Глава 8 (Часть 1 и 2) (1/2)

Второй раз я посещал резиденцию Эмии в глубоких сумерках. Пусть в этот раз ноги и принесли меня сюда скорее поздним вечером, чем ранним утром.От одного этого изменения грядущее настроение беседы обещало быть совсем иным. Рабочие, занимающиеся восстановлением поместья моего ?союзника?, разошлись ещё несколько часов назад, но сами улицы вокруг выглядели куда оживлённее чем в прошлый раз. Пусть и выражалось это больше в далёких городских шумах и горящем свете в окнах соседних домов.

В этот час, уже начинающая оправляться от ужасов войны Мияма жила полной жизнью. Куда более тихой и умеренной чем Шинто, но от того не менее яркой.

Фуюки разделён надвое рекой Мион. Его западные районы, те, что были построены раньше и считаются ?старым городом?, носят общее название ?городок Мияма?. А всё что лежит по восточную сторону реки, соответственно, зовётся Шинто.

Торговые центры, городской порт, множество магазинов, железнодорожная станция и бизнес-районы... по меркам находящегося у чёрта на куличках города вроде Фуюки, Шинто действительно был ?современным? и ?загруженным? центром. Но даже мои воспоминания из прошлой жизни показывают, насколько на самом деле Фуюки был мелким городком, и сам Шинто отнюдь не становился больше просто из-за огромного количества неоновых вывесок и громких звуков. Для местных жителей разница между Миямой и Шинто была ослепительно яркой, как контраст между луной и солнцем потому они воспринимали разные стороны реки почти как разные города.По мне же эти два района просто весьма гармонично дополняли друг друга.Мияма сильно отличалась от подражающего Синдзюки даже в мелочах Шинто. Западные районы были пропитаны этим странным шармом небольших глубинных городков Японии, что было даже несколько странно, учитывая, что добрая половина Миямы была застроена домами в европейском стиле. Мияма был куда тише Шинто — этого не отнять, однако едва ли районы западного берега можно назвать менее живыми.

Мне нравилось это. Игра на контрастах всегда приятна, потому город своим существованием словно пародирующий огромный символ Инь и Ян — притягивал.Фуюки был небольшим городом, его можно было окинуть взглядом с одного единственного возвышения, жить в городке подобного размера, в обычных обстоятельствах, может наскучить до зубного скрежета и за пару недель. И тем не менее в Фуюки было нечто чарующее, притягательное даже несмотря на недавние трагедии. Потому-то у меня и было навязчивое чувство, что даже через десять лет этот город может так и не начать меня стеснять.

Я шёл по залитым лунным светом улицам с улыбкой на лице. Естественные для ночного города далёкие звуки, и редкие прохожие, оглядывающиеся на меня, были словно последним мазком на картине художника, что позволял мне по-настоящему окунуться в атмосферу неспешной праздности этого места. Приятное чувство, как ни посмотри.Наверное, из-за него я и мог улыбаться, даже зная, чем я буду заниматься позже этой ночью.Конечно, я далеко не сразу отсюда отправлюсь к Айнцбернам, до оговорённого с Кирицугу срока ещё с десяток часов, и нужно навестить ещё несколько мест по пути.

Но все это позже, да и в город я вернусь лишь когда закончу со всеми остальными делами, включая спасение девчонки. Потому и встречу нужно было провести сейчас.

С тяжёлым вздохом я отодвинул незапертую дверь ведущих во двор врат, после чего двинулся к главному дому. Замеченный мной ещё в прошлый раз барьер все же был доработан. Теперь он не висел в воздухе словно жгут тягучего пуха, а скорее напоминал практически незримые нити тончайшей паутины. Заметить такие, не выискивая их специально — непросто. Что, впрочем, и неудивительно учитывая, что висящий здесь барьер в принципе работал скорее, как сигнальный контур и сигнализация, нежели как псевдоуниверсальное адаптивное защитное средство, что обычно пытались возвести Магусы вокруг своих жилищ.

Кирицугу явно знал на что именно у него хватит мастерства, потому не пытался прыгнуть выше головы.Подойдя к входной двери, я все также не произнося ни слова молча нажал на кнопку звонка. Сначала в коридоре раздались громкие быстро приближающиеся шаги, а через несколько секунд бамбуковая дверь передо мной была одним движением отодвинута в сторону.

