Глава 9. В прошлое... (часть вторая) (1/1)

***в тоже время. Италия. Вилла стража Вендиче.***Клубы дыма медленно рассеивались, Хранители Десятого Поколения с замиранием сердца ждали, что же произойдет, все знали как выглядят они в будущем, Шоичи показывал их копии из десятилетнего будущего в машине остановки времени, но никто из них не видел своего Босса взрослым. В центре дыма послышался приглушенный кашель и тихие ругательства.-Джудайме… — тихо позвал Гокудера.И вот, наконец, перед взором Хранителей предстал красивый статный мужчина. Его волосы лежали в беспорядке неровными медными прядками, самые длинные из них (чуть ниже лопаток), были собранны в хвост черной бархатной лентой. Нежная кожа молочного оттенка, большие глаза напоминали янтарь, такие же сверкающие и таинственные. На губах играла неизменная открытая улыбка, делавшая личико молодого мужчины по-детски милым. Босс был неофициально одет: в черных джинсах и темно-оранжевой футболке. Взрослый Цунаеши с плохо скрываемым любопытством посмотрел на обступивших его Хранителей.-Цуна?.. — рассеяно спросил Ямамото.-Кха-кха, — прокашлялся от снова попавшего в горло дыма Босс, — Я никогда не путешествовал при помощи Базуки, не знал, что дыхание лучше задержать…-Ты все такой же Бесполезный Цуна! – Реборн довольно улыбнулся, — Впервые мне попался такой слабый ученик!-Ребооорн! Мне уже почти 27 лет, я уже взрослый и сильный! – скорее по привычке, нежели из-за обиды надулся тот.-Хм… — усмехнулся учитель.Босс Вонгола снова перевел взгляд на парней, которые внимательно осматривали взрослого Цуну.-Привет, ребята! А я уже и забыл, какими вы все были милыми в юношестве! – снова теплая и такая счастливая улыбка, — Хаято, Такеши, Рёхей, Ламбо, Мукуро и… — взгляд смягчился, а улыбка стала нежнее, когда он увидел стоящего чуть поодаль парня — Кёя…Хранители с радостью поняли, что за изменившейся внешностью, остался все тот же добрый и открытый Цуна, с души у них как камень свалился.-Оя-оя, Цунаеши, ты сильно изменился… прямо не узнать… — первым пришел в себя Мукуро.Хибари не мог отвести глаз, он всегда считал Цуну симпатичным парнем, но годы сделали его красивым и сильным мужчиной. В ауре Вонголы появились твердые нотки, а робость и стеснение ушли без следа.«То, как он посмотрел на меня… Означает ли это, что мы встречаемся на протяжении этих десяти лет?» — мелькнула мысль у Главы Дисциплинарного Комитета.-Да? – искренне удивился Босс, — ну немного подрос и волосы длиннее стали, а так… какой был таким и остался, — и с хитрой улыбкой добавил, — Кстати, Мукуро, это была твоя идея, чтобы я отрастил волосы.Рокудо на это лишь усмехнулся, попутно мысленно ставя галочку уговорить Цунаеши этого времени начать отращивать «хвост», длинные волосы Вонголе очень уж шли.-Ты не сильно изменился! – улыбнулся Ямамото.-Ну вот, а то я уже подумал, что постарел… — усмехнулся Савада и уже серьезно сказал, — у меня мало времени, поэтому я сразу перейду к делу.Порывшись в карманах, Десятый извлек небольшую белую коробочку, примерно 6х6 сантиметров. Открыв ее, он показал серебряную ракушку, точно такую же, как и на гербе Вонголы. Украшение было великолепно сделано, точные линии на раковинках, изящная и тонкая гравировка элементов колец Вонгола, а внутри покоилась молочно-золотистая жемчужина.

-Этот прибор откроет Вам портал во времени, активировать его нужно при помощи пламени колец, необходимо коснуться кольцом гравировки элемента этого же кольца на ракушке. Я его проверял вместе с вами из моего времени.

Он протянул коробочку стоящему рядом Мукуро и взглянул на часы. До обратного обмена оставалось еще пару минут.

— А еще вот что-то типа телефонной гарнитуры, — Босс осторожно вынул из заднего кармана джинсов шесть черных мини-устройств, — они помогут вам общаться на расстоянии около сотни километров, ведь мобильной связи в прошлом нет.

