Маленькая неприятность (1/2)
Пользуясь свободным временем, Танит пошла искать парикмахера. Она хотела остричь волосы, но никто не хотел ей помочь. Тогда она решила разыскать Кандероса, и пошла в казарму. Возле самой двери, тонким слухом охотника, она услышала бурный разговор… - У нее очень красивая грудь! - А какие стройные, крепкие ножки!
- Я бы взял ее в жены, такие девушки большая редкость! Она остановилась и услышала ещё очень много ?хорошего? о себе, в общем, почти всё, что думают парни одевушках. Ее охватило непонятное чувство. Одна часть ее оскорбилась таким отношением к себе, но другой части стало очень приятно. Перед глазами всплыли образы мужчин в душевой, их мускулистые тела, она никогда не видела их раньше обнаженными. Увидев их, она подумала насколько её тело слабее их, и поэтому не совершенно. Ей очень хотелось тогда дотронуться до груди одного из них, и почувствовать упругость его мышц, вырезанных как будто из металла. Но, подслушав разговор, вдруг удивилась - они считали ее почти богиней! С розовыми щеками Танит зашла в казарму. Говорившие остолбенели.
- Я всё слышала. Присутствующих охватила легкая паника. Мандалорское воспитание утверждалось почтительным отношением к женщине, да и любая из них могла за себя постоять. А тут парни позволили себе наболтать лишнего. Некоторые уже приготовились получить по щекам.
- Танит, извини, мы больше не будем, правда…- Не будете, потому что сейчас получите от меня хорошую трёпку! – у нее было весёлое настроение, и ей захотелось напугать их. И ранкор не напугал бы их так Танит. Их было пятеро, пятеро пятнадцатилетних мальчишек, больше в казарме никого не было. С видом посылаемых на виселицу, они ждали приближения грозной охотницы. Все стали по стойке смирно… - Я не буду вас бить по лицу! Я буду бить ниже живота, ногами!! – грозным голосом сказала она. – Руки уберите за спины! И чтобы помучить ещё больше, она подошла к первому их них, и медленно отвела ногу назад, как бы готовя страшный удар! Такого она не ожидала сама. Она была готова, что они сейчас сорвутся и убегут из казармы, но они покорно стояли. У парня, который должен был получить первый, в глазах заблестели слезы. Танит сама растерялась. Нельзя и унижать мужчин!
- Извини, я думала, что ты убежишь. Я просто хотела пошутить, но, кажется, сама перешла позволенное. Я не сержусь на вас. Простите меня… Парни сели от неожиданности на пол. И Танит опустилась рядом с ними. - Давайте забудем об этом, – предложила она, и ей вдруг стало так стыдно, что у нее самой потекли слезы. – Я виновата… - Что здесь происходит!? – над ними навис Кандерос. Увидев же слезы на лице у Танит, он вдруг закричал: - Всем встать! Доложить по форме, чем вы обидели девушку! Я вас на трое суток запру в карцер! - Ордо, они не виноваты, я сама… - Но лейтенант не хотел ее слушать. Они рассказали ему, все как было. Кандерос схватился руками за свою голову, как будто его только что ударили по лбу кувалдой. - За что мне такое наказание! Вы дети, просто дети, маленькие ещё! Второй день на базе, а вы уже вытворяете всякую дурь! Неужели вы не понимаете насколько здесь все серьёзно? Вы не дома! Мальчишки, подсмотрели в душевой, и что вы себе возомнили? А ты, Танит? Я думал, что ты умом намного взрослее! Могли бы ещё и на бластерах устроить разборку.Мы здесь все братья, а ты сестра наша! Зарубите это на носу! Что мне с вами сделать? Я просто обязан вас посадить в карцер до завтрашнего утра, может образумитесь хоть немножко.
