Часть 1 (2/2)

— Замолчи уже, а?  И смирись, что никому нет никакого дела к этим каракулям. У тебя даже друзей нету, Чон, а ты надеешься на учителя.

— Действительно, никто даже глазом не поведёт.

— Конченые придурки, почему вы прицепились ко мне вообще?

— Нет, так дело не пойдет. Как ты меня назвал? Повтори. — Минсу бросает остатки тетради на парту и подходит ближе к Чону, Тэхён и Гону уже успели отойти в сторону. — Я сказал тебе повторить.

— Конченый придурок.

Минсу теряет терпение. Чонгук открывает рот чтобы продолжать, но сделать это ему не даёт кулак летящий в нос. Удар выходит не слишком сильным, но точным, и Кан попадает чётко в цель. Чон отшатывается, голова начинает кружиться, а он задыхается от неожиданности. Стоять на ногах без поддержки становится трудно, поэтому рукой он опирается на стену, и быстро приходит в себя. Переносица ужасно ноет, а несколько капель крови падают на рубашку. Уголки губ нервно дрожат, он не верит в то, что сейчас произошло. Чон опускает голову вниз, а на лице появляется подобие улыбки.

— Псих, — выплевывает Минсу, — чего ты лыбишься? Добавки захотелось? — он делает резкий шаг вперед, но неожиданно Тэхён его останавливает.

— Хватит. Не думаю, что стоит марать об него руки ещё больше.

Чонгук подымает голову, раздражённо смотря на парней, и краешком рукава вытирает лицо от крови. Тэхён с Гону подходят ближе и останавливаются возле Кана. Первый удовлетворённо смотрит на результат, и в его глазах нет и капли сожаления.

— Будешь теперь знать, как вести себя в следующий раз.

end of flashback

— Зачем ты пришёл? Как узнал, что я здесь работаю?

— Ох, ты даже не представляешь себе. Я оказался здесь абсолютно случайно, но когда увидел твои очаровательные глазки, там, на сцене, не мог не узнать тебя, — Чонгук задумчиво переводит взгляд вниз, на свои туфли и продолжает, — совру, если скажу, что мне не понравилось представление, наоборот, оно было волшебным. Но скажи мне одно, твои горячо обожаемые родители знают, чем занимается их сынок?

— Это уже не твоего ума дела, Чон. Всё посмотрел, убедился? Теперь уходи, у меня и без тебя дел полно. — Тэхён разворачивается и направляется к выходу, но дойти до него не дают: хватают за локоть и дергают на себя.

— Значит не знают… — Чонгук поворачивает его к себе лицом и смотрит на то, как Ким пытается выдернуть руку. — Как думаешь, они обрадуются тому, что их любимый сынуля крутит задницей и раздвигает ноги перед толстыми кошельками? Думаю нет. Я бы с удовольствием посмотрел на это.

— Какое тебе дело до этого? Я со своей жизнью разберусь сам, не смей никому ничего рассказывать, иначе…

— Что? Что ты можешь мне сделать? Я думаю из нас двоих у меня больше преимуществ, поэтому даже не смей угрожать мне, Тэ-Тэ.

— Чего ты хочешь? Что мне сделать, чтобы ты молчал? — Ким сдаётся.

— Встреться со мной на нейтральной территории. К примеру, ресторан. Как тебе идея? — Чон лезет в карман своих брюк и достаёт оттуда свою визитку, — Вот, напиши мне как будет время, но не затягивай, моё молчание не вечно.

***

Тэхён медленно закрыл входную дверь своей квартиры, и не включая свет, прошёл внутрь. Там, за стенами многоэтажки, остался ночной гул Сеула, где люди наслаждались субботним вечером. Он провел рукой по всё ещё влажным после дождя волосам, капли падали на пол — глухо. В гостиной темно, только один луч уличного фонаря пробирался в квартиру через окно. Он скинул пальто на диван и осмотрелся. Комната его встретила привычным уютом и теплом. Всё здесь было сделано в тёплых тонах: бежево-серые стены, что обычно отдавали приятным освещением бра, под ногами мягкий белый ворс, который грел ноги в холодную пору. Панорамные окна в пол открывали неплохо обзор на ночной город с сорокового этажа дома, рядом светло-коричневый угловой диван и плазма напротив.

