Часть 101, пункт седьмой: снег и лед (1/2)
Среди белоснежных снегов, мирно покоящихся на склоне Уральских гор в пригороде Челябинска, стайка ребят, что уже давно забыли, как быть хоккеистами, во всю осваивали новые виды спорта. Каждый из шести отважных парней успел пару раз навернуться со своего транспорта, но даже тут главный герой — Дмитрий Яшкин — умудрился выделится, валяясь чаще в снегу, чем стоя на лыжах. Не выдержав накала страстей, пару раз лыжи от него сбегали, и он под общий хохот бегал их ловить. Солнце неумолимо приблизилось к самой своей верхней точке. Они должны были уйти в домик, уже мокрые, раскрасневшиеся, давно протрезвевшие, но Яшкин был против. Он только научился стоять хорошо на лыжах и самую сложную трассу, что предлагали ему горы, прошел следом за всеми, ни разу не завалившись. Взор мальчишек уперся чуть дальше в горизонт, где за забором начиналась полная свобода. Галкин с Ахтямовым с надеждой посмотрели на ребят, стоящих позади них.
— Я хочу туда. — Сказал Володя, обняв свою доску, — Давайте туда пойдем?
— Я хочу жить. — Честно признался Мэйсек, прижавшись к Диме, что в очередной раз цеплял ноги в крепежи лыж. — Давай мы не пойдем на свободные степи. У нас лошадка необучаемая…
— А вы и не ходите. — Артур улыбнулся, — Нас отпустите, а сами катайтесь дальше.
— Бобер, ты уже пару раз падал об камни так, что едва не ломался. — Кертис отрицательно покачал головой, повиснув с другой стороны Димы, — Нас Широков с Трямкиным зашибут, если с тобой что-то случится.
Оба мальчишки синхронно повернули головы. С острых каменистых вершин тянуло ледяным ветром. Снежные холмы манили своей красотой. Настоящие живые горы, что на каждом хребте уникальны. Галкин шумно выдохнул и сказал:
— Я так давно мечтал покататься с таких резких уступов. Я умею на этой штуке кататься… — Он снова повернулся, — Ну пустите… Хотя бы меня…
— Я тоже умею на них стоять. — Мэйсек показал свою пару лыж в руках, — И я на них стою дольше, чем ты на свете существуешь. Володя… Правда, не стоит. Давай мы мирно продолжим дальше кататься?
Яшкин, почувствовав на себе грустные взгляды, перестал воевать с лыжами и поднял голову, встрепенувшись. Шумно шмыгнул носом и тут же сказал:
— Езжайте, только если пообещаете, что никаких «очков экстрима». Иначе старшаки мне голову открутят.
Артур с Володей тут же улыбнулись, хотя стояли вдвоем поникшие. Синхронно кивнули, дав обещание. Брукс с Кертисом дали ему подзатыльник. Никита улыбнулся, и, схватив доску, вдруг бросился бежать. Проскочил мимо парочек по колено в снегу. С размаху на лету перемахнул через забор. Заскочил тут же на сноуборд.
— Никита, нет! — Взвыл Волк, — Никитка! Не смей!
Лямкин едва дождался, когда сапожки зафиксируются на доске, и, тут же раскинув руки, сиганул вниз с обрыва. Галкин с Ахтямовым бросились следом за ним.
— Если с Никитой что-то случится, я тебе этого не прощу! — Тут же зарычал Кертис, — Зачем ты им разрешил?!
— А я причем?! — Удивился Яшкин. — Пускай мальчики покатаются — они знают что делают.
Никита полетел вниз с обрыва на полной скорости. Ледяной ветер хлестал по лицу. Сердце заходилось в бешенном ритме. Ноги с руками уже немного отмерзли. Но желание покорить неприступные вершины было выше любых неприятностей. Галкин с Ахтямовым, зафиксировавшись на досках, сиганули следом за Никитой, тут же разъехавшись по разным сторонам. То и дело из-под снежных барханов выбивались камни. Чарующий пейзаж впереди довольно серьезного склона, уходящего далеко вниз, заманивал забраться подальше. Скорость все быстрее. Ветер с колкими частичками царапал кожу. Воздух стал тяжелым и ледяным. Мальчишки уверенно догнали Никитку, и все втроем скользили по снегу, сделав себе трассу там, где она не предполагалась. Брукс крепко держал Кертиса, обняв его сзади, не дав ускакать за своим Домовым.
