сгорбившееся на конце мостка создание. Больше всего оно походило на бесформенную гору перьев из которой доносились клекочущие звуки. Тот, к кому эти чуждые слова были направлены тоже имел незаурядную внешность. Стоящая на щупальцах веретено то распускало, то складывало многочисленные венчики сенсорных отростков. Обладающее осевой симметрией тело вздувало подобие кузнечных мехов, прогоняя через квазилёгкие воздух. Змееподобные верхние конечности то и дело подносили к усеянной трубками и усиками верхушке нечто на подобии флейт. Источаемый музыкальными инструментами звуки служили чужаку голосом.Диалог двух чужих продолжался ещё несколько минут. Но вот живое веретено спрятало своих флейты и нырнуло вниз. Раскрыв крылья, пришелец воспарил на восходящем потоке и вскоре скрылся из виду.– Можешь подойти ближе, Беатрис. Я не кусаюсь – произнесла куча перьев знакомым голосом.– Вестник? – тихо сказала Би, только сейчас поняв, что наблюдала за действом даже не шелохнувшись.– Да. Так сказать, во плоти.В подтверждении своих слов прайм копиклана взмахнул тремя парами крыльев, демонстрируя свое тело. Две хватательные конечности, пара мясистых длинных хвостов, что служили в его механической аватаре заменой ног, длинная шея, венчаемая напоминающей кораксантропа головой. Сверху черепа выделяется костяной нарост, прямо как виденный часами (или днями?) ранее. Четыре изумрудных глаза смотрели куда-то в облака. Чужак оказался не очень большим, где-то метра полтора от кончика хвоста до клюва. Большую часть объёма ему придавали крылья.Ступая как можно осторожнее Би начала продвигаться к своему союзнику. Странно, но царивший на такой высоте ветер практически не причинял неудобств. "Защита из КУ-точек" – подумала Сантелло ступая уже куда решительнее. Когда она подошла уже в плотную к Вестнику сзади подкатил простенький колёсный робот, несущий ту самую еду, которую девушка видела в доме. На этот раз тарелок было две и к ним прилагались напоминающие соусницы сосуды.Поёжившись от царившего вокруг холода, крокантроп решила первой нарушить молчание.– Дай угадаю, твой дом?– Был домом. И домом прекрасным. Присаживайся, Беатрис. Отведай прошедшие световые столетия яства и полюбуйся вместе со мной прошлым.Би не стала возражать. Она уселась рядом с Вестником и подцепила когтями ломтик псевдобекона. Похоже, что это было некое мясо в панировке. Не до конца прожаренное, но весьма вкусное. Чужак же взял дымящуюся "соусницу" и аккуратно налил из тонкого носика себе в клюв.– Ты сказал "был". Что случилось с твоим домом?– А разве не очевидно? Пришёл Узор ВирМов.Беатрис кивнула и стала со всей внимательностью слушать рассказ чужака.– Встреча произошла в Облаке Оорта моей родной системы. К тому времени мы покорили большую её часть. Мы строили поддерживаемые феромагнитными потоками неборезы и орбитальные кольца. Мы запустили в водородные моря газовых гигантов парящие острова лапуты. Мы начинали строить рой Дайсона и овладели самыми тяжёлыми термоядерными реакциями. Но что может цивилизация синтеза сделать покорителям странглетов и антиматерии? К счастью нам повезло. К моменту встречи наша экономика уже работала на продаже душ.– Продаже душ?Лёгкий клекочущий смешок.– Да. Загруженные сознания – ценный товар даже для пришедших со звёзд постсингулярников. Интеграция в межзвёздное братство прошло по благоприятному сценарию. Я. Мы. Мои копии были одними из тех, кто возвысился до невообразимых высот. Патрон Ветви загружающих разумы. Но этого было мало. Долгая жизнь навевает скуку и дабы её развеять я вступил в иную Ветвь. Мой копиклан влился в незримые переплетения интриг за ресурсы, держащейся на границе декогеренции квантовой сети. – И ты пришёл на мою планету, – продолжила за него Би. – Скука и борьба за ресурсы Ин Гатота. Понятно. Но зачем, ты рассказываешь это мне?