I (1/1)

Я медленно пила кофе и писала очередное бессмысленное сообщение на форум. Такое впечатление, что там в основном тусят школьники или фрики, имеющие весьма слабое представление о том, что такое нечисть. Иначе вопросов вроде ?зачем с ней бороться?? мне бы не задавали, ведь так?Впрочем, что я об этом знаю? Моя жизнь перевернулась с ног на голову, но несколько лет назад я рассуждала примерно так же. Правда, тогда я была сопливой студенткой и меня больше интересовали явления со сверхъестественной подоплекой. Зачем? Неужели моя жизнь была бы хуже, если бы мне хватило ума выбрать занятие побезопаснее? Риторический вопрос, на который ответ знаю не только я, но и мои друзья. Жила бы я лучше, но не так интересно.— Как это называется?— Дизайн, — по слогам повторила я в который уже раз, медленно водя курсором мыши по монитору. — На сайте Маллоса новый дизайн. Мрачноват, на мой вкус, но в целом... вполне.Рафаэль посмотрел на меня так, будто готов отправить прямиком в ад. Мочь-то он мог, только я не демон, поэтому его уловки давно не действовали. Когда я перестала его опасаться, жить стало намного легче.— И что это означает? — нахмурился он, кивая на чертов монитор. Лет ему во много раз больше, но вот умение логически мыслить с возрастом не появляется, и Рафаэль — ходячее тому доказательство. А в ванной беззаботно плескалось еще одно такое же чудо в перьях. И оба они стали неотъемлемой частью моей жизни.— Ничего хорошего, — терпеливо объяснила я, разрывая пакет с чипсами.С утра маковой росинки во рту не было, пришлось послать Гудвина в магазин, пока я приводила себя в порядок. Поскольку львиная доля хозяйственных хлопот лежала на мне, то питались мы в основном всухомятку. По крайней мере, когда я предложила Гудвину альтернативу в виде грибного соуса, он подозрительно быстро засобирался и перестал спорить. Ладно, признаюсь: хозяйка я никудышная, хорошо, что ребята непривередливы. Рафаэль может съесть даже вареную подошву. Говорит, пробовал. Не хочется думать, чей это был сапог, и при каких обстоятельствах произошла дегустация.Я вообще, честно говоря, побаивалась шутить с обоими на подобные темы. Казалось бы, только что они сами высмеивали какой-то эпизод из своего богатого прошлого, а в следующую секунду Рафаэль мрачнеет, бормочет что-то про усталость и уходит спать, оставляя меня наедине с Гудвином. Нам-то можно не врать, мы знаем, что в комнате у него для подобных случаев припрятана бутылка. Бессмертный — тоже человек, пусть и древний. И с огромными пробелами в образовании. По крайней мере, техника вызывала у Рафаэля священный ужас, и мониторингом сайта его заклятого врага — Маллоса — по умолчанию занималась я.— А точнее? — продолжал хмуриться Рафаэль, запуская руку в пакет с чипсами. Я сказала, что пакет мой? Оговорилась. У нас все общее. Тоже по умолчанию.— Ну, в том, что Маллос нашел толкового дизайнера, нет ничего плохого. А то постоянный черный фон и красные буквы готическим шрифтом — это настоящий вырвиглаз, — я невольно передернула плечами и вновь посмотрела на бледный фон. — А вот то, что он, кажется, спелся с зомби, может сулить проблемы.— Зомби — это низшая каста. С чего бы Маллосу якшаться с ними? — спросил Рафаэль, не отводя взгляда от монитора. Хорошо хоть не стал утверждать, что зомби не существует, а то я уже морально приготовилась.— Смотря какие у него планы, — уклончиво ответила я. У меня не было ни малейшего желания попасть впросак или прослушать очередную лекцию о том, что я ни черта не понимаю. Ну да, я, тридцатилетняя женщина, априори не могу влезть в голову демону, которому, поди, за тысячу перевалило. Гудвин подозревал, что и за две, но не упоминал об этом при Рафаэле. Во избежание скандала.Определенно, моя жизнь была бы намного проще без этих двух больших детей, которым на самом деле минуло не одно столетие.— Ты не знаешь, когда вернется Гудвин? — Рафаэль вдруг резко сменил тему.