Глава 3 (1/2)

В первую секунду я подумал, что ослышался. Кевин просто не мог этого сказать. Зная, какие отношения у меня с Иванкой, зная, как я люблю своего мальчика – и предложить мне такое!..Я в изумлении пялился на парня, а он, закрыв лицо руками, снова заплакал.Господи, ну за что мне это?..Я осторожно потряс мальчишку за плечо:- Кевин, перестань, слезами здесь уж точно не поможешь.Он почти закричал звенящим от отчаяния голосом:- А что мне делать? Вдруг я завтра не смогу... при всех, перед камерой? Кого мне еще попросить, кроме тебя? – И снова закрыл лицо руками. – Данка, пожалуйста, помоги мне. Я знаю, ты сможешь, ты профессионал. А Ивану я, честное слово, ничего не скажу. Ты ведь много лет работал тренером, тебе, наверное, и такие попадались. Такие, как я... Девственники...Да уж, попадались. Я сразу вспомнил историю двухлетней давности, когда мне на тренерской сессии достался Марк Видал. И что он тогда устроил, оберегая свою невинность. У меня с тех пор железное правило выработалось – любого нового партнера, с которым мне предстояло работать, я в обязательном порядке спрашивал, не девственник ли он. И не успокаивался до тех пор, пока парень не демонстрировал мне свою задницу со вставленной в нее анальной пробкой или фаллоимитатором.Но это я, обжегшись на молоке, дул на воду. А другие тренеры, не подвергшиеся в свое время подобному испытанию, не сомневались, что любой человек, пришедший в ?Bel Ami?, имеет опыт гомосексуальных отношений. И кому-то завтра с Кевином предстоял бы очень большой сюрприз.

Кстати, о фаллоимитаторе. Вещь не самая худшая, однако... Во-первых, у меня его просто не было, мы с моим мальчиком не слишком жаловали секс-игрушки. А во-вторых... Лишать невинности при помощи резинового пениса, имея в распоряжении пенис настоящий – это, на мой взгляд, было бы слишком жестоко по отношению к парню. И, похоже, что действительно лучшим выходом из создавшейся ситуации будет вариант, предложенный Кевином. Поэтому, несмотря на всё мое внутреннее сопротивление, мне все-таки придется его трахнуть.Я вздохнул:- Иди помойся... Ах, да, ты же только что из душа. Тогда умойся хотя бы, а то зареванный весь.

Парень беспрекословно повиновался. Когда он вернулся в комнату, я велел ему снять трусы и лечь на спину. Развел пацану ноги... и почувствовал, что он весь дрожит. Господи, ему-то сейчас каково? Мало того, что элементарно страшно от предстоящего действия, так еще ведь и пришлось просить, пересиливая собственный стыд. В этот момент он напомнил мне Иванку – наивного, неопытного, испуганного. Такого, каким мой мальчик пришел ко мне, такого, каким я увидел его в первый раз.

