Искупление. Конец. (1/1)
Кидайте, кидайте в меня тапками полностью!***-Арису, - как во сне проговорил Нацуно. Он приблизился к сестре, в то время как Анеко осталась стоять на месте. Попытался дотронуться рукой до щеки, но пальцы прошли сквозь пустоту. Призрак. Бестелесная душа, не имеющая плоти и крови. Лишь голографическое изображение без тела. Но юноша, словно заворожённый, смотрел в тёмные провалы глаз девушки, не смея даже шелохнуться. Кажется, миг – и она пропадёт. Исчезнет, как все его воспоминания о ней.-Почему? – опускает взгляд в пол. Раньше её глаза были яркого медового цвета. Тёплые. А сейчас совершенно мёртвые. В действительности её не должно существовать. Но она стоит прямо перед ним. Повзрослевшая, красивая, хотя всё с такой же по-детски наивной улыбкой.-Создатель заключил со мной контракт. По нему я должна была дарить искупление всем тем, кто придёт ко мне за помощью. Я сделала это ради тебя, Нацуно. Я знала, ты придёшь.-И ты все эти десять лет была здесь? В тёмной пещере, в полной тишине, в абсолютном одиночестве.? Ты все эти десять лет ждала меня?!-Да, - коснулась ладонью его плеча, будто действительно могла чувствовать тепло тела оборотня. Хотя, какое там тепло… Ведь он уже давно труп, не более… Анеко, до этого стоящая позади, очнулась, наконец, и смогла севшим от волнения голосом спросить:-Юки-кун, кто это?-Моя сестра, - ответил не глядя, - Юки-Койде Арису-тян. Сестра. В голове Мегуми отчаянно загорелось пламя горечи. Так это имя, которое Нацуно прошептал тогда, перед домом… было именем его сестры. И как она не догадалась. Ведь родственные связи часто намного дороже всех других чувств, всей любви и ненависти. И Хранительница была похожа на неё, как отражение в зеркале. Точно… Мысли Шимидзу с огромной скоростью складывались в части мозаики, которую она никак не могла отгадать на протяжении всего того времени, что она общалась с Юки. Внешность. Из-за внешности она напоминала Юки его сестру, а потому он сторонился её. Нет, он вообще сторонился людей. Пресекал все связи с ними. Наверное, Койде считал, что сможет таким способом не привязываться к людям и не терять их. Ужасная, но в чём-то правдивая логика.-Эта девушка… - Арису обратила внимание на Мег. – Кто она для тебя?-Не знаю, - честно ответил Нацуно. Розоволосая встрепенулась. Раньше, она была уверена, он точно бы сказал «никто».
-Тогда её существование тебе безразлично? – мягко улыбнулась.-Наверное, - отстранённо уставился в пол. – Почему ты говоришь об этом?-Знаешь, я долго думала, - маска упала на пол, - и нашла способ обойти наш с Создателем договор. Я решила, что соберу все четыре души, а также тех, кто следовал за ними, и смогу оживить тебя вместе со мной. Я ведь умерла обычной смертью. Мне незачем искупление. Я ни в чём не виновна. Но я могу вернуть себе жизнь, и мы навсегда будем вместе…-Так вот, зачем ты собрала нас здесь, - затуманенные болью аметисты снова поднялись вверх, внимательно оглядывая Призрака. – Ты убьёшь их и сможешь ожить? Сможешь быть со мной?-Да, - губы Арису задрожали. – Я мечтала об этом все десять лет. О том, как мы сможем взяться за руки, и ты снова засмеёшься, снова побежишь вместе со мной за мороженым, а потом мы целый день будем играть. Я была заперта в эту клетку, но мои мечты не дали мне стать ЕГО куклой. Я не потеряла рассудок. Моя душа не форматировалась. Поэтому, Нацуно, я жду лишь твоего согласия. Скажи «да», и всё станет как прежде. Как десять лет назад. Оборотень молчал. Нет, нет никаких сомнений насчёт его выбора. Так почему же он медлит? Тацуми напрягся. Он не помнил, как попал сюда, однако слышал весь диалог этих двух идиотов. Тело было настолько слабым, будто его провернули через мясорубку, а потом заново собрали. Киришики не мог пошевелить ни одним мускулом, даже голову поднял с трудом. Сквозь сжатые зубы прохрипел из последних сил:-Придурок, угробить нас решил?! Парень обернулся. Странное ощущение. Вот он – тот, кто пару дней назад с лёгкостью мог убить его одним ударом – сейчас сам на грани смерти висит на цепях и с ненавистью глядит на него. Жёлтые глаза буквально испепеляют Юки.-Ты вообще о ком-нибудь, кроме себя, печёшься? Стоишь и обсуждаешь наши «жизни» со своей сестрёнкой, а позади тебя рыдает девушка, которая любит тебя больше всех на свете! Неужели ты настолько бездушная сволочь, Нацуно?!Койде обернулся. Да, правда. Анеко стоит на коленях, закрыв лицо ладонями, и тихонько всхлипывает. Почему она плачет? Ведь они с ней даже не друзья…-Нацуно, не слушай эту девушку, - Тору с трудом разлепил губы. – Я же знаю, что ты не такой бесчувственный, каким хочешь казаться. Ты ведь мой друг, а когда тебе стало плевать на друзей? Погляди в мои глаза и пойми, как сильно я дорожу тобой!Юноша вздрогнул. Даже не глядя на Муто, он понимал, что тот говорит правду. Почему?