Волчонок, Гримм. Красная толстовка (1/1)

За эти несколько месяцев количество похищенных детей в Бейкон-Хиллс увеличилось вдвое. Ник читал об этом в новостных сводках во время утреннего кофе, слышал от своих коллег в местном полицейском участке, куда заглядывал чаще, чем ему было необходимо, видел в вечерней программе новостей. Другими словами, даже не ведя расследование, он был прекрасно о нём осведомлён. Бёркхардт клятвенно обещал Монро, что останется в стороне и не будет лезть, куда его не просят, но мысль о том, что столь мерзкое создание, даже будучи человеком, расхаживало по земле безнаказанно, тогда как жители города вынуждены прятать своих детей, не давала ему спокойно спать по ночам. Он долго ворочался в постели, борясь со слабостью и ознобом. Сложно сказать давно ли, но Ник был не в порядке точно. Тело постепенно привыкало к протекающим в организме изменениям, да не до конца, видимо, отчего детективу вечно казалось, что он слышит шаги за стеной, голоса на улице, чувствует запахи, ощущает окружающий мир глубже и ближе. Как раньше. Как должен был. Собственно, вот вторая причина, почему гримм плотно накрывает лицо подушкой, спасаясь от предрассветных лучей, но сон всё равно не идёт. Вторую неделю кряду мужчина выползает в небольшую кофейню в двух шагах от своего временного дома, перехватывает стаканчик латте и наблюдает за неторопливо снующими туда-сюда прохожими, не заботясь о своём внешнем виде и душевном состоянии. Диктор монотонно зачитывает ленту новостей, Ник барабанит пальцами по столешнице, и, видит бог, это может продолжаться до бесконечности: он будет сидеть на месте, погружаясь всё глубже в себя, а дети будут пропадать с оживлённых улиц. Замечательно. Прекрасная перспектива на будущее. Но когда число переваливается за дюжину, Бёркхардт оглядывает заполненное бумажными стаканчиками мусорное ведро и решает, что собрать себя по кусочкам он всегда успеет. —?Это очень плохая идея, Ник. Я получил подробные рекомендации от Ренарда, и, поверь мне, меньшее, что я хочу сейчас, так это выслушать его причитания, как я его лучшего детектива не уберёг. Спасибо, с меня достаточно проблем,?— Ноа выглядит так, словно спит ещё меньше, чем Бёркхардт. А это невозможно по определению. —?Он ни о чём не узнает, клянусь тебе, это моё личное дело,?— давно ли вообще Шон о его состоянии беспокоится? Удивительно, надо будет переговорить с капитаном на досуге, чтобы не лез не в своё дело и святого из себя не строил. Подумать только, он у Ренарда на хорошем счету, который, чтоб его, волнуется. Ник внутренне содрогается, представляя, что его начальник вновь свои личные мотивы преследует. Ну, а как иначе. Чёртов колдун. Правда шерифу глубоко плевать на планы и Ренарда, и Бёркхардта. —?Тем более я тебя и близко к расследованию не подпущу, даже не проси,?— заявляет Стилински, выталкивая детектива за дверь. Пэрриш виновато косится со своего места, перебирая кипу сваленных в одну кучу бумажек, помощник шерифа?— единственный, кто печётся о состоянии Ника, хотя его никто и не просит. Гримму не хочется бессмысленно подпирать стену, а других дел для него всё равно не предвидится, и он выходит из участка не солоно хлебавши. Бёркхардт переезжает в Бейкон-Хиллс, желая проведать старых друзей, освежить память и самому освежиться. Честно говоря, гримм туманно представлял, как долго пробудет здесь, чувствуя себя не то чтобы подавлено, с этим-то он как раз справлялся прекрасно, с самобичеванием. Но тоска, скребущаяся где-то под самым горлом, надавливала ледяными краями каждый раз, когда Ник осмеливался пройтись по знакомым местам, услужливо напоминая, что смена обстановки лишней не будет. Розали понимает его, как никто другой, и встаёт на сторону Ника тут же, стоит тому только заикнуться о поездке. Рыжехвост обещает, что Портленд не развалится, если детектив возьмёт-таки заслуженный отпуск. Да и что может случиться за пару дней? Ник надеется, что эти ?пара дней? не растянутся на полгода. Монро выглядит огорчённым, как и напарник Бёркхардта, но лишь тем, что сам не в состоянии помочь и другу придётся искать помощи на стороне. Потрошитель ссутулится и нелепо пытается шутить. Так на Монро не похоже. Или, может, просто Ник слишком изменился и забыл, какого это нормальным быть? —?