Глава 1. Пробуждение (1/2)

- Ха-ха! Ха-ха! Ха-ха! – Я стоял у зеркала и, глядя на свое отражение, истерически смеялся. Я просто ржал и не мог остановиться, хотя и понимал, что действую ненормально и, загляни сейчас ко мне мои соседи, они бы решили, что я окончательно сошел с ума. Благо поводы у меня для этого были. Но начну все по порядку.Впервые я вновь осознал себя как личность лет пять назад. Я просто пришел в себя после необъятной темноты, в которой очутился сразу после того, как меня убили.

Впрочем, я знал, что так и будет, и был готов к этому. Я даже не удивился, если бы очнулся в аду, но вместо этого меня ждало перерождение. Точнее не совсем так.

Придя в себя, я понял, что в теле, в котором я очутился, была не только моя личность, но и другая, детская, совсем еще ребенка. Тогда я ничего не понимал и благо не стал делать глупость. Видимо это был какой-то защитный механизм, ведь мое сознание пробудилось, когда телу, в которое я попал, было уже года четыре. И за эти четыре года, помимо моей личности, зародилась и личность четырехлетнего ребенка.Я чувствовал, что пожелай я того и сознание ребенка под моим напором либо просто исчезнет, либо сольется с моим. Но делать так я не стал. Кто я такой, чтобы жертвовать жизнью ребенка в обмен на свою? Я никогда не был такой мразью и, пусть в своей прошлой жизни я и убил тех людей, но они того заслужили.От невольных воспоминаний детское отражение в зеркале исказилось гримасой боли и скорби, но совсем скоро глаза стали источать такую злобу и ненависть, что находись сейчас в комнате кто-то еще, он бы в ужасе отшатнулся.- Тише! Тише! – Словно успокаивая самого себя, говорил я зеркалу. Боль и ненависть на себя, на свою слабость в тот момент и на тех сволочей никуда не исчезла.

Нет, не совсем так. Свою месть я свершил, жестокую, кровавую, такую как я и хотел, так чтобы не только эти сволочи, но и такие же как они, поняли, что они не всесильны. Что даже их можно убить как свиней и, что их богатые родители и родственники их не отмажут и не спасут.Разобравшись со всеми ими, моя ненависть к ним ушла, но ненависть по отношению к самому себе никуда не исчезла. Стоя рядом с трупом и смотря на свои окровавленные руки, я осознал одну очень простую истину, убить очень легко. Для этого не надо быть невероятно сильным и знать карате, самбо или бокс. Не обязательно даже оружие, главное иметь смелость — это совершить и отбросить моральные ценности.

И я сделал все это, я отбросил все, не стал жалеть ни их, ни тем более себя и потому смог совершить свою месть.Но стоя тогда над трупом последнего из них, я не чувствовал радости или удовлетворения, лишь еще больше осознавал собственную слабость.

Сила нужна не для того, чтобы убивать, а для того, чтобы защитить то, что тебе дорого. И я не смог этого сделать. Не смог ее защитить. Я оказался слишком слаб тогда, когда это особенно было нужно. И пусть я отомстил, но я отдал бы все, чтобы вернуться назад и защитить ее, свою сестру.

Я обещал ей после смерти наших родителей, обещал, что всегда буду оберегать и защищать ее, но не смог сдержать обещание и теперь жестоко расплачивался за это.- Впрочем, это теперь не важно. – Прервав поток собственных воспоминаний, я вновь посмотрел в зеркало и, глядя на девятилетнего ребенка с короткими черными волосами, тихо прошептал.

– Прости, Юто. В итоге я не смог защитить и тебя тоже. – Глаза ребенка отражали скорбь и вину. Ведь в итоге я снова облажался.

Я не стал ни поглощать, ни уничтожать личность ребенка. Я лишь затаился внутри, обитал в нашем общем внутреннем мире и наблюдал за всем, глазами этого ребенка.Сначала я не планировал ничего предпринимать, свою жизнь я уже прожил и не собирался отнимать шанс у этого ребенка, пусть и душа, судя по всему, у нас оказалась одна на двоих. И если вначале я еще пытался понять, как такое возможно, то после просто решил особо не задумываться над этим.Но происходящие события вокруг ребенка почти сразу внесли корректировки в мои планы.

Первые подозрения у меня возникли, когда ребенок стал общаться с белой кошкой, но самое странное вовсе не это, мало ли что ребенок себе на воображает. Но ведь кошка ему отвечала и причем вела осмысленную речь.

