У нас все получится (1/1)

Наконец наступил тот день, которого при дворе и ждали и боялись одновременно: сегодня к ним приезжает французская делегация. С самого утра на кухне трудились над праздничным обедом; горничные убирались в многочисленных залах, готовили комнаты; садовники во всю ухаживали за цветами и деревьями; чиновники собирали необходимые бумаги и наставляли своих помощников и коллег; дамы подбирали свои лучшие платья и дорогущие украшения. Все буквально сияло чистотой и роскошью. Пока Тимофей разыскивал все нужные ему документы, соглашения и акты, а также командовал слугами, подготавливающих его к приему; Даня, казалось бы, должен был помогать ему, но нет. Он снова на ночь остался у Олега Николаевича, а теперь лично следил за тем, как его императора готовят к одной из самых важных встреч в их жизни. Приняв ванну, монарх в сопровождении слуг вернулся в покои, где Бурцев уже придирчиво осматривал его военный мундир. Он был таким сосредоточенным, нахмурившимся, но как только открылись двери и в комнату вошел правитель, он сразу же занервничал. Тонкая белоснежная рубашка местами прилипала к мокрому накаченному телу, по еще влажным волосам капли воды стекали на лицо, шею, широкие плечи. Он прищурил глаза, осматривая Даню, замершего с тем самым мундиром в руках. —?Всем выйти,?— низким голосом произнес император. Служанки поклонились и удалились, оставляя их одних. Наверное зря. Ведь Бурцев все также смотрел на монарха, не в силах отвести взгляд, а тот медленными шагами приближался к мальчишке, облизывал все еще мокрые от воды губы. —?Дань,?— сладко протянул правитель, вплотную подойдя к нему,?— ты все приготовил? Юноша кивнул. —?Ты не хочешь говорить со мной? —?Словно раздосадованно сказал кареглазый. —?Х-хочу,?— прошептал русоволосый, опустив взгляд на губы императора. Он резко притянул его к себе, не переставая любоваться. Бурцев, пусть и покрасневший, такой родной, продолжал сжимать в руках белый военный мундир. —?Ну так говори,?— требовательно произнес монарх,?— я соскучился по твоему голосу. —?Но в-ведь мы виделись около часа на-азад,?— прошептал молодой человек. Правитель сделал вид, что пропустил его слова мимо ушей,?— помнется, Олеж. Кажется, он о мундире? Его собеседник мигом отпустил его, помрачнев, вспомнив о грядущей встрече. Император провел рукой по влажным волосам, зажмурившись. Даня резко поддался вперед, целуя его, слизывая языком капли воды с пухлых губ. Он опустил одну руку правителю на щеку, крепче удерживая мундир в другой. Олег мягко улыбнулся, расслабившись, но как только Бурцев провел языком по небу?— вздохнул, крепче прижав его к себе. Откуда в мальчишке столько смелости и напористости? —?В-все уже готово,?— как ни в чем ни бывало сказал юноша, отстранившись от удивленного монарха с улыбкой,?— у нас есть не так много времени, может быть, час,?— задумчиво продолжил он, достав позолоченные часы на цепочке из кармана своего мундира. Опять слишком красивое зрелище. Олег оглядел Даньку с ног до головы. Он был статным, важным. Таким он его еще не видел. Мальчишка тоже был в мундире, только в синем: на воротнике и манжетах красовалась золотая вышивка, на плечах сверкали погоны; штаны, того же цвета, что и верх, были заправлены в черные сапоги. Зеленые глаза блестели, а сам он то и дело поправлял черные очки, облизывая губы. Что, собственно, император недавно запретил ему делать… Но это, пожалуй, было неважно. —?Давай, да-авай, поторапливайся,?— начал суетиться Бурцев, вовсе не обращая внимание на некоторое замешательство правителя,?— т-тебе следует начать переодеваться, поскольку я еще должен убедиться, что все идеально,?— юноша буквально кинул в него черные штаны, продолжая начищать его сапоги. —?