Дело было вечером или Ужасы старого дома (1/2)
Вернувшись в свою комнату, девушка прежде всего поспешила переодеться в сухую одежду и вытереть полотенцем волосы, с которых продолжала каплями стекать дождевая вода. Открыв дорожную сумку, Хару достала из неё сменную одежду и задумалась о том, а что ей, собственно говоря, надеть. Она могла выбирать сейчас между миленьким нарядным розовым платьем с пышными короткими рукавами и с расклешенной юбкой и голубого оттенка летней юкатой с широким красно-жёлтым поясом. Другой одежды девушка, привыкшая обходиться одним форменным платьем, не посчитала нужным с собой взять, о чём сейчас и жалела. Она совсем уже решила было надеть розовое платье, но вспомнила о том, что едва ли уместно надевать его тогда, когда ей предстоит готовить ужин, ведь это был её один-единственный праздничный наряд и девушке не хотелось бы его испортить во время приготовления еды. Что же до юкаты, то Хару сомневалась относительно неё только лишь потому, что ей прекрасно было известно о том, как сильно Масаши "любит" всё традиционное. Памятуя о нетерпимости своего господина к национальной одежде, девушка опасалась надевать юкату из-за того, что это могло ещё больше его разозлить.
Тем не менее, ходить в промокшем насквозь платье тоже оказалось невозможным, так ведь недолго было и простудиться. А потому Хару поспешно стянула с себя мокрую одежду и принялась переодеваться. При этом она прислушивалась к тому, что делается сейчас в коридоре и не слышно ли звука приближающихся к её комнате шагов. Девушке ведь вовсе не хотелось, чтобы парень увидел её совсем раздетой, а такое вполне могло случиться, если учесть, что его бесцеремонность просто зашкаливает, а двери в традиционном доме не имеют замков и их запросто можно открыть в любой момент.Наконец, с переодеваниями было покончено. Хару поправила пояс юкаты и подошла к висевшему на стене комнаты зеркалу.
- И всё-таки, это были слёзы, а не дождь... - пробормотала девушка, заметившая, что у неё, вернее, у её отражения в зеркале, глаза выглядят покрасневшими. - Интересно, почему я на этот раз не смогла выдержать всех этих оскорблений? Не в первый раз, не в пятый и даже не в десятый раз уже господин Масаши называет меня отребьем и ничтожеством, да и господин Исами тоже как-то сказал ещё очень давно, что таким как я, лучше бы и на свет не появляться, а господин Масаши только повторил сейчас его слова... Но почему там, в особняке, если они все мне это говорили, я почти никогда не плакала, не считая пары случаев, когда я ещё только начинала там работать, а тут разревелась в первый же день по приезду? Может быть, это потому, что там я чувствовала поддержку Читоми, Таечки и Хидео-сана, тогда как тут я одна и рассчитывать я могу только лишь на себя саму? Да, наверное, всё дело именно в этом... Ну, что же, в конце концов, я ведь знала, на что шла, когда согласилась на эту поездку, так чего теперь слёзы-то лить попусту? К тому же, если Читоми узнает, что я плакала, вместо того, чтобы действовать, она меня уж точно не похвалит. А потому, нужно успокоиться... Ну же, давай, Хару, у тебя всё получится! - улыбнувшись через силу своему отражению в зеркале, сказала девушка. - Так... Ну, а теперь - на кухню. Нужно немедленно начинать готовить ужин.Сказав так, она поправила слегка растрепавшиеся волосы и, помахав в шутку рукой своему отражению, поспешила на кухню.*****
Но не только девушка чувствовала себя сейчас мягко говоря, неловко. Вернувшись с террасы в дом, Масаши поспешил сбежать в свою комнату, где, привалившись спиной к колонне, попытался привести в порядок свои мысли и хоть немного успокоиться.И дело было не в том, что он снова наговорил Хару множество всяких гадостей - для него это дело было привычное и особенных эмоций не вызывающее. Куда больше парня тревожил сейчас совсем другой факт. А именно то, что выйдя на террасу для того, чтобы высказать зарвавшейся, потерявшей всякий стыд и всякую совесть прислуге всё, что он о ней думал, младшенький из братьев увидел то, чего, в общем-то, увидеть не ожидал.- Проклятье! - выругался парень. - Да что же это такое происходит?! Почему я чувствую себя сейчас так... так странно?!Масаши даже зажмурился, прогоняя прочь картинку, вдруг возникшую перед его мысленным взором. Хару в голубом платье, промокшем до нитки, которое облепило её стройную фигуру и позволило увидеть всё то, что обычно было скрыто от постороннего взгляда. Словно наяву парень снова увидел все изгибы и выпуклости её стройной фигуры, облепленной мокрым полупрозрачным от воды платьем, и от этого он вдруг почувствовал, как жар приливает к его щекам, как если бы вдруг у него поднялась температура.- Чёрт, чёрт, чёрт! - снова выругался младший из братьев. - Да что же это такое со мной творится-то?! Почему один вид этого отребья вызывает во мне такие странные чувства и эмоции? Что вообще со мной происходит в последнее время? Неужели я... схожу с ума? Да, наверное, именно так всё и обстоит: я, по всей видимости, просто тронулся головой и из-за этого порой ощущаю себя так, как если бы вдруг стал кем-то другим.Он с досады ударил кулаком о соседнюю колонну, но это не принесло облегчения. И уже, совсем неожиданно для парня, его мысленный взор нарисовал и вовсе уж невероятную картину: Хару, бывшая уже совершенно раздетой, если не считать корсета, коротких панталончиков и ажурных чулок и лежавшая на кровати, раскинувшись там в совершенно бесстыдной позе. Во взгляде той, "не настоящей" Хару, было столько томной неги и вожделения, что, должно быть, эти чувства невольно передались и ему, потому что внезапно парень почувствовал странную, почти болезненную тяжесть между ног, а жар с его щёк, ставших совсем уже пунцовыми, распространился по всему телу, словно бы обдавая его горячей волной истомы.- Чёрт... - уже не произнёс, а, скорее, простонал Масаши. - Что же это вообще такое? Не по-ни-ма-ю!
