Часть 16 (1/1)
***************************Выехали без лишней спешки, но в темпе. Кунсайд таки воспользовался любезным предложением своего принца и захомутал его Найтмера – тот и правда был быстрее. Эндимиону осталось договориться с Фройстом, который отнесся к чужаку с потрясающим безразличием. Зато Репейник барда явно узнал и с удовольствием схрумкал подсоленные сухарики, которыми посол его угостил. Фройст подношения не принял, но и не норовил тут же сбросить наземь.Конечно, лошади еще были, и можно было не зацикливаться на одной. Но – где гарантия, что лошадь не попробуют заколдовать? И если та начнет себя странно вести – как это узнать, если сидишь на ней впервые и не знаешь, что для нее странно, а что норма? Фройста же Эндимион знал не первый год, равно как и Фройст его. Буланый конь полагал, что раз уж хозяин еще не проломил голову этому ненормальному двуногому, то и ему, Фройтсу, этого делать не стоит.
Одним словом, они выехали из ворот замка, и Энд тут же натянул на голову капюшон. Никаких следов отличий или знаков, по которым в нем можно было бы угадать, кто он есть, при нем не имелось. Мало ли, куда несет человека в черном плаще и на сером коне? Мало ли,зачем с ним спутник на гнедом? Едут себе и никого не трогают – не будем и мы трогать…
Какими-то переулками и подозрительными местами они выбрались к городской стене, спокойно миновали ворота (Эндимион коротко бросил страже «по поручению Гвардии» и те не стали уточнять) и очутились на дороге-В какое это поле нам надо? – не выдержал бард-Да любое-А зачем?-Мне, с Террой пообщаться.
-Чего?!-С Террой, говорю. Ну, с планетой.
-Чего-чего?! – в глазах посла появилось явное опасение, что его собеседник не в своем уме-Только хранительница может говорить со своей планетой, если она наделена даром брать ее силу и ею сражаться…-Ну вот, ты все и сам знаешь. А на Терре – все не как улюдей, здесь не хранительница, а я.
-И она тебя слышит? Планета – это ведь «она» а не «он» - как же тогда?-Не знаю. Но слышит – факт. Хоть и хреново, особенно если с принцессами планет сравнивать. Впрочем, не так уж это мне мешает. За возможность общения я бы правую руку не отдал. Да и левую, по правде сказать, тоже.
-Это ты вот о чем сейчас говорил?-Да о руках же…-Нет, что ты в виду имел? Мне обе нужны, что левая, что правая, я как бы бард…
-Ну а я как бы воин. Так получилось, что когда я был мелочью сопливой, и ходил пешком не только под стол, не было ментора, который взялся бы учить «зеркальному» бою. Хорошо, что хоть классический нашелся.
-Говори по-людски! – не выдержал посол – А то я сейчас тоже про сольфеджо начну!
-«Зеркальный» он же обратный бой – это бой с левой руки – принялся за пояснения принц – включает в себя все те же элементы что и обычный, но выполняется не десницей, а шуйцей.
-А тебе нафи…- Сейя почувствовал, что тлетворное влияние Гвардии с ее простым армейским говором, оставляет на нем свои следы, и быстро поправился - То есть, зачем понадобилось?
-Затем, что я от рождения левша – улыбнулся Эндимион – Но учили меня на правую руку, так я и привык. Перебросить, в случае чего, клинок могу, но правой увереннее работаю. Отсюда же и выражения – класть правую руку про заклад. То есть, отдать за что-то важное. Ну я и уточняю: ни правой, ни левой не отдал бы.-Теперь понял – кивнул его спутник – Все-то у вас на Терре непонятно, все-то надо спрашивать…-Поверь, если бы не дай небо меня занесло на Кинмоку – были бы вы бедные от вопросов. А уж если бы Джеда занесло…-Не надо! – немедленно запротестовал живенько представивший себе эту картину Сейя – Давай без излишеств! То есть, я вам всегда ради все такое, но…-Понимаю. Джеда сложно выносить, но он, поверь, того стоит.
