Порка от St-Jerome (Лев Толстой Детство. Отрочество. Юность) (1/1)
Гувернер St-Jerome был не глуп, довольно хорошо учен и добросовестно исполнял в отношении нас свои обязанности. Но он имел общие всем его землякам и столь противоположные русскому характеру отличительные черты легкомысленного эгоизма, тщеславия, дерзости и невежественной самоуверенности. Типичный француз, бездарь, самодовольный тип.Я его ненавидел. St-Jerome неоднократно грозил мне розгами, хотя моя бабушка графиня была против наказаний. Но вот наступил момент, когда бабушка усомнилась в своем принципе, что детей бить нельзя.St-Jerome высказал бабушке, что либо она разрешает меня высечь, либо он увольняется.
Бабушка вызвала меня к себе.
- Monsieur St-Jerome не хочет больше оставаться в моем доме. Отчего? От вас, мой милый. Вы молокосос, мальчишка, решились поднять на него руку. Я начинаю думать, что вы не способны понимать благородного обращения, и что на вас нужны другие, низкие средства.Низкие средства? Порка? Одна мысль, что St-Jerome может ударить меня, приводила меня в тяжелое состояние подавленного отчаяния и злобы.
- Николай, сейчас же извинитесь перед St-Jerome, - властно сказала графиня.Бабушка приказывает извиниться. А еще она не дала поцеловать руку. Я был раздавлен.- Нет! - отрывисто сказал я.- Не слушаетесь вашей второй матери, - подключился к разговору St-Jerome, - Вместо урока ходите в девичью, получили по истории двойку и единицу, во время танцев, зло шутя, оборвали два раза юбку гувернантки. Ударили меня.Конечно ударил, когда St-Jerome при всех на празднике сказал громко фразу:- Я несколько раз обещал вам наказание, от которого вас хотела избавить ваша бабушка, но теперь я вижу, что кроме розог вас ничем не заставишь повиноваться и нынче бы их вполне заслужили.Слово "розги" громко при всех. Но это St-Jerome сказал после того, как я показал ему язык и сказал, что не пойду отсюда. St-Jerome хотел меня увести с праздника, произнеся холодное "Пройдемте со мной, вы не имеет права здесь находиться. Получается я сам виноват, что разозлил гувернера показом языке. После языка St-Jerome сказал фразу с розгами.Что уводит его, чтобы выпороть розгами. И все на празднике слышали. Какой позор.Порки розгами в тот вечер не случилось, его просто заперли в чулане, куда привел его St-Jerome, чтобы выпороть. Я уж было подумал, что в этом и есть мое наказание, но, нет.- Извиняйтесь перед St-Jerome сейчас же, или я разрешу ему использовать низкие средства для вашего воспитания, - сказала бабушка.После долгой паузы, я отрывисто сказал:- Ни за что!Бабушка помрачнела и сказала St-Jerome:
- Делаете что считаете нужным.- Пройдемте, Nikolas, - холодно сказал St-Jerome.- Ну же, вы сами выбрали себе наказание, - сказала бабушка.- Я приемный? - спросил я.- Что вы такое говорите, мой милый? - спросила бабушка.- Меня здесь никто не любит, хотят выпороть, я приемный, - высказал я мысль, будоражащую меня прошлой ночью.- Конечно, вы не приемный, и я, и ваш отец вас любим. Но вас ждет наказание от St-Jerome.Гувернер подошел до ко мне и взял за плечо.Вчера я упирался, сопротивлялся, ударил St-Jerome, но при бабушке так себя вести постеснялся.Я угрюмо пошел за St-Jerome.
Гувернер привел меня в чулан, в котором я ночевал. В углу стояло ведерко с розгами. И как я не заметил, когда его принесли.- Раздевайтесь и ложитесь на лавку, - сурово сказал St-Jerome.Ууу садист, наверное, он мечтал выпороть меня с первого дня работы у нас. Я тогда нелестно высказался о французах по-русски. Кто же знал, что он понимает.- Вы получите тридцать розог,минута промедления с раздеванием и будет уже тридцать пять.Я замешкался, добавления розог не хотелось, но раздеться при St-Jerome…Я медленно расстегнул и спустил брюки, лег на лавку.Холодные пальцы St-Jerome спустили с меня белье. Как же стыдноПара секунд и раздался пронзительный свист розги. Удар. Очень больно, я вскрикнул.Я хотел было скатиться с лавки, но St-Jerome меня удержал. Удерживая мои руки за спиной, гувернер продолжил порку.Тридцать раз, я не выдержу.Еще и еще хлесткие удары.St-Jeromeначал повторять мои проступки.- Вместо уроков ходите в девичью. Зачем интересно. Подглядываете?! Свист. Удар. Боль.Получили по истории двойку. Свист. Удар. Боль.На следующем уроке - единицу. И это, когда я предупреждал подготовиться к истории. Свист. Удар. Боль.
- Во время танцев два раза оборвали наскоком юбку гувернантки. Конечно специально! Свист. Удар. Боль.- Ударили меня, когда я хотел вас увести с праздника. Свист. Особо сильный удар. Боль.- Не слушаетесь графиню, вашу вторую мать. Отказались извиняться передо мной. Свист. Удар. Боль.Раз за разом хлесткие удары розги. Я плакал. Вертелся, как мог, St-Jerome меня удерживал.И вот порка прекратилась. Я неуклюже поднялся с лавки, оделся.
- Вы понимаете, что были виноваты и заслужили это наказание? - спросил St-Jerome.- Д-да.- За что вы получили розги? Тридцать ударов немало, но вы заслужили.- З-за историю, девичью, за то, что отказался извиняться.- И за что вы должны были извиняться? За то, что ударили меня.- Д-да, простите, - я отвечал со всхлипываниями.
- Отныне я буду наказывать вас только так.Ууу садист.***С бабушкой я помирился. Она снова стала называть меня на ты, дала поцеловать руку. Я сказал, что осознал свою вину и что извинился. И еще сказал:- St-Jerome сказал, что и дальше так будет меня наказывать по поводу и без повода.- Что значит по поводу и без повода? - строго спросила графиня и спустя мгновение уже мягче добавила. -St-Jeromeбольше никогда так не будет тебя наказывать. Я против телесных наказаний. Сегодня был исключительный случай.
Я радостно кивнул.- Мы с твоим отцом поговорили, и решили, что наказывать розгами тебя может только отец."Вот это да", - подумал я. - "Отец - не хочу, такой позор, лучше St-Jerome".