Глава 21. (2/2)

Да, мой внешний вид был, мягко говоря, не очень. Белое платье стало каким-то коричнево-красным из-за гальки, на которую я упала, да и я им полы протирала, пока ежедневный квест делала. Как приду, тут же сниму всё это безобразие и пойду в ванну.

— Да не надо, смотри. — достаю из-под своих ног чёрную безразмерную худи, небрежно брошенную прямо на коврик. — Если я её надену, то платье видно совсем не будет.

Не хочу тратить свободное время на бесполезные походы по магазинам. Я все могу через систему купить. Спасибо Хаято, моему золотому мальчику, за дорогой квест. Гемс на первое время в достатке.

— Хорошо, но я потом все равно подарю тебе что-нибудь взамен. Из-за меня же всё-таки ты так выглядишь. Кстати, ты точно не пострадала? На машине нехилая вмятина осталась, будто я в столб, а не в ребёнка, врезался.

— Я в порядке. Нам ещё долго?

Что-то зря я пила столько лимонада. Мне срочно нужна уборная! Хоть я и могу жить без еды, чисто подкрепляясь одними зельками, но для виду приходится ходить на завтраки и ужины, из-за чего организм работает как у всех остальных нормальных людей. Да и готовят очень вкусно и без яда.

— Да нет, уже приехали.

Дино запарковался прямо напротив какой-то забегаловки, сбоку от которой было несколько закрытых гаражных ворот. Уж не думала, что он будет ремонтировать свою машину в таком убогом и забытом месте. Мы явно сейчас опять выехали за город. Вокруг промышленная зона, какие-то цехи, лес и вот это вот чудо с надписью: ?Автозабегаловка Монти? из ярко-фиолетовых неоновых букв.

Стоило машине затихнуть, как внутри неё сразу стало как-то неуютно, поэтому я тут же вылезла, вытаскивая за собой чёрную кофту, которую тут же надела. — Здесь безопасно? — Да, не волнуйся, владелец мой давний знакомый, он хороший дядька, детей не обижает.

— Забегаловка тоже его?

— Да, тут весь участок его, там за зданием километр поломанных тачек. Все его. Ему со всех концов привозят, думая, что это свалка. Только вот он их не утилизирует.

— Ясно. Я тогда сюда зайду.

Показываю пальчиком на стеклянную дверь в забегаловку.

— Хорошо, только подожди секунду. — Дино достаёт из кармана джинс пачку купюр, из которой отсчитывает несколько, после чего протягивает мне шесть не особо крупных. — Вот, купи себе чего-нибудь вкусного. Не бойся, Мо сам не готовит, тут все покупное, не отравишься. Я приду, как только договорюсь насчёт ремонта. Постарайся ни с кем не говорить. Чуть что, беги ко мне. Я буду в мастерской. Сам уверял, что тут безопасно, а теперь говорит быть осторожнее. Вот же...

Хотя, за клиентов они не отвечают. Могут и отморозки какие приехать. Так-то, я смогу им показать, где раки зимуют. Лишь бы только снова в тюрьму не посадили. Сколько мне? Лет девять, а уже сидела. Да, смешно получается.

Кстати, точный возраст лишь недавно узнала, до этого считала, что Алиса младше. Приветственный звон бубенчиков оповещает о моем приходе. Только вот оповещать было некого. Парочка белых столиков с красными диванчиками пустовали так же, как и открытая красно-белая кухня. Ну, мне же спокойнее. Найдя нужную дверь, облегчаю свою душу, после чего становлюсь на крышку унитаза, чтобы помыть руки. Мыло было непозволительно высоко для ребенка. Сразу видно, что тут никогда не ждали детей и карликов. Вторые бы обиделись.

Вновь возвращаюсь в пустой зал. Нужно сказать, заведение-то ничего так выглядит. По крайней мере, выше моих ожиданий от забегаловки в злачном районе Италии. Даже какой-то ретро стиль присутствует. Места, правда, маловато.

Решив осмотреть тут все до конца, прохожу по коридорчику дальше двери уборной. Почти перед самым тупиком ещё один узкий коридорчик, в конце которого открытая настежь железная дверь, ведущая на улицу. — Ого, это ж надо! Столько машин! И ведь не соврал Дино, когда про свалку говорил. Побитые, старые, страшные, а то и всё сразу. Большинство без шин, да ещё и закинутые друг на дружку, возвышаясь надо мной в виде башен металлолома. Прохожу вдоль рядов из гор металлических трупов, особенно ни о чем не задумываясь. Реборн тут точно не найдёт. Да и если ещё не пришёл, значит, не искал. А Дино не скоро освободится. В любом случае, без машины мы отсюда не уедем. Значит, остаётся только коротать время на этой помойке.

