Глава 14. "Bad dreams" (1/2)

За три месяца я полностью адаптировался в лагере. Меня обучали истории, боевому искусству, травоведению, географии и стрельбе. Все это было специализированно и в основном углублено в ангельскую культуру. На обычных предметах я впитывал все как губка, стараясь понять всю суть ангельского мира от начала и до конца. Про кризисы и войны мы говорили довольно редко, потому что профессора не хотели нас пугать, но я отчётливо понимал и чувствовал приближение неминуемого.Боевые приёмы с каждым разом давались мне все легче, а ангельская природа больше не брала надо мной верх, я наконец-то научился это контролировать. Александр постоянно помогал мне в спаррингах, и, конечно, много раз побеждал он, но и я не оставался в стороне. Учеба и тренировки полностью и всецело поглотили меня. Лагерь уже казался мне домом. С мамой я связывался по несколько раз в неделю. Она больше не плакала, постоянно спрашивала как я, все ли мне нравится и узнал ли я что-то новое о мире ангелов. Я рассказывал ей большую часть, но опускал моменты грубых тренировок и болезненных ран, которые затягивались в течение нескольких дней. Спарринги на арене дело травмоопасное. Получить копьем в плечо, стрелой в икру проще простого, несмотря на защиту доспехов. А уж что говорить о боях на мечах. К нашему счастью, из-за способности к регенерации шрамы на телах нефелимов не остаются вовсе.

Про Дафни ничего не было слышно, поэтому я решил, что падшие, поняв, что меня нет в городе, пустились в погоню, но, как всем известно, ищи не ищи, а наш лагерь надёжно защищён Ароном.

Что касается самого Арона, то этот нефилим каждый раз открывал мне все новые и новые тайны моей жизни и моего предназначения. Теоретически я начал понимать всю суть происходящего, но, не столкнувшись с этим в реальной жизни, никогда не поймёшь до конца. Арон часто рассказывал истории из своей жизни и с каждым днём открывался мне с другой стороны. Когда он впервые узнал о том, что является нефелимом, парень испугался так же, как и я. И точно также отрицал все, что говорили окружающие. Плюс ко всему он не был обычным нефелимом. Искупитель, вот кто он. А я по воле судьбы являюсь Спасителем. Арон до сих пор не знает, чью сторону я приму, но, конечно, всеми силами старается склонить меня к свету. Его опасения мне немного непонятны, ведь кроме падших ангелов, я не сталкивался с противоположной стороной, а следовательно не могу судить о ней.

Арон, как и я, чувствует приближение чего-то ужасного. Трудно объяснить, в чем это выражается, но мы оба понимаем, что война так или иначе будет. Это всего лишь вопрос времени.

Виина. Эта девушка действительно стала просто моим наставником. Мы мало общались, а если такие моменты наступали, то весь разговор сводился к тренировкам или историям об ангельском мире. Александр всегда находился рядом с ней, что наталкивало меня на мысль о его неравнодушии . В открытую спросить я не мог, поэтому это все осталось на уровне догадок.

Я никак не мог понять, что чувствую к этой девушке, но когда вижу, как её нежно-розовое платье развевается на ветру, когда она стоит и изучает линию горизонта, я не могу отвести взгляд. Это небесное создание настолько прекрасно, что я ничего не могу с собой поделать.

Виина перестала сообщать мне, что читает мои мысли, а я, в свою очередь, стал контролировать их поток и перестал давать волю эмоциям. Наверное, так будет лучше для нас обоих, если мы будем состоять только в профессиональных отношениях. Я даже не могу назвать эту связь дружеской, как бы печально это не звучало.

Александр же тоже перевёл наши взаимоотношения на сугубо профессиональный уровень. Он всегда готов мне помочь, всегда подскажет и покажет, но общаться вне тренировочного центра он не собирался.

