☯︎ Новая реальность ☯︎ (1/2)
Весенняя ночь коротка, а солнце встает<span class="footnote" id="fn_38119026_0"></span>. Ци Мейли долго не хотела открывать глаза, нежась в теплой постели, почти с головой накрытая теплыми пуховыми одеялами. На самом деле, белье нуждалось в замене, но девушке было все равно. Тело безвольно, словно лишилось всех костей. Мин Лэ Ян оторвался на ней так, словно он год оставался без еды. В конце концов, слабый, еще не восстановившийся организм Ци Мейли сдал, и девушка лишилась сознания после очередного яркого оргазма. Она так хотела спать! Внутри все ныло, внутренняя часть бедер непрерывно дрожала. Ци Мейли в какой-то момент сдалась и могла лишь беспомощно умолять:
- Хватит... Остановись... Я не могу больше...
В ответ ее любовник лишь ускорялся, пока не достигал желанной разрядки. Приходя в себя от глубокого сна-обморока, Ци Мейли все еще ощущала вес мужского тела, который продолжал находиться в ней, мягко и плавно качаясь в колыбели ее бедер. Мин Лэ Ян не мог оторваться от белоснежных манящих изгибов, мучая уже растертые, воспаленные соски на упругой груди, словно ребенок, дорвавшийся до желанной еды. Кожа на шее также горела. Ци Мейли с удовольствием вспомнила, что тоже отомстила – укусила Мин Лэ Яна куда-то в изгиб шеи. И судя по сдавленному стону боли, укус был чувствительным.
Итог был неутешительным – встать Ци Мейли не могла. И от этого становилось жутко стыдно! Особенно перед слугами. Но, учитывая их громкие стоны и развязное поведение вчера, чего они еще не поняли?! Вскоре девушка услышала заботливый голос Син Шихонг:
- Госпожа, госпожа, уже наступил час у-ши<span class="footnote" id="fn_38119026_1"></span>, солнце высоко на небе, прекрасный день. Госпоже необходимо привести себя в порядок и поесть! Император дал строгие распоряжения не беспокоить Вас и хорошо накормить.
- Мы сильно шумели? – донесся сдавленный голос из-под одеяла.
Син Шихонг захихикала.
- Не то слово! Все служанки были красными как креветки. Клянусь, они все обзавидовались госпоже!
- Я уже стара для таких марафонов... – продолжал слышаться глухой голос из-под одеяла. – Давай ванну. И мазь.
- Все уже готово, - Ци Мейли поблагодарила Небеса вновь за то, что вернули ей Син Шихонг - золотую понимающую девочку.
- Выгони их. Не хочу, чтобы они смотрели.
Когда квест по погружению в воду был успешно пройден, а подвижность возвращалась, Ци Мейли рассматривала свое тело. На ней живого места нет. Опять. Видимо, нельзя Мин Лэ Яна долго держать на голодном пайке. Но все же, странное поведение для мужчины с таким гаремом. Женское противоречивое Я громко заявляло о себе. С одной стороны, все сладко сжималось от осознания, что он хотел ее и только ее. С другой, рассматривая свои отметины и засосы, оставалось возмущение такой несдержанности. Да, женщина – на то и женщина. Самые яркие следы остались на груди и шее. Где-то проступили синяки. Соски оставались чрезмерно чувствительными, одежду носить было невозможно. Лишь через время после нанесения заживляющей мази, Син Шихонг смогла завязать хозяйке дудоу и накинуть еще сверху теплый длинный халат с традиционной вышивкой шусю.
После такой ночи аппетит проснулся зверский. Во время вкусной трапезы кашей с грибами и кусочками курицы, свежайшими паровыми булочками и чаем Ци Мейли вернулась мыслям к единственному вопросу, который ее сейчас интересовал: «Что же дальше?»
Как любовник Мин Лэ Ян оставался для девушки идеален. Хотя сравнивать особо было не с чем, но даже того скудного опыта девушке хватило, чтобы осознать насколько сильные ощущения легко пробуждал в ней этот человек. «Почему?» – недоумевала она. - «Почему из всех людей в этом доисторическом варварском времени я, дурная, умудрилась запасть именно на собачьего Императора?! Хотелось просто спокойной жизни...»
В обед Юн-ди явился вместе с лекарем Е. Он с удовлетворением в глазах видел ее попытки скрыть все метки на своем теле, которых все равно оставалось видно предостаточно. Тайи, стараясь сохранять невозмутимый вид, долго слушал пульс и осматривал лицо девушки.
- Организм госпожи все еще не здоров. Ее ци нарушена холодом яда. Состояние внутренних органов тоже подвергалось разрушительному влиянию. Что за яд, которым отравили госпожу?
- Юнксу, вроде, – неуверенно произнесла Ци Мейли.
Пожилой тайи Е кивнул, выписывая рецепт.
- Да, очень похоже. Яд действует не сразу, накапливается в организме, нарушая работу внутренних органов. Сейчас госпоже придется усиленно восстанавливаться и пить все противные лекарства, что выпишет ей этот скромный лекарь.
- Мне сказали... Что, возможно, эта наложница никогда не сможет иметь детей... – Ци Мейли неуверенно посмотрела на застывшего Юн-ди. Мужчина же в тот момент пожалел, что не может воскресить Ли Чжао и снова собственноручно раздробить все ее кости в порошок... Надо было оставить эту суку в живых...
