Глава 7 (1/1)
Год спустя известный всем Dispatch повергнул общественность в шок разоблачением новой пары знаменитостей, однако это были не ночные снимки замотанных по уши звёзд, которых и не узнать совсем, а полноценное интервью участника одной из самых популярных групп и сольной певицы, дебютировавшей относительно недавно с лирической песней, но уже подающую надежды на блестящую карьеру.Видео интервью, выпущенное на официальном сайте, быстро набирало популярность. Всем не терпелось увидеть, узнать и услышать о новой паре.
Новый формат был ещё не таким строгим, как привыкли смотреть люди, а простым, без пафоса и официоза, и всё проходило в дружеской атмосфере.Сидевшие за столом со специальным репортером, Намджун и Хоён отвечали на вопросы, смеялись над его шутками и понемногу рассказывали о своём знакомстве. Спустя полтора года отношений, за которые две личности уже хорошо узнали друг друга, притерлись, пережив столько всего, они вели себя спокойно.
Коротко рассказали про их знакомство в Америке, про то, что их отношения, в основном, были на расстоянии из-за занятости каждого. К концу интервью Намджун принёс какую-то вещь в подарочной упаковке и протянул её своей девушке.- Это мне? – недоумевала Хоён, принимая подарок, - а что это?- Открой – увидишь, - Намджун довольно сощурил глаза.Заинтригованная сюрпризом, девушка стала разворачивать относительно легкую вещь, уже понимая, что у неё в руках..- Гитара?!
- Ну, помнишь, ты сидела в беседке и играла на гитаре, напевая? Вот, тогда я нечаянно сломал твою, и пообещал себе подарить тебе новую взамен той. Прости меня.- Но… то, была не моя гитара..- Что? Как это? – спросил Намджун растерянно.- Та гитара, про которую я даже успела забыть, была не моя. Я её нашла там же в беседке. Но спасибо за подарок.Парень в задумчивости почесал затылок: - Похоже я должен моему другу новую гитару.Они переглянулись и одновременно рассмеялись над неудавшимся сюрпризом, вспоминая Майка с его вечеринкой, на которой судьба свела их вместе.***Атмосфера вокруг была настолько расслабленной, что хотелось раствориться в этом беспечном летнем вечере. Намджун лежал на тонком пледе, под которым чувствовалась мягкая трава. Внезапно налетевший ветер разносил салфетки и бумажные тарелки, которые Хоён не успела вовремя закинуть в корзину и теперь пыталась поймать, чтобы не мусорить на территории пансиона, где они остановились на отдых.- Оставь их, - Намджун приподнялся и положил голову на колени сидящей девушке, - я сам потом соберу.
- Но пока ты встанешь и соберёшь, они уже улетят, - не сдавалась Хоён. Её локоны голубого цвета уже были длинными и выбивались из под шляпы, щекоча лицо улыбавшемуся парню. Он поймал несколько и стал перебирать шелковистые волны своей лунной феи.
- Милая, что ты думаешь на счёт отпуска, который мы могли бы провести за границей? У тебя же осенью нет ничего в расписании?Хоён оставила бессмысленную затею собрать улетающие вещи, и обратила внимание своему парню, запуская пальцы в его отросшую челку, - Если я после этих выходных закончу съемки в последнем шоу, то до конца сентября я свободна.
