Отрывок III (1/1)

—?Симеон, ты выглядишь красиво и нелепо одновременно. Я не знаю как, но тебе это удаётся. —?Адрион, стоя рядом практически в таком же костюме, снова начал язвить и толкать Вас в бок, слабо усмехаясь, пока Вы подписывали необходимые документы для возведения отношений между вашими домами в официальное положение. Он-то свою часть уже подписал.—?Ты же теперь мой муж, да? —?он продолжает язвить. —?Надо будет обговорить детали… ну, ты знаешь. —?он подмигивает Вам, и Вы знаете, что он не всерьез на что-то непристойное намекает и просто пытается заставить Вас чувствовать смущение и неловкость. С одной стороны, Вы прекрасно знаете эту его манеру поведения и готовы закатить глаза, с другой?— у него почти получилось.—?Мне не хотелось вмешиваться. Вы вместе так хорошо проводите время.

—?Иди к нам,?— зазывающе он помахал рукой, довольно улыбаясь. Развалившись на подушках, он выглядел немного пьянее своей спутницы. —?давайте поиграем на секрет! Симеон, у нас не должно быть секретов. —?он снова повернулся к Илэрии?— Ни у кого из вас-с не должно быть. —?и коснулся подушечкой пальца её пухлых губ. Девушка улыбнулась.Вам стало не по себе.—?Спасибо. Мне больше импонирует смекалка Илэрии… ?— она закрыла рот картами и посмотрела на Вас, сверкнув изумрудными глазами. —?и смелость Адриона. Давайте начнём.

Игра оказалась сложной, все противники, казалось бы, были более умелыми, чем Вы сами, и в момент, когда Вы начали проигрывать, Илэрия воспользовалась моментом, когда Адрион ощутил свою победу над Вами, потерял бдительность и, в конце концов, проиграл. Из-за чего должен был рассказать секрет.—?Вы ведь знаете, что я занимаюсь изучением теории… —?он начал говорить тише и оглядываться вокруг. —?анимансии? Так вот. Недавно я узнал кое-что очень важное. Я узнал, где можно добыть информацию о людях с невероятными способностями,?— он сделал паузу, отпив вина. —?о тех, кто видит души, кто может видеть то, какая душа была у тебя до касания энтропии. И, вы не поверите, я могу узнать об этом из первых уст.! Прямо так, записывая всё, что он говорит…!Адрион говорил тихо, но нельзя было не услышать его восторг и не увидеть это детское счастье, которое он сейчас излучал. Его глаза светились энтузиазмом, а руки так сильно сжимали стакан, что он готов был его раздавить.—?я очень рад за тебя. Наверное… я был бы рад составить тебе компанию, если это возможно, конечно… Не думаю, что Берасу это понравится, но. Гхм.—?Ты Бераса сын или Ондры? М? —?вэйлианка покосилась на Вас так, будто Вы сморозили глупость уровня ?Эора плоская?. —?она тебе лично запрещала такое делать? Она вообще с тобой говорила?—? На самом деле, вопреки всем этим крикам о связи богов и их богоподобных… она не говорила со мной, нет. Конечно же нет. С моей знакомой тоже не говорила. Никогда. По её словам, ни Магран, ни Берас не говорили с огненными или смертельными богоподобными. У нас нет никакой связи, кроме испорченного тела. Мы ничем не отличаемся от вас, кроме нашей внешности и, возможно, каких-то небольших способностей, вроде того, что я более энергичен ночью. Мы не говорим с богами, мы также не понимаем всего, что происходит вокруг, мы не даём каких-то супер умных, невероятных советов, например, как стать счастливым, или как правильно засолить грибы. Всё это?— раздутая хрень, вот что я вам скажу.

Вы залпом выпиваете весь бокал, который был наполнен, судя по всему, для следующей партии. В голове закружилось.—?О, это многое проясняет,?— отозвался Адрион. —?но мне, знаешь ли, нравятся твои рога. А я думал, кстати, что они как бы ловят связь свыше, чтобы с богами говорить. Всё такое.—?Пиздец.