- Это очень распространенное побочное явление от действия яда, тем более, если он глубоко проник в кровь. Но Ваше тело молодое, яд верно извлекли, очистили кровь, словом, лечение было верным. Кто спас Вас, госпожа?
- Лекарь Тан, он из простолюдинов... Не знаю, где он живет.
Старик в темно-зеленой придворной мантии нахмурился.
- Хм, не слышал. Надо познакомиться с коллегой поближе. Простой лекарь смог оказать такую квалифицированную помощь... Он заслуживает награды, Ваше Величество.
- Чжэнь не возражает. Если сочтешь его достойным, пригласи этого верного айцина<span class="footnote" id="fn_38119026_2"></span> служить во Дворце. Талантливые лекари нам нужны.
- Госпожа сейчас не должна думать о детях. Сейчас ей нужно просто восстанавливаться, как уже и сказал этот подданный. Да, беременность сейчас нежелательна. Но в будущем, если будете делать все, что этот скромный лекарь говорит Вам, все будет хорошо. Необходим экстракт дилонга<span class="footnote" id="fn_38119026_3"></span> как укрепляющий. Отвары трав будете принимать отдельно – это суп Ба Бао Чжоу<span class="footnote" id="fn_38119026_4"></span>. Много горячей и теплой пищи. Никакого холода для тела.
- Выпишите Нашей наложнице отвар от зачатия, – Юн-ди посмотрел в растерянные глаза Ци Мейли.
Девушка вспыхнула.
- Ты же был против... – она совершенно забыла про этикет и манеру обращения к Императору. Однако лекарь на мгновение впал в ступор. За такое можно и двадцать палок схлопотать...
- Не говори ерунды, – резко оборвал Юн-ди. – Твое здоровье для меня важнее! Без детей я могу прожить. И ты слышала, что сказал лекарь – в будущем у нас будут дети.
Лекарь еще какое-то время довольно нудно вещал Ци Мейли о том, что можно и что нельзя. Наконец, исчезнув за дверью, пожилой старик оставил после себя затянувшуюся тишину.
Юн-ди аккуратно обнял довольно измученную на вид девушку и осторожно погладил щеку. Его глаза были полны раскаяния.
- Прости меня, - впервые Юн-ди так откровенно просил прощения.
- Есть ли смысл говорить о том, что уже произошло?
-Если мы не будем разговаривать, моя дикая слива, то перестанем понимать друг друга. Поэтому всегда говори мне все то, что беспокоит тебя.
- Хорошо. Ты прав. Меня беспокоит мое будущее.
- Почему? Я позабочусь о тебе, у тебя будет все самое лучшее.
- И до каких пор? На каких условиях?
- Условиях? – Небеса, он иногда совершенно не понимал мысли этой женщины. Словно она из какого-то иного мира.
- Ты - Император. У тебя огромный гарем, куча жен и детей. Я – всего лишь временная игрушка. Но, к сожалению для тебя, у меня тоже есть эмоции и чувства. И я просто хочу жить свободной спокойной жизнью.
Юн-ди напрягся.
- Я понимаю тебя, – усмехнулся мужчина. – Хотя и не сразу, но я осознал. Однако, должен тебе сказать следующее - моя дикая слива наказана. Она будет находиться здесь без права выхода за пределы отведенных покоев до тех пор, пока я не разрешу. Прошу тебя подумать над тем, что произошло и почему это произошло. Будь послушной, Ци Мейли. Не ищи ссор и конфликтов. Ты должна восстановиться, окрепнуть. Тебе предстоит усердная работа, поскольку за твое обучение я возьмусь всерьез. Пока ты лишь «Приблажная Мей» в своих манерах. Моя супруга должна мне соответствовать.
- Я не твоя супруга, – автоматически огрызнулась девушка, которая слушала этот монолог, замерев. – Я временная...
- Хватит! – зло прервал ее Юн-ди. – Откуда такая уничижительность?! Любая будет счастлива твоему положению, но ты всегда недовольна.
- Я просто смотрю правде в глаза! И еще - я не простила тебя за то, как ты поступил со мной, – продолжала упрямиться Ци Мейли.
- Хорошо, – тихо вздохнул Юн-ди, крепче обнимая. – Этот несчастный признает свои ошибки и будет делать все для твоего прощения... В любом случае, мы останемся вместе, потому что ты единственная сварливая и недовольная особа, с которой я не смогу расстаться.
- Ты что, разведешься и сделаешь меня императрицей?!
Император сузил глаза и внимательно вглядывался в растерянное после бурной ночи лицо:
- А ты бы этого хотела?
- Нет! Абсолютно! Я просто в ужасе от всех этих придворных обязанностей, тонкостей этикета! И все эти женщины...
- Да забудь ты о них! Их нет!
- Нет? Неужели ты не понимаешь, Мин Лэ Ян? Я никогда не соглашусь быть одной из... Я не хочу тебя как Императора, не хочу быть в чьем-то гареме. Я хочу жить обычной жизнью со своим любимым человеком, с нашими детьми. Это обычная женская мечта. И я не отличаюсь от других девушек в таких простых желаниях, – Ци Мейли умоляюще заглянула в темные абрикосовые глаза напротив.
Юн-ди снова вздохнул.
- Это обычная мечта дорого стоит здесь, моя девочка. Иногда нам просто необходимо искать компромиссы, верно? Я обещаю тебе, пока ты остаешься со мной, больше никого не будет. Ты хочешь быть единственной женщиной в моей постели?
Ци Мейли, не веря, удивленно переспросила:
- Зачем тебе...