Часть 7 (2/2)

– Давай вернемся назад, к предыдущему разветвлению, предложила девушка.

– Только что ты была «за», чтобы свернуть сюда., скептически фаркнув я задумался.

В воздухе повисла напряженная тишина. Я осматривал местность, с тоской понимая, что развернуться здесь было практически невыполнимой задачей. Если даже попробовать, то машина по ступицы колес завязнет в болотистой канаве, примыкавшей к дороге, и один лишь Господь Бог знает, что нам тогда делать. По обеим сторонам дороги высился непроходимый лес. Впрочем, дорога – слишком громко сказано, поскольку назвать дорогой эту узкую полоску крошащегося щебня, сдавленную с обеих сторон соснами-великанами, можно было лишь с большой натяжкой.

– Ладно.,произнес я.– Мне кажется, нужно опять свернуть налево. Держаться необходимо южной стороны, только так мы выберемся к 78-му шоссе. Другое ответвление ведет на восток, там вообще непроходимые джунгли.

Рита только успела открыть рот, как я, недолго думая, повернул «пятерку» налево.

– Надеюсь, ты имеешь хоть какое-то представление о том, куда едешь?, спросила девушка.

– Конечно, нет...– Я что, по-твоему, похож на человека, который ездит каждый день на работу через этот лес?

– Не злись., мягко сказала Рита.

– Ладно, извини.

Внезапно дорога стала сужаться. Я со страхом бросал взгляд на топливный датчик. Красная лампочка на приборной доске уже давно мигала, свидетельствуя, что бензин на исходе, стрелка с угрожающей неизбежностью приближалась к отметке «0».

Рита взяла карту и принялась ее внимательно разглядывать.

– Знаешь, по-моему, ты не туда свернул., вдруг сказала она.

«Начинается»...с неприязнью пронеслось у меня в голове, но я промолчал.

– Ты слышишь?, настойчиво спросила она.

– Ну?,нехотя отозвался я.

– Я говорю, что мы едем не в ту сторону.

– Да? И как ты это определила?, В моем голосе проскальзывала ирония.– Этих чертовых дорог нет на карте, Рита. И, пожалуйста, не говори мне, что я не разглядел их.

– Нет,согласилась девушка.– Но мне кажется, что в последний раз нужно было повернуть направо.

– Почему?! Шестое чувство? Сначала Макс устроил истерику, теперь ты! Рит, почему ты говоришь это только сейчас?!, разозлился я.

– Тем более машина здесь не развернется., пробурчав, чтобы хоть как-то оправдать себя я взглянул на девушку, но та хранила ледяное молчание.

Я выругался про себя и сосредоточился на дороге. Колеи от шин постепенно исчезали, и теперь «пятерка» катилась на первой передаче, подскакивая на кочках и рытвинах. Рита продолжала молчать,моё и без того ужасное настроение испортилось окончательно.

– Послушай… Рит, прости, что я сорвался. Нервы и так ни к черту, еще эта дорога...

– Все нормально., сухо перебила девушка, даже не глядя в мою сторону.

От чего я насупился. «Ну и хрен с ней» подумал я. Дорога тем временем стала совсем узкой, на ней чаще появлялись приземистые кустарники. Их недовольный шелест по днищу машины вызывал у меня образ шуршащих паучьих лап. Деревья плотной стеной стояли вдоль тропинки, как безмолвные часовые. Некоторые склонялись прямо к дороге, задевая лобовое стекло автомобиля скрюченными ветками, будто пытаясь добраться до сидящих внутри людей.– Я думаю, скоро должна появиться трасса.,сказал я, пытаясь ободрить девушку, но голосзвучал неуверенно.– Не можем же мы ездить по кругу?

– По кругу – нет. Но, Ярик, лес слишком большой. Боюсь, мы заблудились., ответила та.

– Выберемся, никуда не денемся., твердо сказал я следя за дорогой.Я также обратил внимание, что, несмотря на то что солнце стояло в зените, в лесу наступал сумрак. Рита задремала.

Неожиданно впереди деревья расступились, словно кто-то невидимый раздвинул зеленый занавес, и перед путниками появилась четвертая развилка. На ней можно было развернуться, но мысль об этом пришла мне в голову намного позже. Собственно, тогда я рассуждал примерно так: правая дорога была из гравия с глубокими колеями, поросшими густой травой, а левая – широкая, асфальтированная и с разделительной полосой, пусть и едва видной. По моему разумению, как раз именно эта дорога и была шоссе № 78. Надежда вновь вспыхнула, подобно сухой ветке, брошенной в костер, и я стал молить Бога, чтобы хватило бензина и чтобы эта ровная превосходная дорога с полосой посередине не исчезла никогда.

Я выжал сцепление и выехал на асфальтированную дорогу.

По моим подсчетам, до дачи было рукой подать. Но как только мы миновали первый холм, исчезла полоса,и я нахмурился, но продолжал катить вперед. За вторым пригорком закончился асфальт, и «пятерка» снова потащилась по грунтовке,и снова темный лес все ближе подступал к обочине.

Асфальт кончился так неожиданно, что я не успел притормозить и перевести рычаг коробки передач на ступеньку ниже; взвизгнули рессоры, и машину сотряс мощный толчок, от которого проснулась Рита. Она вскочила, бледное лицо было испуганным.

– Ярик..., она потерла красные глаза.– Ярик, что...

Закончить она не успела, так как машину снова тряхнуло на кочке, после чего автомобиль вильнул влево и въехал в большую лужу.

Я молча вел автомобиль, пока мы не съехали со спуска.Я все еще упрямо надеялся, что вот-вот появится какой-нибудь дорожный знак, либо, на худой конец, дорога станет чуточку получше, но перед нами стлалась только одинокая заросшая тропа. В конце концов жалкое подобие дороги закончилось, и тропинка, по которой мы ехали, плавно растворилась в густой, почти по колено траве, сочной и яркой, какой ее обычно рисуют дети. Я остановился, но зажигания не выключил.

– О чем задумался?, устало спросила Рита.– Теперь уже поздно. Поехали, хуже не будет. Или у тебя есть другие предложения?

Я тоскливо взглянул на указатель топлива. До отметки «0» стрелке оставалось меньше миллиметра.

– Поехали., почему-то шепотом сказал я и затравленно оглянулся. Максим впал в забытье и тяжело дышал, губы его стали фиолетовыми. Рита,бледная и осунувшаяся, облизнула губы.

Автомобиль, злобно фыркнув, поехал вперед, дергаясь и трясясь на ухабах, словно всем своим видом говоря, что даже ему эта поездка давно перестала нравиться.Мы ехали, не подозревая, что с каждым метром удаляются от нужной нам трассы все дальше и дальше.