Глава 6. Свобода (1/1)

Проткнутое колесо больше не казалось огромной проблемой, потому, насладившись картиной догорающего дома восковых фигур, Прасковья предложила Косте вернуться в лес, к джипу, у которого и начались все проблемы. Парень, не думая, согласился. Он считал, что теперь, после случившегося, ему стоило довериться своей подруге и слушаться её, более смелую и уверенную. Прасковья не?могла поверить, что снова дышит чистым воздухом. Её трясло, а идти было неимоверно сложно, ведь с каждым шагом в голове пульсировали воспоминания о каждом умершем из-за братьев человеке. Семён, Стас, Сима, Игорь… Каждый из них был её близким другом, каждый был человеком, достойным своей собственной жизни. Прасковья чувствовала себя просто отвратительно. Кровь и?грязь покрывали всё её?тело мерзким слоем, давя на?неё своим тяжёлым весом. Казалось, что ей?уже никогда не?удастся отмыться от?них, как и?избавиться от?ужасающих сцен, увиденных за?всё время пребывания в?Амброузе. Прасковья чувствовала себя виновной за?всё, что произошло, ведь именно ей?принадлежала идея выбраться в?другой город. Если?бы?не её?желание прокатиться и?посмотреть, как живут другие люди?— её?друзья не?умерли?бы?от?рук сумасшедших. Она судорожно сжимала в?руках жетон Игоря?— единственная вещь, оставшаяся от?него. Она напоминала о?многом и?ни?о?чём одновременно, и?Прасковья знала, что не?будет расставаться с?этой вещицей до?конца своих дней, силой заключив себя в?страдальческую клетку. Таким образом она хотела искупить грехи перед друзьями, которые отдали свои жизни по?её?вине. ?Я не?должна была выжить,??— подумала девушка, смотря на?Костика. Тот плёлся рядом с Прасковьей с?таким видом, будто всё ещё не?до?конца понимал происходящее. Наверное, он?думал о?том?же?самом. Может, вспоминал, с?каким безумным видом убивал человека, пускай и посягнувшего на?счастье их?маленькой дружной компании. Он?тоже винил себя за?многое. Думал, что успел?бы?помочь Симе, если?бы?не?отошёл. Девушка была?бы?жива, шла рядом с?ними и?сдержанно улыбалась, зная, что именно такой реакции все от?неё ждут. Вместе они вернулись к той поляне, на которой заночевали в той части своей жизни, которая была счастливой и безоблачной. Следующее же утро изменило её до неузнаваемости. Теперь это место отталкивало. Во-первых, перед распотрошённой ножом палаткой находилось кровавое пятно, и, увидев его, Костя замер на месте, прокручивая в голове ужасный крик Серафимы, который он услышал, будучи счастливым из-за звонка Игоря. Как же быстро тогда сменилось его настроение. И если бы он только знал, что ждёт его здесь, на этой полянке, он бы ни за что не вернулся за Серафимой, ведь не было ни единого шанса спасти её жизнь. Осознав, что Костя остановился, Прасковья повернулась к нему и сказала:—?Я тоже виню себя за многое,?— её голос был тихим и сильно дрожал, будто она вот-вот заплачет. —?Я знаю, что могла бы постараться и помочь Семёну. Знаю, что Игорь мог бы выжить, если бы не заслонил меня своим телом. Знаю, что именно я стала причиной происходящего и…и…?— она всхлипнула и быстро стёрла слёзы,?— мне очень жаль! Костя смерил Прасковью сочувственным взглядом и приобнял её за плечи, желая успокоить. Она прижалась к нему и смежила веки, чувствуя слёзы, бегущие по щекам. Всё происходит неправильно, нечестно, никто не заслужил такой участи. Только об этом могла думать девушка, даже сейчас, когда нужно было сматываться.—?Я понимаю,?— сказал Костя, поглаживая подругу по спине, он и сам был готов разреветься. —?Я чувствую то же самое. Если бы не моя медлительность, Серафима была бы жива. Да и к вам я мог подоспеть раньше, чтобы подсобить Игорю. Прасковья, чувствуя себя несколько лучше, вдруг вспомнила о рисунке Симы, который до сих пор валялся в её кармане. Она достала его, развернула и?всмотрелась в?изображение шестерых ребят, смотрящих на?неё саму счастливыми, ничего не?ведающими, взглядами. Если?бы?Серафима знала, что произойдёт в?будущем, рисуя?это, если?бы?знала… Если?бы?все они могли предположить что-нибудь подобное… Крупная капля упала на?