Тэхён проходит на кухню, на ощупь находит включатель и жмурит глаза от яркого света. «Давно надо было сменить освещение здесь», — пролетает в мыслях. Бокал со звоном касается столешницы и быстро наполняется красным полу-сладким вином. Он возвращается обратно в гостиную, вставляет пластинку в проигрыватель и останавливается возле окна, мысленно возвращаясь в события вчерашнего вечера. Может быть, судьба решила пошутить. Или прошлое напоминает о себе. Всё казалось нереальным. Он всё так же стоял без света, тьма города казалась спасением. Она окружила его со всех сторон, будто зазывала к себе в царство. Слышал, как она дышит ему в затылок и хрипло смеётся.

Сколько лет прошло? Семь? Восемь? Тэхён усмехнулся. «Школьный враг», даже звучит смешно. Тот, над кем он издевался два года старшей школы решил пошутить над ним. Пошутить ведь? Своё бешено бьющееся сердце в момент, когда с него стянули маску он не забудет никогда. Сколько лет он скрывался от мира, убегал ото всех, прятался, обманывал, спасал свою репутацию перед обществом. Когда пять лет назад Ким Ёнсу — владелец медицинского центра «Yo Medical Centre» и по совместительству родной отец Тэхёна — узнал об ориентации сына, он, не раздумывая, но с большим скандалом выгнал его из дома и отказался от любых связей. Мама, что осталась на стороне своего мужа, помочь своему ребёнку ничем не смогла. А когда новость разлетелась по его кругу, он без отцовских денег стал не нужен даже друзьям. А были ли они вообще? Такие же отпрыски богатеньких родителей, которых окружало только лицемерие и понты. Погружённый в свои мысли под расслабляющую мелодию джазовой песни, он и не замечает как пролетает полчаса.

Глаза цепляются за визитную карточку  на столике возле дивана, Тэхён подходит ближе и подцепляет её пальцами. На серебристой основе большими чёрными буквами выгравировано Jeon Legal с контактами данными внизу. Он крутит бумажку в руке, и откровенно сказать, не знает, что делать. Для чего Чон попросил встречи? Будет и дальше шантажировать, чтобы отомстить за прошлое? Тэхёну не хочется об этом думать. Не хочется никуда идти, а тем более видеться. Или же это его шанс искупить грехи? Сколько же дерьма он творил будучи подростком…

В телефоне он открывает мессенджер и быстро печатает:

Ким Тэхён:

Ты хотел встретиться? Хорошо. Где и когда?

Он блокирует телефон и направляется в спальню, в другой руке всё так же держа тонкий бокал, наполненный алым вином, по пути думая чем заняться вечером. На часах уже пол-одиннадцатого, хорошим вариантом было бы упасть на кровать и проспать до завтрашнего утра, но ему такой расклад не нравится. Комната встречает его неприятным холодом, кажется, дверь на балкон опять осталась открытой. Тэхён проходит мимо гардеробной и направляется прямиком в ванную комнату по пути скидывая с себя одежду. Босые ноги касаются кафеля в душевой, а вода смывает усталость очередного утомительного дня. Он подставляет голову под горячие струи и, наконец, полностью расслабляется. В ладонях вспенивается шампунь с приятным мятным ароматом — руки тянутся к волосам, нежно массируя кожу головы. С каждым движением тревожные мысли постепенно возвращаются в голову, но парень быстро переключается, мотая головой. Капли медленно стекают по телу, смывая остатки геля для душа, а поток воды останавливается. Как только пальцы рук тянутся к полотенцу он слышит вибрацию телефона, что означает наличие нового сообщения.

Чон Чонгук:

И тебе привет, Тэ-Тэ.

Как всегда, ты не особо-то и вежлив, а зря…

Ким Тэхён:

К чему это, Чон?

Отвечай на мой вопрос.

Чон Чонгук:

Вижу, тебе не терпится узнать, в таком случае не буду тянуть.