—?Вот я того же мнения. —?Илэрия снова подлила вина в Ваш бокал, едва сдерживая смех.Игра продолжалась. Вы пытались сделать всё, чтобы эти двое не переиграли Вас, но голова уже была затуманена, и, несмотря на трезвость мысли, некая внимательность и концентрация были потеряны, отчего, без сомнения, Ваши карты были подсмотрены. В конце концов, Вы проиграли. Но практики игры в карты пьяным у Вас не было, так что ничего нельзя было поделать. Хоть Вам и грустно было признавать поражение, придётся рассказать какой-нибудь свой секрет. И Вас поразила мысль. Вы знаете, что именно расскажете.—?Ну, милый,?— Илэри протянула это очень нежно, Вам показалось это немного странным, но потом она сделала ещё более странную вещь: подсела к Вам на такое расстояние, на какое вообще было возможно, вместе с ней подсел Адрион, заметив какое-то смещение позиции. —?твоя очередь рассказывать тайну.Из-за разбросанных подушек лежать можно было везде, и, пользуясь случаем, эти двое превратили обычные сидячие объятия в лежачие.Вы решили подыграть. Вы не уверены теперь в компетентности своих действий, но обе Ваши руки теперь заняты поясами Вашего, условно говоря, мужа и его девушки, ладони мягко опустились на бока обоих. Вы тяжело вздохнули. И, можно было отметить, что действия эти не были не замечены.—??— мне нужен Хранитель для проверки одного дела. То есть… как бы это сказать. Для проверки меня. Что-то со мной странное происходит. Непонятное. Довольно давно, на самом деле, я даже думал, что это всё из-за моей богоподобности, но такого ранее ни у кого не было. Отец уверяет, что это всё-таки исток моей природы, но… мне кажется нет. Я должен проверить. Должен убедиться, что это не так. Я не знаю, что ещё делать. Пожалуйста, обещайте, что никому не скажете.

—?Ах… ну конечно, дорогой, конечно. Пер компланка, не надо нас о таком просить, мы бы и так не сказали,?— Илэри толкнула Вас в бок и заулыбалась широкой, уверенной улыбкой, а когда Вы обернулись на неё, неуверенно улыбаясь, она Вам подмигнула.—?Как бы вообще не вопрос. —?Адрион лениво положил Вам свою голову на плечо. —?Что там у тебя, м?Вы помедлили, а потом всё же решились сказать.—?Иногда лица меняются. Вот смотрю я на них, да? А потом они будто как на плохой, размазанной картине начинают меняться на другие, совсем не похожие на изначальные. Словно не их вовсе, совершенно другие люди предстают, и это не может меня не пугать. Просто представьте, что Вы смотрите сначала на своего отца, а потом, в какой-то момент, Вы начинаете видеть нём безобразного аумауа с зубатой пастью, злобной рожей и надменным выражением лица. Я думал, это всё какое-то временное. Н-не… обращал внимания. Но это длится так, чёрт возьми, долго.

