Глава 3 (1/2)

***Он чувствует прикосновения чьих-то рук. Эти руки везде, они гладят и ласкают его тело. Чьи-то губы прижимаются к основанию его шеи, чьи-то зубы терзают чувствительную кожу за ухом. Ещё одни губы целуют его собственные, но каким-то необъяснимым образом это всё один и тот же человек.

— Где ещё вы хотите почувствовать мои губы? – шепчет чей-то голос ему на ухо.

Резко всё прекращается.

Толпа возвышается над ним, а может это он стал крошечным. Слова звучат быстро и резко. Он не может различить их лиц, не улавливает смысла их слов, несмотря на это он знает, кто они такие и что всё это значит. Разговоры превращаются в неразборчивый шёпот, а после и вовсе затихают; все одновременно указывают куда-то наверх. Он поднимает взгляд.Над его головой повисла петля.

Нет.

— Нет? – перед ним снова этот человек, невозможно различить ничего кроме его пронзительных глаз, – что ж, хорошо, лейтенант. Существуют и другие способы, не так ли?

Он чувствует движения своих рук и, посмотрев вниз, видит, как этот же человек даёт ему в руки его короткий клинок, направляя остриём в его живот.У него нет сил сопротивляться.

Клинок пронзает его плоть.

***Резко вдохнув, Сакума проснулся.

Это просто сон.Вздохнув, он почувствовал, как рубашка неприятно липнет к телу.У меня ещё есть время принять душ, прежде чем отправиться с докладом в офис Главного управления.Так тихо, насколько это было возможно (все остальные шпионы всё ещё спали), он прокрался к душевым и включил холодную воду.

Кошмары были для него привычным явлением. В основном ему снилось, что он попал в плен к врагу, а Япония проиграла войну, но бывали и сны, главной темой которых становилось его разоблачение.

Первая часть сегодняшнего сна, однако же, была необычной. К счастью, его тело никак на это не отреагировало. В армии такое бы не вызвало никаких подозрений, подобные вещи были даже в некоторой степени ожидаемы, но здесь, в агентстве...Он мог назвать по крайней мере двух шпионов, которые немедленно предложили бы помочь ему с его проблемой, при этом нахально улыбаясь своему бесстыдству.

Как правило, ему не часто приходилось... справляться с такого рода проблемой. Он старался зарубить на корню все свои желания, и в купе с неимоверными физическими нагрузками, которым он был подвержен в армии, или подвергал себя сам, такой подход давал свои плоды. К концу дня он валился с ног, и на сны просто не хватало сил. А если и снились ему такого рода сны, в них не было никакой конкретики, только ощущения. Использовать чей-то образ для собственного удовлетворения – слишком гадко и низко. Чувство стыда не позволяло ему даже помыслить о таком.

Однако человек из его сна казался... знакомым.

Дело не в том, что он был окружён привлекательными мужчинами, в армии их тоже было предостаточно, а в самом поведении шпионов, которое было абсолютно другим. Военные были непоколебимы и держались достойно, в то время как шпионы вели себя нескромно, а иногда даже развязно. Теперь же благодаря его новому заданию он был вынужден больше думать о них в таком ключе.По крайней мере Сакума был уверен, что его неприязнь к шпионам и их роду деятельности пересилит любое физическое влечение.

Он повернул вентили, выключая воду.

— Сакума, – позвал его чей-то голос, и Сакума вздрогнул от неожиданности, как это бывало всегда, когда шпионам удавалось подкрасться к нему незаметно; он обернулся и увидел Амари с полотенцем в руках, – Вы кое-что забыли.Сакума взглянул на полотенце, после чего тихо чертыхнулся и быстро схватил предложенный предмет гигиены. Продемонстрировав небывалую для агентства Д порядочность, Амари отвернулся, дав лейтенанту возможность высушиться в относительном уединении.— Спасибо. Я даже не заметил, что не взял его.— Ничего страшного, у вас сейчас мысли заняты совсем другим.

Сакума вмиг замер, не закончив вытираться, и глубоко вдохнул.— Кто... Нет, когда вы это узнали?

Амари с интересом посмотрел на него:— Вы хотели спросить, кто мне сказал, значит, знают как минимум два человека? А узнал я только что, как только вы покинули спальню. Кому вы рассказали?— Сначала я хотел бы узнать, кто рассказал вам, – в свою очередь спросил Сакума, – и я думал, что вы всё ещё спите.

— Так и было. Вы нас разбудили.

— Простите, я думал, что как всегда делаю всё тихо.