— Ты опоздал! — громко заявила прямо мне в лицо стоящая в дверях коротковолосая девушка одетая в лёгкую спортивную форму и шорты, после чего удивлённо моргнула когда её глаза все же поднялись с моей груди к глазам, и она поняла что обозналась. — В-в-вы...

— Я пришёл к Эмии, — скучающим тоном изучая дверной косяк отметил я. По большей части чтобы дать самой девушке слегка прийти в себя, затем с важным видом откашляться, пытаясь хоть немного оправиться от смущения.

— К-кирицугу-сан сейчас не дома. А вы?.. — Когда я перевёл свой взгляд на девушку — та вздрогнула. С её стороны эта была совершенно инстинктивная реакция, на блеснувшие в ночи холодным светом алые глаза.— Можно сказать, что мы старые знакомые. — Мои губы тронула лёгкая улыбка. — Я могу прийти и завтра, но Кирицугу сам попросил моей помощи как можно скорее. Впрочем, я действительно пришёл довольно поздно.

— Все в порядке. — Третий голос, оборвавший так и не успевшую открыть рот девушку, заставил её с видимым удивлением оглянуться. Мне же хватило слегка сместить взгляд на новоприбывшего, чью выглянувшую из одной из смежных комнат фигуру, я и так изучал периферийным зрением с самого начала.

Глубже в коридоре, рядом с дверью на кухню стоял мальчик лет шести. Яркая шевелюра алых волос, глаза, напоминающие расплавленное золото, примечательные детали для человека без примесей нечеловеческих кровей — но не более того.

Меня в нем интересовало другое. Я вглядывался в стоящего передо мной мальчишку пытаясь найти ответ на бывший давно уже актуальным вопрос. Я искал хоть частичное подтверждение содержащейся в том виданным мной в иной жизни мультиком, информации.

Я видел, чем был этот пацан. Видел, далёкие проблески его ещё не развитых талантов, способностей, и даже легчайший отголосок той проклятой судьбы, что могла его ожидать. Видел я и проклятья, что слегка омыли его кости в день окончания Четвертой Войны, а потом эти же проклятья, не успев толком пустить корни были подавлены...

Но чем?Глубже, надо смо…

— — СиЯнИЕ— —

— — МЕсТо СкРЫтОе От ВЗГлЯдА ПОСтоРОнНиХ— —

— — УТоПиЯ— — — ...если он и правда друг отца, то ведь все нормально, да? — С трудом голос мальчишки все же вырвал меня из череды нахлынувших образов.

Они не были невозможными к осмыслению или чуждыми... их просто было много. В глубине этого парня, в самой его сути... лежит иной мир. Как бы странно это не звучало — его было легко не заметить. Потому, что такова суть Авалона, последнего пристанища избранного духами природы Короля, скрытого от взгляда всех, кроме нескольких избранных людей. Ножны были маленькой частицей, являющейся прямым продолжением целого измерения Фей.Обычно мой разум сложно перегрузить потоком информации. И этот случай не должен был быть исключением. Здесь скорее определённую роль сыграли сами обстоятельства. Стоило моему взгляду зацепиться за ножны Короля Рыцарей, и я словно из темной пещеры с минимумом визуальных образов вывалился на широкий луг с сияющим сверху полуденным солнцем. Этот переход от отсутствия образов для моего внимания к целому океану оных, на несколько мгновений вызвал даже у меня сенсорный шок. Или его аналог.

— Ши-и-и-иро, ну нельзя же так! Просто, потому что кто-то говорит будто он друг мистера Эмии не значит, что ты можешь вот так пускать их в дом! — уперев руки в бока вещала стоящая передо мной девушка, развернувшись лицом к стоящему в коридоре парнишке.

Я буквально чувствовал, как и она сама поняла всю неловкость начатого ей воспитательного момента.

— Эм, ну я как бы не про вас, просто нужно, ну... — тихо шепнула та через плечо. Но в практически полной тишине поместья...

— Я все слышу, — не оттягивая припечатал воспитываемый. — Ты очень странная, Фуджимура, — с некоторым запозданием добавил он, покачав головой. Сам жест и голос были абсолютно естественными, без тени шутки или издёвки, просто констатация собственного мнения. Наверное, именно поэтому сама Фуджимура Тайга и выглядела так будто её огрели по голове мешком с песком.

