9. Шпион, выйди вон! (1/2)
?Но кем бы я не был, я кто-то другой.Каждый день — скидка на новую роль?.
STED.D — Рожденный в бездне До открытия ?Бойцовского Клуба? оставалось без семи минут полтора часа. Члены агентства в полном составе сидели каждый на своем месте со своим личным напитком в обнимку, развернувшись лицом к залу.
— Ну что ?Славные Парни? первое дело под скромным названием ?Мистер и Миссис Смит?, — Томас растянул губы в тонкую линию-улыбку, похрустел суставами пальцев и под взором напарников начал вещать сценарий заказа. Первым, спустя несколько минут, взгляд от парня отвел Дилан, заинтересовавшись тающим в тублере льдом и утрамбованными на дне граненого бокала листьями мяты. Пить алкоголь ему было нельзя (предстояло садиться за руль и исполнять работу, на которую его собственно и наняли), поэтому Ирен приготовила для парня безалкогольный освежающий мохито. И если слушать хриплый голос Томаса было еще терпимо, то смотреть на Томаса было откровенно невыносимо — выглядел он никак. Кожа лица резко контрастировала с бордовой водолазкой с высоким горлом (и это в двадцать пять градусов) и казалась чуть ли не выбеленной. На фоне остальных парней Томас смотрелся нелепо. А на фоне Билла и Тома, которые сидели в свободных майках, попивая слабоалкогольный сидр и обмахиваясь журналами с глянцевыми обложками, Томас выглядел как конченный идиот. Пот катился по его вискам, но Сангстер упорно его игнорировал. Под глазами парня залегли черные круги, будто Томас, вместо здорового ночного сна, насильно втирал в кожу угольную пыль. Хотя, учитывая его конечную остановку около гей-клуба или куда он там поехал позже, удивляться такому состоянию Сангстера, наверное, не стоило. Спасал Томаса от полномасштабного образа живого мертвеца только желтый свет, заполняющий теплым сиянием все помещение.
За весь рассказ Томас ни разу не присел, но глаза с опухшими веками то и дело посматривали на ближайший стул. Было видно, что стоять ему тяжело, и держался он только благодаря вымытой поверхности стола, ?темному? и святому, мать его, духу. Томас натягивал рукава водолазки почти до самых кончиков пальцев, стараясь не задерживать взгляд ни на ком из агентства. В этом вопросе Дилан был с Томасом солидарен. Сангстер вызывал неконтролируемый приступ жалости к своему хрупкому существу. Хотелось подняться с места, взмахнуть недовольно руками, прекратить монолог Томаса и заключить того в объятия, предварительно все же залепив пощечину за вчерашнее. Парень напоминал птенчика, что выпал из гнезда, настолько он несчастно выглядел. От парня будто веяло холодом, отчего Дилан порой ежился, но все равно неспешно попивал ледяной мохито. Нужно признаться, что Дилан чувствовал себя немногим бодрее Томаса. Спал он беспокойным сном, больше похожим на потерю сознания или на наркотический приход. То и дело ему являлся во снах Томас с огромными вороньими крыльями и что-то противно каркал до кровавой рези в ушах. Последнюю сцену, которую Дилан запомнил, прежде чем окончательно встать с постели и начать собирать вещи, это Томаса, сидящего на мраморном столе в какой-то пошарпанной незнакомой кухне с обоями цвета кислого салата. Сангстер жадно пил бурбон из горла и прерывался только на то, чтобы сказать что-то Дилану. А что именно Дилан уже не слышал, будто кто-то выключил звук кнопкой ?mute? или напихал ему ваты в уши, а может всему виной кровь, что стекала ровными струйками из каждой ушной раковины и ползла вниз по шее, пачкая белоснежную рубашку и галстук. С одной стороны, лучше лицезреть во сне пьющего Томаса, чем член Тайлера, который, слава богу, так и не приснился. Но спать было все равно почти невозможно. А с другой стороны, в жизни Дилана стало резко много Томаса, не только из-за того, что тот его напарник и сожитель по мотелю, а еще и потому что Сангстер без спроса поселился почти во все мысли и сны О`Брайена. Дилан, ничуть не отдохнув, сполз с кровати, едва стрелки часов дошли до отметки полдень. Когда О`Брайену надоедало пялиться на полупустой бокал с остатками мяты и дольками лайма, он бросал короткие взгляды на дорожную сумку, которую ему несколькими днями ранее предоставил Карл. В ней не было ничего ценного, кроме маминой кружки. Остальной объем занимали неброская однотонная сменная одежда, предметы личной гигиены и, по настоянию Карла, парочка рулонов туалетной бумаги, которую Дилан закинул уже перед выездом из квартиры. Задерживаться не хотелось. Ни к чему было долгое прощание, а уж тем более с местом, где, как выяснилось, и вовсе отсутствовало счастье. Единственным напоминанием о том, что в квартире обитал парень по имени Дилан, служил кровавый след в коридоре. Как только О`Брайен ночью переступил порог квартиры, он с чувством переполняющей злости долбанул кулаком по невинной стене. Новые жильцы, которых пообещала найти Ирен, наверняка поразятся кривому произведению нетрезвого ума Дилана. Но боль худо-бедно отрезвила и привела парня в чувства, ему стало чуть легче на душе.