угол бумаги, мгновенно сделав его серым. Костя, заметив, что Прасковья вновь плачет, здоровой рукой сжал кисть своей подруги и отодвинул её, чтобы та не смотрела на рисунок Симы. Этим он говорил, что рисунок?не?должен уничтожиться вместе с?их меланхоличной темноволосой подругой. Девушка кинула один благодарный взгляд на?своего друга, единственного, кто выжил вместе с?ней в?этом ужасном городе восковых фигур, и вытерла слёзы. Она должна быть сильной ради?тех, чьи души навсегда запечатаны здесь. Ради себя и?Кости, в?конце концов.—?Ладно,?— сказала Прасковья,?— пойдём заведём этот сраный джип. Девушка отдала рисунок Косте, потому что знала: эта напоминалочка о прошлом не позволит ей спокойно вести машину. Конечно, в конце своего пути рисунок обязательно вернётся к ней, потому что совсем недавно Серафима вложила его в ладонь Прасковьи своими тёплыми пальчиками. Они оба не?могли поверить в?то, что случилось. Казалось, что кошмар сейчас придёт к?концу, как только солнечные лучи проберутся в?их?комнаты и?коснуться?лиц. Однако, как?бы?не?хотелось, Прасковья и?Костя прекрасно осознавали, что никакого чудесного пробуждения не?будет, а?этот пережитый ужас?— есть реальность. Девушка обернулась и глянула вперёд, где деревья закрывали город восковых фигур, этот мерзкий город, лишивший её друзей, души которых навсегда будут заключены в?этих, пропитанных воском, территориях. Прасковья забралась в машину и, сжав в руках руль, глубоко вздохнула. Совсем недавно Семён вёл машину, сосредоточенный и жалующийся на громкие разговоры. Совсем недавно в багажнике сидел Стас, смеясь и снимая весёлую компанию на видеокамеру. Совсем недавно Игорь разложил на своих коленях карту и имитировал голос навигатора. Кстати, запах парня до сих пор висел в салоне автомобиля, этот лёгкий аромат одеколона, что всегда нравился Прасковьи. Обернувшись, девушка нашла на задних сидениях брошенную видеокамеру. Взяв её в руки, Прасковья поняла, что не может уехать, не посмотрев записи. Она позвала Костю, который осматривал полянку в поисках важных вещей, и он быстро вернулся к машине и забрался внутрь.—?Что-то случилось? —?спросил он и положил рисунок Серафимы в бардачок. —?Смотри, что я нашёл. Он протянул Прасковье её телефон и улыбнулся. Хотя, в свете последних событий, это движение губ было невероятно изнеможённым и усталым, да и на улыбку похожим лишь отдалённо.—?Вызывай копов,?— сказал он.—?Нет,?— девушка покачала головой, но всё-таки взяла из рук друга свой телефон. —?Неплохая находка, но ведь моя лучше.—?Видеокамера?—?Она принадлежит нам,?— сказала Прасковья. —?Это единственное, что осталось у нас от них. Она видела карту Бо, помнила дорогу, так что могла без проблем добраться до города. Прасковья знала, что здесь, в джипе Семёна, они в безопасности, да и тут больше нет никого, кто бы мог им навредить. Но всё-таки, руководствуясь чувствами самосохранения, девушка решила поскорее убраться отсюда, чтобы не навлечь на себя и Костю новую беду. Стоило ей подумать об этом, как издалека послышался звук приближающегося автомобиля. Прасковья, зная, что помощь не могла прибыть так скоро, приказала Косте спрятаться на задних сидениях, так как там, где тонированные стёкла, его было сложнее увидеть, сама же притаилась на передних. После произошедшего инстинкт самосохранения работал превосходно и реагировал на любую подозрительную вещь.—?Паш, кто это может быть? —?шёпотом спросил парень. Его голос звучал плаксиво, так как Костя был уже на грани, и это было понятно: ребята только решили, что всё позади, как кто-то снова пришёл, чтобы разубедить их в этом.—?Я не знаю,?— ответила Прасковья раздражительно, попутно роясь в бардачке,?— но тебе следует молчать, чтобы выжить. Она слышала, как Костя звучно сглотнул слюну и попытался уместиться на полу более удобно. Теперь слова о смерти не казались ему забавными, как раньше, когда он, например, подтрунивал над Серафимой. Сейчас он был готов сделать всё, что угодно, лишь бы быть уверенным в собственной безопасности. Прасковья же, наконец, нашла то, что искала: это был перцовый баллончик, который Серафима отдала Семёну в начале путешествия, сказав, что с ним она чувствует себя в безопасности. К сожалению, он так и не помог ей сохранить свою жизнь. Прасковья услышала приближение машины и поняла, когда она остановилась.