Он даже головой затряс, чтобы прогнать ту картинку, которую услужливо нарисовало его воображение, но, кажется, сделал этим только хуже. Корсет на девушке в его воображении вдруг исчез, и, хотя "не настоящая" Хару поспешно закрыла грудь руками, выносить это больше уже не было никаких сил.Сорвавшись с места с такой скоростью, словно бы за ним гнались все черти ада во главе с Люцифером, парень выскочил из комнаты и, промчавшись по коридору со скоростью кометы, вылетел во двор. Он надеялся на то, что там, под прохладными струями дождя, ему полегчает.Так и случилось. Через несколько минут стояния под дождевыми струями он и вправду почувствовал себя лучше. Тяжесть из промежности исчезла, жар тоже почти прошёл, оставив только лёгкий румянец на щеках, и, что самое главное, парень снова обрёл способность здраво мыслить.- Ну и что это такое было сейчас, а? - Ни к кому не обращаясь, спросил Масаши. - Проклятье... Кажется, я понял, в чём дело. Это Шигеру во всём виноват, ну, точно! Вот вечно он всякие пошлости из жизни гейш и ойран рассказывает, а мне потом всякая дрянь чудится из-за этого! Нет, ну надо же, до чего дошло: уже это отребье в виде распутной девки мерещится! Ладно... Как только я приеду в поместье, я ему устрою. А пока... Вернусь-ка я в свою комнату.Сказав так, он развернулся и направился в дом.*****Между тем Хару, которая уже успела переодеться и разобрать продукты из принесённой с террасы корзины, была занята приготовлением еды. Девушка собиралась приготовить на ужин рис с жареным лососем, правда, она прекрасно помнила о том, что её господин терпеть не может рыбу, но... Что оставалось делать, если в корзинке, которую оставила им Чиоко, были только рис, лососина и немного приправ?
Немного подумав, девушка решила, что готовить тушёную или варёную рыбу - это для неё было бы сродни самоубийству, а вот если она обваляет её в панировке и зажарит в масле, то, возможно, её господин и не догадается о том, что это рыба, решит, что она приготовила куриные котлеты или что-то наподобие.
- Да, именно так я и сделаю! - с уверенностью кивнув, сказала сама себе Хару. - Итак, за дело!Она как раз была занята разделкой рыбы, когда в кухню зашёл парень, переодевшийся к этому времени в чёрные брюки, белую рубашку и тёмно-серый жилет поверх оной. В его волосах всё ещё сверкали капли воды, оставшиеся после холодного "душа" под дождём, который он сам себе устроил. В руках младшенький из братьев держал какую-то книгу.- Чего это ты тут делаешь? - поинтересовался он подозрительно оглядывая разложенные на разделочной доске куски рыбы.- А, это вы, господин Масаши, - оборачиваясь в его сторону, произнесла Хару. - Я смотрю, вы переодеться уже успели?- Успел, как видишь... - буркнул парень, отчего-то глядя куда-то в сторону. - И кстати, - нарочито холодным, можно сказать, ледяным тоном добавил он. - А мой вопрос так и остался без ответа.- К-какой ещё вопрос? - слегка заикаясь, произнесла девушка.
