Глава 3 (6) (2/2)
Наконец, Сури решила принести всем кофе, а Мивен вызвалась ей помочь.- Как думаешь, долго он будет морочить ей голову? - спросила Мивен, выставляя стаканы с крепким ароматным напитком на поднос.- Ты считаешь, что он обманывает ее? - тихо спросила Сури.- Не знаю. Однажды он уже это сделал. Он смог жениться, чтобы спасти свой салон от банкротства, почему бы не прикинуться овцой, чтобы выжить? Сури ничего не ответила, обдумывая положение.- Ты посмотри на нее! - вдруг воскликнула блондинка, - Амелиже живет и дышит им! Разве можно вот так использовать ее?
- Я знаю! - вздохнула Мивен.- Я хочу ему верить, разве ты не хочешь этого?- спросила Сури, когда они шли по коридору.- Сури, он женат,ты же знаешь.- Да, но его женушка еще ни разу его не навестила! Может он откроет глаза, если еще не открыл, и сделает правильный выбор,- не теряла надежды Сури.Дальше они шли в молчании до самой операционной.Наконец, операция закончилась и врач вышел из операционной, чтобы сообщить об этом.- Все прошло отлично, Грэм сейчас под наркозом, но к завтрашнему дню он уже придет в себя.- А его брат?- дрожащим голосом спросила Мивен.- У него небольшое кровотечение - плохая свертываемость,- пояснил врач,- но все будет в порядке.После операции Грэм чувствовал себя хорошо, швы почти не тревожили его. Амели сидела рядом с кроватью, и читала ему книгу. Алекс лежал в другой палате, у него были некоторые осложнения, но ничего серьезно не произошло.
Мивен не решалась войти к нему в палату, она сидела рядом с дверью на стуле, который утащила из кафе. Когда медсестра выходила из его палаты, Мивен расспрашивала ее про его самочувствие, чем уже порядочно надоела всему персоналу.
Когда Алекс спал, Мивен набиралась смелости и пробиралась вовнутрь, чуть слышно, чтобы не потревожить его сон. Она очень боялась, что если Алекс увидит ее, то рассердится и попросит в своей обычной хладнокровной манере, чтобы она больше не приходила.
А как Мивен могла не приходить?! Когда любимый человек лежит на больничной койке, бледнее наволочки, на которой спит и тяжело вздыхает во сне? Поэтому Мивен решалась войти лишь тогда, когда он спал. Во сне Алекс был таким беззащитным, как ребенок. Вот так глядя на него, Мивен вспоминала его доброту и нежность, которую успела увидеть за тоткороткиймесяц счастья, далеко от дома.Через несколько днейАлекса перевели в другое отделение, что очень затруднило ее посещения – палата была по соседству с Грэмом и Алексу разрешали гулять по коридору. Поэтому Мивен боялась появиться в больнице и постоянно звонила Амели и расспрашивала ее о самочувствии Алекса.Еще через пару дней Мивен узнала, что Алекса выписали и он уехал на съемки, и со спокойной совестью пришла навестить Грэма. Отношение к парню у нее всегда было неоднозначным, даже немного подозрительным. Но сегодня Амели похвасталасьобручальным кольцом, которое он ей подарил и сказала, что он подал документы на развод.Мивен успокоилась, вот только понять не могла где и как Грэм достал кольцо? Прошла только неделя после того, как его прооперировали. Да, что только люди не сделают ради любви…Думая об этом, Мивен закрыла за собой дверь палаты Грэма и отправилась к выходу, и чуть не задохнулась от закипающих в груди рыданий. Ее колотило. Девушка уткнулась лицом в ладони и разрыдалась. Это были слезы восторга и радости за подругу, но в душе образовалась огромная зияющая дыра с рваными краями.У всех начиналась новая жизнь, слава небесам ее подруги нашли свое счастье. У Мивен тоже начиналась новая жизнь, но нести ее одной было не под силу. Или все же под силу?!Уже несколько девушку минут не покидало чувство, что чей-то взгляд буравит спину. По коже забегали мурашки. «Мало ли, кто…» - подумала она, но все же украдкой вытерла слезы, чтобы люди ни дай Бог не увидели их. Кто-то коснулся ее плеча. Мивен повернулась и оторопела, широко распахнув глаза. Дыхание прервалось.Сердце сделало бешеный скачок, в голове помутилось.