Жалко мне их как-то. Выкинутые, никому не нужные, да ещё и совсем забытые.

Подхожу к одинокой побитой машине с отсутствующими шинами, оставленной на каких-то деревяшках. Спасибо, что не на земле. Такая красивая, жаль, что убитая. Хотя, чего мне жалеть, никогда в жизни не садилась за руль.

Задумчиво ковыряю краску на дверце машины.

Так странно, вроде не старая. Как я поняла, я вообще попала в какое-то прошлое. Так что тут ещё нет таких крутых тачек, которые будут в будущем. Но не то чтобы я в этом сильно разбираюсь, но эта выглядит не так, как все. Очень похожа на современные спортивные авто. — А у тебя хороший вкус, девочка. Спокойно разворачиваюсь в сторону скрипучего мужского голоса, встречаясь с загадочным смеющимся взглядом пузатенького усатого старичка. — Это McLaren F1, или просто Макларен GTR версии. — мужчина подошёл ближе, аккуратно похлопывая по гладкому месту на помятом капоте. — Она была создана для гонок. Эта модель до сих пор считается самой быстрой в мире.

— Ого! Вновь смотрю на побитую машину. Возможно ли... Что она не просто так зацепила мой взгляд? Снова интуиция? Но зачем? Да и что мне делать с этим куском металла? Она сто процентов не случайно сюда попала. — Почему она здесь? — Эта машина проклята.

— Что?

Да уж, вся моя жизнь сплошное проклятие, дедушка.

Вновь смотрю на побитую желтую машинку.

А мы похожи. Да, проклятая?

— Несколько лет назад проводили гонки, где одна команда активно продвигала эту лимитированную версию сборки. Им заплатили за рекламу, а они были лишь рады опробовать этого монстра в деле. Но никто из команды так и не смог справиться с управлением конкретно этой машины. Она забрала на тот свет трёх водителей, прежде чем попасть сюда. Её родина не Италия, но её бросили тут сразу после последней аварии, произошедшей на гонках уже в нашей стране.

— Неужели, никто так и не смог заметить неисправность в машине? — В том-то и дело, что сколько бы её не приводили в катастрофическое положение, после восстановления она была как новенькая, но все равно вела своего водителя в руки костлявой. — Так это не машина виновата!

Почему-то стало обидно за это авто. Оно же живое! Как можно говорить о нем так?

Точно...это только я могу воспринимать что-то механическое как живое и вполне себе ?разумное?. Только я могу общаться с техникой. И я же... Могу её и починить.

Уверена, именно сейчас в моих глазах горит та самая решимость, которую так жаждет увидеть аркобалено солнца, когда пытается пристрелить меня своими пулями посмертной воли. Поднимаю вверх дверцу, усаживаясь на почти оторванное сидение. Да, салон походу растащили уже.

— Я эту машину хотел восстановить, когда её сюда привезли. Только вот, команда погибших попросила её уничтожить. Но я всё никак не могу решиться на это. Всё-таки, эта машина самая настоящая легенда, хоть и смертоносная. — Вы не думали её продать? — Никогда. — А если её кто-нибудь починит?

— Ахах, а ты занимательная девчушка. Её на самом деле легко починить, пострадал только кузов. Но на этой свалке про неё никто и не знает. И так мне будет спокойнее. Никто не умрет по моей вине, если я её никому не отдам. Ну, думаю, с этим добродушным дедушкой мы ещё договоримся.

А теперь, прикладываю руку к рулю и... Ничего. Неужели она действительно просто груда металла? Не верю.

Вылажу обратно, подбегая к измятому капоту. Он сам по себе уже немного отогнулся наверх, позволяя мне беспрепятственно прикоснуться к самому сердцу — к двигателю. И в этот миг это самое сердце забилось. Забилось с бешеной скоростью, заводя моё собственное, наполняя меня чем-то неземным, сверхъестественным. Я будто вживую услышала звук быстрого старта гоночной машины и так же вживую увидела уходящую за свои пределы стрелку спидометра.

— Она прекрасна. И она будет моей. Любой ценой.