—?Костя, посмотри, кто это,?— сказала она, так тихо, что парень с трудом разобрал её слова.—?Ты уверена? —?с сомнением спросил он. —?А если меня заметят?—?Чёрт возьми, стёкла сзади тонированы, так что тебя никто не увидит. Парень решил не спорить. В конце концов, Прасковья пережила куда больше него, так что ей лучше знать, на что способны бешеные психи. Костя в основном только бегал да трясся за свою жизнь, в то время как она выбиралась из дома восковых фигур, из жилья Бо, из театра, и снова из дома. Да и парень видел, что Прасковья вновь готова рисковать собой, и решил, что этот риск нужно уменьшить до минимума. Парень осторожно выглянул, как и сказала ему Прасковья, и всмотрелся в темноту, откуда приближалась чья-то машина. Светящиеся огоньки фар неумолимо приближались, и вскоре на поляну вырулил голубой грузовик.—?О, чёрт! —?воскликнул Костя и спрятался вновь. —?Это тот мужик, что отвёз вас с Семёном в этот проклятый город!—?Этот сумасшедший придурок? —?не поверила девушка. —?Боги, он, должно быть, действовал в одной связке с Бо и Винсентом! Костя снова выглянул, чтобы быть в курсе того, что там делает знакомый им мужчина. Прасковья же размышляла о том, знает ли он, что из весёлой компании остановившихся на ночь ребят остались живы двое? Знает ли он вообще, что умерли не все? Если нет, тогда это может сыграть на руку ей и Косте, мужчину можно будет застать врасплох. Главное, чтобы он не решился заглянуть в джип, потому что Прасковья имела совсем мало места для телодвижений, а у этого сумасшедшего имелся при себе охотничий нож. Мужчина вывалился из грузовика и с грохотом захлопнул дверь. Следя за этим, Прасковья в это же время приоткрыла свою, надеясь, что их ночной гость ничего не услышал. Так оно и оказалось. Конечно, теперь переговариваться было ещё опаснее, но девушка понимала, что так будет гораздо легче выбраться из машины и остаться незамеченной. Мужчина начал осматривать полянку. Наверное, он искал что-то, что нужно убрать с чужих глаз подальше. Естественно, он не знал, что его братья мертвы, а дом?— уничтожен. Но мужчина предчувствовал это, так как постоянно что-то бубнил себе под нос.—?Почему я? Почему постоянно я должен убирать чужие вещи? Хорошенькие дети…приятные дети…отличные фигуры. Город им понравится, наш город красивый, мама была бы довольна… Прасковья с ужасом слушала его несвязные речи, понимая, что для них она и её друзья никогда не были полноценными людьми, личностями, у которых свои мечты и стремления. Каждый из них был новой фигурой в мёртвом городе, который ещё никто не покидал. Но жертвами Амброуза уже стали Семён, Стас, Серафима и Игорь, так что Прасковья считала, что с него достаточно. Она собиралась сделать всё, чтобы защитить себя и Костю. Тем более, вскоре должна была прибыть полиция, чтобы выслушать их душещипательную историю и обеспечить безопасный путь домой. Но для этого нужно было стереть с лица Земли этого подонка, по какой-то причине работающего с братьями. Мужчина некоторое время пребывал на поляне, осматривая каждый её уголок внимательным взглядом. Фонарик в его руке ходил туда и обратно, потому что мужчина уж очень внимательно искал улики. Прасковья понимала, что рано или поздно он подойдёт к джипу, чтобы отогнать его в Амброуз и спрятать, а, может, уничтожить, так что жестом приказала Косте оставаться на месте, а сама вылезла наружу, стараясь быть как можно более тише, чтобы мужчина не обнаружил её раньше времени. Она впервые с начала событий радовалась наступлению ночи, потому что она могла скрыть девушку от чужих глаз в своих крепких объятиях. Убедившись, что вокруг чисто, мужчина направился к джипу. Заметив это, Костя замер, парализованный ужасом, и поспешил затаиться на полу, молясь всем Богам, чтобы его не заметили. Прасковья тем временем, увидев приближающегося, спряталась за задним колесом, чтобы не было видно её ног. Она надеялась, что мужчина сразу сядет за руль, а не будет проверять багажник, но увы, он хотел убедиться в том, что всё в порядке, потому завернул именно к нему. ?