Как бы меня не забавляли подобные обмены любезностями, но я все же был здесь не за этим.

— Я правильно понял, что Кирицугу сейчас здесь нет? — констатировал факт я.

— Ну... — запустив руку в свою короткую шевелюру и повернувшись протянула девушка, — он должен вернуться буквально с минуты на минуту. Он ещё днём уходил по каким-то своим делам. Если хотите, можете подождать его с нами. — Я кивнул.

— Я приму приглашение. — Меня пропустили внутрь, и пока я разувался, да снимал накинутый на плечи перед походом сюда чёрный пиджак, мальчик с пустым взглядом продолжал меня изучать, даже когда Фуджимура, так и не понявшая как воспринимать мой ответ, скрылась где-то на кухне. Широ смотрел пристально, почти не моргая.— Ты видел не так уж и много людей, не так ли? — Мои слова явно сбили парнишку с мысли, потому что он удивлённо моргнул.

— Что вы имеете ввиду? — с интересом спросил он.Я лишь покачал головой.

— Просто интересно почему ты так внимательно меня оглядывал. — Мальчика мои слова определенно несколько озадачили.

— Я... мне просто было интересно увидеть как выглядят друзья отца, — отведя взгляд и чуть покачав головой ответил парень после небольшой паузы. Со стороны это можно было ошибочно принять за стеснение или стыд, но на самом деле Эмия Широ просто пытался сформулировать правильные и искренние ответы. — К тому же в вас есть что-то... странное. Это сложно описать, но это чувствуется, — закончив Широ поднял взгляд на меня, лишь на мгновение застыв от картины двух горящих в тёмном коридоре глаз.

Все же дети и впрямь бывают крайне проницательны в некоторых вопросах.

— Что же, тогда ответь, как знакомый твоего отца, я соответствую твоим ожиданиям? — Естественно мальчишка не заметил ни моей улыбки, ни шутливых ноток в голосе, а потому ответил со всей доступной ему серьёзностью.

— Более чем. — Эмоции этого дитя отражались на его лице как в зеркале. Потому как он ещё не знал, что их вообще можно скрывать.

По-своему именно сейчас, после очищения от налёта цивилизации в проклятом пламени, этот ребёнок был ближе всего к своей сути. Конечно по сравнению с настоящими детьми природы, вроде тех кукол, которых я отправлюсь убивать позже этой ночью, он был слишком человечен, и все же именно сейчас, когда рамки ?нормального? и ?ожидаемого? ещё не были забиты в подкорку его сознания окружающим обществом, этот ребёнок мог видеть куда больше сокрытого, нежели почти любой другой обитатель этого города. Можно сказать сейчас он был идеальным эскизом чтобы вылепить из него всё что угодно.

Впрочем — это уже дело Кирицугу. Как-никак он умудрился замкнуть это чудо от современной эпохи на свой образ.

— В общем пока что устраивайтесь поудобнее и... эм... простите, а как вас зовут? — Только когда мы вошли на кухню, застав картину суетящейся и раскрывающей все шкафы подряд девушки, я наконец вырвался из плена вновь ушедших далеко мыслей.

— Я — Арчер. — Девушка так и не повернулась ко мне, продолжая вдумчиво потрошить чужую кухню. Даже сидящий рядом пацан смотрел на неё неодобрительно. — И если ты ищешь чай, то он должен быть в верхнем ящике справа от тебя. Нет, не этом, дальше. Да, вот тут.

— О, и правда, — привстав на носочки и заглянув наверх протянул этот комок энергии в человеческой форме. — Эм, Арчер... сан. — Даже полный идиот по несколько сухому тону девушки сразу понял бы, что она ни на секунду не поверила в то, что это и впрямь было моё имя. Ну, Широ, кажется, ничего не понял, но в его нынешнем состоянии многие социальные условности пролетят мимо него. — А как вы узнали, где... ну?..— Я уже был в гостях у Кирицугу на днях, — ответил я чистую правду. Упустив только что тогда вся наша встреча прошла на крыльце. — Мне скорее интересно кто вы такая, юная леди. Я знаю о мальчике, — кивнул я на Широ, — но не знал, что Эмия удочерил ещё и кого-то вашего возраста... — Естественно я нёс полную ахинею. Но зная, что стоит мне сидеть тихо и быть мне заваленным вопросами, отвечать на которые как-то совсем не хочется, я заранее увожу беседу в нужную мне сторону.— Это, потому что меня никто не удочерял! У меня свои родители есть. — Фуджимура Тайга наливала кипяток в чайник так, что листья заварки чуть не расплескались по всей кухне. Голос девушки же был жутко возмущённым. — Просто деда — бывший хозяин этого поместья, а ещё он знаком с Кирицугу. Сейчас он и его парни помогают с ремонтом, а меня попросили приглядеть за Широ пока Кирицугу занят. Его зовут Фуджимура Райга, вы, наверное, тоже его знаете. — В беззаботном взгляде девушки всего на секунду мелькнула насторожённость, когда она изучала мою устроившуюся за низким столом фигуру. Я же продолжал, улыбаясь глядеть в окно и делать вид что ничего не замечаю.