- Мы готовы понести наказание, - сказали парни. - Тогда мальчики, за мной на выход! – Кандерос подзатыльниками выгнал всех пятерых из казармы. - Ордо? – удивленно сказала она, оставшись стоять одна. Он вернулся, и приблизившись к ней так, что они едва не соприкасались лбами, шепотом сказал: - Пойми, я должен пресекать такое в корне. Любой подобный разговор о тебе. Любые фантазии о тебе. Это военная база, здесь такого не должно быть. Не усложняй себе жизнь. - Но я тоже поступила недостойно! Из-за меня ты их накажешь! - Твое поведение дело твоей дурости. И ни на что не влияет. А их отношение к тебе это дело чести всей группы. Я не позволю подрывать мораль моей группы! Поняла? - Нет, я тоже должна понести наказание, я непочтительно отнеслась к ним. Я оскорбила их! - Причём здесь твое детское дурачество? Они прекрасно знали, какие в легионе порядки, они нарушили моральные нормы. - Кандерос начинал уже сердиться, и развернулся, чтобы уйти. Танит чувствовала себя глубоко виноватой перед юношами. Не начни она дурачиться, ничего может быть, и не было бы. Надо было просто промолчать, ведь они же извинились.… Со всего маху она ударила Кандероса в спину! - Тогда посади и меня в карцер, за непочтительное отношение к офицеру! - Да ты просто с ума сошла! Я думал мы с тобой друзья. - Мне что? Пойти генерала оскорбить? - Взбалмошная девчонка! Пойдешь с ними! Посидишь на холодном полу задницей, так голова хоть заработает. Для твоего же блага. Танит и пятеро юношей посадили в подземную каменную клетку. Здесь ничего не было кроме голых стен, сырости да холода. В потолке была маленькая лампочка, дававшая так мало света, что поначалу они не видели даже друг друга. Вместо доспехов им выдали арестантские одежды, в которых они вскоре и начали мёрзнуть. Она так замёрзла, что стук ее зубов звучал эхом в карцере. - Кандерос, сволочь, посадить девушку в карцер?! – вдруг кто-то из парней не выдержал. - Я сама виновата, и вам досталось из-за меня. Кандерос сказал правду - я дура! - Да нет, мы сами виноваты.
Некоторое время они сидели молча, но потом один из них встал и подошел к Танит, снимая с себя рубашку. - Кинитцдо, возьми, надень, а то ты вконец замёрзнешь. - Я не могу принять, ведь ты… - Я выдержу! Не хотелось бы, чтобы ты простудилась. - Может лучше просто присядь рядом, мы так согревались с братьями… - Ой, бедняжка, да ты просто ледышка! – сказал он, когда боком прислонился к ней. – Парни, живо сюда, иначе завтра ее ждёт госпиталь! Ее по-дружески обняли с обеих сторон, кто-то начал растирать ей спину, кто-то взял ее ладони в свои руки, и она почувствовала, как ее со всех сторон окутало тепло. Ей стало очень приятно находиться так близко с ними. - Я все еще не знакома с вами. Как вас зовут? - Меня зовут Тид, твоё имя все знают, – сказал юноша, который сидел напротив и согревал ее ладони в своих руках. – Это Алекс, Фаргар, Боб и Сет. - Тид, я хочу извиниться перед тобой за свою выходку, там, в казарме. Я вообще пошутила тогда, правда, очень неудачно… - Честно говоря, я тогда думал что все это серьезно. У тебя был такой грозный вид.
- Я не собиралась бить, я думала, что напугаю вас, и вы просто убежите!
- А я уже представил как ты ногой мне зарядишь… - Что заранее расплакался! – рассмеялись остальные.
- Я не расплакался! Слёзы как-то сами собой появились… - Да нравишься ты ему, Танит, очень! – сказал Алекс, но тут же прикусил язык. Даже в темноте было видно, как щеки Танит залились алой краской. Она смущённо опустила глаза вниз. - Мне еще никто не говорил, что я кому-то нравлюсь, - голос ее немного дрожал. - Не может быть! Такая красивая девушка! – выпалил Сет, который говорил тогда, в казарме, что у нее красивая грудь. - Парни, мы опять нарываемся на неприятности! Извини нас, Танит, за нашу невоспитанность, мы привыкли говорить то, что думаем.- Сказал Боб. - Я не обиделась. Вы меня нисколько не оскорбляете. Мне приятно то, что вы говорите обо мне. – Танит сказала искренне, и опять опустила глаза. Некоторое время они молчали, но потом она сказала Тиду: - Ты говорил, что целовал бы меня всю ночь? Как это, целоваться? - Я еще никогда не целовал девушку… - он растерялся, и покраснел. - Да и мы никогда так близко ещё не сидели с девушкой, – сказал Алекс. – Мне приятно обнимать тебя…