- По поводу того, чем ты сейчас занята... Я вижу, ты что-то готовишь, вот я и хотел спросить: что это ты тут затеяла стряпать? Уж не то ли, что я просто органически не переношу? Морковь, например... Или... рыбу?Хару вздохнула. Отпираться бессмысленно, это было ясно с самого начала.- Видите ли, господин Масаши, - произнесла она. - Дело в том, что я действительно собираюсь приготовить на ужин рыбу... Нет-нет, подождите минутку! - предостерегающе подняла Асахи руку, предвидя, что её господин сейчас закатит ей самую настоящую истерику. - Я не буду её варить или тушить, вы же ведь именно в таком виде рыбу не переносите, правильно? Я порежу рыбу на мелкие кусочки и, обваляв в панировке, зажарю её во фритюре. Будет очень-очень вкусно, обещаю. И даже вы, при всей вашей нелюбви к рыбе, съедите это блюдо с огромным удовольствием.- Вот как? - усмехнулся парень, подходя к ней. - Съем с удовольствием, значит? Ну уж нет... Я не-на-ви-жу рыбу, ясно?! Не знаю, блин, уже сколько раз я это тебе говорил, и, самое главное, сколько ещё должен повторить, чтобы до тебя, наконец-то, это дошло!
- Но у нас же ничего из продуктов кроме лосося, риса и приправ нет на сегодня! - воскликнула девушка. - Завтра днём я обязательно схожу в город и накуплю продуктов, а пока... придётся довольствоваться тем, что у нас имеется.
Масаши хотел было снова наорать на девушку, но почему-то передумал. То ли настроение не то было, то ли ещё что-то. Вместо этого парень отошёл в сторону и, от нечего делать, принялся разглядывать интерьер кухни.Увиденное решительно ему не понравилось. И дело было не только в слишком скромной на его взгляд обстановке, но и кое в чём другом.Внезапно внимание младшего из Блистательной семейки привлекло к себе безобидного вида насекомое ползущее по стене по своим делам. Парень несколько секунд пристально смотрел на это самое существо, как если бы поверить не мог тому, что он увидел. После чего резко обернулся в сторону девушки и, указав на животинку, продолжавшую неспешно ползти по стене, громко спросил, указывая при этом пальцем на насекомое:- А это ещё что за живность такая?Хару обернулась в ту сторону, куда указывал её хозяин.- А... эт-то? - переспросила она, непроизвольно начав заикаться, так как уже не знала, чего ей от него дальше ждать. - А эт-то, господин Масаши, эт-то - таракан.Парень фыркнул.- Вот дура! Без тебя знаю, что это таракан! Я не спрашиваю у тебя как эта тварь называется, я спрашиваю у тебя, отребье: что этот таракан делает в моём доме?Асаги окончательно растерялась.- Ну, это... - протянула девушка. - Господин Масаши, я правда, не знаю, что тут делает этот таракан. Но, полагаю, он тут живёт, в этом доме. А сейчас, наверное, учуял запах готовящейся еды и вылез, чтобы посмотреть, чем бы ему тут поживиться.- Пакость какая! - поморщился младшенький из братьев. - Делай, что хочешь, но чтобы эта мерзость тут больше не ползала, ясно?- Ох... - покачала головой Хару. - Ну и что, по-вашему, я могу с ним сделать? Ну ладно, если вам так этого хочется, господин Масаши, я могу его сейчас чем-нибудь стукнуть.- Не надо, оставь! - поморщившись, словно от зубной боли, произнёс парень. - Мне, знаешь ли, для полного счастья только и не хватало, что на размазанных по стенке тараканов любоваться... А, и, кстати, - добавил он. - Если ты думаешь, что я буду есть жареную рыбу, то лучше забудь об этом. Я не ем рыбу. Вообще. Совсем от слова никак. Ни в каком виде: ни в варёном, ни в тушёном, ни в жареном, ни в каком-либо другом, ясно?
- Но она же будет очень вкусной! - воскликнула девушка. - Вы даже не пробовали её, а уже говорите, что не будете есть ни за что на свете!- А мне эту гадость и пробовать не нужно, - ухмыльнулся парень. - А, хотя, ладно, - добавил он, минуту подумав, после чего внезапно сменил гнев на милость. - Если ты так на этом настаиваешь, я, так и быть, попробую эту твою рыбу, хоть и знаю, что будет мерзость несусветная. Но за это, - с усмешкой добавил он. - За это ты мне окажешь кое-какую услугу, отребье.- Услугу? - удивилась Хару. - И в чём же эта услуга будет заключаться? Надеюсь... Ничего такого... ужасного вы от меня не потребуете?- Нет, конечно же, - усмехнулся Масаши. - Ничего ужасного от тебя и не требуется. Я просто хотел, чтобы ты послушала, как я буду читать вслух книгу. Да, вот эту самую, - добавил он, продемонстрировав Хару не очень толстую книжку в бордовом переплёте.