— Гоним мы в Западную Вирджинию через Пенсильванию, — Томас повысил голос, точно почуяв, что Дилан отвлекся. — Бывал в Западной Вирджинии? — Карл легонько, как мог, пихнул Дилана в плечо. — Не-а. — И правильно — нехуй там делать. Томас, чуть не выронив бутылку из рук, с грохотом поставил ее на стол, небрежно поправил влажную от пота челку и продолжил зачитывать написанный в уме сценарий заказа. Да уж, Дилан Томаса, ой как, недооценил: у Сангстера явно завалялось много скелетов в шкафу, а твари, что захватывали его разум, когда парень напивался, уже сожрали всех некогда бесновавшихся там тараканов.
Костяшки пальцев, которые Дилан перемотал бинтом, найденным в скудной аптечке, заныли, корочка треснула и позволила крови впитаться в ткань. Дилан отставил пустой тублер на фирменную подставку, а Ирен, занимающая негласное место Томаса, молча поднялась со стула и принялась за новый мохито. Дилан нисколько не сомневался, что девушка уже знала все нюансы дела, поэтому особо не вслушивалась в речь Томаса. Она закончила крошить лед, передала с легкой улыбкой Дилану коктейль и не торопясь начала готовить и без того идеальный бар к открытию, отвлекаясь только на пустые бокалы парней. Основная часть ?работы? числилась за Карлом. Билл, который уже был близок к тому чтобы закончить приготовление снотворного (чтобы это не значило, Дилану не хотелось влезать в подробности производства всякой ?химии?), вместе с Томом выезжали раньше и должны были поселиться в соседнем городе, чтобы не вызывать подозрений. Осторожность лишней не бывает. По сценарию, на который Томас, вероятно, угробил остаток бурной ночи, Мистер Боб Смит и Миссис Аманда Смит якобы отправились на выходные за город, так сказать, обновить угасшие брачные чувства.
— Да кто вообще, блять, называет ребенка ?Боб? с такой-то фамилией, — прыснул Томас, открыто выражая недоумение. На мужчине значилось только одно: создать повод для ссоры, чтобы Аманда вызвала такси и умотала прочь. — Да с этой херней проблем не будет, потому что она та еще потаскуха, скандалистка и долбанная сука, чтоб ее, — уверял Боб, стирая обслюнявленным большим пальцем кетчуп с галстука, когда вел переговоры с Карлом в придорожной пиццерии. А вот тут-то и вступал Дилан в роли таксиста. Карл пообещал достать тачку с местными номерами и форму.
— Для полноты образа, — поддразнил мужчина. Дальше по плану, выражаясь словами Томаса, неожиданный сюжетный поворот: бензин по нелепой случайности заканчивается, и Дилан (он же таксист) вынужден остановиться на Богом забытой заправке, которую Том уже взял под прицел и подключился к двум камерам наблюдения: на въезде и на выезде.
Затем по сценарию из заправского магазинчика должен был выкатиться подвыпивший (скорее взаправду, нежели понарошку) Сангстер и, включив весь свой актерский талант, слезно умолять взять его вторым попутчиком. При благоприятном раскладе он подсаживает свою тушку к Аманде и колет ей снотворное. Женщина тихо-мирно засыпает.
Дилану оставалось лишь откатить машину в сторону леса, где по словам Боба они с женой отмечали первую из пятнадцати годовщин, отправившись на несколько дней ночевать в палатках под звездным небом. — На условном месте, о котором позже сообщает Карл по одноразовому телефону, будет находиться сам Карл. Машина сваливается в обрыв, случается взрыв, все погибают: и женщина, и безымянный таксист, и пьяный парень. Полиция списывает все на несчастный случай. Таксист не справился с управлением, а так как его не вызывали из агентства, то поиски его личности по итогу не увенчаются успехом. Копы закрывают дело. Боб притворно скорбит по жене, пуская при допросе как можно больше соплей, — на одном дыхании торжественно закончил Томас и стер пот со лба, в ожидании реакции. План показался чересчур простым, дешевым и киношным. Дилан озвучил свои мысли вслух, видимо позавтракав йогуртом с крошками дерзости и запивая кофе, разбавленным не молоком (спасибо, Карл), а уверенностью в себе.
