День шестой (2/2)

Пересилив самого себя, парень вылез из-под одеяла и присел на кровати. Взяв кружку с ненавистным напитком, он, зажмурившись, сделал пару глотков.

В это время, в гостиной зазвонил телефон. Конечно, Такахиро знал что сказать, и взял трубку.- Дом Усами Акихико. - Сказал он, взяв трубку.- Такахиро? Привет. Это Усами. - Прозвучал явно удивленный и еще немного сонный голос писателя.- Акихико! И тебе доброго утра. В Англии сейчас ведь утро, да?

- Да, спасибо. А, почему Мисаки не взял трубку?

«Ну вот, забыл, что у него проницательности хоть отбавляй. Надо что-то соврать? Или сказать правду, но немного её смягчить?» - пронеслось в голове Такахаши старшего.- Мисаки немного простудился. - Он остановился на втором варианте, так как врать другу не хотел, да и смысл в этом какой? Усаги все равно приезжает через сутки. - Я пришел помочь ему.- Так и знал. - Обреченно проговорил Усами.Такахиро пошел в комнату Мисаки вместе с телефоном, который был беспроводным. Во второй руке он держал небольшой пакетик, что ночь и день пролежал на столе в гостиной.- Хм? Так он уже давно простужен? - Он прошел в комнату брата, одарив его строгим взглядом. Второй на то зарылся под одеяло, держа через него чашку чая.

Акихико не стал вдаваться в подробности:- Мне вчера его голос показался больным. И ночью не спалось. - Хотя, фраза и была окончена, он поспешно добавил: - дай мне поговорить с ним. Он же не спит?

- Да, не спит, сейчас. - Такахиро придерживая трубку плечом, положил пакет на край кровати и взял у Мисаки кружку, чтобы тот смог свободной рукой держать телефон.Мисаки взял с плеча брата трубкуи сразу же ответил:- Усаги-сан! Доброе утро! - Он, правда, был счастлив. И, пусть он был болен, настроение было хорошим и лишь приходило все с новой силой.

- Накажу. - Как говорится - «Краткость - сестра таланта».

Лицо парня сразу сменилось в своем выражении, словно у ребенка, которого ругали за разбитую вазу.- За что, Усаги-сан? - Недовольно протянул он слова.

- Без меня умудрился заболеть. - Конечно, Усами на тот момент старался быть строгим, скрывая нежность в голосе. Он все же переживал за любимого.

- А, может, не надо?

- Что значит «не надо»? Хотя…ладно. День остался… - Он, видно, хотел договорить, но решил оставить интригу. - Так о чем я? А, да. Я приеду послезавтра в три часа ночи. Встречать не надо. Жди дома.

Растерянный Мисаки кивнув, ответил:- Хорошо. Ты как там? Айкава не убила ещё, слышу?- Да, сегодня у нас свободный день. Съезжу друга навестить.А ты завтра лежишь дома и лечишься.

- Ладно… Удачно погулять. Пока.

- Люблю тебя. Пока, Мисаки.Парень вспыхнул яркой краской на лице, но все же ответил:- И я. - Ответ не был развернут, причина сего сидела на кровати парня и внимательно на него смотрела.

Отключив телефон, он положил его на тумбу и улыбнулся брату.- Странные вы оба… - Рассуждал Такахиро. Но, на этом, пока, все рассуждения были окончены. - Так, где у тебя скотч?

- На столе. - Быстро среагировал Мисаки.

Такахаши молча, подошёл к столуи, найдя там широкий скотч, вернулся обратно.

- Вспомним детство, братишка! - Он достал из мешка, что ранее положил на кровать распечатанные картинки, ручку и блокнот.- Ну, ты же за меня всё сделаешь, я сам хочу. Ты мне просто покажи. - Вот уж и, правда, дитя.

Такахиро оторвал кусок скотча и протянул его Мисаки:- Держи его пока, а я сейчас картинку приклею. В четыре руки получится аккуратнее.

Кивнув, парень взял в руки протянутый скотч и растянул его, чтобы не было «морщинок».- Так, а потом это нужно положить в воду. - Такахаши приложил картинку с зайчиком к липкой ленте и пригладил её, чтобы не оторвалась.Мисаки непонимающе посмотрел на брата, а потом вновь на картинку.

- Она в воде же намокнет.

- Ну, Мисаки, вообще-то именно этого и нужно добиться… Давай пока вторую сделаем.

По тому же принципу они сделали и вторую заготовку для наклейки, после чего Такахаши пошел на кухню, чтобы налить в миску воды.

«Интересно, что же такого Усами сказал Мисаки? Он сразу так поник головой… Утихомирился. И, мне показалось, или он был очень счастливым? Может, они правда стали хорошими друзьями».

