Я рухнула с неба (2/2)
— От тебя несет спиртным! Сейчас же говори: ты что, поссорилась с Абрахасом? — глаза Аберфорта горели праведным огнём; получив ответ в виде быстрого кивка, он закатил глаза. — Он знает, где ты шлялась, негодная девчонка? Ты должна сообщить ему немедленно, что с тобой всё в порядке и ты в «Кабаньей голове».— Кому сообщить? — строгий голос Альбуса, появившегося в дверях паба, резанул по слуху обоих, но Аберфорт быстро сориентировался.— Она поссорилась с Абрахасом и ушла из дома!
— Я не уходила из дома, просто хочу переночевать здесь, — еще больше сжавшись в комок, пробубнила Аврора себе под нос.
Альбус, весь день не находивший себе места в Хогвартсе, будто что-то предчувствовал, подумал, что совсем не случайно на ночь глядя ноги принесли его в паб брата. Он обеспокоенно заглянул в глаза внучке в надежде понять всё без слов, но встретил лишь немного пьяный взор и гневно обратился к брату:— Зачем ты напоил её?— Я напоил? — возмущенный до глубины души Аберфорт закашлялся от нехватки воздуха.— Я не пьяная, я просто плакала, — тихо выдавила Аврора, опустив голову. — От пары рюмок ликера ещё никто не опьянел.— Почему ты сразу не отправил её в Малфой-мэнор? — продолжил отчитывать ещё больше опешившего брата Альбус. — Нужно было сразу же сообщить Абрахасу, он, наверное, себе места не находит.— Ага, как же… — неожиданно брезгливо заметила Аврора, начиная снова глотать слёзы, промакивая их платочком с инициалами. Взглянув на размашистую «М», вышитую серебряными нитками на белой ткани, она скомкала платок и неаккуратно сунулаего обратно в сумочку.
— Ты должна сообщить ему, где ты, если хочешь остаться здесь на ночь, — хмуро предупредил Аберфорт.Округлив глаза, Аврора с непониманием покосилась на дедушку.— Ты хочешь сказать, что если я этого не сделаю, ты выгонишь меня из собственного дома?
— Твой дом — Малфой-мэнор, Аврора, — словно приговор озвучил Альбус, занимая стул возле неё. — Муж всегда должен знать, где находится его жена. Чтобы между вами не произошло — вы семья. Не забывай об этом, пожалуйста, — окончательно добил он её, укоризненно глядя поверх очков-полумесяцев.Поджав губы, дабы сдержать в себе порыв ответить любимому дедушке парой ласковых фраз, Аврора решила, что проще согласиться, чем начинать бессмысленный и долгий разговор.— Как скажете, только не думаю, что он не догадается где я, — недовольно проговорила она, скрестив руки на груди. — Майни!
Практически сию секунду в помещении раздался хлопок аппарации и перед ней появился тощенький эльф с острым, как кончик гусиного пера, носом. Вежливо поклонившись всем троим, он встал по стойке смирно, с готовностью слушая распоряжения.— Передай Абрахасу, что сегодня я буду ночевать в «Кабаньей голове», — приказала она, однако Майни не исчез сию секунду.Поджав огромные ушки, он оглядел помещение испуганным взглядом и заверещал писклявым голосочком:— Госпожа, здесь так грязно, вы не должны ночевать в подобном месте, оно совершенно не подходит для леди, — но получив предостерегающий взгляд, сглотнув, добавил: — Разрешите Майни хотя бы немного прибраться здесь…— Нет, ступай, — отрезала Аврора равнодушно, тогда как Аберфорт не успел и рта открыть.— Он мог бы и убраться… — пожал плечами он, когда эльф исчез. — Мне бы помощь не повредила…—А тебе лень при рождении не повредила? — усмехнулся Альбус, но, проигнорировав тяжелый взгляд брата, тут же обратился к внучке: — Иди, выспись, у нас ещё будет время поговорить.Благодарно улыбнувшись ему, Аврора, избавленная от необходимости давать объяснения, устало сползла со стула и, пожелав дедушкам спокойной ночи, поплелась наверх в комнату, в которой не ночевала почтичетыре года, с тех пор, как начались приготовления к свадьбе… Однако остаться наедине с мыслями ей так и не удалось. Стоило откопать в шкафу свою старую ночную рубашку, как в дверь негромко постучали. Вполне ожидаемое появление дедушки Альбуса ничуть не удивило Аврору, она предполагала, что отсрочка разговора не будет длительной, просто в присутствии Аберфорта ей было сложнее раскрыться и поговорить — он обычно только и делал, что ругал.— Ты сильно устала? — из вежливости спросил Альбус, занимая потертое старое кресло рядом с кроватью, на которой, обняв подушку, расположилась Аврора.
