Глава 26. Часть 2. (2/2)
— Он спит, — тихо прошептал Гримм, опуская брюнетку на пол.
— Пошли, — ответила Момо, направляясь на улицу. — Я покажу тебе место, где играла в детстве.
Гримм шел за девушкой, впервые в жизни осознавая, что отдал бы свою жизнь, лишь бы она вот так продолжала улыбаться. Брюнетка сжала его руку, останавливаясь около берега реки.— Я думала, ты не придешь, — прошептала она, прижимаясь к его груди.
— Тебе не удаться так легко избавиться от меня, — усмехнулся Джагерджак, гладя ее по волосам.— Ты ведь пойдешь с ними,— она не спрашивает, утверждает.
— Это мой долг.— А если я тебя люблю, — посмотрев в его глаза, прошептала Момо.— Поэтому и иду, — улыбнулся он, целуя свое маленькое сокровище. — Потому что люблю тебя слишком сильно, чтобы потерять.Почувствовав ее горячие слезы на своих губах, он лишь прикрывает глаза и сжимает объятия еще сильнее, боясь, что забудет запах ее волос, забудет тепло, что уже не вернется. И пусть это слабость, но именно она делает его сильнее.
***
Рукия поморщилась от боли, которая тут же окутала все ее тело. Сделав усилие, она все же смогла повернуть голову. Рядом сидел мужчина, который ей был не знаком. Хотя что-то такое в нем было, что-то, заставляющее улыбнуться. Протянув руку и убрав темную прядь с его лба, брюнетка сжала пальцы. На нем была форма легата римской армии, что ее насторожило. Но, осмотревшись, она поняла, что в безопасности. Дом Куросаки она не могла не узнать.
— Эм, э, — только и проговорила Рукия, не зная, стоит ли будить мужчину. — Пить хочется, — выдохнула девушка, протягивая руку за кружкой, но никак не могла дотянуться.
Бьякуя проснулся от странного шума. Перед ним лежала только Рукия, которая отчаянно пыталась взять кружку с водой. Наконец-то полностью проснувшись, он помог девушке, за что получил благодарственный кивок головой.
— Как ты себя чувствуешь? — он попытался придать своему голосу спокойствия.— Жить буду, — немного вымученная улыбка заиграла на ее губах. — Кто Вы и где Момо?— Твоя сестра была здесь, с ней все хорошо. А я...— Просто имя, больше я ничего не прошу.— Кучики Бьякуя.
Рукия прикрыла глаза, пытаясь справиться с волнением. Теперь понятно, что здесь делал легат. Только, как с ним себя вести?— Простите, я не помню ни Вас, ни ее.— Вы тогда были слишком маленькими.— Я, — она посмотрела в серые глаза. — Я все знаю, и простите меня. Мы с сестрой не оправдали ваших надежд.
Кучики впервые поддался собственным чувствам, осторожно сжав руку дочери и поцеловав ее пальцы. Понимая, что та так сейчас похожа на свою мать. Такую же хрупкую и нежную. Только в этих фиалковых глазах твердость и уверенность.
— Я отомщу за нее, обещаю. Вас с сестрой больше никто не тронет. Я вас защищу.— Хорошо, — улыбнулась Рукия. — Я тебе верю. И неужели, у меня волосы были короче, чем у Момо? — усмехнулась она.— На целый сантиметр, — ответил Бьякуя, понимая, что она все слышала.
Наступила неловкая тишина, когда так много надо сказать, но ты молчишь, боишься произнести хоть звук. Как же сейчас нужно просто начать, но губы сжаты. Рукия посмотрела на Бьякую, слегка улыбнулась и взяла его за руку.— Она ведь, была хорошей? — в фиалковых глазах мелькнули слезы.— Она лучшая из всех, кого я знал.