— Вы всегда нас будите, – было не похоже, что Амари жалуется, – но надо признать, вы прикладываете героические усилия, чтобы этого избежать.Амари отошёл немного в сторону, чтобы Сакума смог выйти из душа и взять свою одежду. Должно быть, он заметил что-то в выражении лица Сакумы, потому что тут же прибавил:— Вы не так уж и шумите, просто нас научили замечать такие вещи.

— Полагаю, что так. Всё же с этого момента я постараюсь быть ещё тише. Вам, наверное, уже надоело просыпаться в одно и то же время каждый день.

Тут ухмылка Амари превратилась в искреннюю улыбку, и он опять отвернулся, чтобы Сакума оделся.

— Вовсе нет. Вы настолько пунктуальны, что даже удивительно. Многие из нас используют вас в качестве своего рода будильника: даже если мы не встаём, вы помогаете нам определить который сейчас час без особых усилий, которые нам обычно приходится прикладывать, когда мы ночуем не здесь.

Меня всегда каким-нибудь образом используют, но, наверное, в этом нет ничего страшного.

— А я уж думал, что по мне совсем не будут скучать, если я уйду, – язвительно воскликнул Сакума.

— А я думал, что вам всё равно, будут по вам скучать или нет.

— И то верно, – согласился лейтенант и попытался сменить тему, – Вы уже полностью одеты, вряд ли это только для того, чтобы принести мне полотенце.

— У меня скоро встреча кое с кем, вот я и решил занести вам полотенце, чтобы скоротать время.

— В такой час?— Её поезд отходит рано.

Её? Это личное или всё же относится к настоящему делу? Скорее всего второе.

— Я удивлён, что вам не интересно, кто же распространяет информацию о вашей первой миссии.

Значит Гордон не считается?

— Эта информация не была секретной с самого начала, так что нет никакой проблемы в том, что они упоминают об этом в разговоре с другими. И я уже догадываюсь, кто это мог быть.Тазаки не похож на человека, который много говорит, так что остаётся Миёши.

— Ясно, – коротко сказал Амари.Почти полностью одевшись, Сакума внимательно взглянул на его спину; в его позе и тоне не было ничего необычного, но...— Это вам интересно, – понял Сакума, – поэтому вы всё ещё здесь, несмотря на то, что вы уже сделали своё доброе дело – отдали мне полотенце.

Амари лениво пожал плечами и повернулся к лейтенанту.

— Я могу попробовать угадать и, так как у меня ещё достаточно времени, узнать правильно ли. Итак... Нам сказал Тазаки.

Сакума не скрыл своего удивления, и Амари засиял.

— Удивлены? Значит, вторым был... Миёши?

— Как... Как вы догадались?

— Исходя из вашей реакции, вы не думали, что Тазаки станет рассказывать кому-то, но в то же время бы кто-то, от кого меньшего вы и не ждали. Принимая во внимание то, как каждый из

нас относится к вам, это мог быть Хатано или Миёши.— Как вы исключили Хатано?

— Не думаю, что вы двое сидели бы и болтали.

А с Миёши, стало быть, сидел бы и болтал?

Вообще, конечно, так оно и было, но он думал, что это будет хотя бы неожиданно. Все мысли, видимо, снова отразились у него на лице, потому что Амари улыбнулся ещё шире.

— Я мог представить Миёши, пытающегося вытянуть вас на разговор, и сомневался, что Хатано стал бы заморачиваться. К тому же из них двоих именно Миёши утаил бы полученную информацию.

На этот раз Сакума слегка улыбнулся Амари.

— Не сказал бы, что меня насильно вытянули на этот разговор, - сказал он, наслаждаясь легким удивлением во взгляде шпиона, – но догадка была хорошая. Спасибо за полотенце.Он похлопал Амари по плечу, проходя мимо, и отправился обратно в общую спальню.

Половина кроватей были уже пусты, некоторые шпионы всё ещё спали. Или притворялись, что спят. Миёши вошёл со своим полотенцем и комплектом сменной одежды, и Сакума был бесконечно благодарен всем богам за то, что он закончил раньше. С другой стороны, он не мог припомнить ни одного раза, чтобы ему проходилось принимать душ в одно время с Миёши или с кем-либо из шпионов вообще. Это могло быть вопросом времени, а могло...

Это не имело значения, на самом деле так было даже лучше. Сакума заправил кровать и принялся собирать нужные ему вещи, прежде чем отправиться к начальству.

Миёши вернулся очень скоро и выглядел крайне недовольным.

— Лейтенант, – позвал он, и Сакума подивился его нетерпеливому тону, – вы можете подождать полчаса?

— Нет, моя встреча с полковником Муто назначена на...Миёши его не слушал.

