Первый проблеск (1/1)

— Майкрофт, это ужасно! — причитал в телефонной трубке голос миссис Хадсон. — Не в моих правилах обсуждать квартирантов, пусть даже с их родственниками, но Шерлок — особый случай.Майкрофт нервно ослабил узел галстука и произнёс как мог ровно:— Успокойтесь, миссис Хадсон, и объясните всё по порядку.— С тех пор как уехал Джон, с Шерлоком нет никакого сладу! В комнатах бардак просто ужасающий. Джон как-то умудрялся заставлять его убираться, но мне такое не по силам. И эти обогреватели! Они включены круглосуточно. В мае месяце! В комнате жара как в тропиках, а Шерлок твердит, что моя квартира похожа на погреб. Майкрофт, я боюсь, что из-за перенапряжения электросети начнётся пожар.— Это всё или есть что-то ещё, миссис Хадсон?— К сожалению, да. Сегодня утром приходил тренер Шерлока по кикбоксингу. Хотел лично выяснить, почему Шерлок пропустил уже шестую тренировку.— Что?! — переспросил Майкрофт. — Он стал пропускать тренировки?— Да. Насколько я понимаю, Шерлок и раньше наплевательски относился к расписанию занятий, но всё же трижды в неделю приходил в клуб и занимался около часа.— Я знаю.— Шерлок не был в клубе две недели. Так сказал тренер во время их ссоры. Поймите меня правильно, Майкрофт, я не подслушивала, но они так громко кричали... Их слышала даже миссис Тёрнер...— И что такого ужасного вы услышали? — спросил Майкрофт.— Тренер откуда-то узнал, что Шерлок дважды участвовал в нелегальных турнирах по боям без правил. Тренер был просто в ярости! И я его понимаю... Миссис Тёрнер показала мне статью в газете, где говорится обо всех этих подпольных бойцовских клубах. Майкрофт, там творятся такие ужасы! Боюсь, что скоро Шерлок попадёт в очень крупные неприятности, если уже не попал.— Я поговорю с Шерлоком. Спасибо, что предупредили, миссис Хадсон. Я очень вам признателен.— Что вы, Майкрофт! Вы ведь знаете, как я отношусь к Шерлоку. Он мне почти как сын... Приезжайте поскорее. С Шерлоком творится что-то очень скверное. Он всё время молчит... Не так молчит, как обычно, понимаете?— Да, миссис Хадсон, понимаю. Я сейчас же приеду...........................Шерлока дома не оказалось. Бедлам, который он устроил в гостиной и на кухне, впечатление производил ошеломительное. Зато в комнате самого Шерлока был почти порядок. И ощущение нежилого помещения.— Он что, спит в гостиной? — уточнил Майкрофт.— Да, — кивнула миссис Хадсон, — в комнату он не заходил с тех самых пор, как уехал Джон. Все две недели даже по лестнице ни разу не поднялся. Если Шерлоку не хватало каких-то вещей, он покупал их, но в комнату к себе почему-то так и не зашёл.Майкрофт вернулся в гостиную, глянул на кухню, которая превратилась в гибрид химической лаборатории и городской свалки.— Где он ест? В той второсортной китайской харчевне, что в полуквартале отсюда?— У мистера Чоу очень хороший ресторан, Майкрофт. Но Шерлок не появлялся там две недели. Я спрашивала.— Значит опять жрёт всякую дрянь с уличных лотков! Если вообще вспоминает о том, что надо поесть.Миссис Хадсон сочувственно вздохнула.— Джон всегда мог заставить его покушать. Не знаю как, но мог. И готовил так вкусно. Мог даже сделать индийское карри и настоящий восточный плов. Последний раз я пробовала его между замужествами, когда мы с сестрой ездили в...— Шерлок заходит в комнату Джона? — перебил Майкрофт.