Склоны слишком серьезные. Острые камни могут стать внезапным препятствием и в любую секунду окончить путь. Услышав, как Волк тихонько заскулил, Дима вопросительно посмотрел на него и снова перевел взгляд вперед. Около них встала толпа зевак, наблюдающих за быстрым движением парней. Галкин ловко уворачивался, успевая перепрыгивать острые барханы. Резко присев, добавил в скорости, и, резко оттолкнувшись, сделал переворот в воздухе, подлетев над небольшой скалой, тут же плюхнулся на гладенький снег. Раздались громкие аплодисменты. Трое лыжников с ужасом в глазах наблюдали за тем, как мальчишки играются в «шашечки», обгоняя друг друга. Артур резко дал в бок, и проскользнув доской по огромным валунам боком, тут же резко развернулся, поехав спиной вперед, счастливо улыбнувшись. Галкин ему подкорректировал движение, аккуратно показав в какую сторону двигаться. Услышав команду «прыгай» Артур оттолкнулся от снега, и, подлетев над очередным «трамплином» развернулся в воздухе, изящно изогнув ножки, похваставшись всем рисунком на нижней части доски, свалился обратно на снег, выбив его по склону. Ветер с гулом бродил среди острых вершин, предлагая Никите сделать что-то такое, от чего все рты раскроют. Он слегка изогнулся, скользя по гладкому снегу. Нашел себе пригорочек по силам.
— Брукс, сейчас будет что-то плохое. — Прошептал Кертис. — Брукс, пожалуйста, пообещай мне, что все будет хорошо с ним…
— Все нормально. С нами полевой медик-жаба. — Усмехнулся Дима, повиснув на заборчике, ограждающем их от склона горы. — Ничего не будет с твоим мальчиком.
Кертис дернулся, и вдруг громко завыл. Крепко зажмурившись, вцепился в Мэйсека, начав хныкать. Брукс с боязнью наблюдал за всем, шумно выдохнув теплый воздух.
Внизу, на горном склоне снега становилось все больше, и уже даже большие валуны скрывались мягкой шапкой. Артур с Володей вытянули руки, схватившись друг за друга над головой, скользя впереди Никиты. Резко разъехались в разные стороны, изящно развернувшись и развели руки, указав всем зевакам на то, как Лямкин, набрав приличную скорость, проскользнул по пригорку. С силой оттолкнулся от снега. Доска едва-едва зацепилась краем за оголившийся камень. Он этого не почувствовал, смело перевернувшись в воздухе. Организм, увидевший белоснежную пустыню с одной стороны и светло-светло голубое небо, спутав, где горизонт и с какой стороны земля, решил просто сдаться и найти ориентир по гравитации. Никита плюхнулся доской на снег, ослабевшие ноги тут же подогнулись, не выдержав нагрузки, и он покатился вниз по склонам, приложившись об камни. Кертис завыл, упав на колени.
Артур с Володей быстро нагнали самоубийцу-неудачника и, встав поперек, собой остановили его. Жаба вытянула руку вверх, раскрыв ладошку. Брукс, всучив Кертиса в крепкие руки Димы, попросил его не отпускать ни в коем случае птицу из рук. Перепрыгнув барьер, зафиксировал ноги в лыжах и сиганул вниз со склона. Быстро и уверенно скакал среди камней. Яшкин же, прижав к себе Кертиса, что тихонько выл, погладил его и сказал:
— Да все нормально будет. Не бойся. Ну свалился. Ну с кем не бывает.
Артур склонился к Никите, что растянулся у них с Володей в ногах и мягко перевернул его на спину. Галкин взвыл, увидев, как по снегу потекла кровь. Хорошо он ногой об камни ободрался. Даже штанина порвалась.
— Бля, всегда боялся так разъебаться. — Улыбнулся Володя. — Ляма, живой?! — Увидев неуверенный кивок, усмехнулся, — Придурок. Чего уебался-то?
— Бля, захотелось! — Никита сжал в руках снег, так и не раскрыв глаза, — Пиздец, нихуя не могу… Словно… слабость…
Он положил голову на снег, тяжело дыша. Артур с Володей тут же подняли головы, с улыбкой смотря на то, как Брукс, преодолев склон очень осторожно и максимально быстро, затормозил около них. Тут же присел около Никиты и спросил:
— На ноги встать сможешь? Что болит?