Он раздал своим Хранителям устройства связи и показал, как ими пользоваться в различных режимах.-Ку-фу-фу-фу… как мило, я поболтаю перед сном с Цунаеши в режиме тет-а-тет, лишь бы детки и Хибари-кун не помешали, — с хитрыми искорками в глазах мечтательно протянул Рокудо.-Ну… — отвел взгляд от иллюзиониста Босс, — тут такое дело… в общем эта функция у тебя отсутствует, Кёя имеет право слышать мой любой разговор, просто Кёя из моего времени настоял на том, чтобы он мог связаться со мной в любое время и в любом месте, а так же знать мое местоположение.Хранитель Облака мысленно поблагодарил себя в будущем, ведь неизвестно что ждет их в прошлом. Мукуро недовольно поморщился:-Какой ревнивый, неужели из-за меня такие предосторожности?-Нет, дело не в ревности, просто я часто… — Вонгола вздохнул и прикрыл глаза рукой, — просто я часто уходил на сражения один, я не хотел лишний раз подвергать вас опасности… вот Кёя и потребовал, чтобы Спаннер и Шоичи добавили в мои наушники такую функцию.-Что же за проблемный травоядный, – тихо фыркнул Хибари.

Видя, что ребята стали серьезней, Савада решил, во что бы то ни было стереть это напряжение с лиц друзей:-Эй, ребята! Все будет хорошо! Я всегда буду рядом с вами, неважно будет мне 15, 25 или 55 лет, я буду защищать вас всегда!Глаза Цуны и Кёи снова встретились – теплое золото и ледяное серебро.«Кёя был всегда прекрасен, его глаза всегда меня манили…» — Десятый еле-еле поборол желание прикоснуться к Хибари, вместо этого он решил провести небольшой тет-а-тет.-Кёя, можно тебя на минутку? – спросил Цуна, кивком головы указывая на балкон.

Хранитель Облака без лишних слов вышел первым, махнув на прощание всем рукой, Савада поспешил за ним.Оказавшись снаружи, Кёя оперся спиной о каменные перила и, скрестив руки на груди, всем своим видом показал, что к разговору полностью готов.

-Кёя, помнишь, ту историю с яоем? – Цуна привалился плечом к стене и стал внимательно изучать лицо Хибари.-Да, а что?Нехорошие мысли тут же мелькнули в голове Хранителя, но расспрашивать он ничего не хотел, так как был уверен, что взрослый Босс все сам расскажет.-Знаю, менять судьбу нельзя, ничего рассказывать нельзя… но… — Дечимо задумчиво стал покусывать нижнюю губу, — если честно, то я в тот же день в интернете узнал что такое «яой», и я всегда мечтал чтобы ТЫ мне это показал на практике в 17, а не через несколько лет! Будь решительней, я в этом времени очень этого жду! А еще имя у тебя красивое, мне оно всегда нравилось, но называть тебя «Кёя» я стеснялся и если честно боялся, но это так, на всякий случай…Усмехнувшись, Цунаеши махнул рукой удивленному такой откровенности Хранителю и исчез в розовом дыме, а через миг перед Хибари был уже Цуна из их времени.-Хибари-сан, с Вами все хорошо? – Цуна подошел ближе к слегка побледневшему Хранителю.Сдержанно кивнув, Кея первым зашел в комнату, а смущенный Цуна еще несколько секунд посмотрел на небо и плывущие по нему облака, тоже последовал за ним.-Вижу, ты вернулся, Цуна, как все прошло? – Реборн вопросительно посмотрел на ученика.-Все хорошо, я думаю, нам нужно поторопиться!-Да, думаю, что отправимся через час, собирайтесь в дорогу ребята, а я пойду предупрежу Первых, — с этими словами киллер скрылся за соседними дверьми.

