4. Цветение (1/1)
– Он подозревает, - говорю я. – Муж мой.– Все подозревают, - откликается он. – Внимания не обращай.Я ему кофе наливаю. Рука дрожит, проливается чуть-чуть. Я смотрю на эту коричневую лужу, и глаз отвести не могу.Поймана.…Он приходит после закрытия. Я убираюсь, посуду мою. Он на стул садится, следит за мной.Там жарко, на улице – липкое, горячее лето. От одной мысли плохо только. И солнце садится – медленно, лениво.– Он думает, я люблю тебя, - не оборачиваясь. Так проще – не видеть, не думать. Только голос и есть. И ощущение – те самые мурашки по коже, что от предвкушения бывают.– А ты?– Не знаю.И оборачиваюсь. Он рядом стоит, за спиной у меня. Через стойку перебрался. Я как впервые его вижу – Томми, Томми, Томми – как в моих странных снах Томми. Я всегда его другом считала, но, видимо, в дружбе я тоже не разбираюсь. Как и в жизни семейной.Я неправильная какая-то, наверное.И он целует меня. Беспорядочно и жадно – в губы, в шею, куда придется. Быстро. Коротко – просто прикосновение, и все. Его руки смыкаются у меня за спиной, на талии. И ниже ползут, к бедрам.
Он меня к стойке толкает. Прижимает, тесно. Фартук развязывает, на пол роняет. И к молнии на джинсах тянется.Я его руку перехватываю. Удерживаю, останавливаю. Мы смотрим друг на друга – уже слишком близкие, чтобы быть чужими. Мы всегда слишком близкими были. Только я этого не понимала.– Я замужем.– И что? – у него голос хриплый, дыхание сбившееся. Мы рядом все еще. Сплелись, прижались друг к другу. У меня блузка полурасстегнута. Его рука – вторая – все еще на моих бедрах.– Я замужем, - повторяю. – Не могу.Он отпускает меня. В сторону отходит, подальше. Ни слова не говорит.Вот так.– Если я ему изменять буду, то и тебе могу.– Ты не любишь его.Я тебя люблю. Или нет?Я пуговицы застегиваю. Тугие, неподатливые.– Я замужем.Он вдруг усмехается. Нехорошо, непривычно. Таким я не видела его ни разу.
Таким он при мне никогда не был.– А если бы не была? Что, если бы ты вдовой была, Дженни?– Но я не вдова.…И ответ его, непроизнесенный, в воздухе повисает. Та самая наша фраза, мы слишком часто ее друг другу говорили.Все будет. Будет. Ты только потрепи.