Глава Одиннадцатая (2/2)
- ?Миссисипи?? Боги, Томми... - внезапно вспомнил Крис и рассмеялся, вставая, на всякий случай снимая со спинки стула свою куртку. - Давай Дани, иди отсюда, я пойду спасать начальство и улаживать вопросы. Если не вернусь - до конца дня меня прикрываешь, ясно?В офис директора BBC radio 1 Крис ворвался почти бегом, проигнорировав возмущение секретарши, тут же плотно прикрыл за собой дверь. Картина, которая предстала его взору, не была предназначена ни для чьих иных глаз: Хиддлстон сидел на диване с прикрытыми глазами и слушал что-то гремящее в наушниках. Как он узнал, не открывая глаз, что уже не один, и как узнал, что находится в компании австралийца, так и осталось для последнего загадкой. А Том неожиданно расплылся в улыбке и протянул к нему руки, шепча слишком тихо, наверняка не слыша сам себя, но Хэмсворт разобрал:- Крис... Ты знаешь, что это обо мне? Они поют, что ?мое сердце стало холодной бесчувственной машиной?(5)... Ты слышал когда-то, как музыка распадается на молекулы, Крис? Иди ко мне, послушай...
Хэмсворт даже не понял, как рванул Тома за вытянутую руку на себя, заставляя подняться. Отбросил в сторону его наушники, ничуть не заботясь о порче дорогущей радиотехники, нацепил на директора пальто и, найдя в верхнем ящике ключи от машины, потащил его, не особо сопротивляющегося, к парковке. Отдышался, лишь затаскивая его в убранную с утра приходящей прислугой квартиру. Всю дорогу Хиддлстон молчал отведя взгляд, не сопротивляясь действиям своего бывшего любовника и только после того как уже дома Крис раздел его, подталкивая к ванной, на ходу расстегивая на себе рубашку, загородил вход и уперся холодными руками ему в грудь.- Не нужно. Я сам.
- Ты сам утонешь к чертовой матери в таком состоянии, Томми.
- Не утону, мне уже легче. Пожалуйста, Крис, - взмолился директор. - Я не смогу так. Если ты будешь меня касаться... я умру.И Хэмсворт отступил. Оставив, дверь ванной открытой и прислушиваясь, к доносящимся оттуда звукам, он спустился на кухню, чтобы сварить для себя и Тома крепкий кофе, пытаясь продумать тактику дальнейшего поведения. К сожалению, великим стратегом он не был, а после ночи алкогольного забытья и ярких утренних событий, мысли упорно не хотели складываться во что-то конкретное, упорно возвращаясь к словам англичанина о том, что он не переживет если Крис коснется его. Хэмсворт и сам-то не знал, пережил бы он один вид обнаженного тела своего директора. Когда он пытался затолкать того в ванную его действия были скорее автоматическими - он не думал о том, что делает. А теперь, склонившись над банкой с ароматным, африканским кофе, держа в руках ?свою? вымытую чашку, он понимал, что вряд ли смог бы не воспользоваться ситуацией.От мыслей о границах собственной порядочности его отвлек Хиддлстон, завернутый в теплый плед, с мокрыми волосами, со всё еще слегка расфокусированным взглядом, он вошел в кухню и тут же занял свое место на табурете у окна.
- Полегче? - Поставив перед Томом чашку с крепким кофе без сахара, Крис так и остался стоять чуть поодаль, словно боясь, что сокращение дистанции может привести к непоправимым последствиям.- Нет, мне все еще хорошо, - усмехнулся хозяин квартиры, отводя взгляд. - Только теперь еще и стыдно, и есть хочется.- Горе ты, Томми, - Крис покачал головой, встряхивая отросшими волосами и рассматривая крошечные пылинки на мраморной кухонной столешнице. Казалось что вот так, не смотря в глаза, намного легче говорить о том, что действительно важно. - Что происходит? С тобой что-то творится, я же вижу.Хиддлстон ответил молчанием, таким, что было слышно, как тикают часы в соседней комнате, как у кого-то из соседей играет ?Comfortably Numb? Pink Floyd. И только когда Дэвид Гилмор закончил свое гитарное соло, а на окно прилипла особо крупная снежинка, Том заговорил:- Я читал в своей жизни очень много книг, ты же знаешь. В одной из них была история про мальчика и колдуна. У мальчика было самое большое и любящее сердце, и колдун, который не знал, что такое любовь, предложил ему целый мир в обмен на него. Мальчик согласился, потому что ему казалось... Много чего казалось. И у него, правда, было все, что он только мог пожелать, но это всё не приносило удовлетворения, потому что не было у него больше его любящего сердца. И во всем, что он делал, во всем мире принадлежавшим ему - не было души.