— У меня голова закружилась. — По-русски ответил Никита, взмахнув рукой, — Я сам не встану…
Брукс тут же поднял голову, вопросительно посмотрев на Артура с Володей. Мальчишки переглянулись и тут же усмехнулись. Никто из них не знал что это за слово. С горем пополам по синонимам и догадкам, объяснили Бруксу что не так. Тот взял Никиту за одну руку, Володя взял за другую. Они вдвоем подняли Никиту на ноги. Едва поймали, чтобы он не завалился. Артур присел перед ним на колени, чуть повозился, чтобы доска не мешалась, и приподнял взмокшую штанину. Приподнял куртку и осторожно смотрел его живот.
— Ногу просто распорол. Должно быть все в порядке. Больше никаких тебе гор Кертис не даст. Привяжет тебя к поручню на уличной лесенке, будешь скулить с его братьями по крови на пару. — Он поднял голову и улыбнулся Бруксу, — Его надо наверх поднять. Есть идеи?
Брукс повернул голову и посмотрел наверх. Тяжелый будет путь. Он задумался, попросив пару минут. Снял с ног лыжи. Неуверенно потоптался по снегу, раздумывая над путем назад. Быть может надеялся, что Никита очнется сам. Но судя по тому, как Галкин согнулся, пытаясь удержать высокое тяжелое для него тело, шансов было мало. Стянул с шеи шарф, и попросил обоих мальчишек снять сноуборды. Положив обе доски, положил свои лыжи сверху, перекрестив. Артур стянул свой шарф вместе с тем, что прикрывал морду Володе. Они связали транспорт в четыре руки, сделав из него носилки. Аккуратно уложили Никиту на него. Брукс вручил обе палки Артуру и сказал ему, указав на склоны:
— Ты будешь путь нам прокладывать. Мы с Галей не дойдем по острым склонам. Не донесем его. Так что веди нас.
Ахтямов тут же кивнул, забрав оружие. Прочистил пару склонов, уйдя немного вперед. Галкин с Мэйсеком усмехнулись и, договорившись друг с другом, подняли «носилки», на которых лежал Никита, отправившись в путь. Лететь со склонов было весело. Подниматься по склонам с безжизненным телом уже не так весело. Группа наблюдателей изумленно за всем наблюдала, переглядываясь. Дима же держал Кертиса в курсе событий, крепко прижимая его к себе, едва слышно успокаивая. Спасательная операция прошла успешно и они подняли убиенного снова на гору. Усадили его на скамеечку. Зеваки поблагодарили спасателей за шоу и разошлись. Кертис, с трудом выбравшись из объятий Димы, быстро добежал до своего любимого и тут же обнял его, зажлобно заскулив. Никита приподнял голову и с улыбкой сказал:
— Все нормально. Штанину порвал только.
Артур стянул с него перчатку и недовольно посмотрел на окровавленный бинт. Поднял взгляд и сказал:
— Пойдем, я ему помощь окажу, ты штаны зашьешь…
— Я не хочу уходить. Хочу еще покататься. Просто слабость настигла меня по дороге. Я в порядке. — Никита шумно выдохнул, — Воздух там другой был. Сейчас мне гораздо лучше.
— Я тебя сейчас задушу и станет легче уже мне. — Кертис недовольно пихнул его, — Зачем?!
— Было весело.
— Соглашусь. — Усмехнулся Галкин, снова встав на свою доску и кинул Бруксу обе пары лыж. — Это ощущение ветра в волосах не скоро забудется. На коньках такого драйва не получишь.
— Ты коньками пользоваться не умеешь. — Усмехнулся Кертис. — На коньках веселее бывает.
— Маленький! Ну Волчонок! — Заскулил Никита, — Ну дай мне еще покататься!
— Не-е-т! — Кертис пригрозил ему пальчиком, по-доброму отказав.
— Вот зараза доставучая. — Усмехнулся Домовой, вытянув ноги, — Ну Волчо-о-оно-о-ок!
— Я сказал — неть! — Фыркнул Кертис и отставил его доску подальше.
Все громко рассмеялись, когда Домовой начал хныкать, но Волк остался стоять на своем. Яшкин слегка повернул голову и, с улыбкой пихнул Брукса в бок. Тот следом пихнул его жопой и завалил обратно на снег. Дима расхохотался, прикрывшись руками.
— А можно мне его доску забрать?! Я тоже хочу!