Такахаши все думал о чем-то интересующем его, по поводу этих двоих. Тем временем, он уже набрал в алюминиевую миску воды, и поднимался с ней в комнату на втором этаже, где был его брат.- Апчхи! -раздалось из комнаты, когда в ту входил Такахиро.- Будь здоров. - По привычке ответил он.- Спасибо… - Мисаки потер нос тыльной частью ладони.

Брат ему протянул упаковку салфеток, которые отложил ранее из аптечки на стол в комнате младшего брата.Тот, взяв их, поблагодарил.

- Мисаки, а теперь самое важное. Положить эти картинки в воду. Подождем минут десять, и можно приклеивать. - Он поставил миску с теплой водой на стол и окунул в нее картинки обклеенные скотчем.

- И всё? - Удивился парень.- И всё.

Конечно, десятью минутами они не ограничились. Полчаса они точно сидели и разговаривали. И о чем? Да, какие темы они только не затрагивали. Просто, так иногда не хватало этого общения с семьей. У них выбор не велик, да и возможностей тоже не так много. Вот, пользовались ситуацией.

Они говорили о жизни Такахиро о его работе, семье и каких-то занятиях, потом Мисаки рассказывал о своей повседневной жизни, сравнивая её с адом, которым он готов жить всегда. Так же он сравнил жизнь с Усаги-саном и без него. И, он стал таким грустным, словно за живое задели. Хотя, почему словно? Да. Задели за самое ценное, что у него есть кроме брата. За самое сердце, в глубине которого поселился образ Акихико. Его нежный голос с хрипотцой; большие руки, теплые только с Мисаки; кружащие голову поцелуи по всему телу; признания в любви; и просто это - «…Мисаки…».

Этот разговор был, как назло, прерван телефонным звонком.

Такахиро ответил на звонок мобильного телефона, не посмотрев, кто звонил.- Слушаю.- Ты домой скоро вообще вернешься? Где ты там шляешься? - раздавался недовольный женский голос и, замечу, довольно-таки громкий.- Я у Мисаки. Он приболел. Ты не жди меня. Кушай. Я уже скоро поеду. Хорошо? - Оправдался он.В ответ было лишь: «Ладно». Потом короткие гудки.- Жена ругается? - Спросил Мисаки.-Да. Так, что там с наклейками? Уже, наверное, растворились. - Такахиро сразу отвлекся и пошел проверять, что же там, в миске случилось.Выглядело это примерно так: закрутившийся в трубочку скотч, и слоящаяся от экзекуции водой бумага.Он поставил на прикроватную тумбочку миску и вытащил из воды одну «трубочку» из скотча.- Бери. - Протянул он наклейку Мисаки. - Снимай бумагу, не задевая краску на скотче. И всё - готово. - Вторую полоску скрученного скотча он взял сам, начал снимать бумагу, показывая, как это должен делать Мисаки.

Когда полоски скотча были избавлены от бумаги, на них остался рисунок зайчиков.- Так вот как ты это делал! - Восторженно воскликнул Такахаши младший, смотря сквозь наклейку на брата.- Да, теперь лишний скотч вокруг рисунка обрежь и приклеивай на блокнот. Сейчас, ножницы тебе принесу. - Он пошёл к рабочему столу и, взяв ножницы, вернулся, поглядывая на время.

- Уже ехать пора? - Начиная обрезать картинку, спросил парень.- Да. Минами и так ругаться будет за то, что я её не предупредил.

Мисаки приклеил вырезанные наклейки на места назначения.- Так давай, беги. Я тут и сам справлюсь. Чувствую себя уже лучше.Он отложил блокнот с ручкой на тумбу и встал с кровати:- Я дверь за тобой закрою.Такахиро, улыбнувшись, вышел из комнаты, подходя к входной двери в квартиру. Мисаки шёл за ним.- Чай допей, а лекарство я оставил на кухне. После ужина и завтрака не забудь принять.

Они оба уже стояли у порога двери.

- Ага. Завтра позвоню, скажу, как себя чувствую. Хорошо?Такахиро приоткрыл дверь, и, повернувшись к брату, сказал:- Хорошо. А теперь в постель.Попрощавшись, Мисаки закрыл за братом дверь и пошёл обратно в комнату.Развалившись на кровати, он поднял над лицом блокнот с наклеенным на него зайчиком.Разумеется, он был немного криво вырезан, и выглядело это не солидно и странно. Но так мило.И счастье в глазах Мисаки горело до тех пор, пока он не заснул, в обнимку с Сузуки-саном.

Во сне он улыбался. Видно, Усаги был с ним всё это время мысленно.