- Мы могли бы поехать в Европу. Скажем, в Париж. Погулять там на Енисейских полях, посетить Лувр, ту же Башню. Романтика!- Может в более тихое место?Намджун рассмеялся и приподнял губы к верху, прижимая ими голубой локон к носу на манеру усов, - Что такое? Толпы поклонников замучили?- Не то, чтобы замучили. Но ты же видел, что я принесла с последнего фансайта, - девушка поймала свои волосы и избавила от плена, убирая за спину - Мне дарят детские вещи! Детские! И некоторые даже спрашивают не беременна ли я, только потому что, видишь ли, у меня появились щеки!Конечно, Намджун помнил шокированное лицо своей возлюбленной, когда она приехала с кучей детских шмоток, а он деловито выбрал несколько понравившихся и положил их к тем самым милым детским ботиночкам, которые купил в странном порыве ещё до знакомства с ней. Лично ему было приятно, что вместо ожидаемого неприятия и хейта, многие радовались за них и большинство Арми поздравляли его после выхода совместного интервью. Только Хоён ещё удивлялась и старалась обходить стороной большие скопления людей.- Ну, тогда давай поедем на Мальту! – предложил он оптимальный вариант, - Мы с ребятами там снимали Bon Voyage, крутое место. Тебе должно понравиться.Хоён нахмурилась, припоминая где находится эта загадочная Мальта, - Это в Европе?- Да, это небольшое островное государство, расположенное в Средиземном море.- Давай, раз оно маленькое. А ты разве не будешь занят?- Нет, мы на следующей неделе снимаем RUN BTS, одну рекламу, вот после этого я свободен! Только успеть надо записать текст и скинуть менеджеру почти готовую песню. Я могу это потом, на Мальте сделать. Так что через неделю можем вылететь.- Тогда я предупрежу Минсока, чтобы оставить расписание свободным.Намджун моргнул и простер руку в бок, - Малышка, ты зонт не взяла, да?- Нет, а что?- Кажется дождь начинается.Хоён приподняла голову и убрав руку с волос парня, вытянула вперёд ладонью к верху, - И правда, капает.- О-оу! Нам надо поторопиться. Не зря ветер так налетел!Вскочив на ноги, они принялись собирать свой пикник, устроенный с самого обеда. Роняющий салфетки и приборы Намджун, со своей длинной челкой на глазах больше мешал, чем помогал, но девушка смеялась от его громких воплей и успевала собирать все нужное в корзину. За какие-то минуты накрапывающий дождик превратился в бушующий ливень.
Намджун бросил попытку собрать мусор и улетевшую шляпу, протянул руку Хоён, перекрикивая шум ливня: - Оставь, потом заберём всё, побежали!
Они бросились в сторону арендованного домика, который остался за чертой парковой зоны, где они сидели и пока добежали до козырька, оба были мокрыми до последней нитки. Однако это не изменило их настроения, наоборот оба смеялись, хоть и были похожи на мокрых мышей.
Переводя дыхание, Намджун поднял руку и провёл ею по волосам, чтобы челка не лезла в глаза, как ему открылся потрясающий вид на свою девушку. Хоён стояла рядом в насквозь промокшем платье, которое сейчас облепило её фигуру как вторая кожа, не скрывая ничего, ни выпирающих ключиц, ни стройных линии бёдер. Она открыла дверь и подняла взгляд к нему. Будто накрашенные ресницы тонкими стрелами обрамляют карие глаза, любующиеся его телом. Капли воды стекают по гладкой коже, оставаясь мелкими каплями на сексуальных губах, что задержали сейчас взгляд парня. Кровь резко прилила к низу живота, заставляя сердце ускориться ещё быстрее.Нажав код от двери, Хоён повернулась к нему и замерла. Облепившая кожу футболка красиво обрисовала мышцы любимого, делая из него если не Аполлона, то точно какого-то древнегреческого бога, потому что нельзя вот так просто источать такие флюиды, кружа голову. Мокрые волосы, зачёсанные привычным движением руки, будто в замедленной съемке, падают на лоб, разбрызгивая оставшуюся воду на кончиках. Глазами Намджун будто уже съедает её, а пухлые губы блестят от кончика языка, собравшего влагу с нижней. Зрелище так завораживает, что девушка чувствует как температура между ними поднимается, несмотря на то прохладу из-за дождя. Но этот шикарный вид и такой горячий взгляд будоражат кровь похлеще холодного ливня, заставляя затаить дыхание.У Намджуна во рту пересыхает. Он сглатывает, и протягивает руки к девушке, приговаривая вмиг охрипшим голосом: - Иди ко мне, любимая!
Как корзина, бывшая в руках Хоён оказалась на столе, как они закрыли дверь, закрыли ли они её вообще, как снимали обувь и всю мокрую одежду, они вспомнят потом.Сейчас важны только два разгоряченных тела, которые прильнули друг к другу со всей страстью, что забыли обо всем на свете. Хоён заметила только то, как легко подхватил Намджун её на руки, а после они оказались внутри дома, не прекращая целоваться и она потонула с головой в безграничной любви напополам с удовольствием.
Намджун успел запомнить краем сознания то, как Хоён шагнула к нему, затем крепко обвившие шею руки, горячие поцелуи, лестницу к спальне и все осталось, осталось таким ненужным, неуместным, незаметным, по сравнению с горячей и сладкой кожи любимой, приятных тихих стонов и пожара в теле.Спальня поглотила их в темноту начинающихся вечерних сумерек, шум продолжавшегося ливня перекрыл все звуки внешнего мира, оставляя их наедине с собой, а прохладные простыни на кровати приняли в свои шелковые объятия двух влюблённых, поглощённых своей любовью.The end