Тень Мун/Одри. AmericanGods. (1/1)

Тень не боится смерти, Тень боится пустоты.А пустота, которая осталась после смерти Лоры, всепоглощающа.Возможно, всему виной то, как именно она умерла.Возможно.Он сидит на кладбище до тех пор, пока в небо над его головой не высыпают звезды, не замечая ни хода времени, ни сгустившихся вокруг него сумерек, ни упавшей после темным капюшоном ночи.Наверное, его должны терзать мысли о том, как долго Лора обманывала его.Как долго она его предавала.Но внутри у него?— пустота, и только.Золотая монета, которую он получил от Суини накануне, все еще остается холодной в его пальцах?— она никогда не согревается.Как не согреется больше никогда и его сердце, отстраненно думает Тень и горько улыбается.Одри безнадежно пьяна?— она оступается и падает на чужие могилы, проливает виски из полупустой бутылки и шепчет обрывочные ругательства, которые относятся то ли к почившему мужу и лучшей подруге, то ли все же к туфлям на каблуке, которые в конечном счете она скидывает, оказавшись перед Тенью.Ее босые ноги кажутся такими трогательно-беззащитными и молочно-белыми в кладбищенской вязкой темноте?— они открыты до щиколотки, и Тень не может отвести от них взгляда.Наверное, потому, что боится взглянуть Одри в лицо?— боится увидеть там отпечаток той пустоты, которая поселилась у него внутри.—?Хочешь выпить, Тень? —?хрипло предлагает Одри и протягивает ему бутылку. Рука у нее дрожит. Голос тоже, впрочем.—?Это не поможет, Одри,?— тихо отвечает он, отрицательно покачав головой. —?Это сделает лишь хуже. Больнее.—?А я хочу, чтобы мне было больно! —?с вызовом отвечает на это Одри и вскидывает подбородок: светлое пятно во тьме. —?Больно, и мерзко! Так я хотя бы чувствую не тоску, а ненависть к ним! Ненависть, понимаешь? Они заслужили это! Потому что обманывали меня! Нас!..Она говорит все громче, срывается на крик и начинает плакать?— Тень не может так просто смотреть на это и делает то, что на его месте сделал бы любой: делает шаг вперед и заключает Одри в объятия, крепко прижимает к себе и утыкается лицом в ее белокурую макушку.Волосы у нее горько пахнут сигаретным дымом, и у него во рту оседает такой же горький привкус: Лора любила сигареты. Этот запах напоминает ему о ней.Руки Одри сначала судорожно цепляются за его пиджак, она рыдает и вздрагивает, что-то бормочет сквозь слезы, но постепенно успокаивается.Всхлипывает, и в какой-то момент ее пальцы пробираются под его рубашку, которая отчего-то оказывается расстегнутой.Тень сначала ловит ее пальцы, ладонями прижимает к своей коже, но горький запах ее волос дурманит и магия ночи подталкивает к безумию.Под карканье черного ворона, умостившегося на чьем-то обелиске, Тень с рычанием впивается в губы Одри.Горечь в его рту смешивается со вкусом виски на ее языке.Это она опрокидывает его на землю, это она толкает его в грудь с застывшим, стеклянным взглядом.Но это он рывком перекатывается и оказывается сверху, это он прижимает ее своим весом к земле, это он перехватывает ее запястья и грубо фиксирует за ее головой, это он ласкает ее с животной страстью и ведомый непонятным отвращением к ней и к самому себе.—?Мне показалось это правильным,?— позже говорит Одри, натягивая грязное и измятое платье на свое бледное тело, словно светящееся в темноте.—?Я не спрашивал, зачем ты сделала это,?— глухо отвечает ей на это Тень.—?А мне плевать, спрашивал ты, или нет, ублюдок,?— огрызается Одри, но голос ее тут же смягчается:?— Просто это справедливо. Она трахала Робби, а я трахнула тебя.—?Ну, или ОНА трахала Робби, а Я трахнул ТЕБЯ,?— парирует Тень безжалостно и думает о том, что сейчас бы и ему самому не помешала сигарета.Одри смеется?— надтреснуто, зло, но весело.—?Плевать,?— повторяет она. —?Мне было хорошо, Тень. Даже если вы двое трахнули нас, мне было хорошо.—?Мне тоже,?— Тень произносит это машинально, но внезапно осознает, что так оно и есть.Близость с Одри больше походила на помутнение рассудка, но сосущая пустота внутри отступила?— он все еще чувствовал ее, но уже не так остро.—?Что будешь делать теперь? —?не то, чтобы ей это и впрямь так интересно. Скорее, она проявляет вежливость перед тем, как уйти. Хотя, не ей заботиться о приличиях?— не с ним и не после того, что они только что сделали. —?Уедешь отсюда к чертовой матери?—?Да. —?подтверждает Тень и, повинуясь внезапному порыву, касается руки Одри своей:?— А ты? Разве тебя здесь что-то еще держит?—?Кроме желания нагадить на могилы этим сукиным детям? —?усмехается Одри желчно. —?Нет.—?Тогда поехали со мной.Он не уверен, что в самом деле хочет этого, не уверен. что Одри согласится, не уверен, что вообще сказал это.Но он чувствует себя чертовски умиротворенным, когда она просто кивает в ответ:—?Окей.