Благодатный огонь (1/1)

Таверна пылала всю ночь, вместе с ней дотла сгорели сарай и несколько соседних строений. Заваленные снегом крыши занимались не слишком хорошо, так что остальные дома не пострадали. Когда троица выбралась из фургона, их обычно крепкие кишки свернулись узлом от безбожного зловония, пропитавшего одежду и волосы, но прохладное утро и яркий солнечный свет успокоили разбушевавшиеся желудки.На макушке у Тэхёна совсем не осталось волос, даже брови сменились темными пятнами на вздувшихся волдырях. Он чувствовал неимоверное облегчение от того, что уцелело его прекрасное лицо. Обожгло лишь темя, затылок и спину. А вот одежде повезло значительно меньше, чем ее владельцу, поэтому Тэхён вломился в ближайший дом, чтобы найти себе что-нибудь подходящее на смену обуглившимся лохмотьям.После удара копытом адской свиньи, в роли которой был его собственный отец, в плече Чимина пульсировала глухая боль, но быстрый осмотр ведьмы показал, что в остальном он, по большей части, цел и невредим. На руке, которой он схватил дьявола за ножку, высыпали лихорадочные волдыри, особенно на ладони. Чимин плюнул на нее и вытер о снег. Затем принялся искать пропавшую женщину, но постыдился поднимать крик и звать её.В который раз проклиная себя за беспомощность во время полнолуния, Суджин приняла решение как можно быстрее достичь своей цели. Ведьма не сильно пострадала; красные волосы на концах обуглились, а ноги почернели. Благодаря одежде, тело девицы избежало ожогов, но свисающая ткань больше ни на что не годилась.Тэхён вернулся к фургону с несколькими ношеными, но чистыми рубахами и штанами, кроме тех, в которые переоделся в доме. Кисть его правой руки тоже опухла и покрылась сыпью. Принюхавшись, он заключил, что от нее воняет хуже, чем от остального тела. Не отважившись подсмотреть за переодевающийся ведьмой, демон поманил к себе брата, который вламывался в один дом за другим, но едва осматривался внутри, а затем переходил к следующему.—?Брат! —?окликнул его Тэхён. —?Я всем нам новую одежду нашел.Чимин неохотно вернулся к брату и принялся сдирать с тела зловонные полоски?— свои прежние штаны, рубаху и белье, затем натянул подходящие обновки, не упустив возможности, сделать нелестный комплимент ведьме.—?А ты ничего такая, хорошенькая. Меньше бы трепалась?— точно выебал бы,?— усмехнувшись, глаза демона скользнули по телу ведьмы.—?Не думаю, что ты способен на подобное, больно ты маленький для меня,?— парировав, Суджин плюнула демону прям на ноги и ушла прочь.Накрытые одеялами лошади дремали там, где остановились. Троица порылась в обугленных останках таверны в надежде найти целую бутылку или хоть что-то ценное, но нашли только останки Бира. Лезть в частично завалившийся очаг за старым котелком ни один из них не захотел.Вместе они обыскали дома, в которые успел вломиться Чимин, и обнаружили мешки с зерном, новый котелок и еще несколько одеял. Троица собиралась бросить всё это в фургон, но к потрясению Тэхёна, неприязни Суджин и радости Чимина внутри уже расположилась загадочная женщина. Её волосы сверкали, и Чимин потянулся, чтобы отодвинуть прядь и открыть лицо, но Тэхён перехватил его руку и сурово посмотрел на брата. Чимин швырнул одеяла на дно фургона и раздраженно задернул полог.—?Сохрани разумность,?— заявил Тэхён.—?Кто сказал, что я не храню?—?Да по тебе видно, демон.—?Заткнись, ведьма.—?Прекратите! Лучше вспомните, куда везли эту девицу?—?К какому-то толстому богачу на юг,?— ответил Чимин.—?Какому-то морскому капитану на юг,?