Вы начали волноваться и, кажется, из-за волнения Ваше сердце начало биться в два раза быстрее.—?Я впервые о таком слышу. —?лениво поднял глаза Адрион, изучая Ваше лицо, затем также потянулся рукой и ткнул Вам в щёку пальцем, туда, где, судя по всему, была отметина. Я вижу, вроде, твоё лицо, Симеон. Оно довольно красивое. Может быть, действительно поменялось? —?но, кажется, Адрион не был особо впечатлён Вашей историей. Вы только что рассказали ему секрет всей своей жизни, одну из причин своего постоянного волнения, а он отреагировал на это, как на будничную проблему. Он даже выглядел теперь более раздражённым. Вы теперь не уверены, что это вообще стоило говорить. Вы тяжело вздыхаете.Неловкая, долгая пауза.—?У него проблемы. С лицами. —?наигранным голосом, таким, как когда-то говорил Ваш дед, он нарушил тишину. —?Скажи мне, Симеон, как тебе это удаётся?—?Кхм.?— комок эмоций не давал Вам сказать что-то более существенное,?— Адрион… я никогда не пытался расположить к себе людей специально. Я просто выполняю всю необходимую работу, которая на меня возложена. Ничего особенного. Я ценю то, что у меня есть, благодарю всех, кто мне помогает, и помогаю им в ответ.—?Эй, йо,?— звонким голосом, таким же врезающимся, как капли дождя на знойной, засохшей земле, ворвалась в беседу Илэри, прерывая ваш диалог. —?господин, тебе бы извиниться.—?Ну да, ну да,?— он начал нервно смеяться. —?кто бы передо мной извинился.Вы трое снова молчали, несколько минут прошло, когда Адрион снова начал рассказывать, что начинал раньше.—?Ох, матушка. Понимаешь, она очень чтит наши традиции. И очень чтит наш Дом. Для неё первостепенно получать результат. И результат, как правило, должен быть идеальным, превосходящим её ожидания. —?он встал с места и взял бутылку, начав расхаживать по комнате и пинать подушки. Вы и Илэрия привстали, внимательно его слушая. —?Адрион, почему ты не можешь быть, как наши соседи из во-он того дома? Мы не так давно говорили, дочка-то Каранцев уже заканчивает живописные курсы в академии, знает девять языков! А ты, Адрион, чем можешь похвастаться? А я ей говорил: ?СМОТРИ, МАТЬ?! И-и как начинал жонглировать стаканами! Она, конечно, не была от этого в восторге. Ну, я тогда мелкий был, лет семь, наверное. Получил потом такую головомойку, что горевать хотелось всю жизнь. Я душу вложил в это представление, долго готовился. А она: ?Не серьёзный ты, безответственный?. Родился отброс какой-то, изгой непонятный, не понимаю, с какой целью колесо выплюнуло тебя ко мне. Конечно, мне было обидно, и, конечно, чтобы получить хоть немного её внимания, я старался делать то, о чём она говорила. Я учился счёту, учил языки, занимался несколькими делами подряд, не мог сфокусироваться на одном и всё пытался и пытался быть лучшим во всём, а когда не получалось что-то?— сильно психовал. Разбивал вазы, тарелки, да всё, что угодно, что под руку попадалось. И конечно, получал за это. И когда у меня НАКОНЕЦ появились… хоть какие-то успехи: и преподаватели меня хвалили, и по сравнению с другими учениками я отличался и был успешен среди них, я показал их своей матери. Что са-амое интересное! Она сказала: ?Ну, ты, Адрион, не зазнавайся. Всё-таки ты?— Хансен. Мы лучшие во всём! И неудивительно, что ты отличаешься от других детей. Результаты не утешительные, на самом деле, как лучший, ты бы мог сделать ещё лучше. Опередив высший допустимый результат?. —?говорила она. Ну, я и плюнул тогда. Знаете, подумал, что она никогда не будет мною довольна. И забил. А это чувство, чувство собственной недостаточности, неидеальности всё ещё со мной. И как меня злит, не поверите, когда у кого-то что-то получается.И окончил свой монолог, тяжело вздохнув, усевшись на стол и снова выдувая вино из бутылки.—?—?В смысле, я знал, что она как бы… не очень. Но теперь она выглядит… очень не очень. Извини, Адрион, я правда не хотел тебя злить, особенно своим присутствием. Я предупредил, что будет, наверное, лучше, прийти позже. Хотя какая разница, я ведь, судя по всему, тебя и без этого раздражаю.—?Это да. Какова была моя злость, когда мать сказала, что эта шутка с хемнегом на самом деле не шутка, что она правда будет распределять часть наших ресурсов в вашу сторону, и что вы вкладываться будете. Такой удар под дых. Адрион, ты не справишься один, тебе уже двадцать один год, ты не можешь вести дела сам. Вот тебе эльф. Отсыпь своего внимания ему.—?Да, но причём тут Симеон? —?Илэрия грубо его перебила.—?Он слишком правильный! Разве не видно? —?он сказал это так, будто это само собой разумеющееся, слишком очевидное.—?Не знаю. Домой, скорее всего.—?Сидеть. Стоять. —?он встал перед Вами как раз тогда, когда Вы хотели подниматься с пола, а потом, недолго думая, уселся сверху на Вас. Но это не был один из его непристойных жестов, это скорее был акт агрессии, проявление того, что его слово тут закон, и что без его разрешения ты тут ничего делать не будешь, а он может делать всё, что ему захочется. Он делает ровно то, что описывал ранее. Он устал быть добрым.С одной стороны, Вам хотелось, чтобы он поскорее отстал от Вас, и мягко продолжили бы его игнорировать, с другой стороны, хотелось встать и выкрикнуть, чтобы пошёл он куда подальше.Вам стало его жаль. Настолько бесконтрольно он пользуется своими эмоциями, что здравый рассудок перестал взывать его прекратить свои действия или, как минимум, извиниться.—? Мы можем… найти выход, поддерживать друг друга. Мы ведь… партнёры по делу. И я считал, что мы друзья, искренне, не желая чего-то взамен, мне приятно просто проводить с тобой время. Ты не представляешь, как я рад был встретить друга и даже, в дальнейшем, не одного. Потому что, например, в моём детстве отец запрещал мне с кем-либо общаться. Я не знаю, почему, он всегда говорил, что я самый обычный, а дети бывают очень агрессивными, и что я могу набраться у них всякого, да и потом, если честно, у меня не получалось подружиться хотя бы с людьми в академии, потому что я попросту не знал как. Я не знал, как дружить, как общаться. Я начинал общаться с ними как со своими родителями, а они считали меня ужасно странным и без моей внешности. Так что… да, знаешь, я ищу вокруг признания, и да, мне тоже кажется, что я делаю что-то не так, неправильно, что меня снова заклеймят странным мальчиком, и вся моя дружба развалится. Из-за меня же.