— Слышал о нем мельком, — кивнул я. После чего с ленцой продолжил: — Хочешь — верь, хочешь — нет, но я не имею никакого отношения к изначальному роду деятельности твоего деда. Всю жизнь я скорее занимался... менеджментом. И различными инвестициями. — В основном в свою сокровищницу, но этого упоминать я благоразумно не буду.

— И вы работаете с Кирицугу? — уточнила девушка.

— Скорее мы познакомились исключительно по воле случая. — Это тоже было правдой. Используемый Токиоми катализатор попал к нему скорее по воле случая, чем как плод его собственных усилий. Хотя, конечно, и потраченное Тосакой состояние на приобретение катализатора связанного с Арчером полностью списывать со счетов не стоит. — И сейчас я здесь по его настоятельной просьбе. — Все же когда я был спокоен и собран, умение контролировать собственные интонации было крайне полезным. Даже сейчас используя лишь натуральную харизму Арчера я смог совершенно инстинктивно, одним только тоном голоса, пресечь все возможные дальнейшие вопросы по этой теме.

— Арчер-сан, вы проездом в Фуюки? — поинтересовалась девушка после того, как уселась за стол.

— Не совсем, — отставив в сторону чашку выдохнул я. — Скорее я... — Несколько приглушенный звук открывающейся в прихожей двери избавил меня от нужды заканчивать фразу.Оба принимавших меня ?хозяина? переглянувшись ринулись в коридор, за рекордные сроки уничтожив любые намёки на царящую было в комнате тишину.

Именно в компании этих двоих, донеся с собой несколько пакетов Кирицугу с лёгкой улыбкой на лице и зашёл на кухню где-то минуту спустя... а затем его взгляд упал на мою улыбающуюся фигуру.

Это было даже забавно.Атмосфера в комнате изменилась кардинально за считанные мгновения.

— Арчер?! — выдохнул Кирицугу инстинктивно делая шаг назад, в попытке заслонить детей. Даже после того, как чародей оборвал сам себя, и усилием воли прогнал из своей позы напряжение, его взгляд все ещё отражал тревогу. Впрочем, и Широ с Тайгой также забеспокоились, почувствовав тревогу Эмии старшего.

— Эмия, — добродушно улыбнулся ему я. — Эта очаровательная леди и крайне проницательный юноша принимали меня здесь в твоё отсутствие, и должен сказать они отлично справились. — Искренняя похвала, сказанная с толикой струящейся в моих словах королевской харизмы, заставила и Широ, и Тайгу слегка залиться краской и в смущении потупить глаза. Но самая сильная реакция была вовсе не у них.

— ... — Сам Убийца Магусов не сказал ничего, но на его лице всего на мгновение отразился шок. Чистейшее непонимание происходящего.

Каких трудов мне стоило не рассмеяться.

— Не стоит так удивляться, и твой сын, и мисс Фуджимура оказали мне всё радушие, на которое были способны, — мягко, но продолжая изучать насмешливым взглядом Кирицугу произнёс я. — Но я все же пришёл сюда по делу. Думаю, ты и сам хотел бы поспешить. — Эмия просто кивнул. Чтобы прийти в себя ему было достаточно прикрыть на пару секунд глаза. Все же ментальная дисциплина этого человека не сильно уступала оной у Котомине Кирея. Именно поэтому такие моменты, когда его маска деланного спокойствия, что он носил в моем присутствии, разлеталась вдребезги — так меня веселили.