— уточнила Суджин.—?Да?—?Да.Тэхён усмехнулся, довольный тем, что брат и ведьма могут вовремя заткнуться и сконцентрироваться на деле.—?Может быть ты вспомнишь, как звали этого капитана? —?спросил Чимин.—?Нет,?— коротко ответила Суджин, потирая грязные руки о рубаху.На этом их разговор подошел к концу. Чимин неторопливо привел в порядок лошадей, а остатки упряжи, для которой не смог найти применения, свалил внутрь фургона. Некоторое время он вел коней в поводу, чтобы проверить, не разойдется ли где упряжка, потом запрыгнул на козлы рядом с братом и ведьмой, которые ели теплую кашу.—?Ахмал хоть и был трусом, но перед смертью очистился.—?Возможно,?— кивнул Чимин. —?Уж точно лучше того проклятого идиота, который демона впустил в дом. Ахмал теперь воссел рядом с Марией.—?А про другого что думаете? В талом снегу потонул ведь!—?Да плевать! Если они все там такие слабаки, мы быстро заделаемся князьями в Италии, и арабские города нам не понадобятся!Распогодилось, воздух потеплел, снег на улице подтаял и сильно мешал продвижению, пока они не добрались до ворот, за которыми начинала петлять горная дорога. Здесь она больше походила на ручей, чем на тракт, но троица не сдавалась и вскоре остановила коней под воротами монастыря. Поскольку отца они истребили (пока что), теперь можно забрать пожитки и заглянуть наконец внутрь склепа.—?Мы скоро,?— крикнул Чимин, обращаясь к женщине внутри, но ответа не получил.—?Я вообще-то тоже отношусь к слабому полу,?— съязвила Суджин,?— но мне никто остаться не предложил.—?Если тебе что-то не нравится, ты можешь вообще свалить нахрен.Проигнорировав в свою сторону выпад, ведьма прошла мимо Чимина, задев его плечо. Он было задержался, но Тэхён потащил брата за собой к дверце в стене и дальше?— на кладбище. Пробравшись через грязь, они нашли на прежнем месте свои мешки. Арбалеты промокли, но, судя по виду, еще могли сослужить троице службу, а похищенные в таверне бутылки чудом не разбились.—?За нас! —?поднял тост Чимин.—?За нас! —?протянули двое других и затем вместе выпили.Спрятав шнапс, троица алчно распахнула дверь склепа и шагнула внутрь. Суджин призвала несколько светлячков, а Тэхён поджег последнюю оставшуюся у них лучину и обвел ею тесное помещение; из тьмы выступили три каменные гробницы.Братья не стали трогать бронзовую окантовку, а всадили ломы под крышки и навалились как следует. Скелеты в саркофагах оказались один другого старше, но на дне каменных гробов поблескивал металл. В итоге из праха братья выуидили семь колец и золотое распятие.—?Расплавим,?— ухмыльнулся Чимин, пряча распятие в кошель.—?Красота,?— вздохнула ведьма, примеряя серебряное кольцо, украшенное зелеными камешками.—?Кстати говоря,?— заметил Чимин,?— нужно проверить, как она там.—?Это ещё зачем?—?Ну, вдруг она есть хочет. Она при нас ничего не ела, помирает с голоду небось.—?Это очень благородно с твоей стороны, братец,?— сказал Тэхён. —?Только смотри, чтобы ты не вышло, что ты товар испортишь.—?Чего? —?Чимин развернулся на пороге.—?Она благородная. Думаю, им умишка хватит, чтобы сообразить, что мы не за бесплатно её отдадим. В общем, делай, что хочешь, но глазами, а грязные ручонки держи при себе.—?Надеюсь, что он пальцами умеет так же хорошо работать, как своим языком мелит,?— засовывая в карман колечко, ведьма хитро улыбнулась.—?Мысли у тебя, конечно, интересные,?— возмутившись прямолинейности, не свойственной женщинам, Чимин решительно вышел, а Суджин осталась хихикать, наблюдая за полировавшим кольца Тэхёном.