— Нет. Говорю же — с тех пор, как Джон уехал, Шерлок ни разу не поднимался наверх. Но полностью оплатил аренду второй комнаты за три месяца вперёд. Зачем она ему? Тот джентльмен, у которого я купила этот дом, пользовался второй комнатой как кабинетом. Он был профессором истории, а в комнате держал библиотеку и маленький музей со всякими древностями. Весьма милый человек, рассказывал столько интересного о кельтах! И жена у него такая приятная... Работала звукорежиссёром на телевидении, но при этом терпеть не могла смотреть телевизор. Очень славная была пара. Только детей у них нет. Ужасная несправедливость! Всякие пьяницы и бездельники плодятся как тараканы, а хорошие, умные люди бездетны. — Миссис Хадсон перевела дыхание и продолжила свой нескончаемый монолог, не особо задумываясь о том, слушает ли её собеседник: — Когда я сказала риелтору, что хочу сдавать второй этаж в аренду, она посоветовала мне переделать кабинет в спальню, а гостиную разделить перегородкой на жилую часть и кухню. Так будет легче найти постояльцев. Она права, такие квартиры сдаются легче всего. Когда Шерлок сказал, что не хочет искать нового соседа и будет оплачивать всю аренду сам, я надеялась, что во вторую комнату он заберёт лабораторию. Но Шерлок вместо этого перестал пользоваться и первой. Ничего не понимаю.— Вы должны быть с ним построже, миссис Хадсон, — ответил Майкрофт. — Вызовите уборщиков, чтобы разобрались с этим бедламом, — взмахом руки Майкрофт очертил гостиную и кухню, — а счёт пусть оплатит Шерлок.— Он заплатит и тут же опять всё захламит.— А вы возьмите с него штраф за нарушение правил аренды.— Майкрофт, вы уверены, что это поможет?— Ну не пороть же его, — вздохнул Майкрофт. — Если в детстве не помогало, то сейчас тем более не подействует.«Мне нужен инспектор Лестрейд, — подумал Майкрофт. — Пусть нагрузит Шерлока новыми делами по самые пятки. Чтобы у братца и минуты не оставалось для глупостей»...........................Встречаться с Грегом в подземном гараже одного из офисов МИДа — это больно и несправедливо. Но иначе он вообще не будет разговаривать.— Почему бы нам не поговорить в кабинете какого-нибудь уютного ресторана? — спрашивает Майкрофт.— Нет причин, по которым высокопоставленный чиновник мог приглашать на обед обычного инспектора.— Речь идёт о личном деле, а не о служебном.— У нас с вами нет личных дел, сэр, — отрубает Грегори.Майкрофт покрепче стискивает рукоять зонта.— Вы заботитесь о моём брате, инспектор. Рискуете должностью, званием и служебной репутацией, позволяя постореннему участвовать в расследования.— Закон обязывает граждан оказывать помощь полиции, а полицию — принимать её.— Всё верно, — кивнул Майкрофт. — Однако закон не учитывает, насколько паршивым может оказаться характер отдельных граждан. Например, Шерлока Холмса.— Пользы от консультаций Шерлока гораздо больше, чем вреда от его характера. Поэтому я очень признателен Шерлоку за его помощь.«А ты можешь катиться к чёрту!» — слышит Майкрофт невысказанное, но совершенно очевидное дополнение.— Мы знакомы уже пять лет, инспектор. Всё это время вы ясно даёте мне понять, как я вам неприятен, но при этом ни разу не отказались со мной встречаться. Почему?— С начальством не встречаются, к нему приходят по вызову.— Но я вам не начальник.— Зато можете приказывать моему непосредственному и вышестоящему начальству.Майкрофт усмехнулся:— Вам ведь плевать на карьеру, инспектор. Вы четырежды подавали рапорт о переводе в такие дыры, что о них даже подумать страшно, не то что там служить. Поэтому вы запросто могли послать меня по общеизвестному адресу. Однако до сих пор продолжаете терпеть наши встречи. Почему?— Хочу убедиться, что вы не собираетесь причинить вред Шерлоку Холмсу.— Что?! — оторопел Майкрофт.— Шерлок мой друг, и я стараюсь не допустить, чтобы с ним случилось что-то плохое.— И этим «плохим» вы считаете меня, его брата? — возмутился Майкрофт. — Да вы с ума сошли, инспектор!— Братские узы не мешают причинять неудобным родственникам зло, сэр.— Не в нашем с Шерлоком случае! Он мой брат, и я всё время забочусь о нём. — Майкрофт подошёл к Лестрейду ближе. — У Шерлока сейчас сложный период. Если вы действительно желаете ему добра, нагрузите побольше работой, чтобы не оставалось времени для глупостей. Вы меня понимаете?