Дань, ты не должен заниматься всем этим,?— покачал головой Олег, принявшись переодеваться,?— для этого есть слуги. Да о чем мы, я и сам могу! —?Н-но я хочу быть сейчас с тобой,?— возразил русоволосый,?— ведь я з-знаю, что нужен тебе сейчас. И он был прав. —?Спасибо тебе,?— прошептал император. —?Ну что, т-ты закончил? —?Через несколько минут спросил молодой человек, подойдя к нему,?— вроде не мокрая,?— задумчиво произнес он, ощупав белую рубашку. Монарх показалось, что он делал это чуть дольше, чем нужно было. Но ведь это неважно? Он решил откинуть эти мысли и прошел к своим сапогам, улыбнувшись парню. Как только он надел их, Даня протянул ему белый мундир. —?Ты о-очень красивый,?— смущенно пробормотал Бурцев, оглядев императора. У воротника мундир также был расшит золотыми нитями; эполеты, пуговицы, многочисленные ордена сверкали; голубая лента привлекала внимание. Молодой человек смотрел и не мог налюбоваться, улыбаясь. —?Дань,?— обратился к нему правитель,?— спасибо тебе еще раз. —?В-всегда пожалуйста,?— ответил он, принявшись укладывать его волосы, высунув кончик носа. Черт, это так прекрасно. —?А ты очень милый,?— вдруг выпалил монарх. —?Я з-забыл! —?Воскликнул Бурцев, покраснев,?— Вот! —?Он принялся прицеплять к штанам золотые ножны со шпагой, усыпанной драгоценными камнями, затем протянул Олегу белые перчатки. Кажется, в этот момент он вновь прижался слишком близко. —?Т-теперь идеально,?— довольно отозвался русоволосый, оглядев правителя. —?Что бы сегодня ни случилось,?— начал говорить он, взяв его руки в свои,?— я хочу, чтобы ты знал, что ты никогда не должен ставить свою жизнь превыше моей. —?О-олеж, ты же знаешь, что я н-не послушаю,?— заупрямился русоволосый,?— ты?— император, и мы обязаны тебя защищать. —?Нет, это я должен охранять вас и свое государство,?— покачал головой он, посмотрев на нахмурившегося Даню,?— мы не знаем, что будет после сегодняшнего приема. В любом случае, сегодня ты должен делать все, что тебе прикажет Тимофей, слышишь? Ни шагу без его указов. —?Я п-понял,?— кивнул юноша,?— только и ты помни: т-ты всегда прав. И я тебя поддержу. Монарх мягко улыбнулся, погладив его по щеке. Он вновь поцеловал его. И, о боги, как же ему хотелось остаться с ним, забыться, думая лишь только о его губах, о его руках, но он не может. Он не мог все время тонуть в этих зеленых глазах, обнимать его. А потому, он оторвался, ведь знал, как может затянуть: ночами уже не раз проверено. В дверь постучали, а у Дани все также блестели глаза, он солнечно улыбался. У нас все получится. —?Пора,?— прошептал Бурцев, еще раз чмокнув императора в губы. Он отошел от него, взял свои белые перчатки, ранее оставленные на столе и, кивнув, ушел. Назад дороги не было.*** На улице было солнечно и тепло, даже безмятежно, только вот на душе у каждого был ураган. За окном дул мягкий ветер, а внутри холодные порывы словно намеревались устроить настоящий кавардак. Максим и Родион, а также остальные чиновники собрались в небольшом зале, расположенном недалеко от главного, обсуждая политическую ситуацию и прочие дела. Дамы собрались на дневной туалет в другом крыле дворца. Сергей Трущев и Тимофей Гринберг, а также уже прибывший французский посол ожидали императора в парадных покоях дворца. Они были красивыми и величественными: большие окна, белые стены, золотые элементы декора и мебели, картины, статуэтки?— все это украшало их, пока от больших зеркал отражался солнечный свет. Хотя канцлер, встретивший делегацию, приехавшую к ним ?погостить?, намеревался найти еще одного человека, а именно Даню. —?Куда пропал этот мальчишка,?— пробормотал Тимофей, тяжело вздохнув. —?Не переживайте, придет еще,?