Он замолчал, подкуривая сигарету, а Крис замер на своем месте, боясь дышать, пытаясь не спугнуть откровения Тома. Понять, к чему он клонит было вовсе не сложно, но важно было услышать это от него самого. Однако Хиддлстон продолжал молча курить. С каждой следующей секундой его молчания, внутренности Криса сковывал страх того, что на этом час откровений подошел к концу, и англичанин вновь замкнется в себе, так и не открывшись полностью. В таком случае следующий его срыв должен был стать еще более эпичным, а этого никак нельзя было допустить, не в их положении. И Хэмсворт решился:- Том, ты...- Я! - перебил его директор, словно просыпаясь. - Я был королем, а ты был моим львиным сердцем(6). И обладая львиным сердцем, я мог сражаться с чудовищами в черном море. А без сердца я... ничто. - Он махнул рукой и как-то слишком резко затушил сигарету, задумчиво провел пальцем по украшенной морозным узором нижней части окна. - Когда я был совсем маленьким, мне очень нравились такие узоры. Я вставал на цыпочки, чтобы разглядеть их при свете дня. Однажды мороз ударил внезапно, был вечер, на улице было темно. И вот я встал на цыпочки и заглянул в морозную темноту. Знаешь, что я там увидел? Свое отражение. Оно было искажено морозным узором, черное, разбитое и страшное. Я будто заглянул себе в душу. С той зимы я очень не люблю сказку о Снежной Королеве, ведь Кай он... Мальчик с ледышкой вместо сердца. В последние полтора месяца у меня такое чувство, что я без конца стою на цыпочках у окна и смотрю на отражающегося там мальчика. У него нет сердца, а я не могу двинуться, чтобы перестать смотреть, потому что вокруг меня осколки льда и они режут голые ступни, как стекло, и мне страшно и больно.
Слушать все эти признания и оставаться на месте, было выше сил Криса. Хотелось сгрести Тома в объятия и говорить, что все обязательно будет хорошо, но ради сиюминутной слабости врать не хотелось, а предвидеть будущее не умел. Поэтому, он лишь опустился на корточки перед сидящим на стуле Томом и взял его холодные руки в свои ладони, заглянул во внезапно ясные и серьезные светлые глаза.- Ты же знаешь что твое львиное сердце с тобой. Каждый день, каждый час я рядом, даже если ты и дальше будешь меня игнорировать и избегать, даже если случится конец света, мы встретим его на одном этаже.
- Это не то. Ты рядом, но ты не мой, ты не со мной, не во мне...- Ты тоже не со мной, Томми! Ты с этим... - перебил его Крис, качая головой и поджимая губы, чтобы не наговорить сейчас того, о чём позже наверняка пожалеет. - Давай, мой хороший, ты же совсем холодный. Иди в постель, я принесу тебе что-нибудь поесть и горячий чай, а потом ты немного поспишь.
Вздохнув, Хиддлстон послушно поднялся и поплелся к выходу из кухни. Уже в дверях он обернулся, поднимая на австралийца полные мольбы глаза.- Крис... ты ведь останешься?Хэмсворт сглотнул вставший в горле ком и молча отвернулся, доставая чай с полки.
______________________________(1) British Music Awards.
(2) представление о мире в Индийской мифологии, позже введенное в классику Терри Пратчетом в его серии книг ?Discworld?.(3) Том называет Дани ?Миссисипи? в честь песни Red Hot Chili Peppers ?Dani California?. Дальше по фику названия штатов тоже из-за ассоциаций с этой песней.(4) Клара Амфо, новая ведущая BBC radio 1 live lounge(5) Том слушает ?The Handler? Muse.
(6) Том проводит параллель с песней Of Monsters and Men ?King and Lionheart?.