— Да. Но Шерлок не мой подчинённый, которому я могу приказать. Он сам решает, когда и в каком расследовании принять участие. Принцип, по которому ваш брат выбирает интересные для него дела, я не могу понять до сих пор.— Я тоже, — ответил Майкроф. — И всё же прошу вас попытаться решить эту проблему.— Сделаю всё, что в моих силах, — инспектор собрался уходить.— Подождите, — остановил его Майкрофт. — Я... Вы действительно не находите во мне ничего приятного? Нисколько?— А чего может быть приятного в чиновнике?Майкрофт на несколько мгновений закрыл глаза. Но почему всё так плохо? Шерлок опять доставляет проблемы, скоро об этом узнает мать и в очередной раз устроит показательную истерику на тему «неблагодарные дети», а отец охарактеризует Майкрофта несколькими безупречно вежливыми, но при этом убийственно-ядовитыми фразами. Шерлоку хорошо, спровоцировал отца, чтобы тот его в восемнадцать лет из дома выгнал, и с тех пор с родителями ни разу не разговаривал, все шишки от общения с ними падают только на Майкрофта. На работе — сплошные дебилы, причём большинство из них занимает высокие посты, и на основании этого полагает, что может приказывать Майкрофту Холмсу. А любимый человек, ради которого Майкрофт не задумываясь шагнул бы в огонь, смотрит на него как на досадную и обременительную помеху.— Неужели так трудно хотя бы один раз подумать обо мне не как о чиновнике, а как о человеке? — вырвалось у Майкрофта.Грегори посмотрел на него с удивлением. Мгновение подумал и ответил:— Вы брат Шерлока. Если бы не это, меня бы здесь не было.— Вы любите его? — спросил Майкрофт.Это была даже не боль... «Боль» — слишком слабое определение для крушения мира.Конечно же Грег любит Шерлока. Его невозможно не любить.А Майкрофт никогда не станет мешать счастью брата. Особенно теперь, когда Шерлок вновь рискует скатиться в трясину, в которой едва не утонул пять лет назад.Как сквозь толстую стену до Майкрофта донёсся раздражённый голос Грега:— Вы с ума сошли, мистер Холмс, или попросту пьяны?— Что? — переспросил Майкрофт.— Да то! Как вам в голову пришёл такой бред?— Но ведь вы предпочитаете мужчин... И...— Вот именно, что мужчин! Однако Шерлок к мужчинам, да и к Homo Sapiens’ам относится только биологически, а по жизни это ходячая чума, и трахаться с ним я не стал бы, будь он даже единственным мужиком на всей планете Земля!Майкрофт на мгновение оцепенел. Затем проговорил внезапно осипшим голосом:— За такие слова о моём брате я любому вырвал бы язык. Но... Я счастлив услышать эти слова от вас.— Что? — не понял Лестрейд. — Вы о чём?Майкрофт шагнул к нему вплотную, прикоснулся губами к губам.И отлетел на два ярда, отброшенный ударом кулака.— Я тебе не подстилка! — с бешенством рыкнул Лестрейд.Майкрофт осторожно прикоснулся кончиками пальцев к скуле.— Если вся проблема только в этом, — сказал он тихо, — я могу быть снизу.Подняться Майкрофт не пытался, просто сел на полу. Лестрейд вперил в него яростный взгляд:— Прикажи любому из своих референтов, их для того и держат, чтобы ублажать начальство всеми угодными ему способами. А я тебе не хастлер из секса по вызову.Лестрейд пошёл к выходу.— Грег! — отчаянно выкрикнул вслед ему Майкрофт. — Для меня это очень серьёзно. Я люблю тебя!Но Грег не обернулся. В любовь чиновника он не верил...........................Место преступления и место обнаружения трупа — далеко не всегда одно и то же. Вот и в этот раз убитую привезли и сбросили с моста, имитируя самоубийство.Имитация грубая, даже первокурсник полицейской школы в неё не поверит. Хуже с убитой — дорогой костюм, ожерелье и серьги жёлтого металла с прозрачными тёмно-зелёными вставками. Даже если это не настоящее золото и изумруды, а бижутерия, то цена у неё всё равно немалая.