Моё сердце тоже... (1/2)
"Казематы - самое отвратительное место на земле" - решил для себя Андерс, обозревая гигантские бронзовые статуи рабов, подпирающие карнизы. Они внушали ему священный ужас. Андерс поёжился и отступил в тень, стараясь не привлекать к себе внимания. Приходить сюда было опрометчиво с его стороны, но как-то надо было связаться с отцом Оливии. Пошедший искать Траска Хоук меньше всего походил на мага со своими широченными плечами, большими руками и взъерошенными волосами. Его скорее можно было принять за кузнеца или оружейника, пришедшего за рунами для мечей и доспехов.Разглядывая в ожидании Хоука тяжелые чугунные ворота, отделяющие магов от остальных жителей Киркволла, Андерс снова думал о том, как же это неправильно - лишать свободы за уникальный дар.
Гаррет вернулся очень быстро и встал рядом.- Удручающее местечко, - сообщил он. - Для Казематов здесь как-то маловато магов, тебе не кажется?- Их просто не выпускают за ворота, Гаррет.
- Тюрьма.Через пару минут к ним подошел Траск, буквально светящийся от счастья. У Андерса отлегло от сердца. После разговора с ним стало окончательно ясно, на чьей стороне храмовник.
- Моя дочь будет в безопасности, господа, и мне больше ничего не надо в этой жизни.
"И жизнь эта будет, видимо, короткой", - подумал целитель, анализируя ситуацию. Мередит умна, рано или поздно она вычислит Траска, и они ничего не смогут сделать. Но храмовник сам сделал свой выбор, и наверняка он прекрасно осознает все последствия своего решения. Времени оставалось мало.Оливию решено было вывезти через неделю вместе с двумя другими магами, которых Мередит отберет для усмирения. Андерс в очередной раз поразился циничности Рыцаря-Командора. Магов усмиряли по списку, согласно договору. Был бы человек, а повод найдется. Дух роптал, требуя решительных действий, и Андерс все больше с ним соглашался.Договорившись с Траском, они отправились в Верхний Город навестить монну Леандру. По мере приближения к поместью Андерс все больше и больше замедлял шаг. Было стыдно признаться даже самому себе, что он банально боялся. Честно говоря, даже в самых смелых мечтах Андерс не представлял, что когда-нибудь в его жизни будет такое простое, но значимое событие - знакомство с матерью любимого человека. Целитель задумчиво покусал губу. Впервые на его памяти он подумал про Хоука "любимый". Хотя это, конечно, очевидно, и все его чувства на виду с самого первого дня...- О чем задумался, любовь моя? - Толкнул его под локоть Хоук, попутно расплачиваясь с цветочницей. Целитель даже не заметил, как они остановились у цветочной лавки.Гаррет приобрел огромный букет солнечных гербер, и вручил его Андерсу:- Подаришь моей матери! - строгим голосом сообщил он. - Так о чем ты задумался?- О предстоящем визите, - ответил целитель, забирая цветы.Хоук понимающе хмыкнул.- Ты у меня странный, Андерс, - сообщил он, когда они уже приближались к поместью. - Бросаешься на пауков, на отряды храмовников, на бандитов, не особо обращая внимания на размеры и количество, а перед визитом к моей мамочке дрожишь, как юная невеста.Андерс сердито глянул на Гаррета.- Неудачное сравнение! - прошипел он и ускорил шаг.Не ожидавшая их визита монна Леандра обрадованно кинулась давать распоряжения начет обеда, после чего затискала и зацеловала старшего сына. Андерс решил, что монна Леандра совсем не похожа на даму из высшего общества. Дамам этим положено быть чопорными и сдержанными в проявлении чувств, однако монна Леандра не придавала этим правилам никакого значения. Гаррет еле вырвался из цепких объятий мамочки, чтобы представить, наконец, Андерса.- Мама, - сообщил он очень официальным тоном. - Это Андерс. Я его люблю.
Хоук слегка подтолкнул целителя в спину, тот сделал шаг вперед и решительно сунул монне Леандре букет. Женщина приветливо улыбнулась, забирая цветы, а затем повернула к Хоуку удивленное лицо:- В каком смысле любишь?Гаррет закатил глаза:- В том самом, мама, в том самом!В жизни Андерс не чувствовал себя настолько не к месту.- Но он же мужчина, сынок!Целитель устало закрыл глаза. Все начинается заново. Это было очень, очень плохой идеей - знакомиться с мамочкой Хоука. Словно почувствовав его смятение, Гаррет крепко обнял мага за талию.- Я просто хотел, чтобы ты знала, мама. А теперь скажи нам, что делать дальше: уходить домой или оставаться на обед?Монна Леандра всплеснула руками.- Домой? Еще чего! Располагайтесь, а я пойду посмотрю, что там у нас с обедом.Андерс удивился.