-Да ты, как я погляжу, постоянно в лицо их ругаешь последними словами, а стоит им оказаться дальше полулиги – как немедленно выясняется, что житьты без них не можешь-Не могу – серьезно кивнул принц – Надо же в жизни хоть что-то такое иметь, без чего жить нельзя?-А Серенити?-Ты специально?-Прости. Не хотел. Вырвалось. Но давай вернемся к твоим лордам?-Тебе правда так интересно?-Да. Я все пытаюсь разобраться, это патологиятеррианского менталитета, или вы и правда такие… странные-Мы и правда странные. Люди обычно дружат, исходя из общих взглядов на бытие и собственной схожести: не внешней и не вкусовой, разумеется. В нашем случае все строго наоборот: мы переругались, как могли, надавали друг другу по шее, познакомились с самыми отталкивающими сторонами личностей друг друга в условиях, никак не пригодных для заведения дружественных уз. Но прошло некоторое время, выяснилось, что эти люди – обладатели неких достоинств, ради которых стоит потерпеть их тараканов в голове, к тому же, они проявляют не меньшую снисходительность к твоим собственным насекомым оттуда же. Притерлись, обвыклись, сработались. Узнали друг друга, и просто не наступаем на любимые мозоли.-Извини, что опять об этом вспоминаю, но по твоей «любимой мозоли», которую я только что задел, вчера только
Нефрит не топтался, и то лишь потому, что был в своей башне-А это и не мозоль. Вот если бы они мне стали рассказывать, что поверженных врагов надо добивать, чтоб потом не иметь с ними проблем – тут бы я мог и поспорить.-То есть, то, что я каждый день слышу – это еще не спор?-Что ты! Это так, дружеские парфянские стрелы, без которых жизнь начинает казаться серой и пресной. Если мы действительно поссоримся – пожалуй, дворец снесем. Лет в шестнадцать я очень круто поругался с Нефритом. Так круто, что уж не думал, будто мы сможем когда-то снова заговорить. Дошло и до рукоприкладства, и до поножовщины и до битвы магов. Все северное крыло замка, где это произошло, после этого не годилось к восстановлению. Не думай, что я этим горжусь: много чести, когда сила есть, а ума еще не нажил…-Как же вы помирились?-Говорю же: мы не ангелы. Просто за слова «Этот чертов пустоголовый придурок сунулся в самое пекло. Один! Он снова бросил меня! Снова решил справиться со всем сам!.. Я никогда больше не отпущу его одного, только бы он остался жив!» мы готовы платить не просто полновесным счетом. И нет здесь никакой романтики. Это я тут бессемейный приблуда, остальные, слава небесам, при родне – у кого какой, но все же. Просто… Мы просто нужны друг другу. И это не дружба в привычном понимании этого слова, не любовь, не содружество, не товарищество, не братство, и не какой-то высший ментальный контакт. Это все понемногу и ничто целиком. Я не знаю, как еще пояснить. Правда.-Надеюсь, что понимаю.-Рад, что смог удовлетворить твое любопытство.
-Ты всегда так запросто беседуешь с инопланетными гостями на деликатные темы?-Разве эта тема была таковой?-Вообще-то, считается что да-А мало ли, что там считается.
-То есть, пока дело не коснется… ты-знаешь-кого… все нормально?-Абсолютно.-Я могу считаться вашим… м-м… не-противником, а скорее, союзником, у которого полно своих тараканов в голове, но при этом, принимаемого с ними всеми?-Другом? Да, разумеется.
Этот простой ответ несколько обескураживал. Не то чтобы на Кинмоку не было понятий «дружба», но в такой форме, как она существовала на Терре, в рядах командного звена ее Гвардии… Нет, такое бард встречал впервые и оно затронуло чувствительные струны его бардовской души.