– Я умираю.Беатрис напряглась. Если хозяин этой симуляции погибнет, то и её может...– Нет, не совсем корректно выразился. Меня убивают. Копиклан попал в опалу и по мою душу летит целый флот. Вот и пробрало на разговоры хотя бы и с досингулярником.– Врёшь, Вестник, – с тенью легкой злобы бросила Сантелло. – Опять твои игры с "поглядеть на реакции".Притворявшееся когда-то кораксантропом существо бросило на девушку мимолётный взгляд и снова уставилось в облака.– Эх, думал ты хоть немного посочувствуешь такой истории.– Сочувствие? Сочувствие?! – произнесла она вставая. – Ой как же мне жаль тебя кракозябра инопланетная. Бедный интригант. А нас тебе не жаль?! Шесть миллиардов антропов вот вот подвергнуться экстерминатусу. Нам то кто посочувствует?– Тебе я сочувствую.Би на секунду прервала свою тираду. Но почти сразу опомнилась с продолжила с ещё большим жаром.– Ой, спасибо. Так благодарна. Это ноль целых хрен десятых от того в чём нуждается мой вид.Наступила пауза. Вестник немигающим взором смотрел через плечо на Беатрис. Та глубоко дышала, приводя мысли в порядок после вспышки эмоций. Наконец втянув носом стылый высотный воздух Би спокойно проговорила:– Ты не сделал ничего, чтобы заслужить моё сочувствие. Но я знаю что ты можешь сделать, что поможет нам обоим.Вестник вопросительно наклонил голову.– Я тебе поверю. И даже скажу, кто виноват в случившемся. Ты сам. Заигрался в бога в одиночку и допустил повреждение ценного ресурса. Я ведь права? Меня вместе с омницитами покромсало в фарш бомбой? Поэтому ты устроил этот вирттрип?– Да, – сказал, как сплюнул чужак.– Твоей ошибкой была попытка вытянуть всё в одиночку. Тебе нужен настоящий союзник. Не слуга-интеллект, а тот, кто сам куёт свою судьбу.– К чему ты ведёшь?– К изменению нашего договора. Я больше не собираюсь плясать под чужую дудку. Но всё равно помогу тебе. Загляни в мои мысли. Посмотри всю душу. И пойми, что более верного союзника тебе не найти.Вестник молчал почти дюжину секунд перед тем как мрачно спросить.– Что ты хочешь, Беатрис?– Силу. Мне нужна сила, Вестник. Таракан под ботинками постсингулярных солдат не сыграет роли. Потому я должна уподобиться тебе.– Ты перестанешь быть антропом. Станешь абсолютно другим когнетивным видом.Девушка улыбнулась и покачала головой.– Вестник, я видела достаточно. Видела машину, расшвыривающую антропов, как котят. Видела тварь, что может принять любой лик и играться с воспоминаниями и разумами своих жертв. Видела светящий через половину системы звездолёт. Узрев всё это, я поняла. Поняла, что одна очень старая сказка дошла до нас настолько искажённой, что её смысл стал полностью противоположным…Вестник обернулся к Беатрис всем телом. На говорящую уставились четыре изумрудных глаза. Сантелло ещё шире улыбнулась и возвела расставленные руки к бездонному небу. Резкий порыв ветра сорвал скрывающую тело простыню и заставил длинные волосы воспарить чёрным пламенем. Сомкнув веки, она произнесла:– Что бы убить дракона, надо самому стать драконом.Раздался клекочущий смех чужака.– Великолепно, коллега – произнёс он, расправляя крылья. – Такой опыт, такие впечатления... Превосходно! И это перед лицом Армагеддона! Хорошо, да будет твоя воля исполнена.Вестник протянул раскрытую ладонь Беатрис.– Но для начала, давай потанцуем.