Завтра в семь вечера в Amante, столик будет заказан на моё имя.

Чего хочет Чонгук? Эти мысли не дают Тэхёну покоя. Пообщаться и вспомнить прошлое как старые знакомые? Смешно. Их общение состояло из насмешек и унижений Кима в старшей школе. Их нельзя было назвать друзьями. Никак нет. Одноклассники или просто знакомые, ведь такими по факту они и были.

Ким Тэхён:

Неплохо.

Интересно, как давно ты начал ходить по таким заведениям?

Чон Чонгук:

Завтра узнаешь.

Чего уж спорить, Чонгук очень сильно изменился.  Если раньше он был хрупким не только телом, но и сердцем, то сейчас он тот, кого замечают с первой секунды. В глазах больше нет неуверенности, скованности и страха, перед ним, тогда, в клубе, стоял уверенный в себе и сильный мужчина. Он вырос. Не просто физически — внутренне, глубоко. Тэхён не забудет своей реакции в ту ночь, в клубе. Увидеть старого одноклассника было чем-то нереальным. Чонгук видел, как у того на секунду расширились глаза, напряглось всё тело. Кстати о теле… оно выглядело внушительно, он будто последние пару лет из качалки не вылезал. Сквозь рубашку идеально виднелся рельеф его мышц. Мечта любого. Или любой. Тэхён не хочет об этом думать. Будет обманом не признать то, что если бы их знакомство произошло при других обстоятельствах, Тэхён не захотел бы терять этого мужчину в романтическом плане. Он машет головой из стороны в сторону, и посылает эти мысли подальше. Что за бред вообще?

***

Гудки идут слишком медленно, нет времени больше ждать, ведь это срочно. Надо успеть до вечера, а на часах уже обед. Почему чёртов Хосок не отвечает, когда так нужен? Вот ведь… Чонгук ходит вдоль гостиной, как вдруг, на его звонок отвечают. Ну наконец-то!

— Гук, говори быстро, я немного…занят.

— О боже, ты там что трахаешься?

— Не твоё дело, — на фоне слышится стон, а Чонгук, от греха подальше, отводит руку с телефоном в сторону, — ты не мог позже позвонить?

— Пиздец. Дело важное, поэтому слушай. Мне нужно как можно быстрее найти информацию об одном человеке. Времени есть, — он смотрит на свои часы Rolex, — примерно, часов пять. Сможешь?

— Обижаешь. Конечно смогу, ты только имя и место проживания мне скажи.

— Ким Тэхён. Сеул.

— Подожди…Я сейчас правильно всё услышал? Ким Тэхён, который твой…

Чонгук снимает очки и откидывается на спинку дивана медленно протирая глаза.

— Да-да. Он самый. Не спрашивай больше ничего, я тебе потом всё расскажу.

— Ладно, будет по-твоему. Но что конкретно тебе узнать?

— Всё, что можешь, — он отпивает крепкий кофе что заварила ему домработница, и продолжает, — особенно за последние лет семь-восемь.

— Я тебя понял. Сделаю всё как можно быстрее.

— Спасибо, бро. В долгу не останусь, ты же знаешь.

— Знаю я, знаю. Отключаюсь.

несколько часов спустя

За окном моросил дождь, напоминая, что за окном давно уже не лето, а солнце успело опуститься за горизонт. Кабинет освещала лишь настольная лампа, отдающая приятным теплым светом. Чонгук захлопнул крышку ноутбука, снял очки, и позволил себе пятиминутный отдых перед тем, как переступить границу между прошлым и настоящим. Он давно уже не тот человек, которого можно легко выбить из равновесия. Не тот, кто будет трястись перед детским кошмаром. Он сам воспитал себя, наступил внутреннему страху на горло, и задушил все тревоги. Он чувствует вкус предвкушения и азарта на языке, они сладкие будто мёд. Эта встреча…особенна. Нет, не просто из-за Тэхёна, а того — кто сделал его лучше.

Он покидает свою рабочую зону и направляется в спальню — опаздывать на встречу, назначенную им самим, в планы не входит.