— Я так и думал, – пробормотал он, уже повернувшись к всё ещё спящим обитателям комнаты,

– Хатано, выпроводи его.

Хатано тут же сел в постели. На нём до сих пор была надета пижама, но он, очевидно, уже давно не спал и следил за происходящим.

— Что происходит?

— Пришла девушка Амари.— Я уверен, лейтенант может и сам...— Хатано.—Ладно, – его тон казался беззаботным, но у Сакумы сложилось впечатление, что он немного опасался Миёши. Хатано прошёл мимо лейтенанта и открыл окно.

— Следуйте за мной, лейтенант.

Сакума недоверчиво посмотрел на шпиона: — Простите, что?

Вместо ответа Хатано запрыгнул на подоконник и исчез снаружи. Скорее из любопытства, чем из беспокойства Сакума выглянул в окно: шпион висел на стене, зацепившись руками и ногами за трещины в ней.

— Ну? Поторопитесь. Пожалуйста, скажите мне, что вы можете хотя бы это.— Изучение способов покинуть второй этаж здания через окно не входит в программу военной подготовки, – огрызнулся Сакума, но всё же полез следом.— Просто следите, куда я ставлю ноги и руки, и делайте так же, – сказал Хатано, переходя к следующему набору углублений в стене.Поначалу нерешительно лейтенант осторожно потянулся к месту, где только что была рука Хатано. Удивительно, но, несмотря на отсутствие видимых повреждений, он нашёл более чем приемлемую опору. Уже с большей уверенностью он передвинул ногу и опять попал в углубление.

— Я и не подозревал, что наша стена такая потрескавшаяся, – сказал он, медленно следуя за Хатано.

— Это хорошо, вы и не должны были. Мы сами сделали эти углубления, а потом замаскировали, чтобы их не было видно, если не знаешь, где искать.

Тогда понятно, почему они так удобно расположены.

— Что случилось? Причём тут девушка?

Хатано раздраженно фыркнул:— Я был в спальне на протяжении всего времени, но, исходя из ситуации, можно предположить, что она явилась сюда без приглашения и настояла, чтобы её проводили внутрь. Так как вы не могли подождать полчаса, чтобы Амари её выпроводил, пришлось воспользоваться окном.

— Девушка без сопровождения заявилась в мужское общежитие так рано утром, да ещё и настояла, чтобы её пригласили внутрь? – Сакума даже не пытался скрыть негодование.

Хатано хихикнул:— Она продаёт женскую одежду, много ездит по стране и утверждает, что в прошлом была проституткой. На самом же деле она подыскивает клиентуру и сотрудников для новой сети публичных домов, которые будут специализироваться на "редких" вкусах – о благопристойности она думает в самую последнюю очередь. К тому же она очень уклончива, вряд ли Амари мог позволить себе отказать ей. Каминага никогда не забудет ему этого провала.

Хатано наконец добрался до водосточной трубы и спустился по ней вниз. Сакума с легкостью последовал за ним, радуясь, что хоть в этом ему военная подготовка помогла.

— Надеюсь, вы всё запомнили, потому что в следующий раз вам придётся лезть одному.

Сакума проигнорировал это его замечание.— Почему мне нужно было от неё прятаться? Если она занимается такими вещами, значит ли это, что она как-то связана с преступниками?

Сцепив руки за головой, Хатано выглядел так, как будто не находил ничего странного в том, что он только что вылез в окно и теперь стоял посреди улицы в пижаме.

— Возможно. Мы ещё не уверены до конца, но так как она путешествует по разным городам, существует риск, что вы можете встретиться, когда вы будете работать под прикрытием, изображая... – шпион широко улыбнулся, – ...гомосексуалиста. Считаете, это вам по силам?— Подполковник Юуки считает, что да, а я не собираюсь его разочаровывать, особенно, когда на карту поставлено многое.

На этот раз Хатано посмотрел на него серьёзно.— Удивительно, но не он один считает, что вы справитесь. Будет интересно посмотреть на ваши неуклюжие попытки завершить задание. Надеюсь, подполковник Юуки выделит вам кого-нибудь в напарники, чтобы присматривать за вами. Будет странно, если он этого не сделает.Значит, они ещё ничего не знают.

— Конечно. В любом случае, полагаю, я должен сказать спасибо за указанный путь, однако мне уже пора.

— Как хотите.Не посмотрев больше ни разу в сторону лейтенанта, Хатано забрался по трубе обратно. Сакума вздохнул, спрашивая у самого себя, сможет ли он когда-нибудь привыкнуть к такому началу дня. По крайней мере, утреннее происшествие помогло ему окончательно проснуться, пусть он и рисковал испачкать свой костюм.