***Отраженный от ущербного лика луны свет почти невидимым призрачным потоком проникал сквозь незанавешенное окно. Ему едва хватало сил для разгона царившего в комнате мрака. Расположившийся на кресле рядом с окном Ангус тяжело вздохнул. Его взгляд упирался в сидящего на постели Грегга, чей мех в этом призрачном полумраке приобретал голубоватый оттенок. Сам же вульпесантроп не видел сокрытое тенью лицо партнёра. Будь ракурс более удачным, можно было разглядеть тяжёлые складки над надбровной дугой, свидетельствующие об активной мыслительной деятельности.– Значит чужие?Грегг кивнул.Урсантроп вновь вздохнул и принялся протирать очки. Мозг прагматика отказывался верить в подобную чушь. Вселенная холодна и безжизненна. Она молчит, сколько ты не вслушивайся, по крайней мере при сегодняшнем уровне развития техники. И пускай большие числа говорят о неоспоримом наличие жизни среди космической бездны, вероятность контакта… Ангус развернулся к окну. Среди звёздного бисера, вдалеке от убывающей луны, медленно, но верно разрасталась сияющая полоса. – Лишь дикари и ангелы...Грегг вопросительно поднял уши.– Вспомнил одну книгу. Просто из времени существования цивилизации и скорости прогресса, невозможно встретить инопланетян одного с нами уровня. Можно рассчитывать лишь на контакт с дикарём, даже не знающего огня, либо с божеством.– Но ты же говорил, что не веришь в бога?– Не в том смысле, какой вкладывают в церкви Слияния. Я говорю о созданиях контролирующих энергию звёзд. Ты знаешь сколько терраджоулей стоит разогнать корабль до хотя бы одного процента скорости света? Впрочем плохо другое. На чужих распространяется дилемма заключённого.– Это которая про два стула?– Нет, это…. Неважно. Просто знай, они скорее всего будут враждебные.– То есть ты мне веришь! – радостно выкрикнул Грегг, вскакивая с кровати.Урсантроп развернулся к окну, отчего неяркий свет обозначил контуры его хмурого лица. Только сейчас Грегг смог заметить, что у его парня дрожат руки. – Ангус?Вульпесантроп подошёл к своему партнёру. Проследив направление его взгляда, работник магазина различил в небе почти незаметные зеленоватые всполохи.– Полярное сияние… Да какая же у этого двигателя мощность?– Ангус?Вместо ответа он встал и прошёл к шкафу. Из закромов он вытащил потрёпанную спортивную сумку, пару туристических рюкзаков и чемоданы. Вскоре в них начали перекочёвывать стопки тёплой одежды и белья.– Грегг, иди на кухню. Собери все консервы, что есть, а также крупы и макароны. Всё, что может хранится долго. – Ты что, собираешься бежать?– Мы и так планировали переехать. Просто вместо Брайт-Харбора уйдём в лес. По городам будут наносить первые удары.– Что… Что ты говоришь? – в словах Грегга прошла дрожь.– А что тут непонятного?! Ты не слышал о ?Тёмном лесе?? Любая цивилизация это потенциальная угроза, которую надо устранить. Нас вбомбят в каменный век!– Подожди. Но ведь план… Я же говорил, Мэй собирается отправится в подземелье к Чёрному…– Не надо тут этого бреда?! Даже если та штука реальна, то чужие придут и за ней! Ты что хочешь оказаться в эпицентре десантной операции?!На несколько секунд повисло молчание. Ангус вполголоса выругался и отложил сбор вещей. Подошёл к Греггу и обнял.– Прости. Ты не представляешь, как мне сейчас страшно.– Испугался какого-то светлячка в небе.– Грегг это… Двигатель уже оружие массового разрушения… – Ну так Мэй и знает, как это остановить.– Ничего она не знает кроме старых сказок!– Но корабль, то она нашла. Причём до того, как он начал тормозить.– Повезло. Но знаешь, я действительно упустил один момент.Ангус отпустил вульпесантропа и достал из кармана телефон. Несколько раз он попытался с кем-то связаться, но безуспешно.