— Широ, Тайга, можете пока оставить нас с Арчером вдвоём на некоторое время? — Когда Кирицугу повернулся к детям, в его взгляде не было никакой остроты, а лицо не было застывшей маской. Сейчас с лёгкой улыбкой мужчина средних лет с болезненно-бледным лицом просто просил о чем-то своего сына и знакомую семьи.

Те быстро согласились, зайдя в кухню только чтобы забрать собственные чашки.

Мы с Кирицугу остались вдвоём где-то через минуту, или около того.

— Чарующие дети. Мне остаётся только надеяться, что твоя дочь будет не менее интересной компанией, — улыбнулся я, пригубив приготовленный Тайгой чай. Он был абсолютно бездарно заварен, девочка умудрилась полностью испортить напиток. Впрочем, в слуги я её нанимать не планировал, так что отсуствия у неё навыков в этом вопросе — не критично, здесь скорее важна искренняя попытка.

— Мы отправляемся сейчас? — Как всегда Кирицугу ?мягко? проигнорировал все те мои замечания, на которые он не считал нужным отвечать. Или не знал как.

— Куда ты ходил? — вместо ответа вкрадчиво переспросил я. Резкая смена тона явно насторожила моего собеседника.

— Выполнял свою часть контра...

— Эмия. — Мужчина все ещё стоял на другом конце комнаты, в то время как я сидел за столом. Но даже так, я знал, что от моего взгляда у него пробежали мурашки по коже. — Я ненавижу иметь дело с идиотами, и ты показываешь себя не в лучшем свете. Ты проклят, Кирицугу. Время, дарованное твоему телу — это ограниченный ресурс. И сейчас, не давая себе должного отдыха и покоя, ты лишаешь себя месяцев жизни. — Мой голос откровенно гремел, а я и не пытался сдерживать собственную ярость. — Месяцы, в течение которых ты мог бы быть мне полезен. Союзник, что не проживёт и полугода не ценнее грязи, под которой он вскоре будет лежать. — Эмия удивлённо моргнул.

— Но...

— Не заставляй меня повторяться, — тихо выдохнул я, мой палец водил круги вдоль грани стакана с тёплым напитком. — Твои связи, влияние, репутация... мне нужно все это, и больше. И чтобы дать мне то, что я хочу — ты должен быть жив. Лежащие на тебе проклятье будет выпивать твои жизненные силы. Даже при наилучшем стечении обстоятельств через полгода ты будешь неспособен творить любую магию, через год — будешь ограничен в физической активности, а через три — максимум четыре — ты умрёшь. Любая работа сквозь усталость, попытка превзойти собственные лимиты хоть в чем-то сократит и это время. Сейчас же ты ещё толком не восстановился после Войны. Тебе не стоит даже покидать кровать следующую неделю.

— Но я должен отправиться с тобой в Германию! — В первый раз. В первый раз Эмия Кирицугу поднял голос в моем присутствии, совершенно искренне забывшись в моменте. Его голос — трепетал, в глазах плескался искренний страх, а на лице было непередаваемое выражение конфликта чувств.

— Ты останешься здесь, — мягко пообещал я. — Кирицугу Эмия, всё что ты можешь предложить нашему делу, ты можешь отдать только будучи живым, и только делая свою работу по собственному желанию. Я собираюсь выжать каждую возможность из твоей жизни. Как и ты собираешься выжать каждую возможность из нашего сотрудничества. Потому, если ты будешь саботировать ресурс, что по нашему договору будет служить мне... — По пространству за моей спиной прошла рябь, скорее обозначая аномалию в Мире, нежели действительно открывая Врата. — Я заставлю тебя заплатить.

— Я... понимаю, — вытолкнул из себя мужчина.

— Отлично, — спокойно кивнув, улыбнулся я. — В таком случае для помощи дочери лучше расскажи все что знаешь о замке Айнцбернов. Вряд ли они успели переработать абсолютно всю систему безопасности за прошедшую неделю, потому на моей стороне будет всё, от превосходящей боевой мощи, до эффекта неожиданности и знаний о враге... преимущество в выбранном им поле боя я устраню в первую очередь. — Я встретился взглядом с глядящем на меня сверху-вниз мужчиной. — Я позабочусь о том, чтобы выполнить свою часть сделки. Ты же сосредоточься на своей.