- Ты?Позади нее стоял бледный, усталый, но такой знакомый и родной призрак прошлой жизни. Неверие, страх, смятение, радость – все смешалось в душе. А он лишь улыбнулся краешками губ и завладел ее ладонью.- Как? Ты же уехал.- глухо и не веря своим глазам проговорила девушка.Глупо утверждать, что человек стоящий перед тобой, уехал.- Я и не думал уезжать,- сказал Алекс - или для тебя лучше, чтобыя уехал? Скажи, Мивен!- Амели сказала мне, что ты уехал, вот я и…Он долго молча смотрел на нее, ни говоря ни слова.- Я прочитала твою записку. Ты дал мне понять, что наша история закончена.«Я лгу… Он не знает, как я сидела у его постели, как молилась и убивалась, когда думала, что будет, если вдруг с ним что-то случится!» - кричала ее душа, но губы упрямо сжались.Он схватил ее за плечи и рывком притянул к себе.- Глупая! Ты писала, чтобы я научился кого-нибудь любить по-настоящему и признавать это. Да, я признаю, что люблю тебя! Ради этого я сейчас здесь. Я попросил Амели не говорить тебе, что я здесь.Мивен отчаянно захотелось уткнуться ему в плечо, прижаться, обнять. Это было первое и настоящее его признание.- Ты была единственной, кто не лез в мою жизнь, а кому она действительно интересна.Прости меня за те слова. Я так счастлив, что встретил тебя, Ми. Но скажи, могу ли я на что-то надеяться после всего ЭТОГО?Вместо ответа она уткнулась в его плечо, крепко схватив за руку.- Ошибок больше не будет. Я все сделаю правильно, – и, запрокинув голову, он закричал на весь коридор больницы - Люди! Знайте все! Я люблю ее! Люблю! Люблю!! ЛЮБЛЮ!!!Джейк вошел в свой подъезд и тут вспомнил, что Мивен просила его заглянуть в почтовый ящик. Интересно, зачем?Он извлек с самого дна небольшой белый конверт без указания отправителя и адреса получателя. Еще раз удивившись, он вскрыл конверт. Там был простой белый листок, на котором неровным почерком Мивен был написан адрес. Джейк буквально задохнулся от завладевших им эмоций. Он бросился к квартире, чуть не выломав замок. Покидав кое-какие вещи в сумку, он вылетел из домаи отправился в аэропорт.Джейк знал, что за адрес прислала ему Мивен. Там он сможет найти Ану. Но простит ли она его?Солнце, перебирая золотые лучики, проглядывало сквозь снежные шапки гор и лукаво улыбалось новоявленному гостю, даря тёплый приём и озаряя путь. Всё к лучшему, не зря так говорят. Не зря он приехал в этот далёкий и необжитый край. На секунды, Джейк вдруг почувствовал острую боль свободы. Только здесь можно было в полной мере ощутить бытие пространства. Стихия Льда и Снега.Обычное здание, ни чуть не отличающееся от тех, что изредка можно было встретить на бескрайних просторах снега и вечного холода. Тепло сразу же окутало промёрзшего путешественника, и, мурлыча, заманивало в свои непрочные сети.
При входе Джейка встретил пожилой мужчина с роговой оправой видавших виды очков, абсолютно лысым сияющим черепом и густой бородой. Но парню он понравился: пышущий здоровьем и неумной жаждой жизни, пожилой мужчина. Единственный, кто присутствовал в помещении. Стянув перчатки, шапку, очки и расстегнув ворот куртки, Джейк с удовольствием принял от мужчины полный стакан прозрачного напитка. Выпив залпом обжигающую ядрёную смесь, он закашлялся и услышал смех старика.