Каждая деталь плана выглядела как неумелая постановка в школьном театре, где играли не профессиональные актеры, а так любители. Возможно, виной тому был Томас, который даже еле удерживая разум в сознании, умудрялся жестикулировать и менять тон голоса для драматического эффекта. Ирен ласково возразила, пожав плечами: — Za chto kupil, za to i prodayu. На что денег у мужика хватило, на то и работаем. Справедливо? Ну вполне.
— А план ?Б? у нас есть? — уточнил Дилан, повернувшись к девушке. — План ?Б? всегда есть, и называется он ?пуля в голову?! — ответил Карл, которому тоже пришлось ограничиться безалкогольной водой. Невооруженным глазом было видно, как его это раздражало. — Божечки, кажется у меня встал. Дили, твоя дерзость вызывает движ в моих штанишках! — Спасибо, Билли, — улыбнулся Дилан, заставив щечки парня порозоветь. Том, допив сидр, с нечитаемым прищуром оглядел сначала брата, потом Дилана. Легкая усмешка на мгновение задержалась на его губах, но О`Брайену даже ее хватило для понимания одной вещи: Том ему доверяет. — А вот что касается плана, то ничего унылее я еще не слышал, — зевнув, брякнул Билл. — Твое сраное мнение забыл, блять, спросить, — язвительно отозвался Томас и бодро пошагал к барной стойке. — А следовало во-о-обще-то, модник хренов, — надул губы Билл, продолжая обмахиваться журналом с полуголым накаченным парнем на обложке. — Заткнись!
Томас зашел за стойку и резво схватил начищенную минутой ранее Ирен стопку. — Поставь ее на место, — Ирен развернулась к Томасу всем телом, вскинула брови и указала пальцем на стол как маленькому непослушному ребенку. Томас закусил нижнюю губу, зло зыркнул на девушку и с размаху швырнул стопку. Та столкнулась с противоположной стеной, найдя свою смерть четко между портретами музыкантов. Мелкие осколки посыпались на паркетный пол и засияли белым инеем. Все оцепенели.
Билл замер с журналом в руке, Том с краешком обновленного бокала в рту, а Карл с портсигаром. Дилан прикрыл рот ладонью, сглотнул и украдкой взглянул на Ирен. Ему стало так страшно, будто это он провинился.
Девушка медленно и деловито сложила руки на груди, спокойно глядя на Томаса, отчего Дилану захотелось прилечь рядом с осколками стекла и умереть. В ее глазах не было ни злости, ни упрека, ни капли ненависти. Наверное, какой-нибудь другой человек наорал бы на Томаса, вмазал бы ему хорошенько по роже за такую выходку. Но Ирен этого не сделала не потому что банально была девушкой, а потому что ей не нужно было обладать физической силой, чтобы наказать провинившегося одним только взглядом. Ирен дышала спокойно и ровно, в то время как Дилан, будучи охваченным паникой и испанским стыдом, не успевал хватать ртом воздух. Томас под молчаливым девичьим напором сдался, подорвался с места и быстрым шагом направился в служебное помещение. Ирен прикрыла веки и, покачав головой, пошла за парнем. Стоило ей скрыться за поворотом, как все выдохнули, словно на них больше не действовало заклинание обездвиживания.
— Чего-кого!
Дилан схватился за сердце, оборачиваясь на вошедшего в бар парня. Тот на ходу стянул с плеч рюкзак и приветливо махнул всем рукой.
— Здорово, Карлос! Как житуха? — Маркуша-не-ссы-мне-в-уши, — оглушительно громко засмеялся Карл, словно ничего ранее не произошло, — что уже смена начинается? — Да, Карлито, я работаю на нормальной работе, не то что некоторые, — парнишка вприпрыжку залетел за стойку и тут же избавился от рубашки, оставаясь в майке.
— Ой, а у нас что сегодня концерт? — парень приветливо кивнул Биллу и Тому. — Мы с братишкой за баблом приехали, — промурлыкал Билл, подмигивая парню, — я просто слишком хорошо пою. — Агась, и задницей вертишь! — Ой, божечки, — цокнул Билл, закатив глаза, — да ну тебя проти-и-ивный! Завидуй молча! — А чего это так тихо, как на кладбище? Что-то с колонками?
— Да мы только зашли, — небрежно махнул рукой Карл, — и не успели включить к твоему приходу что-нибудь приторно-пидорско-романтическое, — мужчина рассмеялся и добавил:
— И мы, какая жалось, уже уходим на перекур! Так что можешь пока послушать любимую Бритни, — Карл поднялся со стула, подкинув в воздух портсигар. Билл и Том обменялись парой фраз с новоприбывшим барменом и последовали за Карлом.