Часть 11 (1/2)
Говорят, что вампиров притягивает друг к другу нечеловеческая любовь. Если пара есть, они чувствуют один другого. Все эмоции своей половинки они оберегают и защищают. Они становятся друг для друга всем. Дарят те чувства, которые не могли получить, а если из-за мутации все переживания сохранились, то это значит, что вампиры просто чувствуют друг друга, и в их сердцах царит покой. В этом есть только одна проблема: вампирам сложно найти "того самого". И понять, что эта пара именно твоя...
Нужно время. Очень долгое время. Или один момент, когда один вампир отдает себя второму, и это практически навсегда. Навечно. И чтобы не случилось, они всегда будут рядом. Не смотря ни на что и ни на кого.Ночь наступила так же неожиданно, как и прошла. Спускаясь по мраморной лестнице, Чонун допивал третью кружку кофе, надеясь, что разум проснется. Хронический недосып убивает вампира, только в объятиях любимого он может заснуть. Но они с Реуком не спят вместе уже несколько дней подряд.
И почему Йесон так боится брака? Он не хочет жениться, хотя и уверен в своем выборе. Пример брака родителей не послужил хорошим примером, и сейчас Чонун не хочет делать предложения. Хотя, если подумать, он уже готов к этому.
Достигнув последней ступени, Йесон берет с тумбочки черепашку, которая ползает где хочет, и останавливается около дивана.Видя алые волосы вампира, он невольно улыбается, но когда с этим цветом сочетаются рыжие волосы Фиши, улыбка становится шире.
ЫнХек крепко спит, прижав подбородок к лбу Акулы, который сжимает ладонями сильные плечи старшего. ДонХэ удобно устроился на ХекДже, зарывшись лицом в шею; коленями так крепко сжал бедра, что, наверное, красноволосому больно. Хотя, глядя с какой силой ЫнХек прижимает Фиши к себе, Чонун выносит два вердикта: забрать младшего от старшего - значит лишиться руки, и второе: ХекДже точно сломал ему позвоночник. Хотя нет, он просто обнимает его, иногда гладя узкую талию Фиши, пальцами, словно проверяет - тут ли он еще, или нет.
- Может, он согреет его? - Реук обнимает любимого со спины и выглядывает из-за плеча.
- Знаешь, я не ожидал, что они вот так... что наша Рыбка... он будет обниматься с ним в первую ночь...
- Я думал, что они переспят в первую же ночь, - крепко обняв в ответ, Чонун облизывает губы.
- Впервые, когда они появились друг у друга на глазах, то смотрели всю ночь, не отрываясь... - старший целует Черепашку, и они медленно идут на кухню, держась друг за друга. Позже, в течении часа появляются еще шесть вампиров, которые сладко зевают и выпивают весь запас крови, который был у вожака.
И только Фиши не спешит просыпаться, впрочем, как и ХекДже, который не отпускает младшего.- Увидимся еще, - прощается Кюхен и, пожав руку всем, кому можно, уводит сонно хлопающего затуманенными глазками Сонмина, а точнее, взяв любимого на руки, уносит из дома вожаков.
- До встречи, - прощается Ханген и, расцеловав всех в щеки, улыбнувшись, уводит за собой Золушку, который только-только проснулся. Ну, или не совсем проснулся.
- Оставим их вдвоем, - устало бормочет Чонун и берет со стула черный кожаный плащ.- Нет, сегодня никакого зоопарка, пошли, - Реук ведет брюнета наверх, астарший только и успевает, что уворачиваться от косяков, которые движутся точно по его траектории. Наконец-то он поспит…От камина все так же идет жар, но спящая пара на него не реагирует. Проходит пара минут, и в сон Фиши врывается слишком горячий воздух, грудную клетку обжигает, и ему нестерпимо хочется раздеться. Тонкий свитер оказался слишком теплым, а джинсы словно приобрели дополнительный слой ткани. Жалобно простонав, ДонХэ пытается подняться, но на уровне талии что-то придавило стальной балкой. Дискомфорт заставляет открыть глаза, и Фиши видит перед собой белую кожу, которая может порваться от прикосновения. Подняв взгляд выше, находит алые пряди, кончики которых скрывают за собой две точки от укуса.
Медленно прикрыв глаза, ДонХэ умиротворенно выдыхает, но в голове появляется яркая вспышка: ярко-красные волосы могут быть только у одного вампира. Карие глаза резко открываются, и в зрачках зарождается непонимание и злость. Сделав рывок, вампир тихо скулит - позвоночник предательски хрустит.
Оперевшись на локти, ДонХэ понимает, что ночью он спал не на "чем-то", а именно на ХекДже, и это "что-то" было горячее тело вампира.
- ЫнХек, просыпайся, ты не даешь мне встать, - спокойно заявляет младший, делая вид, что это не он лежит на вампире, и конечно, в том, чтобы обнять, инициатором был ХекДже.
- М... Рыбка, еще пару минут, мы легли только... недавно... - ЫнХек перемещает руку с узкой талии на лопатки, прижимая тепло к себе. Но мозг уже работает, и что-то подсказывает, что тепло разговаривать ну никак не может, если только это тепло - не та наркотическая фея.
- Глаза открой, - ДонХэ ненавидит, что утром он не способен поднять и пятидесяти килограмм, и вот сейчас ему не выбраться, как бы он этого не хотел. Когда руки старшего ползут ниже, приближаясь к бедрам, Фиши не выдерживает и ЫнХек подскакивает на диване от тигриного рыка, прозвучавшего у его уха.- И тебе доброй ночи, чего орать то так? - искренне не понимает ХекДже, но, видя задранный свитер противника, понимает, что "тепло" все-таки умеет разговаривать.
В следующую секунду организм ДонХэ просыпается, и ХекДже отлетает к стене, ударяется спиной, но сразу встает на ноги, мгновенно зверея. Глаза вампиров в мгновение становятся алыми, и ДонХэ замирает, глядя, как красная челка падает на кровавые глаза ХекДже. Медленно скользя языком по влажным губам, ЫнХек успокаивает вампира, который уже встал с кровати и разнимает мощную спину.