— Тебе всё с самого начала рассказывать, или можно некоторые моменты опускать? — попыталась она отшутиться; в терпеливом взгляде дедушки сложно было не прочесть тревогу, поэтому Аврора начала рассказ без промедлений. — Я устала от такой жизни, мне не дают и шагу ступить без порицаний. Абрахас стал относиться ко мне иначе, мы больше не можем поддерживать дружеские отношения, они развалились… Он изменился, дедушка, он совсем не такой, каким был в начале — понимающим, добрым, заботливым.— Иногда случается, что спустя годы совместной жизни супруги перестают испытывать взаимный трепет. Это довольно трудный период в отношениях, во время которого просто необходимо уделять супругу больше внимания, — мудро заметил он, разглаживая бороду пальцами. — Время идет, вы оба взрослеете, становитесь зрелыми, совместный досуг становится обыденностью…— Ой, да прекрати, — Аврора закатила глаза и шлёпнулась на подушки, глядя в потолок, просвечивающий из-за тончайшей сетки поднятого балдахина.— Ты прекрасно знаешь, что никакого трепета, как ты это назвал, между нами никогда не было. Не делай вид, что ты не помнишь, почему мы вообще поженились, — она досадливо цокнула, повернувшись к дедушке.Альбус сделал такой взгляд, будто впервые видит её перед собой, снял с носа очки и сунул их в карман.— Только слепец не заметил бы того трепета, да, именно трепета, с каким Абрахас о тебе заботился. И не считай это плодом воображения старого маразматика, я ещё довольно молод.— Сильно сказано, — усмехнулась Аврора, перекатившись на бок, но улыбка быстро сползла с её губ, когда она увидела с каким пониманием и теплом смотрит на неё Альбус. Возможно, он всегда знал больше, чем требовалось, или просто умел чувствовать людей, даже опуская его талант леглименции. — Всё действительно изменилось, дедушка. Если мы когда-то могли понимать друг друга, то это время кануло в Лету. Абрахас больше не поддерживает меня в поисках родственников Джеки, он говорит,да простит мой предок, что это способ для меня держаться подальше от семейных обязанностей, и от него…Неторопливый вздох Альбуса, сопроводивший её речь, свидетельствовал о глубоком раздумье, об этом говорил и взгляд, направленный в негорящий камин.— А ты сама, как думаешь, чем ты занимаешься? — он смотрел на Аврору многозначительным взглядом, пытаясь донести до неё то, что она сама не в состоянии понять.— И ты туда же! — ахнула она.— Я хочу увидеть, как мои правнуки поступают в Хогвартс, Аврора, не суди меня за это. Нет, постой, — остановил он поток недовольства, едва не хлынувший из её рта. — Ты хочешь помочь мёртвым, но не забывай о живых, — сказал он негромко, стараясь не тревожить её очевидный гнев, родившийся в ожидании понимания со стороны дедушки, которое так и не появилось. — Абрахас, как мне кажется, очень одинок. Ты постоянно пропадаешь в рабочих поездках и колесишь по Европе в поисках знавших Глорию Уидмор людей, но не забывай, что на двух стульях усидеть практически невозможно. У тебя действительно есть обязанности, не то чтобы даже обязанности, ты дала клятву заботиться о своем муже, но ты постоянно забываешь, что теперь не одна, — Альбус положил ладонь на кисть её руки и стал успокаивающе поглаживать. — Пускай, твоё сердце сейчас не способно полюбить Абрахаса, но ты всё ещё можешь вернуть близкого, родного человека, которого, я готов не есть лимонные дольки три года, если это не так, тебе не хватает, как воды в пустыне. Всё в твоих руках…— Я боюсь, что он изменяет мне, или уже на грани этого… — Аврора зажмурилась, будто боялась получить пощёчину за то, что выдала свои истинные чувства, появившиеся только этим утром, но ставшие такими сильными, будто занимали всю её жизнь. — Я не уверена, может, мне показалось, но Полетт… Его подруга из Шармбатона… — уточнила она.— Вот видишь, ты боишься потерять его. Ревность — это нормально, — удовлетворенно заметил Альбус, видя эти глупые метания. — Ты никогда не поймешь, как дорог тебе человек, пока не потеряешь его…— Прекрати говорить афоризмами, мне нравоучения сейчас меньше всего хочется слышать, — снова пошла на попятную Аврора, вытянув руку из-под его ладони.— Абрахас избаловал тебя, — насмешливо протянул Дамблдор, откинувшись в кресле; делая вид истинного мудреца, он на самом деле не очень хорошо разбирался в делах любовных, однако старался постичь проблемы внучки, сильно переживая за неё. Указывать на её ошибки прямо — не было выходом из ситуации, но как иначе подтолкнуть её к правильным выводам и решениям? — Просто подумай над этим, Аврора. Я, как никто другой, заинтересован в твоём счастье и благополучии твоей семьи. Если ты будешь более внимательна к Абрахасу, он и впредь будет поощрять и поддерживать все твои начинания...Аврора приглушенно заныла в подушку, не заметив, как в глазах снова стали появляться опостылевшие за сегодняшний день слёзы горести, несправедливости. Все слова дедушки звучали слишком логично и правильно, что их было бессмысленно оспаривать. Мудрости ему действительно не занимать, однако что же с этой мудростью делать, если она причиняет такую боль сердцу? После его слов можно было с легкостью переосмыслить все свои тревоги и заметить, наконец, свои ошибки.— Как зелье? — Аврора не очень хотела разговаривать на эту тему, но тяжелое молчание оглушало её.