К главному офису он шёл по-военному энергично, так, как его научили давным-давно. Дорога туда была изучена вдоль и поперёк, поэтому он мог сконцентрироваться на размышлениях.

Нельзя больше откладывать это дело, я взрослый человек, в конце концов. Нужно решить, кто из них будет притворятся моим партнёром.

Выбирать, основываясь только на внешности, было, конечно же, неприемлемо, а подполковник сказал, что все они одинаково способные, поэтому...Мне нужно принять решение, основываясь на том, кто из них представляет для меня наименьшую опасность.

Выспавшись, Сакума был уже не так встревожен. Вчера вечером он думал, что его разоблачат несмотря ни на что, но сейчас, пораскинув мозгами, он понимал, что всё не так безнадёжно.

Пока что они думают, что все мои реакции вызваны исключительно отвращением. Если миссия не затянется надолго, или же если мы не будем чересчур много контактировать, я вполне могу это пережить.

Возможно, не всё ещё было потеряно. Однако он всё равно должен был быть готов к худшему сценарию. О том, чтобы выбрать Миёши, не могло быть и речи. То же самое можно было сказать и о Хатано, принимая во внимание его поведение. Амари, Тазаки и Одагири могли оказаться лучшими возможными вариантами. Особенно Одагири, так как именно он рассказал лейтенанту об игре джокера той ночью, когда Сакума думал, что играет в покер. И Тазаки вчера ему сильно помог...Так ведь?Если подумать, Тазаки особо ничего и не сделал: он отвечал на вопросы, но таким образом, чтобы заставить Сакуму поучаствовать в своих фокусах. Более того, таким образом Тазаки просто получил эксклюзивную информацию раньше, чем другие.

Но как он догадался, что причины моего беспокойства важны? Ах да, подполковник позвал меня в свой кабинет, да и секретом это не было. Что если он знал и просто подумал, что такие новости выбили меня из колеи? Так как я всё ещё военнослужащий, несложно предположить, что эти убийства меня тревожат...К тому же Тазаки распространил информацию сразу же, как только появилась возможность. Конечно, Сакума сам сказал, что она не является конфиденциальной, но всё же...Он мог казаться добрым, но теперь очевидно, что он действовал исключительно в своих интересах.

Его мысли вернулись к Одагири. В чем он мог выиграть, раскрыв Сакуме секрет их игры? В голову ему ничего не приходило. Возможно, в конце концов Одагири был идеальным вариантом.Лейтенант вздохнул, вспомнив, как опозорился той ночью. Дошло даже до того, что подполковник Юуки сделал ему выговор за устроенную сцену."Если бы они не посвятили тебя в секрет своей игры, ты бы никогда ни о чем и не догадался бы."Это была правда. Почему он был так зол на всех, включая Одагири? Сакума попытался вспомнить, о чем он тогда думал.Я злился, потому что они вели себя как трусы. Одагири рассказал мне, но только после того, как я уже проиграл.

Действительно, если подумать, Одагири также позволил ему попасться на их удочку, раскрыв суть игры только тогда, когда шпионы уже достаточно с ним наигрались. Остальные поступили ещё хуже: молчали, пока Миёши...Нет, не только.Миёши только пригласил его сыграть, но в игре участвовали все. Просто промолчав, они все обманули его. Страх охватил его, когда Сакума понял, что это был не единственный раз, когда они его одурачили. В случае с Гордоном всё было точно так же: Миёши его подставил, а остальные молчаливо согласились. Ему бы не пришлось обнажать свой меч, если бы хотя бы один из них проверил за портретом императора.

Безмолвно и вежливо они всегда оставались в тени; однако каждый был причастен к ситуациям, которые заканчивались для лейтенанта не самым лучшим образом, или даже угрожали его жизни. В то же время они действовали таким образом, что Сакума потихоньку начинал терять бдительность. Миёши брал на себя инициативу, а остальные притворяли его идеи в жизнь.

Мог ли он довериться хоть кому-нибудь из них? Он их совсем не знал, а теперь понял, насколько бесчестными были их поступки. Что с того, что сейчас они вели себя с ним дружелюбно? Если человек любезен и вежлив, это ещё не значит, что этот же человек не может быть жестоким или не преследует свои собственные интересы.

Сакума споткнулся, и ему пришлось остановиться, чтобы прийти в себя. В его голове вырисовывалось решение, которое раньше ему казалось невозможным. Получалось, что Миёши мог стать лучшим решением в этой ситуации: Сакума прекрасно знал, на что он способен и насколько опасен. Другие могли оказаться такими же как он, если не хуже, а Сакума этого просто не замечал, потому что они всегда скрывались в тени Миёши.Он всё ещё может попасться на уловки остальных или ослабить свою защиту, но с Миёши такого не случится. Сакума всегда будет ожидать худшего несмотря ни на что, как бы Миёши не старался подловить его. К тому же он уже имел представление о том, как Миёши предпочитает действовать.