Покинув кладбище, Чимин заметил, что полог, прикрывавший вход в фургон, откинут. Внутри обнаружились только одеяла и несколько ящиков. Оглядевшись по сторонам, демон приметил распахнутую дверь в задней части монастыря. Он припомнил, что отец что-то говорил об этом аббатстве, и прихватил с собой арбалет. Сунув голову внутрь, Чимин счел, что там слишком темно, чтобы лезть без ведьмы и Тэхёна. Он заорал, призывая обоих, а когда те пришли, они потратили немало времени, чтобы снова запалить лучину.—?Я топор заберу,?— сообщил Тэхён. —?Меч в таверне завалило, а мне, острое лезвие пригодится вместо кирки.—?Бери, пока что-то получше не подвернется, а потом я обратно себе заберу.—?Договорились. Арбалет мой, похоже, чуток покорежило. Будем надеяться, что стрелять из него не придется.Чимин пошел вперед, за ним последовала Суджин с несколькими светлячками и встревоженный Тэхён. В конце коридора высилась большая дверь. Обменявшись нервными взглядами, они толчком её распахнули.Кухня, тут не ошибешься: башни из тарелок и груды иной утвари, гниющие припасы всех мастей. Высокие окна на зиму закрыли ставнями, но Тэхён заметил в стене кольцо, вытащил из него факел и поджег от лучины брата. Чимин пошел прямо через комнату к дверному проему на другой стороне, а Суджин задержалась, чтобы осмотреть несколько дубовых бочонков.—?Ну, что там? —?спросил из коридора Чимин.—?Ваше пойло,?— отозвалась Суджин, затыкая пробку. —?Неплохое.—?Позже. Торбу найдем, потом пить будем.Далеко по коридору они уйти не смогли: смрад стал таким сильным, что троих скрутили рвотные позывы. По благоразумному предложению Тэхёна троица обмакнула рукава в пиво и поднесла к ноздрям. Это помогло им пройти, хотя у Чимина от зловония начала кружиться голова.Войдя в просторную часовню, троица обнаружила источник запаха. Более полусотни тел лежали вповалку на скамьях, так, что четких контуров было не разглядеть за обильно покрывшей их плесенью. Детей и матерей гниение сплавило в единые чудовищные фигуры, из всех отверстий на мертвых лицах сочилась сероватая слизь. Монахи лежали на женщинах в выразительных позах. Вся эта гниющая композиция явно была плодом творческого вдохновения. Демоны, пошатываясь, вывалились обратно в коридор, пройдя под большим крестом, вымазанным испражнениями и гноем. Удостоверившись, что среди мёртвых женщин нет никого, кто был бы ей дорог, Суджин вышла в коридор. Захлопнув двери на обоих концах, они добились некоторого успеха, но полностью изгнать смрад из носа не могли.И вновь Чимин обрадовался, а Тэхён встревожился, когда перед ними внезапно возникла женщина. Она сидела на столе в кухне и глодала сушеную рыбу из небольшого ящика перед собой. Чимин подошел к ней и потянулся к рыбе, но женщина резко захлопнула крышку. Чимин ощутил смесь гнева и раздражения, а его наблюдательные спутники презрительно скривились. Тэхён тоже хотел рыбы, но если ни Чимин, ни Суджин не взялись ее отбирать, он тоже рисковать не станет; просто наполнил пивом свой котелок с присохшими остатками утренней каши и слопал весь заплесневелый хлеб, какой смог найти.Чимин, не отрываясь, смотрел на это ангельское создание и не знал, что ему сказать или сделать. Внутренний голос твердил поскорее прихлопнуть этого мотылька, найти его крылья и оборвать их также быстро и жестоко, как и его отец когда-то вырвавший ему рога, но сияние женских глаз парализовало Асмодея. Её саму, похоже, такое пристальное внимание не беспокоило, и это сразу встревожило бы любого почтенного человека. Тэхён продолжал рыться на кухне, попутно отдавая Суджин бочонки со шнапсом. Выкатив один из них по коридору наружу, к фургону, он заметил, что солнце садится.