Мне стало жалко парня, и вся моя злость на него моментально испарилась. Я ободряюще улыбнулся:- Не бойся, Кевин. Я действительно профессионал, я не сделаю тебе больно. Я даже постараюсь, чтобы тебе было хорошо.Он несмело улыбнулся в ответ и, как мне показалось, дрожать стал немного меньше.Я начал гладить, ласкать и массировать его везде, по всему телу, кроме паха. Мне хотелось, чтобы мальчишка расслабился и не только перестал меня бояться, но и захотел меня. Самому мне, кстати, тоже нужна была предварительная подготовка, потому что Кевин, несмотря на всю свою юность и миловидность, меня абсолютно не возбуждал. Мне кажется, что даже к ?деткам?, которых мне довелось тренировать, я относился с бОльшим теплом и вожделением.Впрочем, причина была ясна. Я просто отвык от новых тел. Полгода назад я завершил свою кинокарьеру и с тех пор имел секс только с одним человеком – с моим мальчиком. Иванка заменил мне всех, и, кроме него, мне никто не был нужен.Но дело есть дело, и я попытался сосредоточиться на предстоящей мне работе. Умело возбуждая мальчишку, я в конце концов добился того, что он перестал зажиматься и расслабился. Когда он непроизвольно начал облизывать губы, я перешел к более интенсивным ласкам. Занялся непосредственно членом, двигая рукой по стволу вверх-вниз, слегка сжимал и отпускал яички, при этом палец, как бы ненароком, то и дело запускал в складочку между его ягодицами. От первых таких ?запусков? парень вздрагивал, но потом нарастающее возбуждение пересилило страх. Он начал постанывать, закусив губу, непроизвольно двигать бедрами, и всё шире и шире разводил ноги. Я понимал, что лучше всего для него сейчас был бы минет, но делать этого не стал. Если парень кончит, то возбудить его вторично будет уже гораздо сложнее. Поэтому я остановился и подождал, пока он откроет глаза.- Кевин, на основании моего опыта, - я не смог удержаться от некоторой иронии, - могу тебе сказать, что для первого раза лучше всего подходят две позы: либо ты встаешь на четвереньки, и я трахаю тебя сзади, либо я ложусь на спину, а ты садишься сверху.- Первое, - после секундного раздумья выдохнул он.Я не стал спрашивать, почему. Коленно-локтевая поза мало того что была действительно удобной, она, вдобавок ко всему, еще и позволяла партнерам не смотреть друг другу в лицо. С Иванкой у нас таких проблем не было – и ему, и мне нравились ВСЕ позы. Кевин же, несмотря на свою неопытность, рассудил вполне здраво. Зная, что я его не вижу, он мог позволить себе не контролировать выражение своего лица.- О’кей, - согласился я и развернул парня, ставя его в нужную позицию.Маленькая попка, аккуратная дырочка – и полное отсутствие у меня желания. Нет, с физиологией всё было в порядке, стоял у меня вполне крепко. Еще бы! Многолетний опыт, умение собраться при любых условиях, с любым партнером... Именно за это меня и ценил Джордж. И вот теперь это умение пригодилось мне еще раз.Любрикант на попку, любрикант на палец... Я смазывал анус мальчишки, водя вверх и вниз по промежности, слегка нажимая на вход в узкое отверстие, с каждым разом пропихивая палец всё глубже и глубже, ощущая, как тугая мышца подается, расслабляется и постепенно перестает сопротивляться.- Расслабься, Кевин, не зажимайся, - уговаривал я его. – Ты всё правильно делаешь, у тебя всё получается. Чем больше ты сможешь расслабиться, тем легче будет проникновение.- Я стараюсь, - сдавленно бормотнул он в ответ.- Хорошо. Ты только сразу скажи, если тебе будет больно или неприятно.- Мне не больно. И приятно. Особенно, когда ты водишь... там.- Вот так? – я провел пальцем по простате.Парень дернулся как от электрического разряда:- Да! Здесь...- Это простата, - спокойно пояснил я. – Если тебе нравится массаж простаты, то совсем хорошо. Кстати, когдапростату массирует член, это гораздо приятнее. Уж поверь мне, - снова не сдержал я усмешки.- Верю, - выдохнул мальчишка. – Ты ведь сегодня... сделаешь мне... это?..