Хранители, тихо переговариваясь, разошлись по своим комнатам, Хибари и Цуна зашли в ту,в которой ночевали.-Хибари-сан, вот это Вы взрослый попросили передать себе из этого времени, — Цуна протянул пакетик.-Хорошо, спасибо, Цунаеши.Слова взрослого Савады не шли из головы, значит Цуна уже знает, что такое яой и ждет ЭТОГО… Кея посмотрел на Босса, парень быстро и аккуратно укладывал вещи в небольшой рюкзак, Хибари снова взглянул на презент от самого себя из будущего, любопытство взяло верх и, присев на краешек кровати, он открыл пакет, внутри лежали две какие-то баночки и белый бумажный листок. Прочитав название на этикетке, Кея чуть не подавился воздухом, «Лубрикант» — гордо гласила надпись. Развернув письмо, Кёя увидел лишь две строчки:«Ты сам знаешь, что с этим делать,Будь осторожен.»-Хибари-сан, а Вы не будете собирать вещи? – отвлек от далеко идущих мыслей голос Цуны.-Да, сейчас, — кивнул Хибари и тоже достал рюкзак.-Цунаеши, я не против, если наедине ты будешь называть меня по имени, — спокойный голос, ни одна мышца на лице не дрогнула, но в душЕ Хибари сейчас был просто ураган из различных эмоций, его по имени еще никто не называл.-Вы не против? – Цуна слегка покраснел, — Хиб… в смысле, Кёя-сан…Таким растерянным и смущенным Цунаеши Кея никогда не видел. Невинный румянец, робкие взгляды, да и смазка в кармане наводили лишь на пошлые мысли, но собрав волю в кулак, Хибари поправил:-Просто по имени и на «ты».-Кёя… — краснея еще больше, тихо сказал Цуна и бросил быстрый взгляд на парня.-Вот, так-то лучше, Цуна, — Хранитель впервые так называл Саваду, но сокращенное имя ему всегда больше нравилось, так звучало оно по-домашнему тепло.Как и сказал Реборн, спустя час все собрались в гостиной, Десятое Поколение активировало ракушку при помощи пламени колец, Первые Хранители крепко держали каждый своего приемника за плечо, а Джотто и Алауди сидели на руках «мамы» и «папы». Аркобалено устроился на голове Цуны. Ощутимый рывок в районе груди и вокруг все закрутилось в быстром темпе, спустя несколько секунд карусель из разноцветных пятен резко остановилась, и мафиози почувствовали под ногами твердую землю. Голова у Цуны нещадно болела и кружилась, утренний завтрак просился «погулять», неудержавшись, парень, тяжело дыша через рот, упал на колени.-Потерпите, сейчас это пройдет, — голос Реборна был как всегда бодрым и уверенным.Когда тошнота потихоньку стала отступать, и вернулось зрение, то первое, что увидел Цуна это полутемную комнату, единственным источником света был горящий камин.-Реборн, мы сейчас где? – испуганно спросил Савада.-В особняке Вонгола, в 1870 году.

Оперевшись на подлокотник стоящего рядом дивана, Дечимо еле-еле встал, но ноги отказывались держать полноценно.Постепенно все Хранители пришли в себя, только чибики спали, как ни в чем не бывало.-Наверно, это у них защитная реакция, — пояснил Аркобалено, — во сне стресс для организма минимален при перемещении.-Что теперь будем делать? – Цуна осторожно уложил детей на подушки и сел рядом.-Детально план обсудим завтра, а сейчас поступим, как мы хотели изначально с Джи. Вы и Хибари идете в спальню Джотто, если вдруг на вас нападут, то вдвоем отбиться легче, я с детьми в комнату для гостей, там нас никто искать не будет. Гокудера вместе с Джи, Асари с Ямамото, Ламбо с Лампо, Кнакл с Рехеем, по той же причине, что и Цуна и Хибари. Мукуро и Спейд могут ночевать, как хотят.-Я буду один, — Мукуро улыбнувшись, пошел к двери, — перед сном немного погуляю.-Мукуро, будь осторожен! – попросил его Дечимо.-Ты тоже, Хибари-кун, смотри в оба, — сказав это, иллюзионист растворился в темноте коридора.Парами Хранители выходили из комнатки и бесшумно расходились по спальням.Последними уходили Спейд, Кёя, Цуна и Реборн с чибиками.-Я могу проводить вас двоих до комнаты Джотто, — предложил Первый иллюзионист.-Спасибо, Демон, — кивнул ему малыш-киллер, — спокойной ночи, Цуна, Хибари!Пожелав спокойной ночи, парни вместе с Первым Хранителем покинули небольшую гостиную. Двигаться старались бесшумно и быстро, наконец, добравшись до спальни, Ди тоже попрощался с юношами и отступив в темноту, исчез.Комната Джотто была просторной, в нежных оранжево-персиковых тонах, сразу бросалось в глазаобилие свечей разных размеров: у окна несколько высоких подсвечников в виде черных роз, на каминной полке между фоторамками располагались несколько маленьких свечек.Огромное окно во всю левую стену от пола до потолка. Тяжелые, двусторонние портьеры: с внутренней стороны черного, а внешней — темно-оранжевого цвета, тюль из шелка нежного пшеничного цвета. Перед окном была невысокая ступенька, на ней были разбросаны в классическом беспорядке листочки, исписанные аккуратным почерком Примо, чернильница инесколько перьев.У противоположной стены стояло черное пианино. На музыкальном инструменте былканделябр под 5 свечей в видедевушки в саване,поддерживающей свечи у себя над головой. Под каждой свечой покачивался кристалл, похожий на слезу, преломляющий в своих гранях свет свечей. И хрустальная ваза с букетом цветов.Рядом был письменный стол, с придвинутым к нему резным стулом из черного дерева. На столе стояли три рамки с черно-белыми фотографиями, записная книжка, подставка для перьев из красного кристалла в виде цветка розы и аккуратная серебряная чернильница. И конечнобез свечей и тут не обошлось… Подсвечник очень красив: два зеркала, установленные углом, отражают световой коридор отраженного света свечи. По бокам зеркала держат два ангела.

