Часть 2. Домыслы и догадки (1/1)

Новый день приносит новые заботы. Как ни странно, но на следующий день Анна вспомнила о своем подозрении насчет личности своего пациента только когда оказалась в реанимации, а это было уже после обеда.Сердце девушки настолько колотилось, когда она приближалась к нему, что она даже не заметила сразу, что парень уже самостоятельно дышал. Анна остановилась в шаге от кровати, бросила взгляд на мониторы?— все было в норме?— и пристально всмотрелась в лицо больного, уже порядком зажившем. Вроде лицо по форме подходит, но это опять же, ничего не значило.—?Анна, наконец-то! —?вместо приветствия воскликнул Эмилиан Викторович, направляясь к ней. —?Где вы были с утра?—?На лекции по гемотрансфузии, нам велели быть.—?А разве она была сегодня? —?доктор потер шею. —?Мда-а-а… облом. Я тоже хотел сходить, но перепутал даты вот. Ну ладно, сделайте кислотно-щелочной баланс нашему… —?Эмилиан быстро посмотрел в историю болезни, которую держал в руках,?— нашему Александру, а то все остальные заняты.—?Сделаю, Эмилиан Викторович.Анна быстро пошла за шприцем и ватой, и деловито принялась за дело. Для этого анализа требовалась кровь артериальная, а не из вены, и забор был довольно болезненным?— надо было проколоть радиальную артерию, там, где щупают пульс на запястье. К счастью, пациент спал, и был шанс, что он ничего не почувствует.Но он таки проснулся, и Анна не могла его в этом винить?— артерия нашлась только с третьей попытки. Александр поморщился, и с шипением втянул воздух, потом поискал глазами источник беспокойства.—?Не волнуйтесь, я взяла у вас кровь для анализов. —?Анна закрыла шприц колпачком и быстро ретировалась в лабораторию.Запыхавшись, она отдала шприц и направление лаборантке, и прислонилась к стене, уговаривая себя, что сердце так бьется из-за быстрой ходьбы, а не из-за пациента.По дороге обратно в отделение Анна постаралась взять себя в руки и успокоится, и ей даже отчасти удалось это. И все же, когда пришло время осмотреть пациентов и написать им дневники, сердце опять начало колотиться, и она усилием воли заставила себя успокоиться. Ну что за глупости! Она?— доктор, пусть и будущий, и надо делать свою работу вне зависимости от того, кто ее больной.Закончив с первыми тремя пациентами, Анна со вздохом взяла в руки историю болезни Александра. Ха! Александра! Все-таки не Андрей, и даже не Серджиу! ?Аня, перестань! —?- опять уговаривала она сама себя,?— это все только догадки, а осмотреть его надо в любом случае. Иди уже!?. Повинуясь своему же мысленному приказу, Анна быстро подошла к тому пациенту, к которому больше всего на свете хотелось приблизиться, и в то же время больше всего на свете не хотелось этого.С одной стороны, она хотела, чтобы это был он. Он?— такой умный, обаятельный и улыбчивый, в полной ее власти. Она будет присматривать за ним, лечить, и будет знать, что приложила руку к выздоровлению своего кумира, голос которого заставлял сердце замирать, а кровь в жилах то бурлить, то застывать.А с другой стороны?— если это поможет, она готова была помолиться всем богам, лишь бы это был не солист Карласов. Все же, даже с самым хорошим лечением и уходом, таких травм Анна не желала никому, тем более человеку, который был для нее не первым встречным, а кем-то больше. Кем именно, Анна не задумывалась, да и не было надобности. Посвящать слишком много времени мыслям о людях, к которым невозможно дотянуться?— не слишком умное занятие, и Анна всю свою жизнь старалась не особо фанатеть от знаменитостей, сознательно отделяла творчество от самого человека. Восхищалась первым, и редко следила за вторым. С Карласами такого не получилось?— они были олицетворением своего творчества, да и к тому же интервью солиста, засмотреные до дыр, заставляли все больше и больше симпатизировать самой группе в целом, и солисту в частности.И вот то, что казалось недосягаемым, оказалось прямо под рукой. Этот факт был как удар обухом по голове?— для этого случая у Анны не было никаких заготовленных фраз или алгоритма действия, придуманных и перемотанных по многу раз в ночных мечтаниях под названием ?а что если…?. Хотя нет. Один алгоритм действия все же имелся?— порядок осмотра больного?