- Сделаю, конечно, - как о чем-то само собой разумеющемся сказал я. – Просто ты пока еще не совсем готов. Надо посильнее расширить твою дырочку, чтобы тебе не было больно. Давай-ка, постарайся еще расслабиться, я сейчас попробую ввести тебе два пальца.Два моих пальца вошли неожиданно легко. Видимо, Кевин уже уловил принцип расслабления и начал его старательно применять. А может, настолько возбудился, что его организм уже сам начал реагировать должным образом на внешние раздражители. Как бы то ни было, но я только порадовался его столь быстрым успехам. Чем меньше проблем, тем меньше мне головной боли. И тем легче самому парню.Вскоре к двум пальцам я прибавил третий, уже даже не предупреждая об этом мальчишку. Он было дернулся, но сразу же вернулся в исходную точку, сумев еще расслабиться. Я тут же пожалел о том, что не успел надеть презерватив. Кевин был раскрыт как раз настолько, чтобы можно было безболезненно ввести член.Презерватив лежал рядом, но одной руки для его надевания мне точно было мало. Я немного переместился на кровати, встав к Кевину боком:- Малыш, тебе придется мне помочь. Вытащи презерватив и надень его мне.Кевин молча повиновался. После нескольких неудачных попыток он все-таки справился с поставленной задачей. Я же все это время не переставая разрабатывал его дырочку.- Для первого раза неплохо, - я слегка поправил резинку. – Теперь капни мне сюда смазочки. Ага, столько хватит. – Свободной рукой я размазал любрикант по члену. – Ну что, готов?Парень молча кивнул, и я, развернув его к себе, вынул руку из его задницы и тут же, пока дырочка еще не закрылась, впихнул головку.Головка тоже вошла легко, хотя Кевин, зашипев сквозь зубы, непроизвольно дернулся. Но я придержал его за бедра:- Потерпи. Сейчас может быть немного неприятно, но больно быть не должно. Или больно? – на всякий случай поинтересовался я.- Нет, - ответил он. – Непривычно только. Как будто что-то мешает.- Конечно, непривычно, - усмехнулся я. – Привычке пока еще неоткуда взяться. А мешает... Да, поначалу так бывает, даже у меня. Но это быстро проходит.Чтобы отвлечь парня от неприятных ощущений, я слегка наклонился и начал снова возбуждать его член, который совсем было опал. Пацан учащенно задышал, всем своим видом давая понять, что мои ласки оказались весьма своевременными.Я не старался вдвинуться в него глубже, но это получалось как-то само собой. Наши незаметные колебания постепенно сближали нас, однако я не торопился переходить к более активным действиям. Я ждал. И дождался.Движение Кевина было едва заметным, но я уловил его именно потому, что ждал. Пацан чуть-чуть, самую малость, но подался мне навстречу. Своим движением он дал мне понять, что готов к продолжению. И не просто готов, а хочет.Я медленно начал проникать в него глубже. Немного туда, немного обратно, опять туда, но чуть больше, чем обратно. Вот моя головка коснулась его простаты, и мальчишка не сдержался. Застонал, выгнулся, потянулся, насадился на меня так, что я оказался погруженным в него практически на полную длину.- Кевин, ты в порядке? – штампованная фраза-американизм слетела с моего языка автоматически. Но мальчишке было явно не до лингвистических изысков.- В порядке, - он тяжело дышал от возбуждения. – Я хочу... дальше.- Да куда уж дальше, - усмехнулся я. – Я и так там почти полностью.- Правда? – он устремил на меня через плечо наивно-изумленный взгляд. – А я не почувствовал...- Ну я же профессионал, - снисходительно бросил я. – Не мог же я не оправдать твоих надежд. Давай немножко так постоим, ты привыкнешь, а потом я начну двигаться.- Я... уже... привык, - в подтверждение своих слов он слегка повел бедрами. – Давай дальше, а то мне уже хочется.- Ну смотри, - усмехнулся я. – Пеняй потом на себя. – И серьезнее добавил. – Еще раз предупреждаю – если будет больно или неприятно, говори сразу.- Хорошо, - согласно кивнул он.* * *