— ответил ему Сергей, пожав плечами. Тут, словно по щелчку пальцев открылись двери, и в светлое помещение влетел русоволосый юноша, кивнув головой министрам и послу, сидящему за мраморным столом. —?Где ты был? —?Строго спросил Гринберг. —?Я б-был с Его Величеством, помогал ему готовиться,?— пробормотал Бурцев, пытаясь отдышаться. —?Ну не в такой же момент! —?Воскликнул канцлер,?— сегодня единственный день, когда нельзя опаздывать! —?П-прошу простить меня,?— Даниил виновато опустил голову. —?Да ладно Вам, все же хорошо,?— попытался успокоить министра Сергей,?— ведь он же раньше Его Величества прибыл. —?Ну хоть соизволил явиться,?— пробурчал Тимофей. —?Да, благодарю за бе-еспокойство,?— вежливо ответил Бурцев. Старичок в напудренном парике натянуто улыбнулся. Он принялся ботинком постукивать по кафельному полу. Помимо всего посол часто поправлял пуговицы расшитого золотом кафтана, периодически поглядывая на серебряные часики, которые он вытаскивал из кармана. Наконец, двери отворились, и в зал вошел слуга. —?Его Величество император Олег Николаевич,?— громко объявил он. Посол привстал со стула, оперевшись на трость, а министры с Даней склонили головы. —?Прошу, присаживайтесь,?— он махнул рукой в сторону стола. —?очень смело. —?В любом случае он не станет опаздывать на прием Вашей делегации,?— хмыкнул старичок. —?как и моя страна, которой руководил я, когда разгромил Францию. —?какова Ваша позиция? Насколько мне известно, Вы решительно настроены сохранить завоеванные территории? —?это я Вам должен задать вопрос, касающийся Ваших планов на них. —?Ему стоит хорошо обдумать свои желания,?— фыркнул правитель. Сергей переглянулся с Тимофеем, а Даня нахмурился, сжав кулаки. Переговоры шли совсем не так, как хотелось бы. —?у Вас есть союзники, чтобы осуществить задуманное? Все мы помним, что произошло в прошлый раз. —?блестящий мир. Жаль, что эта война перечеркнет все то, чего Вы тогда достигли. —?Нет, пока что мы вынуждены сражаться в одиночку,?— отмахнулся он. —?Удивительно н-наглая ложь,?— пробормотал Даня. —?Я с-сказал, что Вам следует задуматься об этом, ведь идти нас, не имея единомышленников?— б-бессмысленно,?— уверенно ответил Бурцев. Олег Николаевич с нескрываемой улыбкой посмотрел на него. Он даже загордился им. —?Это мой помощник,?— заявил Гринберг. —?видите ли, мы вовсе не глупы и понимаем, что Ваша военная мощь поразительна, а мы не имеем союзников, да и не найдем их, что вероятно, а посему мы хотим предложить Вам соглашение. Даня уже хотел было что-то сказать, однако Трущев прервал его, строго посмотрев на него: —?я министр внутренних дел,?— объяснился он, заметив вопросительный взгляд посла. —?итак, что касается соглашения. Передай,?— старичок протянул бумаги своему помощнику, который положил их перед императором,?— ну и чтобы Ваше Величество было полностью уверено в надежности соглашения: в случае поражения территории навсегда окажутся за победителем, мы предлагаем закрепить их за страной, разгромившей противника. То есть в случае Вашего триумфа, Франция больше не станет претендовать на них. Это было западней, не иначе. Это понимали все: правитель, чиновники, посол и его делегация. Но вот что делать? —?в случае нашей победы Вы будете должны отдать нам Ваши колонии в Южной Америке, а в случае поражения?— выплатить контрибуцию в размере двух миллионов франков*. В зале воцарилась тишина. Монарх вчитывался в соглашение, которое ему преподнесли, а посол обдумывал его предложение. —?Разве мы не могли придумать что-то более выгодное? —?Прошептал Трущев на ухо Гринбергу. —?Я посчитал, что это наиболее верная сделка с точки зрения дипломатии,?— ответил ему канцлер, хотя он помнил, что заключить этот договор Олег Николаевич намеревался только в безвыходной ситуации. —?