Часть третья. (2/2)

— Песня Brain Crain, — рыжая улыбнулась.

— И какая же? — посмотрев в синие глаза подруги, я улыбнулся. Как же я люблю, когда она немного стесняется — это редкие моменты, когда она не такая активная.

— Нежный танец ветра и соленого воздуха. Конечно, я не уверена в выборе песни, но она очень запала мне в душу, — Сэм развела руками, — но ты же меня понимаешь, да, Томас?

— Да, понимаю, — музыка была моим вторым любимым увлечением, иногда я жил ею, но мой скейтборд был и будет моей страстью, пока я не сломаю себе что-нибудь. Вот так мы и просидели с ней на скамейке, болтая о её прослушивании.

Наш разговор прервал мой телефон, который зазвонил не в самое подходящее время. Достав моего старичка, я немного вздрогнул — звонил Джеймс.

— Эй, утырок, где тебя носит? — вот так всегда. — Живо домой!

— Уже иду, — отключившись, я приуныл. — Сэм, мне пора. Пока, — поднявшись со скамейки, я, немного прихрамывая, отправился домой.

— Пока.

***Дойдя до дома, я услышал крики. Чёрт! Не смотря на боль в ноге, я вбежал в дом. Джеймс снова орал.— Джеймс, успокойся! — голос мамы был хриплым и надрывистым.

— Я, сука, спокоен!

Что это у него случилось?

— Джеймс, тише. Все ещё уладится, — мама взяла его за руку, но Мартин резко её выдернул и ударил ее по лицу.— Не трогай меня, сука!

Мама от неожиданости упала на пол. Увидев это, я оторопел и не заметил, как оказался возле него и ударил кулаком в нос.

— Ах ты уебок! Какого хуя? — из его глаз вылетали молнии, а из носа текла кровь. — Сука! Ну все, пиздюк, ты допрыгался! — замахнувшись, он ударил меня в живот. От резкой боли я согнулся пополам.— Джеймс! Не надо! — мама схватила его за руку, но он выдернул её и не успел я опомниться, как получил по лицу.

— Пиздуй к себе в комнату, сука, и лучше больше не поподайся мне на глаза.

Ничего не сказав, я отправился к себе. Как же я его ненавижу! Сука! Дотронувшись до губы, я немного поморщился. Ну вот, разбил мне губу, гондон.

— Уёбок, ненавижу!

Зайдя в комнату, я плюхнулся на кровать. Достав плеер и наушники, воткнул их в уши и погрузился в мир, где нет ни Джеймса, ни его дочерей.