Диме вручили доску Никиты, пока самого Никиту Артур с Кертисом повели в домик. Остальные же продолжили кататься. Галкин начал хныкать, когда Дима попросил его научить на доске стоять. Выяснилось, что у Яшкина нет никаких навыков совсем. И с координацией у него тоже явно большие проблемы. Пока они катались по склонам, выбивая снег из досок, ловя ветер на бегу, в домике происходила врачебная дискуссия. Пока Артур обеззараживал рану на ноге, и перевязывал ее, Кертис сидел рядышком поджав ноги. У него была не менее важная работа — он зашивал единственные штаны.
— Придушил бы тебя. — Улыбнулся Волк, сделав очередной стежок. — Сказал же — не надо. У меня чуть инсульт не случился…
— Я его лечить не умею, поберегите меня. Иначе мне придется на сосну залезать и там связь ловить, чтобы с Аней поговорить. И то сомневаюсь, что она скажет что делать. — Он рассмеялся, — Она по наркологии лучше соображает. Практики было больше.
Все трое расхохотались. Артур перевязал ногу и протянул руки, чтобы Никита подал руку. Тот тут же отрицательно покачал головой, спрятав руку за спину. Кертис резко впился ему зубами в шею. Никита вскрикнул, дернувшись, и, схватился обоими руками за его волосы, попытавшись оттянуть. Артур поймал руку на лету, и быстро развязал бинт. Хватка хищника тут же разжалась. Никита расслабился, протягивая руку и прошептал:
— Нечестный прием.
— Ты сам вредничаешь. Я тоже с тобой церемонится не буду. — Прошептал Кертис, мягко поглаживая его по растрепанным волосам, — Вот ты же сам к врачам не пойдешь. Твое счастье, что у нас своя медсестра ходит. Или надо было тебе Аню взять?
— Не надо… — Прошептал Никита и, надув губы, отвернулся от него.
Вскрикнул, почувствовав острую боль и тут же выдернул руку. Артур развел руками, показав Кертису, что ничего с ним толком еще не делает. Волку ничего не осталось, как отвлечь его очередным поцелуем. Рука Никиты снова протянулась к Ахтямову, что продолжил спокойно делать перевязку.
На горных склонах разворачивалась очередная драма. Яшкин, решив в очередной раз повыебываться, пошел на обгон Брукса, зацепился за его лыжу и в очередной раз отправился обниматься со снегом. Брукс, затормозив около него, аккуратно присел рядышком. Дима глупо улыбался, похлопав глазами любуясь своим мальчиком на фоне гор и чистейшего светлого неба.
— Я голодный. — Он вдруг вытянул руку, — Я не предлагаю тебе туда пойти, где Никитка уебался. Но там есть склон поменьше. Давай мы туда пойдем.
— Два условия, при которых я скажу тебе, что мы туда пойдем: ты меняешь сноуборд на лыжи, потому что на них у тебя явно лучше получается, и мы ждем нашего врача.
— Жабку мы уже дождались. Ну поднимай меня…
Брукс поднялся на ноги сам и, аккуратно переступив Диму, упер лыжи в снег и обнял Яшкина, что повернул сноуборд боком. С трудом подняв свою лошадку с очередной ямы, в которую она завалилась, он ее отряхнул. Быстро отправились наверх, где Володя с Артуром стояли и хохотали над тем, какого черта вообще происходит и что с этим делать. Увидев, как Яшкин отстегнул крепежи с одного транспортного средства и залез в другое, оба мальчишки шумно и с облегчением выдохнули, поблагодарив Брукса за это. Мэйсек, на правах старшего пионервожатого, проще поддался на уговоры и разрешил мальчишкам отправиться снова за забор к острым скалам и непротоптанному снегу.
Проводив мальчишек взглядом, повернул голову к Диме, что с улыбкой указал на более пологий склон, где на первый взгляд не было настолько серьезных преград, только было многовато деревьев. Не одно-два, как на общих склонах, на которых уже почти народу не осталось, а сильно больше. Он перелез через заборчик и помог Диме перебраться. Покачал бедрами. Мышцы на спине заныли. Очень плохо. Вот бы ночь снова поспать на мягкой кровати. Повернув голову, едва успел заметить, как Яшкин, оттолкнувшись палками от снега, поехал вниз и, ловко скользя мимо деревьев, быстро помчался вниз. Брукс тут же бросился за ним, с трудом поравнялся с Димой и кратко успел дать пару советов, чтобы Дима уверенней себя чувствовал на склоне. Лыжи оставляли за собой небольшую колею на свежем хрустящем снеге. Дима пару раз не успел присесть, зацепившись мордой об еловые ветки. Наблюдающие со стороны Артур с Володей, уже вернувшись целые со своего маршрута, начали ржать с того, что было видно, об какие деревья они зацепились, просто потому что с ветвей слетала белоснежная шубка из снега. Володя с Артуром посовещались и решили нагнать непутевых лыжников. Быстро скользя по снегу на полной скорости, за минуту догнали тех, кто ехал в два раза медленнее.