Я трахал Кевина – и ничего не чувствовал. Я совершал возвратно-поступательные движения, скользил в его дырочке и был при этом абсолютно спокоен. Спокоен так, как будто бы сейчас пацана трахал не я. А я всего-навсего наблюдал за процессом со стороны. Да так оно, в сущности, и было. Сейчас я не был Дано Суликом, актером, хоть и бывшим, студии ?Bel Ami?. Мужчиной, до безумия влюбленным в мальчишку по имени Иванка. Сейчас я был просто тренажером для другого мальчишки, по имени Кевин. Мальчишки, который помимо моей воли оказался на моем попечении, и которого я не смог бросить на произвол судьбы.* * *

Кевин не кончил, хотя я очень старался довести его до оргазма. Видимо, расслабившись физически, психологически расслабиться до конца он так и не смог. Свой оргазм я оттягивал максимально, но все равно кончил раньше. После коленно-локтевой позы я перевернул мальчишку на бок, потом на спину, потом усадил сверху на себя... И тут понял, что уже не в силах сдерживаться.Парень молча переждал мой оргазм, после чего осторожно слез с меня и начал возбуждать себя рукой. Я же после ?механического? секса пришел в себя очень быстро, ненадолго сбегал в ванную, а вернувшись, подумал, что пацану не помешает моя помощь:- Хочешь, сделаю тебе минет?Но он в ответ отрицательно качнул головой:- Нет, это будет нехорошо.- Почему нехорошо? – удивился я. – Я сделаю так, что будет хорошо. Или ты сомневаешься?Парень улыбнулся моей шутке:- Нет, не сомневаюсь. Я про другое говорил. Это будет нехорошо по отношению к Ивану. Я поступил нечестно, вынудив тебя меня трахнуть, но у меня не было другого выхода. Авсе остальное... для удовольствия... Это будет просто нечестно.Я недоуменно покачал головой. Тактичность Кевина меня приятно удивила. Не ожидал я, что мальчишка окажется таким чутким и понимающим. Ну что ж, тем лучше. Мне нет даже необходимости предупреждать его о том, чтобы он ничего не говорил моему мальчику.Пока я удивлялся, Кевин очень быстро дошел до пика. Одной рукой продолжая дрочить, другой он аккуратно прикрыл головку, и сперма, выплеснувшись, вся оказалась у него в ладони.Подождав, пока он придет в себя, я указал на его испачканные руки:- Иди помойся.Мальчишка молча встал, вышел из комнаты, и вскоре я услышал из гостевой ванной шум льющейся воды. Дверь за собой парень не закрыл, но мне было лень вставать, и, дождавшись его выхода из ванной, я крикнул:- Кевин!Пацан возник на пороге:- Что?- Закрой, пожалуйста, дверь, а то мне вставать неохота.- А... – мальчишка явно хотел что-то сказать, но промолчал, вышел и закрыл за собой дверь.- Кевин! – снова крикнул я.Он снова вошел.- Ты хотел что-то сказать?- Нет, - парень был расстроен, хотя и старался сдерживаться. – Я просто подумал, что ты зовешь меня, чтобы... о чем-нибудь поговорить.Ну не идиот ли я? Мальчишка только что лишился невинности, пусть и безболезненно, но его явно распирают чувства, и он хочет ими с кем-то поделиться. А я ему: ?Закрой дверь?. Конечно, он расстроился. Удивительно еще, что не заплакал. Впрочем, если я сейчас позволю ему уйти, он именно так и сделает – ляжет в свою постель и будет рыдать в подушку.- Ты поговорить хочешь? – уточнил я. – Без проблем. Ныряй ко мне под одеяло, и поболтаем.* * *

Мы говорили обо всем – и ни о чем. Больше, конечно, говорил я. Рассказывал Кевину о нашей студии, вспоминал различные случаи, смешные и не очень, отвечал на его вопросы, шутил, и мы вместе смеялись. А потом как-то незаметно мальчишка отключился. Выдав очередную шутку, я не услышал его реакции, взглянул – и обнаружил, что Кевин уже крепко спит. Мне стало жаль будить его, отправлять в пустую комнату, оставлять в одиночестве.После траха я проникся к парню гораздо бОльшими чувствами. Я даже усмехнулся про себя: надо было трахнуть его с самого начала, и тогда он, скорее всего, не вызвал бы во мне того раздражения, которое я испытывал к нему вплоть до сегодняшнего вечера. Но я тут же вспомнил, что до сегодняшнего вечера я не знал, что он девственник. Ну что ж, что Бог ни делает, всё к лучшему. Вот и с Кевином всё прошло более-менее удачно, во всяком случае, завтра на съемке он уже не будет комплексовать и бояться.Я погасил свет, закрыл глаза и почти сразу уснул.* * *