— Одежда и драгоценности не её, — вещал Шерлок. — Посмотрите на её руки — на них никогда не было маникюра. А женщина, которая покупает такую одежду, обязательно будет ухаживать за руками. И колготки. Они очень дешёвые, такие даже не продают, а дают в подарок в продуктовых отделах супермаркетов тем, кто покупает продукты сразу на несколько дней. Волосы покрашены дешёвой краской, которая пересушила убитой волосы. Будь у неё деньги на дорогие наряды, она и краску бы купила хорошую. Одежда слегка поношенная, а туфли совершенно новые, она проносила их не более двух-трёх часов, и только в помещении — на подошве всего лишь несколько царапин. Пройдись она в них по улице, царапин было бы больше. И туфли хотя и качественные, гораздо дороже тех, что могла позволить себе убитая, однако намного дешевле одежды. Обувь той, в чью одежду она переоделась, не подошла ей по размеру, и убитой купили новые.Лестрейд кивал, принимая информацию к сведению. Всё шло как обычно, но была какая-то тревожная нота, диссонанс.— Господин инспектор! — подбежал полицейский из оцепления. — Там вроде бы свидетель нашёлся.Глянул на Шерлока и спросил:— А кто это, сэр?— Приглашённый консультант.— Сэр, а он «колёсами» не балуется?— Нет, — быстро ответил Лестрейд.«Старею, — добавил он мысленно. — Стал терять хватку».Служба в уличном патруле быстро обучает замечать малейший неадекват у прохожих, в том числе и наркотическое опьянение. И этот навык остаётся навсегда. Но Лестрейду не хотелось верить, что Шерлок опять стал принимать наркотики. Ведь три года у него не было ни одного срыва. Лестрейд надеялся, то Шерлок завязал с наркотиками окончательно.Но как только что выяснилось, не завязал.«Пока Шерлок принял что-то лёгкое. Покрепче экстази, но не намного. Однако скоро он опять начнёт употреблять кокаин и героин».Лестрейд приказал Донован допросить свидетеля, полицейскому — вернуться в оцепление, а сам подошёл к Шерлоку, схватил его за лацкан пиджака и потащил к фургону ПКЛ, передвижной криминалистической лаборатории.— У нас был договор, — сказал Лестрейд. — Я позволяю тебе заниматься расследованиями, а ты не принимаешь наркотики.— Я не... — начал было Шерлок.— Андерсон! — окликнул Лестрейд судмедэксперта. — Возьми у него кровь на анализ. Бригс, Уайтли! — подозвал двух полицейских и толкнул к ним Шерлока. — Обыскать и оформить задержание на трое суток за противодействие полицейскому расследованию.— Это я противодействую?! — возмутился Шерлок. — Да я...— Ты нарушил договор, — оборвал Лестрейд.— О, наш дорогой психопат опять принялся за старое, — злорадно проговорил Андерсон. — Бывших наркоманов не бывает, так, Шерлок?Лестрейд смерил и Андерсона, и Шерлока досадливым взглядом и пошёл к Донован, которая разговаривала со свидетелем.На ходу достал телефон.— Бетерж? Привет, старина! Это Лестрейд. К тебе сейчас привезут Шерлока Холмса... Да-да, тот самый ненормальный гений. Запри его в камеру с наркоманами. Если понадобится, перетасуй комплектование камер, но сидеть Шерлок должен только с наркоманами. Я хочу, чтобы он во всех подробностях увидел, что такое настоящая ломка и насколько нерасторопна в таких случаях бесплатная медицина. Что? Нет, сам он пока что не наркоман в полном смысле слова, хотя до этого уже недолго осталось. Но Шерлок ещё может остановиться, поэтому я его к тебе и отправляю. Да, конечно, и ужин у Юсуфа, и его знаменитый кебаб я тебе обеспечу сегодня же вечером. Хорошо, пусть завтра. Заодно познакомлюсь с твоей невестой. Ну всё, давай. Удачи...........................— Я настаиваю, чтобы моего брата отпустили под залог, — сказал Майкрофт.