Зато у меня появился лучший друг. Макс стал мне опорой и поддержкой. После того, как парень узнал, что я Спаситель, то стал всячески мне помогать. Мы действительно сдружились. Я узнал много нового о юноше, который стал нефелимом чисто случайно. Просто однажды он проснулся весь в перьях и крови, его мать кружила возле него и пыталась помочь засунуть крылья обратно, а все, чего хотел Макс, это чтобы боль прекратилась. Я сразу же вспомнил адские муки, которые мне пришлось пережить во время первого превращения. И если бы не Виина, я бы мучился как Макс. И снова в моей голове возник образ девушки, которая спасла мне жизнь...

***В последнее время я просыпаюсь примерно в 4-5 утра от ночных кошмаров, которые кажутся такими реальными, что я с трудом осознаю происходящее вокруг после пробуждения. Эта ночь не стала исключением.

Я стою в темном каменном зале, в котором из освещения только парочка факелов на стенах. Из одежды на мне только белые льняные штаны, босые ноги совсем не чувствуют ледяного пола под собой, а на голом торсе играют тени. Ко мне навстречу выходит мужчина в красном одеянии. Полы его платья тащатся за ним по каменным плитам, создавая зловещее шуршание. Он движется медленно и расслаблено, скрестив руки на груди. Когда его лицо выныривает из тени, на меня нападает странное чувство узнавания. Как будто давным давно я уже видел эти седые с проблесками золота волосы, этот крючковатый нос, прямые тонкие губы и пронизывающие зеленые глаза.

Мужчина всегда задаёт один и тот же вопрос.

-В какой из моих рук находится правда?

Затем он разводит ладони по сторонам, образуя чаши весов. Ухмылка на его лице приобретает зловещие черты.

Затем за его спиной происходит такая яркая вспышка, что мне приходится жмуриться и закрывать руками лицо. Когда свечение угасает, моему взору предстают два огромных серебряных крыла.

Ангел качает крыльями, подталкивая меня к выбору.

Недолго думая, я смотрю ему в глаза и пытаюсь понять его намерения. А потом меня осеняет.

Я вздергиваю подбородок и нагло заявляю.

-Ни в одной из твоих рук нет правды. Её нельзя разделить или спрятать. Она одна, она во всем сразу. Но я не вижу её даже в твоих глазах.

В следующую секунду белки глаз ангела заволакивает чёрная пелена, превращая глазницы в чёрные дыры. Ухмылка превращается в оскал, и я содрогаюсь от увиденного. Серебряные прекрасные крылья становятся чёрными как ночь, а само тело изгибается в неестественную позу. Из глотки бывшего ангела раздаётся булькающий звук. А затем это существо взлетает вверх и готовит прыжок для атаки.

Я мгновенно распускаю свои крылья, готовясь взмыть ввысь, но вдруг кто-то хватает меня за лопатки и бьет по коленям. Я с криком падаю вниз, а неведомая сила удерживает меня за крылья, не позволяя груди и лицу встретиться с полом. Я барахтаюсь и пытаюсь вырваться. А потом происходит самое ужасное. Кто-то ломает мои крылья, заставляя меня кричать от боли и ужаса, а когда я чувствую рвущуюся плоть, мои крики перерастают в неестественные вопли. Спустя секунду я падаю на каменные плиты, а два моих окровавленных крыла приземляются рядом со мной...

***В следующую секунду я просыпаюсь в холодном поту с неестественными криками. Какое счастье, что я живу один в домике, а шум океана заглушает мои стоны. Сбивчиво дышу, хлопая себя по спине. Шрамов нет, а значит, что крылья со мной. Смотрю на часы. Четыре утра. Вот тебе и доброе утро.

Сделав глубокий вдох, бреду в душ, чтобы позволить воде смыть с себя пот и страх ночи.

Уже начинает светать, поэтому, не долго думая, набрасываю на себя лёгкие штаны и рубашку и выхожу из домика.