Просто обещай, что не уходишь на пенсию. Ник смеётся. Ему совсем не нужен значок, чтобы отлавливать негодяев, какая бы доля сверхъестественного в их генах не присутствовала. Ведь, как известно, гриммы бывшими не бывают. Маленький городишко на востоке Калифорнии приходит на ум как-то спонтанно. Бёркхардт не стремился туда целенаправленно, скорее просто решил: ?а почему бы и нет??. Стыдно, родные края столько лет оставались для него чем-то туманным и отдалённым, словно он был отрезан от них, а вот теперь вновь сумел пустить корни. —?Меня отстранили от дела. Ситуация ухудшается, и у шерифа Стилински уже нет сил противостоять напористому детективу. Тот делает вид, что ему что-то известно, знать бы что. Ноа готов душу вывернуть и на стол положить любому, кто скажет, где укрывается похититель его сына. —?У вас есть зацепки? Хоть что-нибудь? Шеф полиции смотрит на него с минуту, взвешивая все ?против? и ?за?. Он прекрасно осведомлён, что Ник знаток своего дела, профессионал, друг к тому же, но тот приехал сюда для реабилитации, расследовать похищение?— это последнее, что ему нужно. Бесчеловечно со стороны Ноа так поступать, но он сам едва ли на ногах держится, зная, что Стайлз, его маленький сынишка Стайлз, сейчас находится в лапах этого ублюдка. И шериф никогда себе не простит, если с ним что-нибудь случиться. —?Да, кое-что есть,?— язык еле ворочается, Ноа едва способен говорить, но Ник упрямо сверлит его взглядом, прирастая к полу. Не уйдёт, не отступит, упрямый и злой. —?Все жертвы были одеты в красное. Бёркхардт на мгновение прикрывает глаза. Этого он и боялся. —?Ты не можешь быть точно уверенным, что в этом замешен потрошитель. Мало ли маньяков с подобными заскоками? Чёрт возьми, Ник, да даже если это и так, ты обещал, что не будешь высовываться. Это… это слишком опасно! А вдруг… вдруг там целая стая, а ты совсем один и без сил. Да ты с ума сошёл! —?шипит разгневанно в трубку лучший друг. Бёркхардт тяжело вздыхает, ему стыдно, но разве может он поступить иначе, зная, как тяжело приходится Ноа, когда его сын… Связь обрывается, Ник ещё с минуту смотрит на потухший экран телефона, на месте топчется, а затем, чертыхаясь, как ошпаренный начинает мерить шагами комнату, низко голову опустив. Да, Монро прав абсолютно, он с недавних пор обычный человек, но это не значит, что и ловить преступников ему запрещено теперь. Да и какая разница, существо орудует в этих краях или съехавший с катушек убийца, Ник это так не оставит в любом случае. Но Монро не был бы его лучшим другом, если бы и сам об этом не знал прекрасно. —?Ты самоубийца, так и знай. А я, если ты забыл, ненавижу эти чёртовы порталы,?— Монро смахивает искры со своей одежды на ходу, не прекращая ворчать. —?И зачем я только связался с тобой, надо было тогда сразу тебя согнать с территории, наглое ты чудовище,?— он сопит обиженно, ставя дорожную сумку на пол, чтобы Ника обнять крепко. Тереза за его спиной ведёт себя сдержаннее, но несложно догадаться, что Бёркхардта она рада видеть не меньше. За столь короткий срок она успела обзавестись парочкой новых шрамов и бледным лицом с впалыми щеками. Монро уверяет, что девчушка ?ест за троих, но ничуть не прибавляет в весе?. —?Накормим здесь, не переживай,?— улыбается им Мелисса, рядом с сыном становясь . Юная охотница бодает гримма лбом в плечо, Ник смеётся, Ник благодарно обнимает в ответ. Словами не передать, как он счастлив вновь с друзьями рядом очутиться. Сколько он уже прячется в Бейкон-Хиллс ото всех? Месяц? Добрых полторы? И хотя Беда?— та ещё перекати-поле, у Монро в Портленде осталась жена, запоздало понимает Ник. —?Ты бы мог проконсультировать меня по телефону,?— виновато лепечет детектив. —?Правда, я не хотел заставлять… —?О чём? О том, что ты и так прекрасно знаешь о потрошителях? Не смеши меня. Тереза ведёт плечом, прислушиваясь к ощущениям. Ей не нравится Бейкон-Хиллс. Или те тайны, которые этот город прячет у себя под подушкой. А вот Монро чужое грязное бельё интересует мало, он первым делом мчится к шерифу, требуя подробностями расследования поделиться. Ну и, конечно, самое главное: —?Мне нужно что-нибудь из одежды пацана. Кофта там, куртка. —?