Это будет опасно,?— подумала девушка, старясь дышать тихо и ровно. —?У него острый нож, которым он без проблем может вспороть мой живот. Но иного выхода нет, мы должны вернуться домой живыми?. Мужчина открыл багажник и осмотрел скомканные одеяла, оставшиеся с пикника объедки и прочие вещи, что ребята скинули туда, когда собрались продолжить путь в Белгород.—?Хорошие ребятки…так много вещей… Бо будет доволен… ?Чёртов ублюдок!?— подумала Прасковья, крепче сжав в пальцах перцовый баллончик. —?Сейчас я тебе покажу, что значит трогать мои одеяла?. Она резко выскочила из своего укрытия, но, к её большому сожалению, мужчину не удалось застать врасплох: он обернулся и посмотрел на Прасковью широко раскрытыми глазами.—?Ты?— грубиянка! —?воскликнул он испуганно, наставляя на неё свой охотничий нож. —?Что ты делаешь? Что ты делаешь?!—?Твой Бо мёртв,?— сказала Прасковья железным голосом. —?И я знаю про их с Винсентом маленький секрет. Не думай, что ты выйдешь чистеньким из этой ситуации, я отомщу за своих друзей! Она сделала выпад, но мужчина ушёл в сторону и попытался ударить Прасковью ножом, но та успела увернуться. Лезвие лишь немного царапнуло её руку, но девушка легко проигнорировала лёгкую боль, лишь немного сморщилась, и наставила на мужчину перцовый баллончик. Она, не мешкая, нажала на кнопку и поток слезоточивого газа ударил мужчину в лицо. Тот закричал, но не выпустил из рук охотничьего ножа, тогда Прасковья толкнула его ногой в живот со всей силой, на которую была способна. Мужчина неуклюже повалился на пол, а девушка села на его живот и снова пшикнула в глаза. Тогда он закричал, зажмурил горящие от боли глаза и попытался скинуть Прасковью с себя, но та не собиралась проигрывать. Она могла бы справиться в одиночку, но Костя, решив, что сидеть в укромном местечке, пока другие жертвуют собой, слишком эгоистично, выскочил из машины и упал на колени рядом с мужчиной.—?Вы…вы,?— кричал он, брыкаясь. —?Я убью вас! Костя ударил мужчину по лицу, и тот, охнув от боли, выпустил охотничий нож и попытался закрыться руками. Прасковья ловко схватила оружие и соскочила с мужчины.—?Лежи на месте,?— предупредила она, проследив за поднявшимся на ноги Костей,?— я не хочу делать тебе больно!—?Такие не нравятся Бо,?— гнусаво сказал мужчина. —?Винсент же будет от тебя в восторге.—?Лежи и не рыпайся! —?рявкнула Прасковья. Но мужчина проигнорировал предупреждения девушки и стал подниматься, борясь со своей болью. Из разбитой губы шла кровь, глаза затуманились, а от лица и одежды неприятно пахло. Ничто не могло перебить трупный запах, исходящий от тела мужчины. Прасковья наставила на него нож, сжав его обеими руками. Она не могла представить, что вскоре придётся сделать, но прекрасно осознавала, что иного выбора может и не быть?— нужно было защитить себя любой ценой. Костя стоял около неё, затаив дыхание. Он прекрасно понимал, что, по-хорошему, это в его руке должен быть нож, это ему стоит осыпать мужчину ругательствами и приказывать его не двигаться, но… Но Костя просто не мог заставить себя выйти вперёд, загородить собой Прасковью и перенять оружие из её рук. Ему было страшно, в голове всё смешалось, а уверенные огоньки в глазах подруги ясно говорили о том, что она прекрасно чувствует себя в том, что делает. Костя бы на её месте уже скукожился от страха, не смог бы справиться с дрожью и управиться с ножом, но Прасковья…она его поражала.—?Ты рискуешь,?