— Увы, дальше не продвинулось, но я обязательно придумаю, Аврора, как вернуть твою память, если тебе это действительно необходимо, — с долей грусти ответил Альбус.— Кстати, о памяти, — Аврора подскочила на кровати, забыв про слёзы. — Меня сегодня осенила одна мысль. Абрахас же нашёл меня у восточного крыла дома, — она задумчиво прикусила фалангу указательного пальца. Реакция дедушки, когда он услышал эту историю совсем недавно, была плохо читаемой, однако он так и не высказал никаких предположений. — Сейчас там строится терраса, а наверху, как я уже говорила, будет зимний сад. Мне почему-то кажется, что теперь вариант «я рухнула с неба» не кажется не слишком убедительным. Как думаешь, я могла переместиться с еще непостроенной оранжереи и просто упасть вниз? Потолки у нас высокие, я вполне могла приобрести все те травмы… И потерять память от сильного удара головой, — несмотря на неуверенный тон, Аврора действительно готова была поверить в эту версию. — Я не хочу строить бредовых предположений, но… Перемещение во времени ведь не может обещать нам перемещение в пространстве? Как думаешь? Возможно, я уже когда-то была в Малфой мэноре… То есть, буду, нет, была в будущем…Слушая догадки и предположения Авроры, Альбус все больше уходил в размышления, ведь её вариант случившегося был наиболее логичным. Но знала ли шестнадцатилетняя Аврора, находясь в Малфой-мэноре будущего, что она на самом деле будет являться его первой хозяйкой?— Звучит правдоподобно, — спустя пару минут, которые, казалось, тянулись вечность, согласился он. — Но что нам дает это знание? — этот вопрос, скорее, он задал самому себе.
— Я думаю, что тебе стоит поскорее изобрести зелье, восстанавливающее память, а до тех пор нам остаются только предположения, — озвучила Аврора очевидное. — Я… не знаю, своевременно ли сейчас, но… Ты узнал что-то про этих пчел? Ты вспомнил, где ещё их видел?
Альбус еще несколько месяцев назад упомянул, что где-то видел подобные брошки, только не мог вспомнить где.— К сожалению, да, Аврора, но, боюсь, ответ тебе не понравится, да и не даст ничего, — но он не мог промолчать, видя в её глазах надежду. — Я видел похожую брошь всего единожды, когда встречался с Геллертом Грин-де-Вальдом в кругу его «друзей». Один из его последователей, имени которого я не знаю, носил нечто подобное…
Взгляд Авроры вновь загорелся огнём; получив новую ниточку, пускай и ничего не значащую деталь не желающей складываться головоломки, она вновь готова была до посинения копаться в тайнах жизни Глории Лесовской, что очень настораживало и снова ставило её на изначальный путь, отдаляя от мужа. Альбус лишь надеялся, что она учтет сказанные им сегодня слова и больше не будет так беззаветно отдаваться поискам.— Дедушка, мне очень нужно поговорить с Эзраэлом Уидмором.— Ты с ума сошла! — охнул он, проигнорировав мольбу в её глазах.Аврора потупила взгляд и склонила голову набок, в очередной раз жалея о высказанной просьбе.— Именно так началась наша ссора с Абрахасом, — повинно призналась она, поскребя ногтями затылок. — Он мне тоже самое сказал. Но… Уидмор — единственный человек, который сможет рассказать о Глории больше, чем остальные…