Да они же открыто лгут нам,?— возмутился Сергей. —?У Вас есть другие предложения? —?Спросил Тимофей. —?Да почему мы просто не скажем о том, что это вранье?! —?Тише Вы! —?Шикнул министр,?— откуда мы по-вашему знаем о том, что это ложь? Вы хотите подставить нашего шпиона? Они мигом начнут поиски. —?Да все и так знают, что он у нас есть… —?А Вы найдите др-угого человека, готового помогать нам,?— покачал головой Даниил. Император решил прервать этот балаган, привлекая внимание француза: —?Если Вы примете наше предложение, то я приму Ваше,?— задумчиво ответил он. —?Вы готовы заключать соглашение??— Спросил французский посол, проследив за тем, куда смотрит монарх. —?Господа, прошу Вас расположиться в наших покоях, а вечером явиться на торжественный прием,?— прервал всеобщую радость министр внутренних дел. —?И я Вас,?— сдержанно ответил он, приподнимаясь со своего кресла. Старичок сделал то же самое. —?Буду ждать всех на ужине,?— бросил император, осмотрев своих чиновников, остановившись на Дане. Они кивнули ему, склонившись. Наконец, правитель удалился. —? Настало время заката, солнце окрашивало небо в оранжевые, красные, желтые цвета. Темные воды залива колыхал прохладный ветер, а кареты уже подъезжали к огромному дворцу, в котором слуги во всю накрывали столы, которые буквально ломились от закусок, горячих блюд, фруктов, десертов и шампанского. Дамы, уже надевшие свои самые пышные и откровенные платья, пахнувшие дорогим парфюмом и сверкавшие украшениями, вместе с чиновниками и аристократами, нацепившими торжественные сюртуки и мундиры, направлялись в большой бальный зал, в котором свет свечей отражался от зеркал, освещая огромное помещение, заставленное столами с явствами. Наконец, все собрались, в том числе и Сергей, искавший в толпе гостей Максима (и заметивший его благодаря серебряной шпаге, прикрепленной к темно-зеленому мундиру); Родион, надевший (как и Трущев) военную форму, любовался Вероникой, нарядившейся в нежное платье персикового цвета; она смотрела на Тимофея, по обычаю надевшего свой черный фрак и белую рубашку; Даня же семенил за Гринбергом, облачившись в серый сюртук, попутно здороваясь с Максимом Александровичем. В какой-то момент двери отворились, и в зал вошел император в своем белом парадном костюме, его супруга в серебристом платье, обшитом жемчужинами, а также месье Бенар в коричневом кафтане. Пройдя к столу, Олег усадил супругу и посла, предварительно проверив на месте ли Бурцев. Найдя его в толпе, он успокоился и обратился к гостям: —?Прошу вас поприветствовать нашего почетного гостя, посла Франции, месье Бенара,?— он указал на него,?— Я восхищен Ее Величеством,?— произнес старичок. —?Ваше Величество,?— произнес посол, когда тот убрал руку Евгении,?— Прошу,?— как ни в чем не бывало улыбнулся император. Месье Бенар махнул рукой своему слуге. Тот мигом выбежал из зала и так же быстро вернулся. Но не один, а с мужчиной крепкого телосложения. Он был высоким, его русые кудри обрамляли лицо, голубые глаза сверкали из-за свечей. —?Ваше Величество,?— он поклонился сначала монарху и его супруге, а затем уже послу. —?Благодарю Вас. —?Это большая честь для меня,?— опустив голову, произнес художник. —?Жак Арно, Ваше Величество,?— ответил мужчина. —?мой министр внутренних дел займется этим делом,?— сказал он, обратившись к послу,?— Как Вам будет угодно,?— ответил месье Бенар, махнув рукой художнику. Тот, поклонившись, удалился. Правитель вновь обратил свой взор на танцующих дам и их кавалеров. Вдруг среди толпы он увидел Алексея Банкеса, того самого, с кем раньше дружил Даня. Он кружился вместе с какой-то юной особой, придерживая ее за талию. —?