- Мне тоже очень приятно, с вами так тепло и уютно... - Там, в душевой, мне так хотелось притронуться к тебе! И сейчас твои ладони в моих руках,- сказал Тид. - А мне хотелось притронуться к мужской груди, они у вас такие мускулистые, не то, что у меня…
Тид, ничего не говоря, расстегнул на себе рубашку и прислонил ладони Танит к своей груди. Танит почувствовала, настолько горяча и упруга его грудь. Она почувствовала, как бешено бьётся его сердце, как вздымается его грудь от частого дыхания. И ей показалось, что ритм его сердца передался ей, волна тепла ударила в голову, так что на миг у нее потемнело в глазах. Танит скользнула ладонями вниз, почувствовав его напрягшийся рельефный живот, и вдруг, сама себя не чувствую, обняла его всего руками. Она чувствовала себя как во сне, все казалось таким нереальным, ей было очень приятно и в тоже время немного не по себе. Всем телом она прильнула к нему и чувствовала на своей шее его дыхание. Ее губы сами потянулись к его губам… - Тид! Ты слишком далеко зашел! – вдруг сказал Алекс. Тид резко встрепенулся, и отстранил от себя Танит. Его взгляд был туманным, как будто он только что проснулся. - Прости, Танит, мне не следовало этого делать… Танит застыла, ее губы дрожали, и резко встав, она убежала в дальний угол комнаты. Она села и закрыла лицо руками. Юноши услышали ее плач… - Алекс, ты идиот!!! Тид, дурень, что ты сделал!? – гневно сказал Боб. - Что я сделал? – Тид был очень бледен, и трясся как от лихорадки. - Неужели вы не поняли, что ей тяжело здесь? Тид, лучше бы она врезала тебе тогда! – Боб за шиворот прижал последнего к себе, и уже тихо сказал: - Иди, обними ее снова, вытри слезы, что хочешь делай, но успокой ее. Не наноси рану на ее сердце. Если ты хоть что-то чувствуешь к ней, то ты сам найдешь что сказать. Танит сидела и рыдала. Когда Тид отстранил ее - сон закончился. И вдруг в ней проснулось чувство, что она повела себя как распутная женщина. Чувство стыда прорвалось изнутри, и она убежала. Но ей так хотелось прильнуть к его губам. Ей было очень больно… Кто-то снова обнял ее. Она подняла глаза и увидела Тида. - Не трогай меня! – она оттолкнула его. – Ты думаешь, я твилек, с которой можно поступать, как хочешь?!
- Нет!!! Я не знаю как вести себя с девушками! Прости меня, я идиот!!! Я не хотел тебя обидеть. Ударь меня, но только не плачь! – Тид закричал на весь карцер. - Угомонитесь, вы, там!!! – вдруг за дверью закричал охранник. – Дайте поспать! Сволочи! Их посадили под арест, а они развлекаются. Кому там врезать?!!
Минуту все сидели молча.
- Ну, ты и даешь, – сказал Боб и начал, сдерживая хохот, уползать в сторону. - Танит, ударь его, пока есть возможность, а то это вместо тебя сделает охранник,- вдруг сказал Фаргар, который до этого все время молчал. Она посмотрела на Тида, у того было такое же перепуганное лицо, как и тогда в казарме. Ей вдруг стало смешно. - Дурачок, - с улыбкой сказала она.
- Парни, давайте спать. Сейчас, наверное, уже ночь. Завтра опять тяжелый день, хотя попробуй тут засни на таком полу, – предложил Боб и растянулся на полу.
Все, кроме Танит и Тида последовали его примеру. Они так и сидели молча рядом, смотря друг на друга. Что-то в нем привлекало её, но она не могла понять, что именно. - Кандерос был прав, когда сказал что мы ещё дети, - подумав, сказала Танит. – Я расплакалась как трёхлетняя девчонка, у которой отобрали ее любимую игрушку. - Значит, ты не обижаешься больше? - Нет, но мне почему-то больно в душе… - Поверь, я растерялся, когда Алекс сказал… - А если бы на твоем месте был Алекс? – прервала она его. - Я не знаю, что я сделал бы. - Ты не знаешь? Или хочешь сказать, что помешал бы нам? - Наверное, последнее. - Я тебе очень нравлюсь? - Да.
- А что во мне тебе нравится? Тид некоторое время молчал, а затем сказал: - Просто ты сама.… Будем дружить? - Угу... - Танит прижалась к Тиду и через несколько минут они погрузились в сон.*** Утром в карцер ворвался Кандерос. - Танит, пошли немедленно за мной! Он повел ее к командному пункту. Его лицо было растерянным. - Куда ты меня ведешь? Что случилось? - Твой отец прилетел! Он очень злой!