– Проклятие…– Чего там?– Би не отвечает.– Ну так два часа ночи.– Где же она может быть… Секунду. У тебя есть номер Джерма?– Да, но…– Позвони и предложи утром покататься на велосипедах.– Что? Но ты же говорил…– Просто позвони и предложи.Грегг взял свой телефон с зарядки. Пара нажатий на сенсор и в аппарате раздались приглушённые гудки.– Ало, здоров, чувак. Не хочешь завтра утром… То есть уже сегодня утром покататься на великах? Что? Часа два ночи. Эм. Мне не спится. Да. Да. Хорошо. Всё до скорого.– Он согласился?– Да. Ты думаешь Би с ним? Так почему не спросить напрямую?– Потому, что есть некоторые подозрения. Грегг, слушай, сейчас мы соберёмся и я пойду к дому Джерма. Если повезёт вернусь на машине. Если нет, то позвоню. В любом случае потом доберёмся до Мэй и объясним её семье что происходит. Потом уезжаем из города.– А почему сразу не позвонить?– Потому что… Да, ты прав.Ангус вновь достал свой телефон. – Ну?– Не отвечают. Значит план тот же. Всё понял?– Да, но…Ангус взял Грегга за плечи.– Ты всё понял?Вульсантроп опустил глаза и кивнул.– Хорошо. Тогда помоги мне собрать вещи.***Выродившееся в расплывчатый алый круг солнце медленно садилось за горизонт. Длинные тени искривлённых деревьев чужого плейстоцена расчерчивали рыжую землю саваны. Мэй на мгновение бросила взгляд на исчезающее за планетарной кривизной светило и вновь принялась за работу. Очищенная от коры палочка раз за разом проворачивалась в её натёртых ладонях. Сила трения медленно, но верно нагревала деревяшку.Убрав накопившейся на лбу пот, девушка вновь вспомнила начало этого сна. Глубокий сон, что выглядел бы на томографе слепящими гирляндами, опутавшими мозг, должен был растянуть субъективное время. За часы сна нужно было усвоить многое. И если первый образ силы легко удалось получить, то тот, что Боровски силилась запомнить сейчас, потребовал уже пяти повторений вечера в этой саване. Внезапный хруст. Палка в ладонях разделяется на две неравные части.– Ещё раз, – шепчет знакомый голос в голове и солнце прыгает в небосвод. Не высоко, по сценарию огонь должен быть добыт вскоре после наступления тьмы.Вновь проходят часы упорного труда. Мозоли жутко болят. Холод сумерек заставляет короткую шерсть подняться дыбом. Кожа под ней чешется от песка и мелких жуков. Этот мир не знает ещё ни одежды, ни инсектицидов. Тьма вокруг становится всё гуще, где-то вдалеке голосят невидимые твари. Древние инстинкты предупреждают о возможной опасности, что таят ползущие тени. Мозг то и дело вычленяет ложные образы хищников. Всё как сотни тысяч лет назад.Температура продолжает падать. Кажется, что учащённое дыхание вот-вот обратится облачками пара. Над головой расцветают всё больше и больше звёзд. Но вот в возникающей тьме появляется едва видимый отсвет. Чёрная деревяшка потрескивает крохотными искрами. Тут же в дело идёт заготовленные трут. Насколько возможно бережно, Мэй раздувает едва тлеющий огонёк. Успех! Пламя занимается растительными волокнами, набирает силу. Теперь черёд мелких веток. Затем крупных. Огонь оживает, принимается облизывать своими рыжими языками древесину. На душе сразу становится радостно. Вот оно чудо творения. Покорение природы своими руками.На мысли ложатся все компоненты этого момента. Запах дыма, треск костра и шелест ночной саваны, всполохи пламени, кисловатый привкус во рту и зуд мозолей на натруженных ладонях, ощущение своей власти изменять мир, покорять стихии. Образ редактирования.