— прошипела девушка, когда мужчина поднял на неё глаза, которые продолжали слезиться из-за встречи со слезоточивым газом. Но он игнорировал её слова. Прасковья перевела взгляд на Костю, как бы спрашивая, что ей делать, и тот кивнул головой, словно соглашаясь с её скрытыми желаниями. Конечно, Прасковья не хотела убивать его, но прекрасно понимала, что не будет мешкать, если этот ублюдок вдруг кинется на неё. В фильме всё могло бы пойти совсем иначе. В фильме Прасковья бы тряслась от нерешительности, думала о том, что не сумеет лишить жизни человека, пускай и такого агрессивного. Но на самом деле девушка даже не думала об этом мужчине, как о полноценной личности. В её голове он стал обычным слизняком, которого не жаль будет придавить, если вдруг захочется. А самое главное было в том, что он представлял опасность, это автоматически делало его ничтожеством в глазах девушки, потому что теперь оружие было у неё. Потому, когда мужчина подорвался с ног и бросился на Прасковью, она не мешкала ни секунды. Её рука дрогнула, рубанув мужчину по пальцам. Полилась кровь, а тот с криком отшатнулся от девушки, от которой не ожидал ничего подобного. Обрубки пальцев упали в траву, но бедняга даже не думал о том, чтобы подбирать их. С воем он дал задний ход к своему грузовику, посчитав что мучений с него достаточно. Но на самом деле Прасковья не собирала его отпускать. Где-то в глубине души она понимала, что раньше не была способна на подобную жестокость, но в свете последних событий стало ясно, что лучше убить, чем быть убитым. А связанный с сумасшедшими братьями человек не мог быть адекватным и безобидным, в этом девушка была уверена. Она погналась за мужчиной, не представляя, что будет дальше, но точно зная, что отпускать мужчину живым нельзя. Он, раненый и испуганный, не имел ни малейшего шанса сбежать от своей участи. Костя же, осознав, что сейчас будет, только и успел, что выкрикнуть имя своей подруги и отвернуться, чтобы ничего не видеть. Он только услышал дикий крик мужчины и шлепок, с которым его тело упало на землю. Не удержав рвоту внутри организма, Костя поддался невероятному желанию сблевать. Прасковья же тем временем отошла от мужчины на пару шагов и, убедившись, что он уже не сумеет сбежать, вернулась к своему другу. Опершись на машину, тот стоял, смотря в звёздное небо, и думал о несправедливости своего существования. Прасковья же забралась в машину и бросила своему другу:—?Садись в машину. Быстро.—?Ты…убила его? —?неуверенно пробормотал Костя, послушно сев на соседнее сидение.—?Либо мы, либо он, ясно? —?рявкнула девушка. Костя смерил подругу удивлённым взглядом, не понимая столь быстрой смены её настроения, как вдруг заметил, с какой силой Прасковья сжимала руль. Это дало понять Косте, что она на самом деле переживает из-за того, что только что сделала, и это успокоило парня.—?Всё в порядке,?— сказал он тихо. —?Нам нужно избавиться от оружия, чтобы было меньше проблем, так ведь?—?Да,?— более спокойно ответила Прасковья. —?Тут болото есть неподалёку, закинем туда. На моей одежде столько собственной крови, что никто ничего не заподозрит.—?Забудь о том, что тебе пришлось сделать,?— посоветовал Костя. —?Это всё ерунда по сравнению с тем, что мы пережили. Прасковья невесело улыбнулась.—?Нам нужно возвращаться в город.—?Ты уверена, что сможешь вести машину? —?с сомнением спросил Костя. Прасковья не ответила. По её мнению, это был очень глупый вопрос со стороны парня. В конце концов, они не могли стоять на полянке вечно, как и не могли ждать, пока девушке полегчает. Ведь только она могла сесть за руль, у Кости не было прав. Поэтому, чувствуя возложенную на себя ответственность, Прасковья не могла дать себе ни минуты на отдых. ?Глупости какие-то,??— подумала девушка и захлопнула дверь машины.—?Паша, мы можем немного подождать…, — пробормотал Костя.—?Мы не можем ждать! —?воскликнула Прасковья, крепко сжав руль.—?Но Паш…—?Послушай,?— перебила его девушка,?— сейчас мы завернём к болоту и выбросим охотничий нож, а потом забудем об этом мужике, как о страшном сне. В городе мы первым делом поедем в полицию, где расскажем о том, что с нами произошло. Врать не будем, ясно?—?Да.—?Только…только про этого мужика ничего не скажем, чтобы на меня не повесили убийство. Пускай…пускай он умрёт от рук кого-нибудь другого, кто сгорел в доме восковых фигур.—?Паша, я не собирался рассказывать об этом…?— сказал Костя, желая продолжить, но девушка вновь перебила его:—?Я знаю. Знаю, что мы теперь либо будем всегда вместе, как два выброшенных на улицу котёнка, ставших свидетелями смерти остальных, либо разойдёмся, потому что будем напоминать друг другу то, что было здесь, но…—?