***Вимана была поразительным инструментом.

Механизм на стыке возможного и невозможного. Сейчас, зависнув над линией облаков, но при этом, не чувствуя ни вымораживающего до костей холода, ни мощнейшего ветра, я могу вновь повторить эти слова не только понимая их разумом, но и чувствуя, как они отдаются в сердце.

Я стоял лишь в нескольких метрах от молочно-белой глади. Скрытый от любых глаз внизу, не столько самим облаком, сколько Замкнутыми Барьерами вокруг самой Виманы.

Благодаря работе таинств внутри древнего механизма, я не слышал ничего кроме редких порывов ветра. Платформа золотого Парящего Трона под моими ногами была монолитна, как скалистый выступ.

Я смотрел сквозь белёсую дымку проплывающего облака, мои глаза без труда даже так могли разглядеть очертания скрытого там замка. Где-то по мою правую руку, на грани видимости, протекала река Рейн, но у замка толком не было подхода даже к ней.Снежный Замок Айнцбернов был абсолютно изолирован.

От него или к нему не вело дорог. Сама же крепость была спрятана в глубине лесов, в гористой местности, столь дикой, что сюда просто не забредают люди.

А те немногие несчастные, что находили это последние пристанище некогда почитаемой семьи магов, скоро становились кормом для стай живущих здесь вечно голодных волков, злых духов, или же плутали промеж слоёв Замкнутого Барьера вокруг замка, пока у них не заканчивалась еда и вода, и они наконец не находили своё пристанище среди здешних нетающих снегов.

Мне претило это место.

От каждого кирпичика, каждой извилины здешней архитектуры тянуло лицемерием.

Это был замок принадлежащей семье магов... что давно канула в лету. Некогда Айнцберны были людьми, занимавшимися алхимией и создающие гомункулов... ныне же гомункулы — и были Айнцбернами.

Последним человеком, что ступал на холодные камни этого замка за последние две сотни лет был Эмия Кирицугу.

Хорошо созданный гомункул — совершеннее человека, или по крайней мере так легко можно рассудить. Если смотреть с точки зрения физических и магических возможностей, одна хорошо сделанная кукла стоит сотни ?обычных? людей этой эры.

С точки зрения Магов, что гордились своим умением создавать великолепных гомункулов, вопрос о необходимости продолжения своего рода возникал сам собой.

Как же иначе? Для создания хорошего гомункула способного унаследовать Магический Герб семьи, достаточно недели интенсивной работы. Не нужен долгий подбор подходящего партнёра, не нужно смотреть на политическую подоплеку брака и родословную ?второго родителя?, и тем более не нужно ждать плод девять месяцев. Казалось бы — идеально. А ведь можно зайти и дальше. Ведь совсем не обязательно тратить годы воспитывая наследника. Зачем? Все семейные знания можно просто укомплектовать в голову новорождённого гомункула, вместе с нужной личностью. К тому же физиологические данные ?детей природы? куда проще редактировать. Нужна большая сила? Легко. Ловкость? Запросто. Скорость мышления и реакции? Без проблем. Хочется, чтобы гомункул мог жить сотни лет? Это тоже возможно.

С другой же стороны какое преимущество семье даёт наследник человек? Продолжает нести генетическую информацию рода? Глупости, учитывая, что все гомункулы Айнцбернов уже давно несут один и тот же генокод базируемый на оном у изначальной, человеческой семьи.

Так некогда человеческий род и умирает, вверяя своё глупое наследие куклам. Это было бы смешно, не будь само зрелище столь жалким.

Куклы, строящиеся по шаблонам, куклы которым в головы загружаются одни и те же ценности, одни и те же поведенческие модели... Если цель любого Мага достичь Истока, то доверять эту цель кукле — верх идиотизма. Личность любого ныне существующего гомункула Айнцбернов давно спроектирована, и она была реализована уже десятки, сотни или даже тысячи раз. Их личность меняется с новым опытом — но незначительно. А если они вдобавок стремятся к одной и той же цели, и идут к ней одной и той же дорогой... как они могут прийти к разным результатам?

Глупость, какая же глупость.

В результате подо мной находится целый замок полный кукол, стремящихся за чужими амбициями. Они идут вперёд, защищая честь семьи которой уже нет, сражаясь за ценности, что были забиты в подкорку их искусственных сознаний в первые же дни их изготовления, их навеянные цели и мечты — человечны, потому как они были созданы людьми...