Воздух на острове всегда свежий и чистый, особенно по утрам. Ноги сами несут меня к океану, это уже стандартная схема. Благодаря таким утренним прогулкам к воде я почти смог побороть свой страх. Нырнуть я пока не решаюсь, но мое горло больше не сковывает ужас, и мне не слышится шум воды, заполняющий мою машину.

Океан беззаботно перебирает волнами, накатывая их на сухой песок. Сняв сандалии, зарываюсь ногами в прохладные песчинки и шумно выдыхаю.Провожу рукой по волосам, которые значительно отрасли за месяц. Я смотрю на горизонт, удивляясь тому, как солнце окрашивает воду в самые яркие краски, а облака рождают малиновый рассвет. Этот вид дарует спокойствие и умиротворение.Вспоминаю свой сон и вздрагиваю. Каждую ночь одно и то же. Мне страшно засыпать, потому что я знаю, чем все закончится. Ощущение не из приятных. Я не делился этим сном с Ароном, думая, что это просто кошмар. Но когда такое продолжается уже довольно долгое время, невольно начинаешь думать, что кто-то хочет мне что-то сказать. Сегодня же поговорю с Ароном. Так больше продолжаться не может.

Чтобы прогнать это ноющее ощущение в груди, я набираю в лёгкие воздух, закрываю глаза и медленно распускаю крылья. Я чувствую, как каждый сустав распрямляется и принимает положенную форму. Чувствую крылья каждой частичкой своего тела. Это часть меня, без которой уже невозможно представить себе жизнь.

Улыбнувшись, провожу крыльямипо воздуху, разрезая его словно нож масло, любуюсь тем, как в рассветных лучах сияют золотые кончики перьев. Я наслаждаюсь их величием, буквально купаюсь в нем. И черт возьми, как это приятно!

-Наверное, я никогда не перестану любоваться ими. Особенно когда предрассветное солнце играет с золотым оперением.

Мне даже не нужно было поворачиваться, чтобы понять, кому принадлежит этот голос.

Виина поравнялась со мной и заглянула в мое лицо. Уверен, вид ей не понравился. Мешки от недосыпа стали ярче и глубже, а цвет лица больше не держал румянец. Мне явно нехорошо.

Девушка вздохнула и потёрла переносицу.

-Я чувствую твоё состояние и из-за этого я сама ощущаю себя не очень комфортно. Как будто все твои эмоции и переживания передаются мне. Что с тобой происходит?

Я вздохнул и провёл рукой по волосам. Что я мог ей ответить? Рассказывать про кошмары я не собирался. Прежде всего нужно обсудить это с Ароном. Но тот факт, что мы ментально связаны, не может оставить меня равнодушным. Ей тоже плохо, и я это чувствую.

-Все в порядке - вру я, хлопая крыльями, - Я просто слишком много думаю.

Блондинка кривится - И поэтому бродишь по берегу в пятом часу утра? Обычно подъем гораздо позднее.

Волна раздражения начинает накрывать меня, но я контролирую срыв.

-Виина, все в порядке. Я просто ...

Но девушка не сдаётся и перебивает меня.

-Я вижу, в каком ты порядке! Позволь тебе напомнить, что я могу ещё и чувствовать все изменения, связанные с тобой. И ты явно не в самой лучше форме сейчас. Я перестала с лёгкостью читать твои мысли. Постоянно натыкаюсь на блок, который ты упорно ставишь. Зачем ты это делаешь? - она встаёт передо мной и скрещивает руки на груди.

- Может быть я просто не хочу, чтобы ты копошилась в моей голове?

Вышло грубо. Даже очень. Но с другой стороны я не мог иначе. Она упорно игнорировала меня все это время, а я верил в то, что это изменится.

Виина, к моему удивлению, нисколько не изменилась в лице. То ли она решила не показывать обиду, то ли она просто не восприняла грубость всерьез.

-Оттолкнуть меня, пытаясь нагрубить - дохлый номер. У тебя не получится меня задеть.

Несмотря на всю её уверенность, я вижу, как от сдерживаемой ярости напрягаются её скулы.