Зачем? —?Им можно доверять, Ноа,?— Бёркхардт старательно подбирает слова. Успокаивает. Его бы самого кто-нибудь успокоил. А то вечно происходит вокруг него… сверхъестественное. Судьба-злодейка силы лишила, а всё никак не отпустит. —?Чтобы взять след. Беда, подтверждая его слова, любовно оглядывает свой оружейный арсенал. —?Кого ты привёл ко мне, Ник? —?свирепеет шериф. —?Они друзья. —?Они опасны. Эй, Ник знал, что будет непросто. Детектив делает глубокий вдох и пробует ещё раз. —?Так ты что же… охотник тоже? —?Не совсем. Как это ни странно, вопросы на этом заканчиваются. Шериф мрачнеет с каждым произнесённым словом. Ноа их идею не разделяет совершенно, на Монро и Терезу смотрит подозрительно и предупреждает сразу, что промахивается он редко и лучше его не злить. Доверять существам в Бейкон-Хиллс давно не входу, но других вариантов нет, а время меж тем убывает стремительно. Потрошитель обиженным не выглядит, при посторонних не схлынивает и вообще ведёт себя воспитанно и незаметно. До тех пор, пока не сталкивается с Пэрришом в коридоре и, взвизгнув испуганно, не отпрыгивает на добрый метр. Помощник шерифа тоже отшатывается. От неожиданности. Тереза тянется к оружию было, но замирает статуей, не сдвинешь, не обойдёшь. —?Ник, почему ты не сказал мне,?— жалобно хрипит Монро. Гримм впервые видит друга настолько не в своей тарелке. Это даже не страх. Это… благоговение? —?И знать не хочу,?— проходит мимо них шериф Стилински, стараясь не вслушиваться в озабоченное ?он же гончая, Ник, приспешник самого дьявола?. Джордан икает, глаза его стремительно в размерах увеличиваются. Бёркхардт поспешно уводит друга, обещая всё объяснить после. Ему бы самому разузнать не помешало, а что, собственно, произошло. Им своих проблем не хватает, вот действительно. Беда плетётся за ними следом, темнит и про самочувствие врёт, но Нику некогда хороводы с ней водить. Полагаться на свой притупленный слух опрометчиво, но у Бёркхардта есть Монро, а у того стойкое желание вот к тому неприметному домику не приближаться. Мало ли вдруг что там такое водится. Подозрительное. Но самым подозрительным, конечно, здесь оказывается Стайлз, который, как показывает практика, в стороне оставаться отказывается и первым в самое пекло лезет. Потрошитель выразительно посматривает на Бёркхардта, но тот спешит напомнить, что сыну шерифа, на минуточку, всего лишь шестнадцать лет, тогда как гримм уже достаточно опытный, чтобы всяким чудовищам противостоять. —?Да уж, разница просто на лицо,?— взгляд Монро скользит по комнате Стайлза, останавливается на доске с прикреплёнными к ней нитками и фотографиями,?— помяните моё слово, мистер, пацан вырастит таким же невыносимым охотником на всякую нечисть. —?Ни в коем случае,?— шериф выуживает футболку из корзины с грязным бельём и торопливо впихивает её в руки Монро. Потрошитель хмыкает, Ник не знает, чему тут радоваться, но благоразумно помалкивает. Наверное, друг после встречи с Пэрришом ещё не отошёл. Запах Стайлза отчётливый, настолько сильный, что, кажется, будто мальчишка специально предварительно обтёр все углы в округе. Шериф приходит в ужасе от осознания. Монро уважительно присвистывает. Беда ходит мрачнее тучи и выглядит опаснее маньяка, которого они дружной компанией пытаются поймать. —?Я его убью,?— заявляет Стилински, свирепея. —?Обязательно,?— Ник достаёт пистолет и внимательно смотрит на потрошителя. Прошлый раз помощь друга ему не понадобилась. Он и сейчас не один, но шериф слишком взволнован, Беда склонна терять контроль во время драки, а гримм-не гримм слаб. Спрашивается, а на что детектив, собственно, рассчитывал, приводя их сюда, как свиней на убой? В голову лезут цитаты из Гарри Поттера, а не адекватный план действий, а значит… —?Тут что-то не так. Нас водят за нос. Это обман,?— рычит Беда, сатанея. Её инстинкты срабатываюсь быстрее, чем разум. И Бёркхардт склонен им доверять. К чёрту контроль, и правильно, к чёрту. —?Ловушка. —?У меня для тебя две новости, Ник. Хорошая?— это точно не потрошитель. Отлично, боевая мощь их маленького отряда пополняется в лице Большого Серого волка. Но не всё так гладко в датском королевстве. —?А плохая? —?