- Никогда водку не пил? - весёлые глаза дедушки Аныискрились добродушием.- Пил. Просто забыл её вкус.- Разве её вкус можно забыть? Странный вы молодой человек…- Да нет, самый обычный…Мысленно отругав себя на никчёмность, мужчина вежливо улыбнулся и присел к огню, подставляя заледенелые пальцы. На миг, молодой человек вдруг увидел в оранжевых язычках лицо Аны и отшатнулся, будто ему явился сам дьявол. Как давно он не видел ее. Вот уже два месяца. Она. Она была здесь. Задумавшись, он не заметил пристального и ставшего на секунды суровым лица мужчины, который моментально присел в стоящее рядом кресло, протягивая Джейку очередную порцию.
- Ты из полиции что ли? А?- Почему вы так решили?- Не знаю. Просто, - смакуя напиток , дедушка Аны счастливо причмокивал. Наконец, когда затянувшееся молчание ему надоело, он принялся сыпать историями: военной службы, детства, колледжа и путешествия на Антарктику.
- Даже не думал, что задержусь здесь. А остался аж на 30 лет. Представляете Джейк, 30 лет я мёрзну в этой дыре, а самое удивительное знаете что…? - вплотную приблизившись к лицу молодого человека, мужчина наставительно поправил очки, и поднял вверх указательный палец.- Что?- Не могу я отсюда уехать. Не отпускает…Уезжалибы Выотсюда молодой человек, здесь можно найти только смерть, поверь уж мне… старику…Джейк кисло улыбнулся. Как его мучало чувство постоянного озноба: то, которое он испытывал находясь вдали от Нее. Оно проходило лишь тогда, когда рядом была Ана.
Ранимая, гордая Ана, которая больше всего на свете боится показаться слабой. Да, со стороны она кажется вспыльчивой, решительной и очень сильной. Ей пришлось рано стать взрослой. Ею восхищаются... и в то же время боятся. Но лишь не многие видели ее ранимой, хрупкой и чувственной. Она на все готова ради своих друзей. Джейк -расчетливый, самоуверенный, сдержанный. Ну, может, не такой самоуверенный, как кажется, но в отличие от многих, он умеет контролировать себя. Он не уступает Ане в силе и упрямстве; и это хорошо, ведь вряд ли такой огненной натуреподходит тот, кто слабее её.Рядом с ним она может позволить себе роскошь побыть слабой."Где же ты, родная моя? Куда ты спряталась от меня?
- Я пришла!Громкое радостное восклицание вывело Джейка из его размышлений. Старик ловко вскочил с кресла и отворил двери, пропуская вперёд ещё одного посетителя.- Где ты была? Время видела? Я так волновался, - по-старчески брюзжа, помогая снять одежду гостю, вздыхал старик.- Извини.
До невозможной боли в груди оборвалось сердце сидящего у огня молодого человек. Родной, такой близкий и неземной с приятной хрипотцой, женский голос. И мысль. "Я нашёл тебя".- Ты не простыла? Сегодня холод страшный, а у нас гость. Тебе понравится, нечего только со стариками общаться. Это Джейк.Встреча - аметистового огняи голубого света, вспышка - неземного чувства отражения и смешанной радости, победа – найденного. Без слов, глаза в глаза, сжимающие до боли объятия, сыплющиеся, словно снежинки поцелуи, льющиеся, словно водопад, слёзы. Прижимая к себе Ану, Джейк не верил, и очень боялся проснуться. Он и не знал, что ещё больше проснуться боялась она.