А проснулся от того, что по дому кто-то ходил. Спросонья я даже не понял, кто это мог быть. Иванка спал рядом со мной...Стоп! Рядом со мной спит не Иванка, а Кевин! Меня как пружиной подбросило на кровати. Иванка почему-то приехал раньше, сейчас он поднимется в спальню и... Что может случиться дальше, мне было страшно даже представить.Я лихорадочно затряс Кевина за плечо:- Кевин, проснись!- А? Что? – забормотал он, заворочавшись.- Тихо! – шепотом рявкнул я. – Иванка вернулся.- Ой! – Кевин тоже подскочил как ужаленный. – Что делать?- Не знаю, - сдавленным голосом прошипел я. – Выметайся отсюда, живо! Нет, стой! – Я схватил парня за руку и потащил к двери, приоткрыл ее, осторожно выглянул... Внизу у входа горел свет. И тут – о, чудо! – я услышал шум спускаемой воды в унитазе гостевого туалета. Пара секунд у нас была. Я толкнул Кевина к двери его комнаты:- Иди! Только тихо!Парень бесшумной тенью пересек коридор и скользнул в дверь. Я с облегчением вздохнул. Но расслабляться было еще рано, сейчас в спальню войдет Иванка, а всего моего актерского таланта не хватит на то, чтобы сыграть крепкий сон и псевдопробуждение – слишком сильно колотилось сердце.Я включил ночник, окинул беглым взглядом спальню – и похолодел. На полу, возле прикроватной тумбочки, на самом видном месте красовался использованный мной вчера презерватив. У меня аж в глазах потемнело. Немедленно! Спрятать!! Куда угодно!!!Реакция у меня всегда была отменной, поэтому я, одной рукой схватив презерватив и обертку от него, другой выдвинул ящик из тумбочки, выдернул оттуда пару салфеток и молниеносно, привычным движением, завернул ?улики? в них. После чего сунул сверток в карман брошенного на кресло халата и улегся в постель.Спустя несколько секунд дверь медленно приоткрылась, но появившийся на пороге Иванка, увидев включенный свет, состроил разочарованную мину:- Ты не спишь? А я хотел сюрприз устроить.