Мэй в изнеможении откидывается на стоящее за её спиной дерево. Новый шаг к цели дался с трудом. "Если всё будет продолжаться также, мне ничего не успеть. Вот первый заученный образ силы дался легко. Почему этот не такой?" Возникшее в мыслях воспоминание вспыхнуло мгновенной картинкой. Образ пожелания демиургам снов. Не задержав комплексное воспоминание и секунду, Мэй обратила органы чувств к царящей вокруг действительности. Земля ещё сохраняет накопленное за день тепло, но уже начинает остывать. Ночной воздух смешивает ароматы саванны в трудно передаваемое амбре. Искры и дым от костра поднимаются в испещрённый неизвестными созвездиями небосвод. Мысли сразу перемещаются к друзьям: Греггу, Би, Ангусу. Как вместе с ними она так же смотрела на полное огней небо родного города. Как Ангус рассказывал истории, а Грегг их смешно комментировал. А Би сидела рядом, слегка улыбаясь. Как её совершенный силуэт окрашивался игрой светотени от пламени, и в глазах мерцали искры.– Эх Би, где же ты сейчас? – задала риторический вопрос фелиантроп. – Как же мне тебя сейчас не хватает.Никто не ответил. Лишь отзвуки сумеречного плейстоцена, да треск костра полнили пространство вокруг.Через пять минут стали подкрадываться некие подозрения. Несмотря на достигнутую цель сон не заканчивался.– Дедушка? – слегка обеспокоено вопросила Боровски к невидимому родственнику.~ Тут какая-то ошибка. Демиурги снов получили от тебя приоритетную команду. Мэй поднялась на ноги.– Какую ещё команду? О чём ты? Непонимающе девушка принялась оглядываться вокруг. В неверном свете звёзд и всполохах костра копошились сонмы теней. Они перетекали, изменялись, богохульно колыхались. Стремящиеся распознать опасность подсознание рисовало во тьме притаившихся чудовищ: демонов, призраков, вампиров – всех тех тварей, что мифология и кинематограф поселили на границу света и тьмы. Дабы хоть как-то улучшить освещение, Мэй взяла горящую ветку. Это помогло не сильно, однако огонь в руках придал уверенности.Внезапно в поле зрения попало нечто знакомое. Окрашиваемая всполохами костра, из тьмы выплывала двухметровая фигура. Зелёная кожа была вымазана в грязи, длинные волосы спутанными колтунами опадали на грудь слегка прикрывая её. Без сомнения это была Би. Только что-то в её движениях было не то. Что-то заставляло инстинкты кричать сигналами опасности.Смесь противоречивых чувств сковала Мэй. Не в силах пошевелиться она тупо смотрела на приближающегося хищника.~ Котёнок, это не твоя подруга! Демиурги лишь взяли её образ и построили под окружение! – Би...~ Это не она! Здесь какой-то блок, я не могу войти. Ты должна бежать!Не слыша своего предка, Боровски продолжала во все глаза таращится на одетую лишь в тугой карсет мышц фигуру. Всё в ней лучилось силой и какой-то притягательностью. Би была уже в шаге, в нос ворвалась непередаваемая смесь запахов одновременно пугающих и влекущих.Крокантроп подняла руки и обняла Мэй за плечи. От близкого тела валил жар, вызывающий дрожь.– Би..., – прошептала Мэй, с дрожью в голосе, смотря снизу-вверх на почти прижавшуюся к ней девушку. Подумав о чём-то пару секунд Беатрис наклонилась. Она была ближе чем когда-либо. Мэй потянулась к ней. Однако следующим действием крокантроп развеял все сомнения и надежды своих намерений. Полная острейших клыков пасть раскрылась чёрной, зловонной бездной. Звенящие от напряжения инстинкты разразились животным страхом. Оживший древний кошмар. Чудовище, что таится в тенях. Естественный враг вернулся. Вместе с этим потоком ужаса яркой молнией пронеслась короткая мысль. Гнев на то, что такой образ приписали Би. Горящая палка огненной пикой вонзилась твари в подставленный бок. НеБи зарычала от ярости и боли. Пользуясь тем, что когтистые пальцы разжались, Мэй проскользнула между длинными мускулистыми конечностями чудовища, уходя в перекат. – Ты не Би! Фантом, дешёвка! Она лучше какой-то подделки!