— Я спала, когда он ушел, — соврала я без зазрения совести.На самом деле я слышала, как Гудвин утром уходил, и прочла его записку. ?Ничего не говори Рэйфу, иначе мне жопа?. Записку я скомкала и сожгла. Не первый и не последний раз, когда я его прикрываю. И подозреваю, что сейчас он правда влип. А может, я нагнетаю лишнее, и они с Блэйном просто пошли в какой-нибудь клуб потусить и развеяться.Блэйн — это приятель Гудвина, из местных. В силу кочевого образа жизни мы обычно не позволяем себе заводить друзей. Но поскольку в Сиэтле нам пришлось задержаться почти на полгода, Гудвин нарушил первое правило бойцовского клуба. И ему об этом никто не сказал — Рафаэль был слишком занят своими делами, а я нашего нарушителя понимала. Мне тоже иногда бывало одиноко, хотелось простого человеческого общения. Но, черт, понятно же, что не с этими парнями!Мои размышления прервал звонок мобильного.— Алло, — кажется, голос прозвучал устало. Когда я последний раз спала?— Сара, приезжай в бар, кое-что для тебя есть.Снова наврала что-то Рафаэлю. Ему не стоило знать, что я отправляюсь в бар. Наспех собралась, проверила, все ли положила в сумку. Немного денег, документы, косметика, даже презервативы есть, хоть я иду не на свидание. Но, поскольку встреча конфиденциальна, то Рафаэлю я сказала, что, кажется, мне понравился один из местных. Не то чтобы его обрадовала эта новость, но правда не понравилась бы совсем. Так что я выбрала из двух зол меньшее.Избавившись от ворчания Рафаэля и очутившись на улице, я почувствовала себя значительно лучше. Все же иногда он бывает редкостным занудой. Точнее, всегда. Ну, и где находится этот бар, в котором у меня предполагается внезапное рандеву? Отправив сообщение, я минут пять простояла, тупо пялясь на дисплей. Ответ был лаконичен как никогда. ?Рядом с моргом?. Жизнеутверждающе, ничего не скажешь.— Пока ты соображала, как объяснить, где бар, я могла спокойно поиграть в тетрис, — это должно было прозвучать сердито, но вышло в лучшем случае весело.— Пока ты соображала, как его найти, я заказала нам пиццу и пиво, — откликнулась моя собеседница, неуверенно улыбаясь.Да, Гудвин не единственный, кто нарушил первое правило бойцовского клуба. Знакомьтесь: Оливия Мур. Лив. Моя подруга, врач-патологоанатом. Сперва мы общались исключительно по делу, но постепенно сблизились. Оказалось, что у нас немало общего: мы легко понимаем шутки друг друга, хотя родом из разных мест, любим Roxette и фильм ?Красотка?, пусть по нам этого и не скажешь. За время расследования убийства, в котором Рафаэль подозревал Маллоса, мне довелось пообщаться с жителями Сиэтла. Немного, но достаточно, чтобы составить впечатление. Собственно, это я к чему: Лив от них отличалась. Даже внешне — мечта гота. Бледная кожа, при виде которой любая аристократка удавилась бы от зависти. Белесые прямые волосы до плеч, светлые глаза.А еще Лив — зомби. Да, самый настоящий. Из тех, кто пожирает человеческие мозги, чтобы оставаться собой. И если появление у меня подруги Рафаэль еще как-нибудь пережил бы, то известие, что я скентовалась с зомби — вряд ли.Я насмотрелась на разномастных демонов, ведьм и колдунов, поэтому меня не смущало, что Лив, строго говоря... мертва. Мы познакомились, когда она уже стала такой. А вот ей, кажется, тяжело с этим жить. Поэтому иногда у нее неуверенная улыбка и заглядывающий в душу взгляд.Само собой, я не всегда знала историю Лив. Если разобраться, то я вообще последний человек, которому она могла довериться. Ведь мы были знакомы всего месяц. Рафаэль искал следы Маллоса в Сиэтле, а я... Я поняла, что это надолго, потому что в деле сразу же появился труп. Фирменный почерк Маллоса — гонялись мы за ним уже несколько лет, но без трупов не обходилось никогда.