Глава 29. Чёрная жемчужина (2/2)
– Она, в первую очередь, принцесса. Её долг – выйти замуж для блага страны.
– Но матушка... – печально протянул король. – Неужели нельзя сделать это позже?
– Мир нужен сейчас, – сказала флорентийка, протягивая руку и гладя сына по голове. – Я понимаю, что ты любишь её, беспокоишься о ней, желаешь счастья. Но твоя сестра не может всю жизнь провести подле нас, не зная ни горести, ни печали. Таков удел венценосных особ: мы не имеем права принебречь долгом. Ошибки королей не прощаются.
Повисло напряжённое молчание.
– Хорошо, – наконец произнёс молодой человек, – я рассмотрю этот проект. Но, в любом случае, Маргарита выйдет замуж за Наваррского, самое скорое – через год. Прямо сейчас я не готов принудить её на этот брак. Да и мало ли что может произойти, мне нужно поразмыслить. Через год, и это моё последнее слово.
Возможно, Карл был не лучшим политиком, но он был добрым человеком и любящим братом. Король знал юную принцессу с самого её рождения. Всю жизнь она провела, окружённая любовью и обожанием. Каждая её прихоть исполнялась, ради одного её взгляда все окружающие готовы были совершить невозможное. Её боготворили и придворные, и народ. Когда Марго проезжала по улицам Парижа, вместе с остальными двором, нередко крики "Слава принцессе Маргарите!" оказывались громче криков "Слава королю!". Девушка всегда делала то, что хотела и никогда то, чего не желала. Эта жизнь была для неё райской, она была рождена для счастья, многие поэты называли её богиней. Непосредственность, беззаботность и утончённость её поражали. И каково же ей будет уехать в немытую глухую Наварру, полную неотёсанных мужланов? Каково ей будет покинуть двор, со всеми его удобствами и роскошью? Карл просто представить не мог свою прекрасную сестру, оказывающуюся в такой ситуации. Сердце кровью обливалось. Да пускай она пока делает, что хочет, пускай любит, кого хочет, пускай наслаждается жизнью. В глубине души король надеялся, что этому браку что-нибудь помешает, хоть для страны это было бы не слишком хорошо. Марго ему была важнее всей Франции.
***Празднество было роскошно, мероприятия подобной пышности Лувр видывал не столь часто. Французский двор, конечно, никогда не скупился на развлечения, но подобного размаха торжества не проходило достаточно давно. Бал изобилировал блеском, сиянием, красотой, всё вокруг казалось сказочным, ненастоящим, яркой декорацией, вспыхнувшей среди обычного мира. Театральное представление поражало своим великолепием, вовлекая всё больше людей, среди которых сложно было кого-либо разглядеть, потому что все сливались в общую драгоценную массу.
Но Её он увидел сразу. Среди сверкающих бархатных одежд, расшитых золотом, искренне и живо сверкали её глаза, свет которых был настоящим, а не сиянием огранённых драгоценностей. Как всегда, именно Она притягивала все взгляды и выделялась на общем фоне. И сегодня все преклонялись перед ней.
Сейчас, издалека наблюдая за своей богиней, Генрих всё больше и больше укреплялся в своём решении. Он думал долго и, наконец, пришёл в полную уверенность. Как бы безумна и безрассудна ни была его идея – не совершить этого он не мог. Как жить, не сделав Этого? Гиз планировал именно сегодня то, что должно было полностью поменять его жизнь и, как ни странно, стоя на пороге, он вовсе не боялся.
Перехватив взгляд Марго, молодой человек тотчас двинулся через толпу и пригласил её на танец, открыто улыбаясь, вовсе не пытаясь что-либо скрыть и не беспокоясь из-за того, что на его лице выражено слишком много чувств. Принцесса взглянула на него несколько озадаченно, но, будучи привыкшей абсолютно доверять своему возлюбленному, смело двинулась за ним, не обращая внимания не несколько косых взглядов, которые уже были направлены в их сторону.Танец начался, как всегда необыкновенный, как и прочие их танцы. Гармония движений и стук сердец создавали волшебство. И недаром, ведь это был особенный момент. Молодые люди молчали, общаясь взглядами. Лишь на последних звуках музыки Генрих, вдруг, подал голос. "У меня есть для тебя небольшой подарок. Просто скажи одно слово", – тихо промолвил он, и в руку Маргариты что-то скользнуло.
Тотчас танец завершился и толпа разделила влюблённых, увлекая их в разные водовороты.
Оказавшись в относительном уединении у колонны, девушка поспешно разжала ладонь. На ней лежало удивительной красоты кольцо из белого золота с прекрасной чёрной жемчужиной по центру, огранённой сверкающими бриллиантами. Подняв глаза, Марго увидела направленный на себя взгляд через весь зал. Она думала недолго, ведь решение было очевидно, иначе и быть не могло. Рассудок не способен был помешать чувству. Жемчужина Валуа посмотрела в далёкие любимые серые глаза и губы её прошептали лишь одно слово:"Да".--------------------------------------*Жан Кальвин, "Наставление в христианской вере. Книга 1". (Глава IX.?О безрассудстве некоторых людей, извращающих все начала религии, отбрасывающих писание и устремляющихся вслед за своими фантазиями, которые они выдают за откровения духа).