—?Свет заканчивается,?— сообщил он ведьме.—?Значит, тут лагерь соорудим.—?Внутри? Нахер мне это не надо! Давайте лучше в гробнице устроимся.—?Чего? —?Чимин даже отвел от женщины глаза и развернулся.—?Будем спать с аристократами. Они, конечно, малость мертвенькие, но тебе же не привыкать, правда, Чимин? Но что делать, нужно приспосабливаться,?— съязвила ведьма, напоминая демону, кем он является на самом деле. Его заинтересованность в этой даме нисколько Суджин не трогала, но ей не хотелось, чтобы они лишний раз с кем-то знакомились. Это не входило в её планы.—?Клянусь, я когда-то заткну твой рот чем-то большим.Чимин покосился на улыбавшуюся женщину и впервые сумел по достоинству оценить свою демоническую натуру. Внутри всё трепетало, но лицо не дрогнуло. Он не хотел, чтобы Тэхён все понял правильно. Она была не только самым прекрасным видением, какое он видел в жизни (если не считать, конечно, золота). Эта женщина выносила его присутствие, а не отшатнулась в ужасе и отвращении.—?Надо сжечь трупы,?— сказал Тэхён, открывая свой мешок и выставляя на стойку бутыль с маслом.—?Мы же не станем тратить его на мертвецов?!Такая перспектива отвлекла Чимина от любовного томления.—?Я их в яму не потащу и уж точно не стану рыть под ними. Лучше сжечь их,?— добавила Суджин.—?Да ну?—?Да.—?А с чего бы это было нашим делом?—?С того, чтобы отца позлить,?— ответил Тэхён.—?Хорошая причина,?— согласился Чимин и вытащил свою бутыль с маслом. Затем троица снова пошла в часовню.Еле сдерживая тошноту, они полили маслом груду полуразложившихся тел. Сверху на зловонную кучу демоны набросали церковных скамей, а ведьма, откуда ни возьмись, бросила красную искру в кучу. Чуть не падая, они рванули прочь от огня. Трупы шипели и лопались, дым растекся по монастырю, а троица вылетела на задний двор и обнаружила, что женщина вернулась в фургон. Затем, переругиваясь и кляня друг друга за глупость, братья все же рискнули вернуться в горящее здание, чтобы выкатить наружу бочонок пива.Вечером троица поставила лошадей в маленькую конюшню у ворот, а сами расположились в склепе, решив, что не стоит спать в одной из пристроек, раз сожгли церковь. Женщина отказалась выходить из фургона, но, поскольку они заперли главные ворота, Тэхён решил, что ей ничего не грозит. Упрекнув перед сном демонов за их беспечность, Суджин достала склянку с красной жидкостью и разом всё выпила. Чимин немного поворчал на ведьму, но скоро позабыл обо всем и лёг спать.Поздно ночью, когда огонь у входа потух, Чимин проснулся от льющейся в склеп музыки. Рядом, обняв обеими руками талию ведьмы, посапывал Тэхён. Чимин подошел к двери и выглянул наружу. К его удивлению, весь снег растаял, и в лунном свете кладбище превратилось в спокойную лагуну?— только верхушки самых высоких надгробий поднимались над водой. По глади перед ним прокатилась волна, и Чимин сразу узнал ее по блестящей бледной коже. Женщина выбралась на один из курганов и теперь, когда она оказалась на поверхности, музыка стала еще громче.Она улыбнулась Чимину, а ее наготу теперь скрывали лишь кресты между ними. Песня коснулась в душе демона таких струн, о существовании которых он не подозревал. Чимин сошел по каменным ступням. Когда вода дошла до пояса, он остановился и понял, что она в талом пруду ледяная. Сила ушла из ног, и он с улыбкой на губах повалился вперед, мгновенно погрузившись в студеную темноту.