Состряпав себе фальшивые документы, я без труда проникла в морг, чтобы взглянуть на убитого. Только мне не стоило представляться офицером полиции. Кто ж знал, что должность помощницы старшего детектива местного участка занята как раз Лив? Не то чтобы ее это расположило ко мне, но когда я честно выложила все, помочь она не отказалась. Поначалу маскировала свою осведомленность непонятно откуда берущимися видениями и говорила, что она медиум. Но тут на помощь неожиданно пришел Гудвин, однажды сопровождавший меня в морг. Он подумал, что, на ночь глядя, мне не стоит шляться одной.— Вы ведь не ясновидящая, — уверенно припечатал он, выслушав отчет Лив.— Позвоните детективу Бабина, я давно сотрудничаю с полицией, — запротестовала она, но уверенность ее заметно пошатнулась. — А впрочем, вам вовсе не обязательно пользоваться моей информацией. Не верите — катитесь к черту.Гудвин скрестил руки на груди и с минуту внимательно смотрел на Лив. Не мигая. И взгляд его был потяжелее, чем у Рафаэля. Я и не знала, что наш балагур и весельчак может быть таким... мрачным.— Да что происходит? Видение мисс Мур кажется вполне достоверным, — помню, я подала тогда голос, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Мне казалось, что если я брякну любую глупость, все станет намного проще. Я не была уверена, что хочу знать ответ на еще не заданный мне Гудвином явно неприятный вопрос, который читался у него в глазах. И смотреть на лежащий на столе труп — тоже.— Кажется, — кивнул Гудвин, не сводя с Лив настороженного взгляда. — Но... мисс Мур не говорила тебе, что она — зомби?Поначалу Лив, естественно, все отрицала и твердила, что Гудвин пересмотрел ужастиков. Поняв, что дело зашло слишком далеко, я отправила его в трейлер и попросила ничего не рассказывать Рафаэлю. Я редко просила меня прикрыть, чаще получалось наоборот. Уходить, оставляя меня наедине с зомби, Гудвину не хотелось, но выбора я ему не оставила. Я решила, что раз нам известен секрет Лив, то имеет смысл рассказать ей, кто мы такие. По крайней мере, она перестанет отрицать существование зомби и называть нас психами. Правда, Лив поначалу ушла в другую крайность: решила, что Рафаэль охотится за ней, а мы с Гудвином ему в этом помогаем. Не самая бредовая мысль, если вспомнить, каким фанатиком становится Рафаэль, когда дело касается борьбы с нечистой силой. Взвесив ?за? и ?против?, я выложила все как есть.— И этот твой Рафаэль что же — отправит меня прямиком в ад? — нервно усмехнулась Лив, протирая стол.— Возможно, он... попытается, — не стала отрицать я. — Он мечтает...— Очистить мир от скверны и бла-бла-бла? — спросила Лив. Закончив со столом, она прошла к небольшому холодильнику в углу, явно не для трупов, достала две банки колы и протянула одну мне. — Эпично, пафосно, прям как в сериале для подростков. Но не могу сказать, что впечатлена.— Гудвин не такой. Я, как видишь, тоже, — я пожала плечами, уселась напротив и открыла банку.— Откуда мне знать, что этот твой Гудвин не капнет Рафаэлю, что здесь — осторожно, спойлер! — тусит зомбяк?! — выдержка изменила Лив, она сорвалась на крик.— Я уверена в Гудвине, — не то чтобы это было правдой, но ведь она хотела услышать именно это. Да, жизнь с этими парнями приучила меня врать. Особенно когда я нахожусь в компании потенциально опасного зомби, способного в случае чего поужинать моими мозгами. — Рэйф охотится за рыбой покрупнее, — поразмыслив, объяснила я. — Тебе знакомо имя Маллос?Глаза Лив блеснули, я впервые за весь вечер увидела в них неприкрытую ненависть. Помедлив, она кивнула. Это было не обязательно — я могла поклясться на Библии, что они знакомы. И, судя по лицу Лив, воспоминания об этой встрече у нее не самые радужные.Я угадала — незадолго до нашего прибытия пропал человек. Близкий друг Оливии, доктор Рави Чакрабарти, единственный, кто знал, что она — зомби. Лив подозревала, что за исчезновением Рави стоит какая-то секта, обосновавшаяся в Сиэтле. Но без доказательств ее теория не заслуживала разработки. А улик у нее не было.