- Как-то монна Леандра легко приняла тот факт, что ты любишь мужчину, - ошарашенно произнес он.
- Трусишка! - прошептал ему на ухо Хоук, смеясь.- О, я еще на тебе отыграюсь! - зловеще пообещал Андерс.- Буду ждать! - Гаррет схватил Андерса за запястье и потащил на второй этаж. - Представляешь, мама обустроила для меня комнату в поместье, хотя я сразу сказал, что не буду здесь жить.Поднимаясь по ступеням широкой каменной лестницы следом за Хоуком, Андерс раздумывал над тем, что сам он был лишен семьи с двенадцати лет, и почти подзабыл - каково это - иметь мать.Комната Гаррета оказалась небольшой, но очень уютной. Кровать, шкаф для одежды, письменный стол и стул, два кресла. Огромное окно, занавешенное легкими шторами и ваза с ромашками на подоконнике. Внимание Андерса привлекла небольшая картина над письменным столом, на которой был изображен добротный фермерский дом, с трех сторон окруженный деревьями.
- Это мама нарисовала, - доверительно сообщил Гаррет, прижимаясь грудью к спине Андерса и укладывая подбородок тому на плечо. - Она любит рисовать. Наверное, если бы её должным образом обучили, она была бы художницей.
- Мне нравится, - просто сказал Андерс, не желая отрывать глаз от домика.
- Это наш дом в Лотеринге. Мама по памяти рисовала...- У тебя был дом, Гаррет. Дом и родители. - Андерс откинул голову на плечо Хоуку. - Знаешь, Гаррет, я считаю, что мне повезло. Повезло, что в Круг я попал только в 12 лет.И я помню, что у меня тоже был дом и родители. Повезло, что меня не усмирили. Повезло, что за год сидения в карцере я не умер и не сошел с ума. Повезло, что Дайлен вовремя призвал меня в Серые Стражи...- Это ты называешь везением ...Хоук не спрашивал, он удивлялся.- А еще, - целитель развернулся к Гаррету, обхватывая ладонями его лицо. - У меня появился ты, Зверюга моя. Я не знаю, что нас ждет дальше, я просто хочу любить тебя, пока...Целитель не стал договаривать, прикоснувшись губами к губам Хоука. И Гаррет ответил на поцелуй, странно нежный, без обычной дикой и необузданной страсти, долгий и ласковый, особенный.
Обнимая Андерса одной рукой, другой Хоук нащупал в кармане кольцо с изумрудом, которое он таскал с собой каждый день. То ли как символ, то ли как талисман, то ли просто ждал подходящего момента.- У меня есть для тебя подарок, любовь моя, - прошептал он целителю на ухо.Андерс вспыхнул. Наверное, в жизни ему дарили мало подарков, раз он так реагировал лишь на упоминание о них.Гаррет взял руку Андерса в свою и надел ему на палец кольцо.- Честно говоря, я думал, что это будет книга или посох, или зачарованный амулет, - смущенно улыбнулся целитель, рассматривая изумруд. - Кольцо - это несколько символично, не находишь?Хоук пожал плечами.- Возможно. Я хотел подарить тебе его очень давно. Нашел в сокровищах дракона, сразу подумал о тебе. Иногда я думаю о наших отношениях, Андерс. Мне кажется, что я любил тебя уже тогда, только совсем не понимал этого. Не понимал и не принимал. Я помню, как бежал к тебе в лечебницу с кольцом в кармане, как почти обезумел от ужаса, когда почувствовал, что тебя окружили храмовники. Как ругал себя за то, что не пошел с тобой, когда ты просил...Гаррет сильней прижал к себе целителя, снова утыкаясь ему в шею.- Ты мне предназначен, ты знаешь это?- Романтик, - Андерс усмехнулся, зарываясь пальцами в жесткие волосы Хоука. - Спасибо.***Монна Леандра была поистине уникальной женщиной. Андерс весь обед просидел красный, как вареный рак, пока Хоук откровенно веселился.
- Скажи-ка мне, Андерс, какие у тебя намерения в отношении моего мальчика? - вежливо осведомилась мамочка Хоука, элегантно нарезая грушу.
Целитель поперхнулся вином и спешно отставил бокал в сторону.- Самые серьезные, - выдавил он, нервно теребя рукой край скатерти.Монна Леандра довольно кивнула и принялась рассказывать о новой служанке в доме де Копьи, которая утверждала, что понесла от их сына Эмиля.
Андерс расслабился и принялся за салат.
- А свадьбу лучше всего сыграть весной в Ферелдене. Давеча моя подруга из Рэдклиффа прислала мне письмо, где настойчиво приглашала приехать. Ах, Ферелден так красив весной! Ты же помнишь,Гаррет?