— Ахуенно как! — Воскликнул Дима, летя с горы на полной скорости. Вскинул руки, — ебать я не могу понять насколько широки мои руки, — тут же запел, — широка река…
— Какая странная музыка у тебя в голове играет… — расхохотался Володя, несясь следом на сноуборде — с Витей поменьше общайся
На полной скорости пролетел мимо Артур, мимо сноуборде, обдав ребят снегом, и громко распевая «Землю Матушку» помчался вперед. Им ничего не оставалось, как успевать догнать его. Ахтямов резко свернул с маршрута, дав в сторону, и, подлетев на резком склоне, сделал переворот в воздухе, скрывшись за деревьями. Следом подлетел и Володя, только уже не испугался сделать переворот вверх ногами, скрывшись следом. Яшкин, нагнав их, слегка поджал ноги, и, успев вовремя оттолкнуться, громко заорал от испуга, раскинув руки. Он подлетел на метр с обрыва, пролетев над деревьями, и абсолютно не знал как приземляться. Его истошные крики распугали всех птиц, одна из которых в него врезалась. Дима взвыл, с трудом сведя ноги на лету, приземлился, довольно мягко, но ноги его с непривычки не удержали, и он шмякнулся спиной об землю. Начал громко хохотать, проводив взглядом разлетевшиеся лыжи. Следом за ним подлетевший Брукс, сделал такой же изящный переворот кверху лыжами, засыпав лежащего на земле Яшкина снегом, и мягко приземлился на снег. Замечтавшись о чем-то влетел в дерево. Пошатнувшаяся крона тут же скинула с себя снег, засыпав упавшего незадачливого лыжника толстым слоем снега. Раздался громкий неистовый ржач двух сноубордистов, что единственные сумели проскочить без последствий последний отрывок пути.
— Кто поставил сюда это чертово дерево?! — Взвыл Брукс, с трудом выбираясь из снега, — Блять, лыжи улетели…
— А не все мне их ловить! — Заливался громким хохотом Яшкин. — Так тебе и надо! Довыебывался.
Мэйсек с трудом встал на ноги, и счастливо улыбнулся, стоя весь в колючках и снегу. Дима, увидев его, начал неиство громко ржать, закрывшись руками. Артур, подняв обе лыжи Яшкина, сказал:
— Яшкин!
— А?
— Стрела! — Он тут же швырнул лыжи в Диму, отправив его обратно в снег. Громкий ржач разошелся по склону.
— Уйди, тебя прокляли. — Володя кинул в Брукса его лыжами и снова завалил на снег.
— А какого хера вы вообще прыгать начали опять с трамплинов. — Брукс, в очередной раз встав на ноги, вытянул очередную партию иголок, — Яшкин еще этот необучаемый.
— Ну все прыгнули, и я тоже прыгнул! — Возмутился Дима, поднявшись со снега и застегнув лыжи, подъехал гордо к Бруксу. — О, ты ежик… Не головы, ни ножек…
— Ну ты еще пойди из окна прыгни, полезно, говорят, весной… Чего делаешь то?! — Возмутился Брукс, — И я еще с тобой! Видели бы меня мои родители, мне бы таких пиздов вломили бы. Связался с какими-то малолетками. — Он словно собака отряхнулся от снега, замотав головой, от чего Диму засыпало иголками. Артур, подобрав сломанную ветку, кинул ее в Брукса и снова сбил его с ног. Раздался неистовый ржач.
— О Брукс, тебе уебали! — Радостно посвятил в происходящее Дима своего любовника.
Он поднял его и прижал к себе сзади, положив голову на плечо, с улыбкой смотря на то, как Артур с Володей, гордо вскинув руки, отбили друг другу пять. Для них очередной спуск вне трассы закончился очень удачно.
— У тебя было что-то ценное с собой? — Заинтересованно спросил Брукс, указав на разорванную куртку Димы.