Глава 5. (1/1)
POV. Миямото Ариса.Напряженно сжимая в руках тетрадь по английскому языку, пыталась, если не выучить, то хотя бы повторить материал. Сейчас был перерыв, а это значит, что вокруг царили шум и гам. Отовсюду только слышалисьразговоры о том, какое кафе сейчас лучше, какая школа победит в чемпионате по софтболу, да и насколько можно укоротить юбку ближе к весне. Мэй, сидевшая рядом, взирала на меня, как не на отличницу класса, а как на умственно-отсталую.
— Ариса, да не злись ты так, — в очередной раз подруга попыталась привести меня в чувство, а вместо этого я рассвирепела окончательно.Швырнув тетрадку на стол, зарычала. Да-да, я тоже умею рычать.— Не злиться? Не злиться! Да как можно не злиться, когда меня запрягли в шесть соревнований подряд?! У людей совесть вообще есть, или как?— Или как, — согласилась подруга, успокаивающе похлопывая меня по спине. — В конце концов, я тоже в футболе одна за всех отдуваться буду.
Я опустилась на стул, уронив голову на парту. Хотелось плакать, но слёз почему-то не было.Как говорится: как день начнешь, так его и проведешь. Дело в том, что, помимо моего утреннего опоздания, староста класса оповестила нас о том, что в пятницу будет проводиться ?Спортивный фестиваль?. То есть, как и полагается, учебы не будет, зато соревнований столько, что до дома придется ползком добираться. Многие спортсмены, кто не раз защищал честь класса, записывались добровольно. А вот меня даже и не спрашивали… Решив, что раз я занимаюсь легкой атлетикой профессионально, то мне ничего не стоит пробежать шесть разных дистанций. Подряд! Как бы я не пыталась возмущаться и отнекиваться, список участников утвердили раньше, чем успела вставить свои пять йен. Вот такой вот парадокс! А потом они удивляются, чего это я в их клубы вступать не хочу. Вступишь тут, как же! Сядут тебе на шею, ножки свесят, а ты паши, как лошадь работящая. Ладно бы ещё по-человечески попросили, мол: ?Миямото-сан, пожалуйста, поучаствуй за наш класс! Пробеги дистанцию!?, тут бы вопросов не возникло. Так нет! Надо всё сделать втайне от меня, а затем просто поставить перед фактом. У людей ни стыда, ни совести, а мне после этого говорят: ?Не злись!?.
— Посмотри на это с другой стороны, — попыталась приободрить подруга. — Катакура тоже будет участвовать в эстафете.— И что? — вяло огрызнулась я. — Я теперь должна прыгать от радости?— Нет, ну…
— Гну! Это вообще нормально, что меня поставили в эстафету среди шести классов, из которых я одна девушка? Где справедливость?— Справедливости нет, — согласился Хэйши, подсев к нам. — Не боись, мне тоже запрягли. Помимо того, что я в физкультурном совете, то бишь, мне вообще это всё безобразие организовывать надо, меня поставили играть в футбол, волейбол, баскетбол и в плавание. И прикол в том, что футбол и плавание почти в одно и то же время, разница лишь в три минуты. А на старт нельзя опаздывать, иначе дисквалифицируют. Так что я ещё и кросс пробегу.
Подруга наигранно зашмыгала носом и, переключившись на волосы своего парня, детским голосочком запричитала:— Бедненький ты мой! Обижают тебя все!— Вот так всегда, — обиженно буркнула я, наблюдая за тем, как Хэйши буквально тает от умиления.
— Кстати, — подруга с хитрым прищуром повернулась ко мне,— ты говорила, что Катакура собирается познакомить тебя со своими друзьями?— М? Ну да, говорила, — ответила, не совсем понимая, к чему она клонит.Подперев ладошкой щеку, Мэй одарила меня ослепительной улыбкой. Ну, для меня эта улыбка была более чем коварной.— А то, что у каждого из его друзей есть девушка.— Во-первых, девушка есть только у одного, — с видом знатока начала я. — А во-вторых, какое это имеет отношение?Тут, кажется, даже до Хэйши дошло.— А то, что ты вполне можешь стать его девушкой.На секунду я зависла, а затем мне стало настолько смешно, что несмотря на серьезные лица друзей, расхохоталась. Более нелепой идеи я от них ещё не слышала!— Да вы, как погляжу, с ума сошли. Причем сразу оба! Сами не забыли, почему именно Катакуру мне подсунули? Да потому что его не интересуют девушки его возраста. А теперь, что я слышу? Его девушкой? Очуметь можно!