Из двух зол выбирай меньшее.

И всё же поверить не могу, что я вообще рассматриваю Миёши как вариант.Были ли его рассуждения действительно логичными? Не совершает ли он очередную ошибку под влиянием своей паники? Или же, что ещё хуже, до сих пор подавляемые желания затуманили его разум?***— Лейтенант Сакума, вольно! – скомандовал полковник Муто.— Есть!– Сакума опустил руку, но остался стоять по стойке смирно.

— Подполковник Юуки уже ознакомил тебя с деталями твоей миссии? – спросил Муто, ожидая ответа с какой-то ехидной радостью во взгляде.Сакума постарался сохранить абсолютно беспристрастное выражение лица:— Так точно! Я займу место капитана Нориаки и приступлю к сбору информации, которая поможет скорее прекратить убийства наших товарищей.Он внимательно следил за реакцией старшего по званию; Муто на его слова никак не отреагировал. Полковник никогда не скрывал эмоции, поэтому, если бы он знал, что Сакума будет притворяться гомосексуалистом, всё отразилось бы у него на лиц. Он бы не смог удержаться и не упомянуть об этом.

Кажется, подполковник Юуки пощадил меня и не посвятил моё начальство в деликатные подробности моего задания. Разумеется, он просто не хотел раскрывать им информацию, которая могла бы дать им дополнительный рычаг давления на меня, так как сам хочет меня использовать.

Даже так это принесло ему некоторое облегчение.

— Всё правильно. Тебя ничего не беспокоит? – злорадство всё ещё присутствовало в его тоне.

Сакума убедился, что это и правда его расплата за происшествие с Гордоном. Видимо, полковник думал преподать ему урок или же надеялся, что он не вернётся с этого задания живым.

Сакума не собирался доставлять ему такой радости.

— Никак нет! – ответил он, не поменявшись в лице, – возможность участвовать в этой миссии – большая честь. Я сделаю всё возможное, чтобы поймать преступника, ответственного за все эти убийства и позор, которому подверглись наши товарищи и армия Японской Империи в целом!

Он замолчал на пару секунд, но решил продолжить:

— Пожалуйста, не беспокойтесь, пусть вам и есть чего опасаться.— Прошу прощения?! На что это ты намекаешь?— Я не имел в виду ничего плохого, полковник. Так как на самом деле убитые не были девиантами,и все улики были подделаны, каждый может стать жертвой. Учитывая вашу значимость для армии, для вас было бы естественно беспокоиться о своей собственной безопасности.

На лице Муто выступили капли пота. Раньше он об этом даже не задумывался.

Хорошо, теперь он начнёт бояться за свою жизнь.

— Я... Ну... Это... Я сам могу за себя постоять, лучше о своей шкуре беспокойся! – взбесился полковник, но тут же попытался успокоиться, – если тебе уже всё известно о твоей миссии, то говорить тут больше нечего. Мы уже занимаемся твоим переводом. К счастью, не обязательно быть капитаном, чтобы заступить на место Нориаки. По крайней мере мне так сообщили, это не мой отдел. Однако тебе предстоит встретиться кое с кем из того отдела сегодня же, – Муто протянул ему листок бумаги с именем и адресом.

— Так точно, полковник.

— Этот человек работал там до Нориаки. Поговори с ним и постарайся запомнить как можно больше, ты не должен завалить задание. Преступника надо поймать, это ты понимаешь?

— Безусловно.

— Свободен.Покинув кабинет, Сакума закрыл дверь и прислушался. Пару секунд спустя он уловил звук закрывающегося замка. Он улыбнулся сам себе и отправился на поиски человека, с которым он должен был встретится.

***Задав несколько вопросов прохожим, Сакума выяснил, что по указанному на листке адресу располагается ближайшая к офису чайная. По дороге туда Сакума старался быть внимательнее к тому, что происходит вокруг; так как офис главного управления был неподалёку, по этой улице проходило много военнослужащих. Они всегда вели себя так насторожено и напряжённо, или эти убийства уже как-то повлияли на состояние их духа?А ведь они думают, что было только шесть жертв...Сакума даже представлять не хотел, как бы сейчас обстояли дела, если бы народ начал думать, что вся армия кишит девиантами.

Сакума торопливо вошёл в чайную, и его проводили в комнату, где его уже ждал почтенного возраста мужчина.