Да уж, не проснись я на полминуты раньше, был бы нам сюрприз. Причем всем троим!.. Но я лишь улыбнулся и поманил его к себе:- Я услышал, как ты воду в унитазе сливал. Что, так приспичило?- Ага, - улыбаясь, кивнул он в ответ. – Еле добежал.Я мысленно возблагодарил все чистые и нечистые силы за этот ?подарок судьбы?.- Ну, успел, и хорошо, - я снова поманил его к себе. – Иди сюда.- Не, я сначала в душ. – Но он все-таки подошел к кровати, присел, наклонился и поцеловал меня.- Как у тебя сердце бьется.- Это от неожиданности, - выкрутился я. – И от испуга. Слышу, внизу кто-то ходит. Думаю – кто бы это мог быть? Тебя ведь я не ждал так рано. Да, кстати, а чего это ты такую рань примчался?- Соскучился, - с легким вызовом произнес мой мальчик, но потом рассмеялся и пояснил. – Пан Тадеуш с ночной смены в четыре часа вернулся, ну я и проснулся. Подумал – что я буду валяться? Лучше к тебе поеду. В самый первый поезд сел и приехал. Хотел застать тебя до ухода на работу.Пан Тадеуш был гражданским мужем пани Терезы, матери Иванки. Встречались они давно, но жить вместе начали только нынешним летом. Вначале мой мальчик выражал недовольство этим обстоятельством, но я быстро вправил ему мозги:- Иванка, не будь эгоистом. Твоя мама молодая, красивая, ей тоже хочется счастья. Не рассчитываешь же ты, что она всю свою жизнь посвятит только тебе? Когда вы жили вместе – ну тогда еще понятно, ей не хотелось приводить в дом чужого для тебя человека. Но сейчас ты живешь со мной, а она осталась одна. В одиночестве человеку очень плохо, уж поверь мне. А пан Тадеуш – нормальный мужик. Мало того, что он твою маму любит, он еще и спокойно отнесся к тому, что ты гей. Много ли найдется гетеросексуалов, терпимо относящихся к геям? Особенно у вас, в провинции? Ты, наоборот, радоваться должен, дурачок, что у твоей мамы все хорошо.Иванка, надо признаться, ?дурачком? не был (как, прочем, и эгоистом) и довольно быстро смирился с присутствием пана Тадеуша в жизни его матери. И теперь совершенно спокойно раз в месяц ездил к ним в гости на пару-тройку дней.Я привлек мальчишку к себе:- Не буду уверять тебя в том, что я не рад твоему приезду.- Тогда я в душ, - парень подскочил, но я схватил его за руку и усадил обратно. Он недоуменно уставился на меня.- Иваночку, погоди. Я сказать тебе кое-что должен. Вчера у Кевина был день рождения...И я поведал своему мальчику обо всех наших вчерашних похождениях – о поездке в монастырь за вином, о пьянке в студии, а самое главное – о просьбе отца Теодора. Я говорил, смотрел на него – и мне было стыдно. Я ведь обманывал своего мальчика, не рассказывая ему о ночи с Кевином.Но и полученной информации оказалось достаточно, чтобы Иванка расстроился:- Данку, а нельзя его поселить куда-нибудь еще? Мне так не хочется, чтобы он мельтешил тут каждый день. Он сейчас в гостевой? – Я кивнул. – Ну вот, ему же там слышно будет всё, чем мы тут будем заниматься.Я вздохнул:- Думаешь, мне в радость это соседство? Но я не мог отказать отцу Теодору.- Я понимаю, - парень состроил унылую гримасу. – Придется потерпеть. Как тогда с твоими клиентами. – И он улыбнулся. – Хорошо хоть, что с Кевином трахаться не надо.Солгать прямо в глаза моему мальчику я не смог и поэтому лишь молча покивал головой.- Ну и ладно, - махнул рукой Иванка. – А я все равно в душ.Как только он скрылся в ванной, я подскочил и, схватив халат, рванул к двери. И тут же чуть ли не расхохотался в голос. Чего я теперь боюсь? Того, что, выйдя из ванной, мой мальчик не застанет меня в комнате? Что предосудительного можно увидеть в том, что я зачем-то спустился на кухню? Водички попить, в конце концов. Я не спеша надел халат, вышел из спальни и пошел вниз. Кинул сверток в мусорное ведро, на самом деле хлебнул водички, чтобы слегка успокоиться, и вернулся наверх.Мальчишка еще плескался в ванной. Я взбил подушку, лег поудобнее и прислушался к себе. Несмотря на то, что все обошлось, чувствовал я себя довольно мерзко. Какое же это все-таки неблагодарное занятие – скрывать подобного рода вещи, а особенно от любимого человека! Мне было стыдно, но... Сделанного не воротишь. За Кевина я был спокоен, мальчишка не проболтается, это не в его интересах. Себя бы вот только в руках удержать и не ляпнуть чего-нибудь такого, что вызовет у Иванки подозрения, и он начнет задавать разные вопросы. И уж тут-то я точно не смогу ему солгать.Иванка, закончив водные процедуры, вышел из ванной и нырнул ко мне под одеяло:- Я по тебе соскучился...- И я...Мы начали целоваться и ласкать друг друга. Ну почему, почему я завожусь от одного лишь прикосновения к его коже? От его взволнованного дыхания, от запаха его тела, от волос, от губ, от рук?.. Ведь вчера, с Кевином, я не испытывал ничего подобного.Вчера я просто честно работал, а сегодня... А сегодня, сейчас – наслаждался. Потому что мой мальчик для меня – единственный на свете!* * *

Звонок будильника нам не помешал, потому что к этому времени мы уже закончили всё, чем собирались заняться. Я чмокнул мальчишку в щеку:- Мне пора на работу, мой хороший. А ты можешь спать дальше.- Вот уйдешь, тогда и посплю, - резонно возразил он мне.Мы вместе отправились на кухню, позавтракали, выпили кофе, Иванка остался загружать посуду в посудомоечную машину, а я вышел в коридор, чтобы одеться. И увидел Кевина, сходящего по лестнице. Я помахал ему рукой:- Кевин, доброе утро! Не проспал? На занятия не опаздываешь?- Нет, - отрицательно покачал он головой и добавил. – Доброе утро.- Ну и отлично. Кстати, я сказал Иванке, что ты у нас поживешь некоторое время. Тебе, наверное, надо будет из монастыря свои вещи забрать? Я могу помочь, если что.

- Не беспокойся, Дано, я сам справлюсь. – И улыбнулся извиняюще. – У меня мало вещей.- Ну и отлично, - повторил я, порадовавшись, что парень отказался от моей помощи. – Ты тут осваивайся помаленьку, а мне пора. И не волнуйся, все будет хорошо.Я махнул ему на прощание и вышел на улицу.* * *