И в завершении, напротив окна располагалась великолепная кровать внушительных размеров из переплетенных в замысловатом узоре металлических прутьев серебряного цвета, заправленная бежевым атласным покрывалом. Это королевское ложе закрывала прозрачная накидка желто-розового цвета.«Интересно, ЧЕМ можно заниматься на ТАКОЙ кровати?» — отстраненно подумал Хибари, воображение само нарисовало обнаженного Цуну в соблазнительной позе.-Круто… – голос Босса вывел Кёю из ступора, — кровать просто сказка! С разбегу прыгая на перину, Цуна скинул обувь и стал прыгать на огромном ложе.Хибари сел на край кровати и откинулся на спину. Оранжево-персиковое постельное белье из приятного материала, так и хотелось развалиться на этом великолепии вместе с Цунаеши, обнять и никуда не отпускать.

-Ну как, понравилось? – Дечимо ближе подполз к Хранителю.

Теперь Кёя мог рассмотреть каждую ресничку, каждый блик от пламени свечей в теплых шоколадных глазах.-Да, — голос получился чуть хрипловатым.От тюбика, лежащего в заднем кармане брюк, кожа горела как от огня, а мысли о Цунаеши были далеко не целомудренными. Тут, отползя к противоположному краю, парень словно дразня, стал стягивать футболку, отбросив ненужный предмет гардероба, Босс принялся за брюки, оставшись в одном нижнем белье, он потянулся за пижамой, что лежала на самом верху сумки.«Сейчас или никогда…» — твердо решил Хранитель, память услужливо подбросила кадры из сегодняшнего разговора со взрослым Цуной.Осторожно, чтобы не спугнуть, Кёя, словно дикий тигр на охоте, подобрался к сидящему спинойВонголе, тот ничего не подозревая, только хотел надеть на себя пижамную рубашку, как Хибари одним мягким, но уверенным движением повалил его на кровать лицом в подушки. Испуганно пискнув, Цунаеши хотел вырваться из неожиданного захвата, но Кёя быстро достал наручники и пристегнул ими руки Босса к кованой спинке кровати.-Хи-хибббари-сан… —стал трепыхаться парень, но тонкие оковы на запястьях лишь слабо зазвенели, ударяясь о плетеные прутья, — отпустите меня!-Хм… — Хибари хищно улыбаясь, осматривал свою столь желанную добычу, — дай-ка подумать…Подрагивающие плечики словно молили о поцелуях, еле сдерживаясь, от желания тут же наброситься набесценное тело, Кея прижался лицом к спине парня между лопаток. И вдохнул запах Савады: такой тонкий аромат весны – едва ощутимые нотки липового меда, молока и яблок, а «сердцем» этого букета была особенная искорка аромата, присущая только Цуне, Хибари провел кончиком носа вдоль позвоночника, вдыхая этот волшебный запах снова и снова, стараясь навсегда запомнить, впитать его в себя.-Хибари-сан… — умоляюще прошептал Дечимо, снова потянув руки в наручниках.-Нет… не отпущу… — желание попробовать, какая же на вкус кожа Цунаеши, было просто жизненно необходимым.Сердце Десятого затрепетало, когда он почувствовал, как горячий, влажный язычок «крадется» от левой лопатки к шее, огибая плечи и возвращаясь через правую, спускается ниже …Тут Цуна не смог сдержать тихого стона, Хибари усмехнувшись, несильно прихватив зубами кожу на пояснице и тут же зализал место укуса, услышав еще один стон, Кея снова повторил ласки, длинные изящные пальцы Хранителя облака тем временем поглаживали бисеринки сосков, возбуждая парня еще больше.-Хиба…ааахх… — Цуна попытался оглянуться через плечо.Сердце отбивало в груди чечетку, кровь в венах словно превратилась в раскаленную лаву, а от прикосновений Хибари кожа горела, будто к ней прикладывали горячий металл. Кёя лениво выводил на нежной коже узоры, иероглифы, попутно дуя на них, с наслаждением наблюдая за мурашками, что появляются после этой маленькой игры.-Мы же договорились – «Кея», — выдохнул в покрасневшее ушко Дечимо юноша.-Кёя… пожалуйста… — сам не зная чего просил Цуна, изнывая, желаябольшего.Отстранившись от так облюбованной спины, Хибари стянул последнюю деталь одежды, взору предстала аккуратная попка.