Паш…—?Но я хочу, чтобы ты знал,?— Прасковья смахнула слёзы, выступившие на покрасневших глазах. Ей с трудом удавалось унять слёзы. —?Я очень люблю тебя, и мне больно представлять, что в будущем мы не сможем общаться из-за этих чёртовых сумасшедших ублюдков. Пожалуйста…давай произошедшее сплотит нас. Семён… Игорь… Сима… Стас…они все умерли, в то время как мы…мы с тобой… Она закрыла глаза руками и теперь не сдерживала рыданий, но на этот раз Костя не спешил останавливать её. На этот раз он и сам плакал. Слёзы бежали по его лицу, рисуя мокрые дорожки, а парень не смел стирать их, позволяя катиться снова и снова. Он не мог представить, какой будет их дальнейшая жизнь. На данный момент он чувствовал к Прасковье то же самое, что и она?— к нему, но в будущем между ними действительно может образоваться пропасть, в которой будут находиться пять трупов. Четверо?— их общие друзья, вызвавшиеся добровольцами. Пятый?— неизвестный мужчина, который почему-то помогал близнецам. Но сейчас, смотря на Прасковью, слыша её сдавленные рыдания и видя сгорбленный трясущийся силуэт, прячущий лицо испачканными в крови и грязи руками, он чувствовал только невероятную любовь к ней, к своей спасительнице и подруге. Он коснулся её ладони и отнял от лица. Трепетно сжал в своей, чувствуя дикую дрожь, унять которую было невозможно, и, наконец, почувствовал собственные слёзы. Вместе с ними уходила глубокая печаль, на смену которой приходила решимость. Они должны были убраться отсюда, вернуться домой, к родителям. И, чёрт возьми, если она не сможет вести машину, то это сделает он. И плевать, что его могут арестовать, плевать, что он может не справиться с управлением. Главным было как можно скорее покинуть эту поляну, на которой до сих пор слышался весёлый смех дружной компании, которой суждено было развалиться.*** По шос?се медленно ехал джип се?реб?ря?ного цве?та. Кро?ме не?го на до?роге не бы?ло ни од?ной ма?шины, слиш?ком уж ран?нее вре?мя выб?рал он для сво?его пе?ред?ви?жения. Внутри сидело двое ребят, отраду двадцати лет. За рулём?— бледная девушка с чёрными спутанными волосами, грязными паклями обрамляющими усталое лицо с тусклыми голубыми глазами. Дрожащими руками она сжимала руль, да с такой силой, будто иначе машина бы просто врезалась в дерево. Конечно, у джипа было спущено колесо, но им было отнюдь не сложно управлять, ведь машина из-за осторожного водителя тащилась очень медленно. Второй?— парнишка с засаленными рыжими волосами. Худенький, измученный, испуганный, он смотрел на дорогу расширенными карими глазами, боясь, что это всё сон, и вскоре он очнётся у того самого дерева, где и услышал предсмертный крик Серафимы. Они оба были испачканы кровью и грязью, одежда на них разорвалась в некоторых местах, на руках и лице проступали уродливые ожоги. Некоторые исчезнут через пару месяцев, другие останутся навсегда, как ужасные напоминания о пережитом в несуществующем городе восковых фигур. Они молчали, потому что не знали, что сказать. Плача и прижимаясь друг к другу несколько часов назад, они вдруг поняли, что не хотят расставаться, но, кто знает, что ждёт их в будущем. Сейчас, ведя машину, Прасковья думала о том, что первым делом повернёт в полицейский участок. Её друзья должны быть похоронены с достоинством. Или то, что от них осталось… А это единственное, что Прасковья могла сделать для них. Для Семёна, Игоря, Серафимы и Стаса. Им обоим было сложно ехать в этой машине. В ней до сих пор ощущалось присутствие других четверых ребят. Прасковья могла поклясться, что слышит недовольный бубнёж Игоря, возмущённый вскрик Семёна, спокойный голос Стаса, успокаивающий?— Серафимы. Она практически ощущала своих друзей, там, позади, поэтому-то и боялась повернуться и глянуть на задние сидения. Ей казалось, что они все сидят сзади, искалеченные, бледные, раненые. Мёртвые. Но сидят и ждут, когда же их вернут домой. Прасковья покачала головой и сконцентрировалась на дороге.—?Хэй, Костя…—?Что?—?А ведь мы…выбрались.