— А ты хотя бы на секундочку представь, — не сдавалась подруга, упрямо поджав губы.А вот мои губы в ответ скривились:— Не хочу и не буду. Быть может, парень он хороший, но вот для отношений он не создан, как и… — я запнулась на полуслове.?Впрочем, я тоже не создана для отношений. Мне нет смысла обвинять его в том, в чём мы похожи?.Подруга с Хэйши промолчали, и как раз в этот момент раздался звонок на урок. Преподаватель зашел в класс, и все одноклассники расселись по своим местам. Всё-таки не зря я готовилась к английском так усердно… У нас была проверочная работа.***— Миямо-чан! — голос Катакуры я услышала с другого конца коридора.Остановившись, тяжело вздохнула, горя желанием придушить его.— Чего тебе? — взглянула я на него исподлобья. — Учти, я тебя ещё не простила на утреннее происшествие.Казалось, что парень смутился. Но, увы, это лишь показалось.— Да ладно тебе, — улыбнувшись своей белозубой улыбкой, шатен небрежно отмахнулся. — Было бы лучше, если бы ты упала??Да лучше бы упала?, — мысленно выругавшись, ответила вполне спокойно. И, как мне показалось, весьма холодно.— Катакура, я помню прекрасно, о чем мы договаривались. И я, кажется, вполне ясно выразилась, что в общественном месте меня трогать нельзя. Какой бы не была ситуация и к чему бы она не располагала. Ещё раз такое повторится, и я…— И что ты? — на его лицо легла тень, а вот теплые, карие глаза сурово почернели.Я сглотнула ком, невольно подступивший к горлу, и тихо произнесла:— И я тогда прекращу общение с тобой.Он поморщился и даже слегка вздрогнул. Губы его растянулись в дьявольскую ухмылку.— Пра-а-авда? — слишком слащаво протянул он, наклонившись ко мне и заглядывая прямо в глаза. Как бы мне в этот момент не было дурно, я даже не нашла в себе силы, чтобы отступить назад, подальше от этого садиста со стажем. — А не боишься, что я могу всем рассказать о твоей маленькой тайне?— Ты меня шантажируешь? — одна бровь сама собой выгнулась в вопросе. — Не боюсь, — вполне искренне улыбнулась я, чем повергла Катакуру в культурный шок. — Не забывай, что касания действуют на меня только в том случае, когда меня не воспринимают как девушку. А, увы, большая часть парней в меня влюблена. И ты об этом прекрасно знаешь. А хочешь, я расскажу тебе ещё один секрет? — глаза его загорелись в предвкушении. Сделав шаг вперед и протянув ладонь, провела пальцами по его щеке, убирая упавший на его лицо локон каштановых волос. — Я могу дотрагиваться до парней, не вредя себе.
— А чего раньше молчала? — возмутился парень. А я хихикнула, потому что он вновь сделал такое умилительное лицо, что вся злость разом улетучилась.— Хотелось сохранить за собой хоть какую-то интригу.— Кей-чан, Миямото-сан!Мы обернулись, глядя на Хашибу, который подлетел к нам со счастливой улыбкой. Следом за ним шли ещё два парня: один был высоким, чуть-чуть выше Катакуры с необычными малиновыми волосами и хитрыми сине-зелеными глазами; а второй был явно ниже всех остальных, серьезное, хотя, я бы даже сказала, отстраненное выражение лица, и темные волосы, цвета вороньего крыла скрывали почти всю левую сторону. Я знала, что красноволосого зовут Томоя Мацунага (он личность у нас известная), а значит брюнет у нас Цуеши Наоэ.— Привет, — поздоровалась я сперва с Хашибой, а затем только повернулась к двум другим парням. — Миямото Ариса, рада встречи. Катакура очень много рассказывал о вас.— Весьма рад познакомиться с такой красавицей, — подмигнул Мацунага. — Томоя Мацунага, — и хотя он протянул руку, я пожимать её не стала. Хотя бы из-за того, как зыркнул на меня садюга.— Я — Цуеши Наоэ, — вежливо, но как-то безэмоционально поздоровался со мной брюнет.— Маццун, — по слащавому голосу Катакуры стало ясно, что он злится. — Не трогай Миямо-чан, хорошо?Я почти что услышала, как он заканчивает фразу словами: ?Она, конечно, теперь моя дорогая игрушка, но лучше будет, если она не станет стонать в коридоре школы?. Впору обидеться, но кто обижается на правду? Хорошо, что хоть не обнял при всех, хотя я уже видела, как его рука потянулась к моему плечу. Кстати, Катакура вроде как говорил, что Мацунага влюблен в кого-то… Ну, наверное, от дурных привычек так просто не избавиться.
— Оу, не ожидал, что ваши отношения продвинулись настолько, — красноволосый бросил на друга ревностный взгляд. А я подавилась возмущением. Что это он имеет в виду?— Нет-нет, мы просто решили соотнести приятное с полезным. И доставить друг другу обоюдное удовольствие от нашего общения.Кажется, у меня челюсть упала и закатилась куда-то под батарею. Потому что фраза получилась настолько двусмысленной, что покраснела не только я, но и парни. Закрыв лицо руками, тихонько взвыла. Ну вот кто его за язык тянул? Моя сомнительная репутация такими темпами вскоре перейдет в совсем иное русло.
— Ну что, идемте?
Оторвав руки от лица, я удивленно взглянула на безмятежного шатена и задала соответствующий вопрос.
— Как куда? В караоке, конечно же! — ответил Хашиба, подхватывая сумку и подмигивая мне. — Ты же обещала мне помочь, помнишь?— Ты про Кобаякаву? — припомнила я наш утренний разговор. — А разве нам не надо подождать её?— Не беспокойся, Кобаякава-сан работает в том самом караоке, в которое мы собираемся.— Цуепон, а ты Юкирин написал?— Да, она уже ждет нас там. Говорит, что там ещё и Цуцуи.— Да? — воодушевился Мацунага. — Плюющаяся женщина тоже там?Я пальцем поманила Катакуру и, когда он наклонился, спросила:— Что это ещё за прозвище такое?Шатен рассмеялся, явно припомнив что-то.— Дело в том, что, когда Маццун и Цуцуи впервые встретились, она плюнула ему в лицо. Вот с тех пор и приелось.
— Смело, ничего не скажешь, — прыснула я в кулак, уже представляя эту картину.— Кстати, Миямото-сан, а ты совсем не похожа на Снежную королеву. Так ведь тебя называют?— Просто у меня кожа холодная, — попыталась отшутиться я, чем вызвала взрыв хохота.
На губах расплылась радостная улыбка. Впервые на моей памяти я разговаривала вот так вот с парнями: без скрытого умысла, без задних мыслей. И знаете что? В этот момент я была по-настоящему счастлива! Каким бы садистом не был Катакура, он сдержал своё слово.