Разъярённый крокантроп обернулась к слишком активной жертве. Мэй выставила перед собой горящую палку, пытаясь унять дрожь. Шансов почти нет. Скорость и сила всегда были на стороне Би. Тварь же наверняка добавит к этому свою животную кровожадность. Впрочем, выяснить правильны ли были выводы не удалось.Внезапно из тьмы вынырнуло нечто иное. Более не сдерживаемый блокировкой творцов снов появился дедушка. Вскинув корпускулярную винтовку, он направил луч релятивистского водорода в цель, обращая древний ужас в вихрь пепла и пара.***Холодный песок пляжа зашуршал под одеждой стоило обессиленной Мэй рухнуть на него. Врывающийся в лёгкие воздух был наполнен йодом и влагой. Под близким шумом прибоя дыхание постепенно приходило в норму. Нагруженные мышцы даже в мире грёз отдавали тянущей болью. Над головой повис загнутый дугой чёрный берег, отбелённый барашками волн.– Мы не успеваем, – проконстатировал очевидный факт дедушка.– Прости.– Что ты, Котёнок. Как я могу винить тебя в проблемах усвоения того, что сам изучал годами.Мэй грустно кивнула.– Всё же я чувствую, что лажаю. Ещё этот прошлый сон с НеБи...– Просто демиурги снов отреагировали на образ силы и провели неправильную экстраполяцию. Твоя настоящая подруга никак не укладывалась в сценарий сна, вот они и "натянули сову на глобус".Девушка вновь беззвучно согласилась, про себя подмечая, что созданный творцами грёз образ мог возникнуть не на пустом месте. Перед мысленным взором возникла Би в их последнюю встречу. Страх. Тогда Мэй испытала страх. За Грегга, за Лори, за саму Беатрис. И, если говорить по-честному, за себя. Клокочущая в глазах ярость подстёгивалась чем-то первобытным. Заставляющие допотопный инстинкты звенеть. Тенью со дна подсознания. Спящим в глубине ужасом, разбавленным эволюцией и прогрессом. Тем, что пробуждают воины АнКоги, когда настаёт время убивать...Мэй помотала головой, отгоняя неприятные мысли, и попыталась сменить тему.– Дедушка, так что же нам делать?Пожилой фелиантроп нахмурился. – Боюсь, что с большей частью работы мне придётся разобраться самостоятельно. Как только ты физически доберешься до изолированного ядра Ин Гатота, я смогу разобраться с защитными механизмами. Тебе же нужно будет лишь вытащить мыслеключ. Точно также как ты запоминала предыдущие образы силы. Хотя нет. Здесь я тоже постараюсь разобраться сам. Тебе нужно будет лишь добраться до места нахождения тела Чёрного Козла.– Неужто я снова бесполезна?– Что ты, Котёнок. Просто время поджимает, и я не могу рисковать тобой при сражении со стражами грёз. Пришедшие сквозь мрак просто не оставили нам других вариантов.На некоторое время воцарилось молчание. Ничто не нарушало симфонию набегающих волн и шелеста ветра в руинах Горизонта Грёз.– Хорошо, – наконец-то произнесла Мэй. – Пусть будет так, как ты скажешь.Старик опустился рядом и тоже растянулся на песке. Приобняв внучку, он попытался придать голосу как можно более успокаивающий тон.– Котёнок, я тебе обещаю, что сделаю всё что в моих силах дабы защитить тебя. Тебя и всех, кто тебе дорог.Мэй прижалась к тёплому свитеру предка и мелко задрожала.– Тиши тише. Ты важна в этом плане уже тем, что никто меня не сможет доставить меня к цели. Было бы больше времени, ты бы смогла научиться редактировать и внедрять мыслеключи и матрицы... Ладно, это потом. Всё потом. Сейчас, пожалуй, тебе нужно погрузится в нормальный сон. Силы скоро понадобятся.