Сури все сидела возле этого проклятого куста персика, опустившись на колени и закрыв ладонями лицо. Невыносимо бежать от себя и не видеть конечной цели, бежать и прятаться, отпуская вперед чувство страха и горечи, а потом нагонять его снова.Как же тяжело вырваться из этих стальных тисков, которые сжимают сердце ледяной хваткой. Месяц. Еще один месяц бесконечного ожидания. Его лицо. Такое родноеи близкое. Но как всегда радостно-отвлеченное, как будто все что происходит с ней, его не касается. Хотя в этом нет вины ни его, ни ее.Дерек вернулся из своей поездки, но ничего не сказал. Почему? Почему все что происходит Сури узнает последней, через чужие руки? Он обещал? Да. Так чего же стоят эти его обещания если он сам о них забывает?Сури не знала, что он не забыл. Он все хорошо помнил. Ее слова при прощании до сих пор звучат в сознании, как молоточки отбивающие по больному месту, принося боль, но с ними ничего нельзя сделать. Он мчался душой сюда, но не мог преодолеть пространства. А все из-за своей безграничной глупости, принципов и страха. Дерек не мог найти объяснения своим поступкам. Возможно, просто его не было, потому что не все в жизни поддается объяснению, ни научному, ни религиозному. Ведь еще ни один не смог дать точного толкования любви. От нее нет лекарства и противоядия. После возвращения он узнал что у Сури есть другой молодой человек. Возможно, она его любит. Возможно, она с ним счастлива. Возможно. Но Дерек знал, что это неправда. Она любила только его, и отдавать кому-то свое счастье просто глупо, наивно и совсем неправильно.Направляясь в парк, в котором любила гулять Сури, Дерек, наконец-то, решил больше не сидеть сложа руки, как делал это в последний месяц, наблюдая за ней издалека. Ему надоело видеть, как другой берет ее за руку, смотрит в глаза, обнимает. Как же он мог раньше на все это не реагировать?! Почему сразу не сказал ей о том, как сильно любит именно ее и как мечтает, чтобы она простила ему все ошибки и все слезы, которые она пролила по его вине? Он шел по центральной алее, шурша сухими листьями под ногами и морщась от ветра, который, казалось, проникал под куртку совсем не встречая препятствий. Пошел дождь, но отчего-то такой теплый и освобождающий, что набрав полную грудь воздуха, Дерек не сразу сообразил, что перестал дышать.Раскрыв зонт, он отправился дольше, и в конце аллеи увидел ее.
Она сидела на бордюрчике, опустив голову на колени, закрыв руками лицо. Как же она беззащитна в этот момент, впрочем как и всегда. Дерек хотел подойти и укрыть Сури своей курткой, чтобы ей не было так холодно. Но девушка заметила его присутствие, словно ощутила запах родного существа, ведь в шуме дождя она не слышала даже своего дыхания.- Привет,-просто сказал он, остановившись рядом, держа в одной руке большой черный зонт.Она лишь кивнула в ответ, утирая рукой слезы, которые смешались с дождевыми теплыми каплями.- Пойдем домой, - он кивнул, приглашая Сури под зонт.Вместе они сделали несколько шагов, а он все не решался задать ей свой вопрос.- Я слышал, ты встречаешься с Томом?Сури не ожидала этого вопроса и он выбил ее из колеи.- Разве меня никто не может любить? - с вызовом спросила она, снизу вверх глядя ему в лицо, по которому струились струйки воды. Волосы тоже промокли, впрочем, как и у нее самой.- А ты его любишь?- Тебя это не касается!- она отвернулась, чтобы Дерек не видел ее лица.
Он сделал еще несколько шагов вперед, оставляя девушку одну на алее, а потом нервно выкрикнул, вложив все свои чувства в эти слова:- Ты же любишь меня! Ты просто не можешь любить кого-то еще!
- Да! - топнув ногой от отчаяния, крикнула ему Сури,- Ты как всегда прав! Теперьдоволен?Она не заметила, как Дерек оказался рядом, крепко прижимая к себе, словно боясь, что она растает у него на глазах. Сури разрыдалась в полую силу своих невысказанных чувств, уткнувшись в его и так мокрую куртку. Ей было тепло рядом с ним, все тревоги уходили на второй план, и ничего в этом мире больше не существовало, только Он, Она, и Дождь.