— Я-то думал ты уже никогда оттуда не вылезешь, — Хосок появляется в его доме ниоткуда. Как он здесь оказался?

— Господи, твою мать, ты меня напугал. Как ты вообще зашёл, и почему я тебя не слышал?

— Не бойся, я твои замки не взламывал. Госпожа Пак, уходя, любезно впустила меня внутрь, и сказала, что ты работаешь. Поэтому я и просидел в гостиной почти час, пока ждал тебя.

— Ладно, у меня мало времени, что там у тебя?— Чонгук проходит дальше по коридору и направляется к гардеробной, что находится в спальне.

Комната встретила его мягким светом, отражающимся от стен глубокого графитового цвета. Здесь всё было сделано так, как он любил: минимализм без холода, роскошь без выкрика. Спальня дышала тем спокойствием, которое он выстроил сам. По центру стояла большая двухместная кровать, изголовье которой было оббито дубом, с правой стороны под ногами лежал длинный ковёр, ведущий в гардеробную. На прикроватной тумбе блестели часы, снятые по приходу домой. Напротив — плазма, висящая на стене, Чонгук, честно говоря, не помнит, когда последний раз ею пользовался. Несколько картин, написаных им самим, украшали левый угол спальни. Он любил смотреть на них и вспоминать свои подростковые годы. Кто-то мог бы сказать, что они совершенно не вписываются в интерьер, но как же похуй было на чужое мнение — ведь это частичка его души.

Хосок последовал в комнату за ним, устроился на мягкой кровати и достал папку с документами. Среди множества бумажек нашлось нужное ему досье.

— Ким Тэхён, двадцать семь лет, окончил старшую школу Чхондам в Сеуле, поступил в Сеульский Национальный Университет на медицинское, после второго курса по неизвестным причинам был отчислен. Заявок на вступление в другие учебные заведения не подавал. Последние несколько лет его ни разу не замечали в окружении своей семьи, ходят слухи, что они не общаются. Живёт в съемной квартире, почти в центре города. Близких друзей у него тоже нет… — он на секунду остановился, будто проанализировал то, что  сам только что сказал. — Место работы узнать не удалось, здесь одно из двух, либо безработный, либо очень хорошо шифруется. И последний не очень важный, но интересный факт: он гей.

— Гей? Интересно.

— Что? Ты только это и скажешь? А ничего что я полгорода поднял ради этого?, — возмущенно вскинул Хосок и бросил папку на кровать. — Только попробуй сказать, что этого тебе недостаточно.

— Вполне достаточно. Не общается с родителями… это забавно. — Чонгук держит в руках две рубашки — чёрную и тёмно-синюю. Подходит к зеркалу, подносит каждую по очереди к груди, пристально оценивая, какая из них смотрится на нём лучше.

— А ты куда собираешься? Я-то думал посидим вечером вдвоём, ты мне всё расскажешь.

— Расскажу, Хо, но не сегодня. У меня важная встреча.

— Что? Неужели у тебя свидание? И кто он? Или это она?

— Тебя это не касается. Я ведь не спрашивал, с кем ты сегодня еб…

— Я понял, понял. Молчу. — Он показывает замочек на губах, а после, ключик, который якобы выбрасывают куда-подальше.

Чонгук выходит из гардеробной, откуда было прекрасно видно всё, что происходило в спальне. Хосока он обнаружил лежащим на своей кровати, и пнул того ногой, чтобы вставал. Старший злобно фыркнул на него, но поднял свой зад.

— Так куда ты едешь хоть скажи. — Зевая сказал старший.

— У меня встреча в Amante. — Ответил Чонгук после того, как оценивающе в зеркале прошелся взглядом по себе, и направился на выход.

— Ладно, тебя подбросить?

— Не нужно, спасибо. Не думаю, что буду не в состоянии сесть за руль. — Обуваясь ответил Чон. Подхватил с крючка своё пальто и направился на выход.

— Ты уверен? — не сдаётся Хосок.

— Абсолютно.

— Как скажешь. Моё дело предложить. — Сдается, направляясь к выходу за младшим.

Уже на выезде он добавил:

— Не забывай о защите!