Я с трудом могу определить запах существа. Мы с таким ни разу не сталкивались. Чем бы это ни было, жизнь Стайлза на кону. Медлить нельзя. —?Смею заметить, что я всего лишь скромный часовщик, а не какой-нибудь спецагент,?— порыкивает потрошитель, схлынув. Ноа вздрагивает, Беда удобнее перехватывает топор. —?Монро, где Стайлз? —?Точно указать направление сложно, существо, кем бы оно ни было, хитрое попалось очень, но мальчишка рядом, живой,?— потрошитель осекается. Беда встаёт подле него, вся обращаясь в слух. —?И он здесь не один. —?Дети. Дети здесь. Они разделяются, Ник прихватывает с собой Терезу и спускается по лестнице вниз, в подвал. Пресловутое дежавю не отпускает его до самой двери, которую Беда вышибает с ноги, первой заходя. Бёркхардт из-за её плеча выглядывает. Ну нет, в прошлый раз всё выглядело опрятно. Подвал подставного потрошителя представлял собой зрелище удручающее. Сырой и затхлый, со стойким запахом разросшейся плесени на потолке, где одиноко сверкала тусклая лампочка, свет которой больно резал глаза. Потёртый ковёр, разобранная кровать и стул со сломанной ножкой?— вот и всё убранство. Ник морщится, осторожно ступая по шаткой лестнице. Фонарик в его руках скользит по углам, выискивая худенькую фигурку ребёнка, и на краткий миг детектива охватывает страх, что он опоздал, что самое страшное уже случилось, но тоненький всхлип в тишине комнаты раздаётся раскатом грома. Бёркхардт подрывается вперёд, но подросток, завидев его, сжимается и проворно отползает к стене. Его тонкую щиколотку обвивала змеёй ржавая цепь, но даже она, будучи всего лишь метр в длину, едва ли существенно замедляла мальчишку, который юркий, словно белка, пытался ускользнуть от взрослого мужчины в замкнутом пространстве. —?Стой, да погоди же ты,?— никакие рефлексы не помогут отловить это маленькое недоразумение в ярко-красной толстовке?— причина, почему субтильный мальчишка мог бы показаться привлекательным для оголодавшего волка-людоеда. Если бы людоед в действительности существовал. Гнилые половицы скрипят под подошвой кед, подросток спотыкается, неуклюже заваливается на бок и скулит от боли. Ник присаживается рядом с ним, больше не пытаясь прикоснуться к плечу в успокаивающем жесте. Напротив, он направляет свет фонаря на себя, давая возможность мальчишке разглядеть своё лицо. —?Эй, ты как? Ничего не болит? Меня зовут Ник, я из полиции,?— отложенные на подкорки слова гримм выпаливает быстрее, чем успевает заметить. Глаза мальчишки вспыхивают. Это уже не испуг, недоумение, что подкрадывается, поднимаясь из самых глубин. —?Мой отец?— шериф, сэр,?— мальчишка склоняет голову, и, пускай губы его дрожат, а лицо в грязи перепачкано, он старается улыбнуться. —?И я никогда не видел вас раньше. И эту милую леди с топором тоже. Вот это неудивительно, учитывая, что за всё время, проведённое в Бейкон-Хиллс, Нику так и не удалось нормально с сыном Стилински познакомиться. Первые дни гримм вообще ни с кем не контактировал, спрятавшись в своём доме, как в бункере. А когда детектив начал упорно бомбардировать полицейский участок, сметая всё на своём пути и желая внести хоть какую-то лепту, игнорируя возмущения друзей, Стайлз уже исчез. Испарился. Былью стал, а потом из крупиц собрался, чтобы перед ними предстать во всём великолепии своём. Беда фыркает, настороженно комнату обходя. До говорливого мальчугана ей нет никакого дела. Он выглядит безобидным и страха не внушает. —?Могу значок показать, если хочешь. —?Да не нужно, знаете ли, я очень доверчивый, когда дело касается моих спасителей. —?У тебя их много было? —?Вы первый,?— переводит взгляд на Терезу и поправляет себя. —?Первые. Ник усмехается, позволяя Беде разобраться с цепью. Мальчишка охает не то от боли, не то от удивления, но происходящее никак не комментирует. Знай Бёркхардт отпрыска шерифа Стилински получше, заподозрил бы неладное и глаз с подростка бы не спустил. Но он лишь протягивает руку, позволяя перенести тяжесть на здоровую ногу. Стайлз пыхтит, проворно двигая конечности, желая поскорее убраться из подвала. Беда следует за ними, страхуя. Уже потом они вчетвером осмотрят этот дом не единожды, но следов существа, ответственного за похищение детей в Бейкон-Хиллс, так и не найдут. Словно его и не было никогда.