— Обращайтесь к адвокату, сэр, — ответил Лестрейд. — Но пока он оформит все формальности, пройдёт как раз трое суток. Я об этом позабочусь.— Не имеете права! — возмутился Майкрофт. — Это превышение властных полномочий.— Ну так увольте меня, сэр.— Я предпочитаю, чтобы вы оставались на своём месте и занимались делом, инспектор.Лестрейда самодовольные и самоуверенные физиономии Холмсов раздражали всегда, но если от Шерлока была ощутимая польза, то Майкрофт — всего лишь заноза в заднице.Лестрейд придвинул Майкрофту заключение экспертизы.Тот взял лист, прочёл. Самодовольство как ветром сдуло. Лестрейд несколько мгновений с удовольствием созерцал бледный вид и растерянность Майкрофта.— Сэр, теперь вы согласны с тем, что трёхдневная отсидка подальше от точек распространения наркотиков пойдёт Шерлоку на пользу?Майкрофт кивнул и вышел из кабинета...........................По дороге домой Лестрейд зашёл в кондитерскую купить лакричное ассорти для Маришки. А после немного прогулялся в парке — это помогало успокоиться, сбросить напряжение.К концу прогулки вспомнил, что у Марины сегодня вечернее дежурство. Возвращаться в пустой дом не хотелось, и Лестрейд зашёл поужинать в небольшое уютное кафе.На его любимом месте в углу сидел Майкрофт.Лестрейд нахмурился. Что могло понадобиться этому типу в мелкой забегаловке дешёвого квартала?На столе перед Майкрофтом стояла кружка пива и тарелка жареной картошки с сосисками. Съел он, судя по всему, несколько ломтиков, если вообще ел.Майкрофт смотрел в окно. На аллейку, по которой Лестрейд должен пройти, возвращаясь домой.«Он ждал меня? Но зачем? Какого чёрта ему опять надо? И почему он один, без этой своей свиты?»От позы Холмса-старшего веяло отчаянием и безнадёжностью.Лестрейд подошёл, прикоснулся к плечу Майкрофта.Тот вздрогнул, резко обернулся. Увидел Лестрейда и припал губами к его руке.Лестрейд с растерянностью смотрел на его склонённую голову. «Он говорил правду?! Я действительно ему нравлюсь? Этот тип и в самом деле способен на нормальные человеческие чувства?»Лестрейд левой рукой осторожно погладил Майкрофта по волосам, высвободил правую руку.— Что-то случилось,.. Майкрофт?— Нет... Ничего сверх того, что уже есть.— С Шерлоком всё наладится. Бетерж присмотрит за ним, поэтому, если возникнут осложнения, в медсанчасти будут гораздо расторопнее, чем обычно. Трёх суток как раз достаточно, чтобы полностью очистить организм. А когда Шерлок выйдет, я суну ему все архивные глухари за последние лет семь. Он займётся делом, и времени на глупости не останется.Майкрофт кивнул. Лестрейд сел за другую сторону столика, заказал ужин.Когда официант ушёл, Майкрофт робко, самыми кончиками пальцев, погладил кисть Лестрейда.— Нет, — ответил тот. — Я пока не готов к этому. И не знаю, буду ли готов. Поэтому не хочу обнадёживать.Майкрофт покорно кивнул.— Ты всё ещё любишь Алексея Агапова? — спросил он.— Мёртвых нельзя любить. Алекс умер полтора года назад.— Его дочь осталась с тобой.— Марина и моя дочь!— Я понимаю... — тихо сказал Майкрофт.— Алекс не любил Лондон, не доверял ему... Правильно делал, как оказалось. Мне нельзя было настаивать на их переезде.— Ты не должен винить себя! Несчастные случаи бывают везде. Попасть в аварию Агаповы могли и в России.Лестрейд отрицательно качнул головой.— Лондон убил Алекса и покалечил руки Марины. Хотя переломы залечили даже успешнее, чем ожидалось, однако пианисткой она не будет уже никогда.— Но Марина успешно учится медфакультете. Все говорят, что она будет очень хорошим врачом. Марина ведь хочет стать психиатром?— У неё настоящий талант возвращать людям душевное равновесие. И она работает на полставки санитаркой в общей терапии, чтобы было побольше настоящей медпрактики. На следующий год Марину должны взять медсестрой в психосоматическое отделение. Тоже на полставки, чтобы не мешать учёбе.