Если это не любовь, то что же тогда? (2/2)
Оставив готовую к выходу невесту ненадолго наедине с собой, леди Малфой на всякий случай приказала эльфу незаметно наблюдать за ней, и если вдруг что, сразу же сообщать. Только почувствовав одиночество, Аврора потихоньку начала осознавать происходящее вокруг. Белые вазы с ослепительно белыми розами были подпоясаны белыми широкими лентами, завязанными в банты. Белый тюль, точно фата невесты развевался на июньском теплом ветерке, белое платье, белый круглый букет из тех же роз… Всё вокруг кричало о предстоящем событии, которое изменит её жизнь окончательно. Когда-то, радуясь за Абрахаса, она представляла в подобной обстановке счастливую улыбающуюся Эвелин, затем Цедреллу Блэк, но в итоге почему-то именно ей досталась честь стать его невестой. Насколько может быть непредсказуема жизнь, как просто разрушить её собственными руками или талантом притягивать неудачи… Ещё вчера Аврора не могла отнестись к свадьбе серьезно, по-прежнему полагая, что этот странный сон закончится, и она просто проснётся в своей кровати в рэйвенкловском общежитии года четыре назад… Но, подойдя к кульминации, сон так и не закончился, и только сейчас сердце начало пропускать удары, в груди сдавило, а в ушах появился непонятный стрекот сотен тысяч сверчков… И только сейчас пришло полное понимание, что сегодня она выйдет замуж за своего лучшего друга… Раздался стук в дверь, не позволив ей впасть в уныние или наоборот, предотвратив подступающую к горлу истерику. — Войдите, — слабым голосом отозвалась она. — Абрахас? Что ты здесь делаешь? — Аврора встрепенулась, зачем-то подобрала юбки платья и отступила на шаг. — Ты же не должен видеть до свадьбы… — но слово «невеста» потерялось где-то в голосовых связках. Он медленно и осторожно, как будто их разделяла пропасть, через которую была перекинута тонкая жердь, по коей ему пришлось идти, приблизился к ней. Аврора шумно вздохнула и сделала ещё один шаг назад. Абрахас всегда мог похвастаться незаурядной внешностью, особенно после Хогвартса он возмужал и превратился в прекрасного юношу, но сейчас он был настолько красив, что у Авроры защемило сердце, нет, не от восхищения, а от грусти. Ворот рубашки был скрыт белым шелковым платком, окружавшим горло и завязанным наподобие галстука. Манжеты и лацканы черного бархатного камзола, а также жилетка того же цвета были богато расшиты растительным симметричным узором серебряных нитей. Черные штаны точно вырастали из высоких черных лакированных сапог с отвёрнутыми голенищами. Каштановые волосы были зализаны назад, обнажая высокий лоб.В комнате вдруг стало душно, и Аврора невольно потянулась к свежему ветерку, едва раздувающему тюль. Она повернулась к Абрахасу спиной, словно надеялась спрятаться.
— Ты невероятно красивая сегодня, — но комплимент отнюдь не звучал дежурно, в голосе слышалось подлинное восхищение будущей супругой. Стройная фигурка Авроры была облачена в изысканное платье, и в каком месте отец нашёл его примитивным? Прозрачная фата едва скрывала аккуратно уложенные, блестящие на солнечном свету волосы, сияющие бриллиантовыми шпильками. У Абрахаса действительно перехватило дух, он бы никогда не узнал Аврору со спины, Аврору — неженственную, ребячливую девушку, выбирающую исключительно пестрые наряды и дурацкие сережки…— Спасибо, ты тоже, — нервно покусывая губу, ответила она. — Зачем ты пришел, если лорд Малфой узнает…
— Меня мама попросила, говорит, ты сильно переживаешь, — честно ответил он и поравнялся с ней возле окна, чтобы насладиться пейзажем греческого сада, раскинувшегося за окном, и елового леса поодаль за ним.Аврора удивленно повернула голову на звук голоса Абрахаса и посмотрела ему в глаза.
— Я вообще не давала повода думать, что со мной что-то не так… — возразила она негромко.
— В том-то и дело, что ты вела себя слишком тихо и равнодушно, — пояснил Абрахас. — Моя мать прекрасно разбирается в людях, Аврора, она переживает за тебя.
— Она мудрая женщина, но не настолько, чтобы позволить мне побыть одной хоть секунду этого наполненного приготовлениями утра и собраться с мыслями. Прости, если оскорбила тебя такими словами, я сегодня не слишком настроена на любезности, — ни капли сожаления не сквозило в её голосе.
— Я уже понял, — он не выглядел оскорбленным, напротив, прямолинейность будущей супруги даже повеселила его. — Я всегда умел находить слова в разных ситуациях, но сегодня я что-то тоже не совсем в своём котле, — усмехнувшись, он заключил руку Авроры в свои ладони.— Брось, я скажу, что ты провёл со мной поучительную беседу про то, как успокоить свои нервы, сдобрив её парочкой остроумных шуток, которые меня успокоили…— Но похоже на то, что ты будешь меня успокаивать, — на выдохе сказал он, присаживаясь на подоконник.
— Ну, должна же быть в этом доме от меня хоть какая-то польза, — возразила Аврора шутливо, только шутка её звучала чересчур тоскливо. — Не думай, что я сбегу, и леди Арабелле передай… Просто потому как мне некуда…
На этих словах незаметное напряжение Абрахаса тихонько стало отступать, сам не зная почему, он верил её немного язвительным речам, просто потому, что это была Аврора, которая никогда раньше не умела врать. Раньше…
— …Скоро Аберфорт придёт, — сказала она, взглянув на часы на его запястье. — Разве тебе не пора быстро ретироваться и сделать вид, что тебя здесь не было? Не думаю, что лорд Малфой будет счастлив узнать, что сын нарушает традиции. Да и ещё Цигнус и Каспар с твоим кузеном могут проболтаться, — напомнила она про участвующих в примерках и сборах жениха молодых людей. — Уж Каспару я бы вообще не доверяла…
— Ты права, как вообще он оказался в моей свите? Да, сильно вы над ним вчера поиздевались, он жаловался, что ноги покрылись болячками, — Абрахас так же пытался отшучиваться, хотя прекрасно понимал, что дрожь в руках непременно вернется, когда он будет ожидать свою невесту подле алтаря…