Именно тогда у меня стали зарождаться опасения и с каждым днем, неделей, а затем месяцем они лишь росли.Так в конце концов я понял, что не только сохранил свою личность после смерти, но еще и угодил в тело одного из главных героев посредственного аниме, которое в свое время смотрел со своей младшей сестрой.

И ладно бы если бы только это? Но ведь в свое время моя сестра изрядно увлеклась всей этой культурой. Я с ностальгией вспоминал ее, когда она со счастливым выражением на лице делилась своими впечатлениями от просмотров со мной. Мы всегда с ней хорошо ладили и потому я и сам не заметил, как втянулся в ее интерес, начав все с того, чтобы уметь поддержать с ней разговор.

И ведь только аниме все не заканчивалось, потом пошла манга, а усугубилось все фанфиками, которые мне приходилось писать вместе с сестрой.Так что пусть и с некоторым сомнением, но мне пришлось признать, что я попал. Но тогда я даже не подумал, хоть как-то вредить ребенку. Я лишь принял свое собственное решение. Раз я не смог защитить свою сестру, то защищу хотя бы его. Ведь в той истории что я знал, он не хотел кровопролития и боялся битв, но как я считаю в этом мире этого не избежать. А потому, раз уж мы обитаем с ним в одном теле, то эту роль я возьму на себя.Приняв это решения, я продолжал молча наблюдать из глубины нашей души за жизнью Амакавы Юто.

Он рос активным и что самое главное добрым ребенком, большую часть времени он проводил в деревне Ноихара у дедушки Гена и бабушки Савы. Сутками напролет он бегал по лесу вместе с говорящей кошкой Химари, и они наслаждались компанией друг друга.С годов пяти дед начал ненавязчиво знакомить Юто с семейным делом. Он рассказал ему о том, что семья Амакава поколениями являются охотниками на духов и аякаси. Тогда еще маленький Юто не осознал всю тяжесть этого бремени и радовался как ребенок, коим он и являлся. Я же осознал, что все для нас двоих только начинается.С тех пор дед начал постепенно обучать Юто, но ребенок был слишком несерьезным. Он не любил подолгу сидеть и слушать лекции деда, не желал тренироваться и куда с большей охотой играл с Химари. И видя это, дед сильно не настаивал на его обучении, видимо считал, что времени у них еще много.Я же, находясь в глубине души, все слушал очень и очень внимательно. Каждое сказанное дедом слово, я прокручивал у себя в голове несколько раз и, уже спустя несколько месяцев, почувствовал духовную силу, про которую рассказывал Юто его дед.С тех пор для меня многое изменилось. Осознание собственной слабости и желание обрести силу, мотивировали меня очень хорошо. Как тот, кто напрямую сталкивался с горем от потери близких и смертью, я имел хорошую мотивацию для тренировок.

Сутками напролет я только и делал, что тренировался в нашем внутреннем мире, когда Юто просто развлекался, я переставал наблюдать за ним и тренировался. А когда подходило время тренировок с дедом или бабушкой, я слушал внимательно и ловил каждое их слово, как умирающий.Так летели месяцы, затем годы и вот уже Юто семь лет и его знакомят с его будущей невестой. Я не сразу узнал ее, во-первых, прошло уже много времени с тех пор, как я умер, а во-вторых, стоящая перед Юто девочка выглядела совершенно иначе, чем в будущем.

Их познакомили друг с другом, и маленькая Куэс Джингуджи осталась в деревне с ними на какое-то время. Добрый и наивный Юто пытался подружиться и искренне общался с ней.

Она отвечала ему, но была немного замкнута и, оценивающе и не по-детски смотрела на него, тогда, когда думала, что он не видит этого.

Но я-то видел и даже больше, понимал, что в отличии от деда Гена, который жалеет своего внука, эту девочку никто не жалеет. Ее воспитывают согласно традициям охотников на демонов и в ее взгляде я видел знакомые черты, как у меня. Уже в столь юном возрасте она сталкивалась со смертью.Понимая это, я относился к ней с настороженностью и как показало время, не зря.

Спустя неделю я почувствовал, как в наше тело вторгается ее магия, не зная, что это, я инстинктивно стер это духовной силой и она почувствовала это.С того момента она стала смотреть на Юто немного по-другому, а сам ребенок не осознавал ничего.

Лишь позже я разобрался в том, что это могло быть. Скорее всего, девчонка хотела проклясть нас. Уж больно сильно искажался ее взгляд, когда она видела, как мило Юто общается с Химари, которая оказалась духом кошки.