Майкрофт кивнул.— Она умная и сильная девочка. Смогла начать новую жизнь, в которой будет счастлива.Официант принёс ужин — всё ту же картошку с сосисками, взял оплату, ушёл.Майкрофт спросил:— Я и правда выгляжу так, как будто собираюсь причинить зло собственному брату?— А? — растерялся Лестрейд. — Нет-нет, что ты, нет.— Значит, правда. Но это не так! Я хочу для Шерлока только добра... У меня нет никого дороже, чем он.— Я знаю, — кивнул Лестрейд.— Ты позволишь сказать то же самое и о тебе?— Я... Нет. Мне трудно представить, что между нами возможны постоянные отношения. А обычный перепихон тебя вряд ли устроит.— Я хочу быть с тобой всегда. Но как и когда это будет, и будет ли вообще, решаешь ты.Лестрейду стало не по себе. Покорность этого самоуверенного и властного человека пугала своей неправильностью.— У тебя фарфоровая тарелка, — сказал Лестрейд. — Здесь их дают только постоянным клиентам. Обычных кормят из пластиковых.Майкрофт смутился. Лестрейд проговорил:— Неужели во всём Лондоне ты не мог найти никого лучше меня? Кругом полно красивых молодых парней! Такому, как ты, надо только пальцами щёлкнуть, и они сами в постель запрыгнут — хоть оптом, хоть в розницу.— Мне нужно не это.Лестрейд опустил глаза.— Ты сделал неудачный выбор, — сказал он. — Самый неудачный из всех возможных. Вечный инспектор без надежды на повышение, потрёпанный и обветшалый бесперспективник.— Грег, ты хоть помнишь, сколько тебе лет?— Я родился в...— Тебе тридцать один, Грег. Ты всего лишь на год старше моего брата. Все, даже ты сам, видят только седые волосы и усталость. Но на самом деле ты молод. У тебя вся жизнь впереди.Лестрейд молчал растерянно.— Я чувствую себя стариком... — проговорил он после долгой паузы.— Однако на самом деле ты молодой парень. Не юноша, но и не зрелый муж, тем более не старик.Лестрейд отрицательно качнул головой.— На самом деле человеку столько лет, насколько он себя чувствует. И паспортный возраст здесь ни при чём.— Тогда зачем превращать себя в старика? Не лучше ли чувствовать себя юношей?— У меня это и в восемнадцать лет не получалось. Сейчас тем более не получится.Майкрофт усмехнулся.— Ты упрям. Но я всё же попробую тебя переубедить.Лестрейд скептично хмыкнул.«Главное, — подумал Майкрофт, — что он не прогнал меня и не отказался».— Каким был Шерлок в детстве? — спросил вдруг Лестрейд. — Как ни старался, не смог представить его ребёнком.— Он был похож на эльфа, — светло и мягко улыбнулся Майкрофт. — Не на этих высокорослых остроухих смазливчиков из фэнтези, а на настоящего эльфа из легенд о Томасе-Рифмаче и «Питера Пена». В детстве Шерлок был весёлым и открытым, для него все люди были друзьями. Мне он казался немного непоседливым и шумным, но это из-за того, что сам я во многом был увальнем. Но при всей своей сверхэнергичности Шерлок был очень добрым и некапризным, поэтому мы легко поладили. Поначалу я долго не замечал его, для детей разница в семь лет — огромная, практически неодолимая пропасть. Но вскоре после того, как мне исполнилось десять, я вдруг увидел Шерлока, сидящего среди множества игрушек. Это произошло именно вдруг, потому до того я брата не замечал. Да и в то утро я видел не столько Шерлока, сколько его игрушки. Все мои игрушки родители за несколько дней до этого забрали, сказали, что я уже слишком большой для игр, что мне надо думать об учёбе, а не о детских забавах.— Ипс... — только и смог произнести Лестрейд. Услышанное не укладывалось в голове. Как можно отобрать у ребёнка игрушки? К тому же у собственного сына. Самому Грегу родители дарили игрушки по любому поводу до тех пор, пока он сам окончательно не потерял к ним интерес. И всегда сами играли с сыном и его друзьями и в супергероев, и в Робина Гуда, зачастую вовлекая в игры родителей Греговых друзей.