Почувствовав, что его лишают последнего, Цуна смущенно пытался свести ноги, но Хранитель не дал так сделать, наоборот,шире расставляя ему колени и приподнимая вверх филейную часть, разводя упругие ягодицы.-Кёя… я…«Цуна, — обратился сам к себе Босс, пытаясь собрать мысли в кучу, — хватит останавливать, ведь ты же после той первой картинки хотел, чтобы Хибари-сан сделал ЭТО…»Осознав, в какой позе сейчас находится и, услышав шорох снимаемой одежды, Дечимо испуганно зажмурился, ожидая резкий толчок, но вместо боли, парень почувствовал полупоцелуй-полуукус в левую ягодицу и, через мгновение, осторожный язык стал ласкать плотно сжатые мышцы, исследовать внутреннюю сторону бедер. Одна ладонь легла на полувозбужденный член Цуны и стала несильно мять его в руке, поглаживать яички. Савада всхлипнул и инстинктивно стал подаваться навстречу влажному языку, лицо парня горело от смущения, мысли покинули лохматую голову Босса, с приоткрытых губ срывались стоны и всхлипы, которые на тот момент для Кёи были самыми прекрасным звуком. Хранитель с удовольствием заметил, что Цунаеши стал доверчиво раскрываться, член в его руке был уже возбужден до предела, а у самого парня просто от желания обладать Цуной дыхание перехватило.Видя, что добыча вырываться, а тем более убегать, не собирается, Хибари отстегнул наручники и перевернул своего любовника на спину, достав тюбик из кармана, он одной рукой отвинтил крышку и выдавил немного геля на пальцы. Недовольный прекращением ласк, Босс нетерпеливо заурчал и распахнул глаза. Кёя с жадностью поцеловал искусанные губы и проник в приоткрывшийся ротик языком, полностью растворившись в поцелуе, Савада даже не заметил, что Хибари ввел в него один палец и стал ритмично поглаживать внутри. От нехватки кислорода, Вонголе пришлось разорвать поцелуй, парень жадно ловил воздух ртом, пытаясь выровнять дыхание, а Кея, проложив цепочку поцелуев от уголка губ до ушка, лизнув мочку и слабо прикусив ее, Хранитель добавил еще один палец, и стал скользить ими в поисках простаты. Но это вторжение Босс уже не смог не почувствовать. Протяжно застонав, парень закинул обе ноги на бедра любовнику, пальцы рук зарылись в черный шелк волос, притягивая Кею для нового поцелуя. Было немного неприятно, и Цуна снова хотел отвлечься на жаркие губывозлюбленного. Опершись второй рукой, чтобы сохранить равновесие Кея припал к припухшим устам.

Пальцы свободно скользили в Саваде, Хибари ввел третий, но Цуна резко отпрянул, а в глазах заблестели слезы.-Кея… слишком больно, нет, не надо… — тихо попросил он, стараясь вывернуться из-под парня.-Потерпи, Цуна, это сейчас пройдет, обещаю, — губами собрал алмазы слезинок Хибари.Глаза в глаза, нет масок и притворства, лишь истинные чувства: в одних страх и робость, а ответом им были доверие и нежность…Цуна переплел пальцы своей руки с рукой Хибари и едва заметно кивнул в ответ на немой вопрос, Кея как можно осторожней продолжил подготавливать любовника. Цуна морщился, но больше не просил остановиться, вдруг карие глаза шокированно распахнулись, Цуну словно током пронзило.«Вот она…» — улыбнулся Кёя и стал сильнее надавливать на бугорок, Савада еле сдерживал стоны от удовольствия.Хибари восторженно наблюдал за любовником, Цуна, прикрыв глаза, метался под Хранителем, побелевшие пальцы судорожно сжимали простынь. Парень полностью раскрылся перед Хибари, доверчиво тянулся к нему, даря робкие поцелуи. Саваде стало мало растягивающих его пальцев, мысли о большем заставляли сердце биться еще чаще.-Кёя… еще, пожалуйста, Кёя… — бессвязно молил Цунаеши, — еще…Вид такого податливого и молящего Босса заводил Хранителя не на шутку,сдерживаться не было больше сил, быстро стянув с себя нижнее белье, Кёя смазал свой стоящий член гелем и приставил головку к входу.