Ваше в-величество,?— к нему обратился Бурцев, чуть наклонившись к его уху. Олег развернулся к нему, оказываясь непозволительно близко,?— я п-пойду, мне Тимофей велел собрать сведения о тех, кто прибыл к нам с-сегодня. Император молился, чтобы никто не обратил внимание на то, что произошло несколько мгновений назад. И ему бы стоило сразу отпустить парня, но… —?Это связано с Банкесом? —?Спросил он. Дурак. —?Отчасти,?— кивнул Даня. —?Конечно, иди,?— монарх чуть улыбнулся. —?Б-благодарю Вас, Ваше Величество! —?Молодой человек удалился, а Олег опасливо огляделся по сторонам. Ну да, он вообще не ведет себя подозрительно! —?Ваше Величество, мне нездоровится,?— прошептала Евгения ему на ухо,?— позвольте мне удалиться. —?Идите, раз вам и вправду нехорошо,?— усмехнулся правитель. —?Приятного Вам вечера,?— бросила императрица, встав из-за стола,?— А Вы??— Спросил он. —?Поправляйтесь,?— ответил посол, поцеловав ее руку, поклонившись. Она кивнула ему.*** Женщина вышла из зала, шурша юбкой. Она осмотрелась вокруг, заглянув в каждый коридор. Наконец, она увидела знакомый силуэт. —?Эй ты! Стой! —?Воскликнула Евгения. —?В-ваше Величество,?— поклонился ей Даниил,?— Вы искали меня? —?Как прошла встреча с послом? —?Резко спросила она. —?Боюсь, ч-что об этом должен Вам сказать сам император. —?Но я задала вопрос тебе,?— женщина прищурилась, подойдя к юноше,?— кстати, как прошел тот вечер, когда я передала ему письмо? Помнишь, что ты мне тогда пообещал? Ты сказал, что перестанешь виться вокруг него. И что я вижу,?— она толкнула его к стене,?— ты ночами не выходишь из его покоев! Так ты мне отплатил?! —?Н-но ведь он сам зовет меня, что я могу сделать?! —?Возмутился Бурцев. —?Не соглашаться, уехать в командировку, домой…да что угодно! —?В-вы просто руководствуетесь своей ревностью,?— усмехнулся русоволосый. —?Ты еще смеешь смеяться надо мной?! —?Зашипела Евгения, продолжая прижимать его к стене. —?Да н-ну что Вы, Ваше Величество! —?Ты его также называешь? —?А вот как он прикажет! —?Снова усмехнулся Бурцев. —?Словно мелкая собачонка,?— фыркнула она. —?Лучше думайте, ч-что говорите,?— он слегка оттолкнул женщину, в миг став серьезным,?— а то боюсь, что однажды Вы п-перейдете черту, и Вам не поможет даже Ваша дочь. С этими словами молодой человек отошел от императрицы, намереваясь уйти: —?А ну стой! —?Она схватила его за руку,?— ты мне угрожаешь? —?Никак нет,?— юноша фыркнул, когда Евгения нервно засмеялась. —?Тогда что это значит? —?Лучше надейтесь, что Вы ни-икогда не узнаете,?— бросил русоволосый, убрав ее руку. Кивнув ей, он направился в сторону кабинета канцлера, оставляя женщину одну. Она продолжала смотреть ему вслед, пытаясь понять, что же означали его слова. А вот Даня, казалось и вовсе не переживал. Раньше он бы корил себя за такое бестактное отношение не то что к императрице, а к даме в целом, но сейчас почему-то он не чувствовал ни-че-го. Он не боялся ни ее гнева, ни наказания за свое поведение, но он никак не хотел стать тем самым бесчувственным чиновником, которыми был наполнен дворец. Конечно были честные и поистине служившие государству ближайшие соратники правителя, но все же… Вспомнив об Олеге, Бурцев слегка улыбнулся, продолжая идти по пустым коридорам, все больше отдаляясь от музыки и веселья. Он шел выполнять даже не поручение канцлера, а охранять императора. Ведь никому не известно, что на уме у посла и его делегации. Детство закончилось еще тогда, когда он прибыл во дворец. Теперь же он должен был стать сильным хотя бы для того, чтобы никто не навредил Олегу, поистине скрашивавшему его существование здесь, дарившему ему радость и заботу. Только ему. А, значит, Даня должен сделать то же самое.