— и она сейчас же возьмется за дело.—?Добрый день! —?получилось вежливо и бодро. —?Как вы себя чувствуете?—?Хо… хорошо,?— хрипло ответил парень. —?Который час?—?Час двадцать.—?У меня… горло болит,?— сообщил он.—?Вы были на искусственной вентиляции легких пару дней, вот и болит. Не волнуйтесь, пройдет. —?Анна вовремя прикусила себя за язык, и не добавила ничего про ?вы сможете дальше петь?. Но во первых она может ошибаться, а во вторых если не ошибается, таким образом точно испортит отношения с пациентом. —?Вы позволите вас осмотреть? —?формальный вопрос для этого отделения, но вежливость еще никто не отменял.—?Что? —?сипло переспросил он. Вместо ответа Анна подняла руку с зажатым в ней стетоскопом. —?Смотрите, конечно.Что бы ни говорил Цезарь, а делать несколько дел одновременно?— менее эффективно, чем по одному. Во всяком случае, при аускультации пациента, волей-неволей все внимание приходилось уделять шумам в стетоскопе, и душевных сил на другие мысли не оставалось от слова совсем. В данном случае, это как нельзя более кстати.—?Жить буду? —?попробовал пошутить пациент, и вымученно улыбнулся.О боже! Та самая улыбка! Сомнений в альтер-эго пациента все меньше.Анна застыла на пару мгновений, но все же взяла себя в руки.—?О, динамика положительная. Такими темпами через неделю или даже меньше мы сможем перевести вас в отделение. Кажется, вы закреплены за травмой.—?А что все-таки случилось? Я помню внезапный свет фар, звук тормозов машины и дальше?— темнота… Кто-то еще пострадал? —?Александр поморщился, пробуя вспомнить как можно больше деталей.—?Так и есть. Пьяный водитель въехал в толпу. Вы пострадали сильнее всех, но я слышала что-то про пару сломанных рук. Правда, они попали в детскую больницу, им еще не было восемнадцати.Хмурое лицо пациента немного разгладилось, но услышав про подростков, нахмурилось опять.—?А… со мной что? —?праздно поинтересовался Александр.—?Сотрясение, переломы, ушибы и прочая красота. Выглядели вы хуже, чем было на самом деле. Мы боялись перелома основания черепа, но обошлось сотрясением, к счастью. Сложнее всего было с правым легким?— его проткнули сломанные ребра. Но врачам удалось все исправить.Пациент внимательно слушал, не проявляя сильных признаков беспокойства. Был ли он сам по себе устойчивым, или так подействовал уверенный и бодрый тон Анны вкупе с успокаивающими препаратами?— неизвестно. Но адекватность пациента радовала, вне всяких сомнений. За свою недолгую практику Анна уже успела навидаться всяких… буйных.—?Тогда почему я себя так хреново чувствую? —?и опять этот философский тон. Нет, спокойствие таки напускное, решила Анна.—?У вас же было столько всего! Мы вам помогаем: обезболиваем, восполняем потери крови, энергии, ионов и жидкости по тщательны, проверенным-перепроверенным расчетам, поддерживаем все функции организма, не даем ранам инфицироваться и так далее. Без нашего наблюдения и всего этого состояние вмиг ухудшится. Словом, создаем все условия, чтобы вы как можно быстрее восстанавливались. Но выздоравливаете вы все-таки сами. Организм тратит на это все свои силы и энергию, а учитывая ваше общее состояние, этих сил совсем немного. —?Голос Анны звучал все глуше и ниже. —?Так что сейчас очень важно чтобы вы отдыхали, и набирались сил. Вы сильны, и со временем восстановитесь полностью, я не сомневаюсь,?— уже живее продолжала девушка.Парень позволил себе скупую улыбку.—?Слушаюсь, доктор. Еще и издевается! Ах, так!...—?Правда, даже после выписки вам следует воздержаться на пару месяцев от физических нагрузок, особенно от тех, что требуют повышенного усилия со стороны легких, вроде бега, плавания или… пения.Анна специально подняла руку и без надобности поправила капельницу, обнажив при этом запястье, на котором болтался браслет с логотипом Карласов, купленный на их сайте. Взгляд пациента проследил за рукой с браслетом. Его лицо при этом оставалось совершенно невозмутимым, но на мониторе краем глаза Анна заметила, как немедленно повысился пульс и давление.—?Отдыхайте! —?весьма довольная собой, Анна вернулась к себе на пост. Следовало все же написать злосчастный дневник.Пациент проследил за девушкой, потом скосил глаза на монитор и тихо чертыхнулся сквозь зубы.—?Вот чертовка!..