Когда пальцы любовника покинули Вонголу, тот сразу ощутил неприятную пустоту.-Кёя…

-Сейчас, — и плавным движением вошел в него наполовину, — не больно, Цуна?Юноша прислушался к чувствам, боли благодаря растяжке не было, только чуть-чуть непривычное чувство заполненности, отрицательно покачав головой, он сам толкнулся навстречу, показывая, что можно продолжать. Хибари, войдя полностью, замер от крышесносныхощущений, Цунаеши был таким узким и горячим, хотелось тут же сорваться на бешеный ритм, но собрав всю волю в кулак, он сдержался, давая привыкнуть к себе. Цуна, для удобства, закинул ноги на плечи Хранителю.-Кёя, все хорошо, продолжай.Хибари сделал несколько несильных толчков, задевая уже членом бугорок простаты, Савада снова тихо стонал и подавался навстречу, такие простые действия окончательно снесли все внутренние ограничения, и Кёя стал с остервенением вколачиваться в податливое тело любовника. Чтобы хоть как-то сдержать слишком громкие стоны и крики наслаждения, Цуна закрыл рот рукой, но Хибари это пришлось не по душе.-Я хочу слышать твой голос, Цуна, — юноша отнял ладонь от губ и нежно поцеловал ее.Снова глубокий резкий толчок, с припухших губ сорвался крик наслаждения. Цуну переполняли эмоции, хотелось одновременно смеяться, плакать, кричать, мурлыкать, он до синяков сжал пальцами плечи Кёи и, выгибаясь, прижался всем телом к груди его.-Цуна… — Хибари крепко обнял и притянул его к себе на колени, приводя того в сидячее положение.-Кея… еще, пожалуйста, — опираясь о плечи любовника, Цуна стал помогать, сам насаживаясь на член Хибари.Стоны в унисон, движения в унисон…Удары сердца глухо отдавались в голове, весь мир сузился до губ и рук возлюбленного. Чувствуя, что разрядка близка, Кёя сжал член Цуны и стал ласкать в такт своим движениям. Всхлипы Вонголы стали громче, Хибари тихо стонал в плечо любовника.Темп увеличился, объятья стали крепче, Хранитель яростно целовал почти задыхающегося Босса. Вдруг Десятый ощутил, чтоузел в низу живота туго сжался, еще один толчок, и перед глазами Савады заплясали искры и звездочки.-Кея… — простонал Дечимо, сильно сжимая во время оргазма член внутри себя мышцами.-Цуна, — выдохнул юноша, заполняя семенем Десятого.Обессиленный Цунаеши откинулся на подушки, увлекая за собой Хибари, пульс зашкаливал и эхом звучал в ушах. Цуна лениво провел руками по спине Кеи вверх, к плечам и осторожно стал рисовать подушечками пальцев незамысловатые узоры. Хранитель уютно устроил голову на груди Босса.-Кстати, Цуна, это и есть «яой», — расслаблено произнес молодой человек и сонно зевнул, — можно сказать, что это Вводный урок.-Хм... – Савада улыбнулся, — я был бы не против такого учителя, как ты.-Ну еще бы, — фыркнул тот в ответ и заставил себя привстать.

Нужно было привести себя и Цунаеши в порядок, на прикроватной тумбочке как раз была вода. Налив в глубокую чашу воду из кувшина, он намочил полотенце и кинул Цуне, а другим обтерся сам. Десятый сбросил влажное и грязное покрывало на пол, через несколько секунд к нему присоединились два полотенца.Забравшись снова на кровать, под одеяло, Хранитель опять лег на грудь парню и обнял за талию.-Кёя, спасибо… — благодарно поцеловал в губы его Вонгола, — спокойной ночи.-Спокойной, Цуна, — пробормотал засыпающий Хибари.Цунаеши еще немного полюбовался спящим возлюбленным и, задув свечи, что были рядом с кроватью, провалился в сон, крепко обнимая за плечи самого близкого человека.Завтра их первый день в прошлом, встреча со Вторым неизбежна, но Савада Цунаеши не боится, он уверен, что вместе с друзьями и Кёей они преодолеют все.