Но куклы не перестают от этого быть куклами. Гомункулы — дети природы. Они ближе к Миру чем любой рождённый ?естественным путём? человек. Не будь в подкорку их сознания вшиты стремления давно сгинувших магов, и они жили бы как часть этого леса внизу. Так же естественно, так же просто, они были бы чистым холстом, без налёта человеческой мысли и сознания.

Сейчас же словно издеваясь над своей природой, они содержали единственное место на всю округу от которого веяло человеческой рукой.

— Все готово, — одними губами прошептал я, когда последний из формируемых множеством активированных мной Гримуаров духовных тварей, наконец материализовался в Мире. Благодаря зажатому в правой руке гримуару, я был связан с сотней подобных конструктов, я видел их глазами и слышал их ушами.

Сейчас последние приготовления были завершены.

Больше не было причин ждать.

И всё равно — я мешкал.

Сегодня я не буду убивать людей. Я заберу жизни существ, что по своей природе куда невиннее.

С кривой улыбкой, я поднял руку вверх. Надо мной зажглись четыре золотых портала, каждый нацелен к краю окружающего замок Замкнутого Барьера. По одному на каждую сторону света.— Если чтобы достичь своей мечты мне придётся поставить на кон весь этот мир... то я сделаю это без раздумий. В сравнении это — ничто. — Моя рука сорвалась вниз, рассекая воздух и, отдавая ненужную визуальную команду Вратам Вавилона.

В ту же секунду мир затопил свет.

А мне не оставалось ничего кроме как продолжать.***Все случилось в обычный осенний день. Погода была необыкновенно ясной для этих краёв, немногие не улетевшие на юг птицы мягко пели свои песни…

Затем же монолитный замок что, казалось, уже давно застыл во времени, утонул в огне.

В первые мгновения никто из обитателей древнего убежища алхимиков не понял, что случилось. Вспышки, грохот, громоподобный треск и пламя затопили всё в мгновении ока, так могло бы показаться…

Но на самом деле в этом хаосе был известный лишь одному разумному существу порядок.

Сначала над окружающим замок Замкнутым Барьером поднялся другой Барьер. Но плотнее, монолитнее, с куда более древним таинством в глубине своей сути…

Следом в комнаты с живыми накопителями магической энергии, сквозь поля Замкнутого Барьера, зачарованный камень стен, а также десятки метров грунта, попали снаряды, что и создали первые, самые громкие взрывы.

Эти комнаты были расположены в самых разных частях замка. Часть в башнях, часть в подземельях, часть в самой глубине каменной крепости… и все они были поражены в единый миг. Оружием, что могло проигнорировать даже защиту родового замка одной из древнейших семей Алхимиков Европы.

Замкнутый Барьер вокруг замка тут же потерял большую часть своих защитных свойств, а секундой позже таинство, и без того не рассчитанное на оперирование без постоянной подпитки, было окончательно развеяно вмешательством поразительной интенсивности извне.

К тому моменту защитники крепости побежали к распланированным ещё сотни лет назад позициям, готовясь принять бой.

Вот и пробегающая по одному из внешних, закрытых мягким стеклянным куполом, оранжерей группа гомункулов как раз направлялась к лестнице, что вела бы их на нижние этажи крепости, где они должны были выступить в качестве подкрепления…

Но взгляд одной из бегущих в середине импровизированного строя, зацепился за нечто сверху. За стеклом, слегка припорошённым снегом...В небе над ними.

— Это… — голос одной из стражниц дрогнул.

Над садом зависла фигура. Мужчина, в тяжёлых доспехах из чистейшего золота. Багровый плащ трепетал за его спиной с каждым порывом ветра, а кроваво-красные глаза незнакомца пронзали повернувшихся в его сторону стражниц.

За его спиной на мгновение прошла рябь, секундой позже вся стеклянная поверхность оранжереи с треском разлетелась.

— Я дам вам один шанс, куклы. Бегите, и я не стану вас преследовать. — Слова стоящего в небе существа отдавали авторитетом, сила, первобытная и необъятная пылала в них так же сильно, как и в самом образе золотого человека, что словно сошёл с неведомой картины. Даже ветер и треск падающего на пол битого стекла, казалось, боясь перебить его стихли.Уже тогда, просто взглянув на Золотую Фигуру, стражницы уже знали.