При этом сетовать на школьную успеваемость Грега и его друзей родителям не приходилось никогда.А Майкрофт продолжал рассказывать:— Поначалу я возился с Шерлоком только потому, что это было поводом для игры, чтения сказок и просмотра мультиков. Он уже тогда был очень умным и способным, поэтому быстро научился в полной мере воспринимать книжки и фильмы, предназначенные для детей моего возраста. Самому мне родители ни за что не позволили бы такие глупости, но поощряли заботу старшего брата о младшем. Однако заботиться о ребёнке и не привязаться к нему всей душой невозможно. Сначала я ждал своего отъезда в школу-пансион как исхода в Землю Обетованную и заранее придумывал поводы не приезжать домой на каникулы, но вскоре стал изобретать поводы не уезжать. Я боялся оставлять Шерлока одного. Он тогда был слишком эмоциональным и открытым, а потому ранимым. Понимаешь, о чём я?Лестрейд кивнул, хотя и не понимал почти ничего. Как надо было обращаться с детьми, чтобы мягкий добродушный увалень превратился в ядовитого и высокомерного интригана, а весёлый и дружелюбный эльф стал желчно-агрессивным социопатом?— От пансиона мне, конечно же, отвертеться не удалось, — говорил тем временем Майкрофт. — Я звонил Шерлоку каждый день, но телефонного общения оказалось мало. Я упустил момент, когда Шерлок стал необратимо меняться, причём не в лучшую сторону. Наша дружба разладилась, и однажды брат сказал, что ненавидит меня. Однако что бы он ни говорил и ни делал, я всё равно люблю его. Очень люблю.— Я вижу. И любой видит.— Кроме Шерлока. Он по-прежнему меня ненавидит. И я не понимаю, за что. В чём и когда я допустил ошибку? Почему брат видит во мне врага?— Всё ещё наладится, Майкрофт. Я постараюсь дать Шерлоку побольше дел, когда он работает, то становится более адекватным, и с ним можно хоть как-то общаться.— Ты так добр ко мне. — Майкрофт взял руку Грега, стал мягко и бережно целовать, лизнул складку между большим и указательным пальцами.Лестрейд высвободил руку.— Майкрофт, прости, но... — Лестрейд не договорил.— Я понимаю. И ничего не прошу. Просто позволь мне хотя бы иногда быть рядом. Клянусь, я не буду тебе мешать!— Майкрофт, но ведь так нельзя. Человек не должен превращать свою жизнь в чью-то тень.— Без тебя у меня нет жизни.Лестрейд пробормотал растерянно:— Я... Мне нужно время. И... Майкрофт, зачем тебе это? Кто ты и кто я...— Не ты ли гордился отсутствием предрассудков? Грег, если бы я был палестинским эмигрантом с пособием по безработице, ты не был бы столь насторожен.— Расовая и социальная принадлежность не имеют никакого значения. Главное в самом человеке, а не в его статусе.— Но правительственного чиновника человеком считать господин инспектор не желает. Я вынужден признать, что основания для этого есть — большинство из нас действительно озабочены лишь карьерой и плевать хотят на нужды налогоплательщиков, за счёт которых живут. Но не все чиновники такие. И я докажу вам это, инспектор.— Вам нет необходимости утруждать себя, сэр. — Грег встал из-за стола. — У каждого из нас своя служба и между собой они никак не связаны. А сейчас я вынужден вас оставить. Мой рабочий день давно закончен, и я надеюсь хотя бы немного отдохнуть перед тем, как меня снова вызовут на место преступления. Всего хорошего, сэр.Грег ушёл. Майкрофт смотрел на него в окно. Это безнадёжно. Грег не подпустит его ближе, чем на расстояние столика в кафе.Или шанс всё же есть? Очень маленький, почти что призрачный, но есть. Однако для того, чтобы он стал реальностью, Майкрофт должен убедить Грега не только в серьёзности чувств, но и в своей социальной полезности.И вторая задача будет гораздо сложнее первой. Но отступать не в привычках Майкрофта Холмса.