-Юки-сан, поверь, я давно хочу умереть, - тихо прошептала Сунако. – В моём существовании нет смысла, и лишь Сейшин пытается уверить меня в обратном. Но рядом с тобой плачет живой человек. Зачем ты хочешь лишить её жизни? Ведь в глубине души она тебе симпатична, правда?-Заткнитесь! – скрипнул зубами. Он никогда НИЧЕГО не чувствовал и НИКОГДА не поверит в эти байки. Глупости, все их слова - глупости…-Юки, неужели ты забыл, как мы вместе гуляли по Сотобе? Мы ведь соседи и должны помогать друг другу, - Рицуко попыталась улыбнуться, но губы не слушались её. – Ты никогда не желал нам зла, Юки. Я помню…-Ты иногда заходил в храм и молился, Нацуно-кун, - Сейшин, кажется, говорил на последнем дыхании. – Я думаю, ты не веришь в Бога, но подсознательно хочешь верить. Бог примет твой выбор. Но будешь ли ты сам счастлив от этого выбора?-Мудак, мне всё равно, что с тобой будет, - злобно сплюнула на землю Саюри, - только вот я хочу жить, хочу счастья, понял? Десять лет назад я продала свою жизнь за возможность существовать вечно. Я убила всех своих близких, родных… Все эти десять лет я мечтала исправить свои ошибки. Так дай мне это сделать! Дай искупить вину!!!-Я просто хочу петь вместе с миром, - слёзы капали из глаз Нагисы. – Петь для людей… для Гин и Саюри…-Заткнитесь, вы ничего не понимаете! – Койде закрыл уши руками. Сзади послышались шаги. Тошио еле-еле шёл, держась за стены пещеры. Мутный взгляд скользил от одного вампира к другому, постепенно переходя на Нацуно.-Юки, смотри, она плачет, - указал пальцем на Анеко. – не хочешь спросить, почему? Вы ведь одноклассники. Вы должны быть сплочёнными. Я столько крови пролил. Я предал своего друга ради неизвестно чего. Нет, мне сложно признать, что я был неправ. Да и, наверно, не смогу уже. Я пол деревни убил своими руками. Подумай, Юки. Ты ещё можешь всё исправить… Нацуно никогда не было так плохо. Разум и сердце твердили разные вещи:«Ты же ненавидишь их, парень! Так зачем идти у них на поводу?!»«Одумайся, Юки! Они ведь все мечтают о счастье! Ты сломаешь их жизни ради своей?!»-Братик, не слушай их. Просто скажи «да»! – Арису встала перед ним. – Неужели ты не любишь меня? Юноша любил. Да, очень сильно любил. Так, что готов был отдать за сестру жизнь. Если бы она была у него…-Юки-кун, прости, - Анеко склонила голову, будто извиняясь. - Я не знала, прости… Я никогда не думала, что причиняю тебе боль. Извини меня, если сможешь. Твоя сестра… оказывается, из-за неё ты так ненавидел меня, - девушка поднялась с колен и, улыбаясь сквозь слёзы, подошла к Нацуно. – Правда, не слушай их. Я буду рада умереть за тебя. Ведь я хотела жить, чтобы приносить тебе счастье. Ещё тогда, в Сотобе…-В Сотобе? – удивлённо взглянул на Шимидзу. – Причём здесь Сотоба?-Эта девушка, - Гин устало подняла взгляд на подругу. – Эта девушка не та Анеко, которую я знала. Её зовут Мегуми, верно? Я сразу поняла это, когда увидела её. Анеко немного другая, знаешь…
-Да, верно, - слёзы снова навернулись на её глаза. – Я та Мегуми Шимидзу, которую ты так ненавидел. Десять лет назад моя душа разделилась на две части. Одна жила здесь, в городе, другая – в нашей деревне. Когда я умерла, моя часть души слилась с той другой. Вот так я выжила, Юки. Прошу, прости меня…-Какая теперь разница, братик? Она никто для тебя. Идём со мной, ты будешь счастлив лишь со мной, - копьё в руках Хранительницы ярко засияло. – Дай мне руку, и ты никогда не увидишь этих тварей! Прошу, Нацуно-тян, идём со мной! Койде усмехнулся.
-Я знал. Два слова эхом разнеслись по пещере, и несколько пар изумлённых глаз впились в парня. А Мегуми ошарашенно взирала на юношу, не в силах сказать и слова. Как, как он мог знать?!-Твой поцелуй тогда, - коснулся губ. – Он был странный. Я не ощущал такого ранее. Кажется, так умеют целоваться только люди, которые очень сильно любят. После смерти Арису лишь один человек настолько любил меня… Это ты, Шимидзу… Рури молча наблюдала со стороны за этой немой сценой. Она уже догадывалась, каким будет исход «искупления», а потому нервно махала хвостом в воздухе и ворчала что-то себе в усы. Кошка, хоть и с человеческой душой…-Брат, - копьё словно раскалилось в руках сестры Койде, - выбирай. Я активировала «Колыбель». Через минуту все, находящиеся здесь, исчезнут раз и навсегда. Идём со мной. Не гляди на них. Ты всё равно выберешь то, что дороже.-То, что дороже, да? – как-то по-детски улыбнулся Нацуно. – Прости, Арису… Оборотень подошёл к Мег, протянул ей руку. Улыбка, самая настоящая, добрая, милая улыбка озарила его лицо. И всё так же спокойно он сказал:-Я ненавижу тебя, Шимидзу… Взгляды парня и девушки пересеклись. Не хватило бы слов, чтобы описать все их эмоции. Мегуми слегка дотронулась до руки Юки, будто боясь, что он может исчезнуть.
-Я тоже тебя люблю, Нацуно… Секунда. Вспышка. Яркий свет. Кажется, это называют смертью? Тогда он умер, обнимая ту, которую ненавидел. Может, это и к лучшему. И лишь запах волос, тонкий цветочный запах он запомнил в эту секунду. Потому что через миг Юки-Койде Нацуно и Шимидзу Мегуми умерли….