Часть IV (2/2)
Девушка хватала ртом воздух, стараясь выровнять дыхание. Глаза заслезились, а в груди зародился комок страха, рвущийся наружу в виде невнятных всхлипов.
Алекс притянул падчерицу к себе, жадно вдыхая её запах и пройдясь языком по влажной от слез щеке. Эсми дрожала, словно осиновый лист, боялась пошевелиться, так как знала: совершит хоть одну попытку бежать и ей конец.
Так или иначе, девушке не суждено было уйти к себе в комнату в здравом уме. Сполна насладившись сладким мгновением, разрывающим грань между отчимом и падчерицей, Алекс с силой толкнул Эсми в стену.
Резкая боль в затылке, а после… темнота.
Это был первый и, к сожалению не последний раз, когда девушка теряла сознание, не выдерживая побоев отчима. Со временем Алекс перестал жалеть уже достаточно взрослую Эсми и если приходилось, бил не жалея сил, при этом стараясь не оставлять синяков и ссадин.Он не мог отпустить девушку… просто не хотел. Она была его, только и его и ни чья больше.
Все попытки Эсми сбежать были обречены на провал. В первую же ночь вне дома она могла оказаться в машине с плохо закрепленными колесами или того хуже, оказаться в каталажке по обвинению в употреблении наркотиков.
Пути были перекрыты. Алекс был слишком влиятельным, большим человеком. Имел множество связей и людей, готовых за полмиллиона долларов отследить любое похождение Эсми.Девушка отчетливо понимала: некуда бежать, она в западне из которой нет выхода.Все планы и мечты рушились во время очередной вправки мозгов.Алекс был жесток, но старался не переходить грань, отпуская девушку к себе в комнату хоть и реже, но в здравом уме.Эсми сдерживала рвущиеся наружу слезы. Шла к подоконнику, где цвели её любимые красные розы. Дарила им любовь и тепло, которых сама была лишена.
Её любили лишь тогда, когда она жила по правилам, строя из себя надменную тварь, ненавидящую людей низшей расы, в других случаях призирали, сравнивая с грязью.Однажды девушка снова пришла к своим цветам. В тот зимний вечер она умерла вместе с ними. Завяла с последним бутоном.
Эсми смотрела на цветы и еле сдерживалась, чтобы не зарыдать. Они не выдержали сильных морозов.- Это зима, - послышался знакомый голос. - Ничего страшного, уверен, следующим летом ты вырастишь не менее шикарные цветы.Денвер Филмор взирал на нее с расстояния четырех метров из дома напротив. Окна их комнат выходили друг на друга. Поэтому Эсми частенько доводилось встречаться с парнем, что сулило не самый хороший исход.Так было и тем вечером. Девушка не хотела спустя несколько минут после разборки, заработать ещё одну.
- Да, я знаю, - Эсми поспешила распрощаться с соседом. – Только цветы за одно лето не вырастишь.Девушка подалась назад,с силой надавив на деревянную раму, после чего та с грохотом закрылась.Оставшись наедине со своими мыслями, Денвер допустил до себя мысль: «Стоит ли так расстраиваться из-за растения? А может… дело не только в них?»Жаль, что свои догадки Ден не воспринял в серьез, вернувшись к себе в комнату и утонув в любимой фотографии. Он не знал, что происходило за стенами дома любимой девушки и быть может… это к лучшему?Эсми довольно часто вспоминала тот разговор. Ей хотелось поговорить, но она не могла… Боялась. Поэтому недовольно фыркнула в сторону парня, закрыв напрочь окно.
В тот вечер она горько рыдала, свернувшись калачиком и проклиная собственную жизнь. Эсми пыталась понять: откуда, откуда Алекс узнает о периодических разговорах с Денвером и другими людьми, которых в светских кругах называли «чужими». Она искала ответы, пыталась разгадать головоломку, но даже не представляла, насколько близко находилась заветная карта.