Мне Лив доверилась не от хорошей жизни. Думаю, если бы не исчезновение доктора Рави, или если бы Гудвин не вывел ее на чистую воду, она бы и дальше хранила свой секрет. Но как есть, так есть. И, должна признать, расклад не самый плохой. Особенно после того, как Лив убедилась: я неоднократно видела демонов разного ранга, но отправлять ее в ад или подавать эту идею Рафаэлю не собираюсь. Конечно, на это ушло время, но она стала заметно спокойнее. Я до сих пор помню, как Лив впервые улыбнулась мне, зная, кто я — той самой неуверенной улыбкой.— Давно ты стала завсегдатаем баров? — поинтересовалась я, запуская руку в пакет с чипсами. Хоть здесь чипсы будут принадлежать только мне.— Не то чтобы, — слегка смутилась Лив и огляделась по сторонам. — Но иначе я не продвинусь, а чтобы найти Рави...— Ты спустишься даже в ад, я поняла, — перебила я и поспешно прикусила язык, увидев промелькнувшую в ее глазах боль. Лив казалась такой хрупкой и беззащитной, что у меня возникло ощущение, будто я только что ударила маленького ребенка. — Прости, неудачная шутка.— Шутка, не шутка, но так оно и есть, — мрачно сообщила Лив, доставая из сумочки мобильник. Я терпеливо ждала, пока она найдет то, ради чего так срочно меня вызвала. — Взгляни, — она развернула дисплей ко мне. Не то чтобы я не ожидала увидеть труп, но... могла бы предупредить. Пришлось быстро схватить бутылку с пивом, чтобы скрыть отвращение.Да, я не патологоанатом, я исследователь психокинетических феноменов, это немного разные вещи. И сомневаюсь, что смогу когда-нибудь так же хладнокровно смотреть на трупы, как Лив, Гудвин или Рафаэль. Но Оливия явно хотела показать не распоротый живот и не порезы, сделанные, кстати, явно после убийства. Что-то ее заинтересовало. Что-то, что должно было привлечь и мое внимание. Я сделала еще глоток, надеясь, что горьковатый вкус пива поможет — мутило меня немилосердно. Так, все, надо отрешиться. Я же профессионал! Как Лив это делает? Ладно, что тут у нас... Мужчина, белый, на вид ему около тридцати, может, чуть больше.— Можно? — я неуверенно протянула руку к мобильнику. Лив кивнула, и мне в ладонь скользнул холодный серебристый смартфон. Я повертела фото так и эдак, пока не сообразила, на что она намекала: — Тату? Наколка и наколка, что...— Точно такое же, как и у двух предыдущих жертв, — пояснила Лив. Забрав мобильник, она увеличила фото, чтобы я разглядела татуировку. Да, теперь я видела, о чем речь.— Скорпион, — глубокомысленно изрекла я, чувствуя себя Капитаном Очевидность. А еще я растерялась.Потому, что видела точно такую татуировку прежде.Потому, что не могла вспомнить, где.— Согласно верованиям некоторых африканских племен, скорпионы охраняют вход в загробное царство, — помолчав, вдруг произнесла Лив, резко вцепившись в столик. Я уже знаю, что это значит: у нее было видение и...— Чей мозг ты съела? — в голову закрались нехорошие мысли. Лив тяжело дышала и часто моргала, как будто ей показали страшное кино. И, похоже, сказала не обо всем, что увидела. Скорпион — очень многогранный символ, но говорит она именно об африканских племенах. Взгляд Лив стал затравленным, и я поняла, что догадалась правильно. И теперь ей будут являться видения из жизни этого парня с тату. — Не очень-то он похож на африканца, — я вздохнула. — А предыдущие?— Один был темнокожим, второй — индеец из Южной Америки, — откликнулась Лив.— Кто бы ни затеял эту заварушку, он явно придерживается максимально широких взглядов, — хмыкнула я.Меня уже слегка попустило после увиденного. Прогресс. Когда Рафаэль при мне впервые отправил демона в ад, я голосила как ненормальная. А еще блевала дальше, чем видела. И всегда считала это нормальной человеческой реакцией. А сейчас — мерзко, конечно, но в целом я испытывала холодное равнодушие. Даже испугалась на миг того, что я постепенно становлюсь... такой. Неужели это и есть мое будущее?— Стоп, все убитые — мужчины? — в душу закрался липкий страх за тех, кто мне дорог, когда Лив молча кивнула. — Я... Я позвоню тебе вечером!