Вам стало тяжело говорить, руки снова задрожали, и обида подступила неприятным комком к горлу. Вы никогда об этом особо не думали, но сейчас признаёте, что есть у вас много общего. И вы можете друг другу помочь. Из-за избытка эмоций на глазах начали проявляться слёзы.—?Хансен не сильно-то стремится меня в семью принимать. —?продолжила Илэри, не прекращая смотреть на развалившегося на Вас Адриона. —?Мадико, я?— не аэдирка, семья у меня с пиратскими корнями, а ладно бы, если бы они преуспели, но нет, где-то в низовьях валяются, никакой пользы, никаких связей для госпожи. Я совершенно не удивлена, что Адрион такой, какой он есть. Попробуй подберись к этой женщине, она сожрёт тебя с потрохами!Её голос из приятного ощущения влаги превратился в молнию, разбивающую старое дерево.—?Пер компланка, Симеон, ты тут совсем не виноват. Уж что я переняла у своих родителей, так это понимание того, что каждый пытается добиться в жизни чего-то и уйти с тонущего корабля, и винить его в этом совершенно нет смысла. Ты считаешь, что ворвавшись в нашу жизнь, испортил её? Так ведь не ты же отрицаешь нашу связь, не ты игнорируешь нас и пытаешься избежать общения? Всё выходит совсем наоборот,?— она замолчала. —?что это всё вот эта женщина. То её не устраивает, это! Только посмотри.Огромное впечатление на Вас производило то, как говорила Илэри, какой умной она была, и как лихо она считывала чужие эмоции, чтобы понять, что думает тот или иной человек. Все было в ней уверенное: её голос, врывающийся сквозь бурю эмоций, превращая их в штиль, её уверенное лицо и улыбка, от взгляда на которую хотелось верить, что всё встанет на свои места рано или поздно, от её крепких рукопожатий или объятий, которые придавали силы, и, казалось, что ты готов свернуть горы. Неудивительно, что Адрион выбрал её в качестве спутницы. И как же было жаль, что госпожа Хансен так и не увидела в ней свою преемницу, потому что никто иной, кроме как эта женщина, не мог вынести на себе хоть горы горящие вместе с драконом на плечах.—? разговорились мы, ребята.—?Прости,?— встаёт с Вас Адрион, высвобождая руки. —?мы поможем друг другу. Все вместе. Все вместе справимся.Он снова улёгся на Вас, в подушки, и крепко обнял. Крепко обняла и Илэри, рядом лежащая. В этом лёгком опьянении, с ощущением безопасности и доверия после разрешения конфликта, Вам так уютно и тепло, что хотелось разделить этот миг на долгое время. Вы справитесь. Все вместе справитесь.Вам стало намного легче.