Часть 15 (2/2)

Тэхён лукаво приподнял бровь. Алкоголь уже вовсю гулял по венам, делая его движения ленивыми, а взгляд — тягучим, как мед. Он качнулся в сторону Чонгука, и его ладонь, словно случайно, скользнула по мощному бедру альфы, ощущая твердость мышц сквозь ткань брюк.

— Ты уверен? — его голос прозвучал с хрипотцой. — Я сейчас... не слишком твердо стою на ногах. Могу упасть прямо на тебя. И кто знает, захочу ли подниматься.

Чонгук перехватил его блуждающую руку, крепко сжимая тонкие пальцы. В его темных глазах, отражающих неоновые вспышки, вспыхнуло опасное, голодное пламя. Он на мгновение замер, чувствуя, как внутри всё горит от желания просто подхватить Тэхёна на руки и унести отсюда. Но он осознанно заставил себя сделать глубокий вдох, усмиряя инстинкты: он не хотел пользоваться его хмельной расслабленностью…

— Я готов подстраховать, — серьезно, без тени улыбки ответил Чонгук, притягивая омегу ближе к себе. — Мои руки достаточно крепкие, чтобы удержать тебя. В любом положении.

На танцполе Чонгук прижал Тэхёна к себе почти до хруста ребер. Ладонь альфы скользнула по спине, обжигая сквозь тонкую ткань рубашки. Тэхён обвил его шею руками, чувствуя, как их бедра сталкиваются в такт тягучему ритму. Это не был танец — это была прелюдия, растянутая во времени и пространстве. В какой-то момент Чонгук понял, что еще минута — и он сорвется прямо здесь, на виду у всех.

— Пойдем, — выдохнул он, обжигая шею Тэхёна.

Он повел его к узкому коридору за барной стойкой, где пахло дорогим деревом и старым виски. Там, в тишине, нарушаемой лишь глухим отзвуком басов, Тэхён прижался спиной к прохладной стене.

— Нас… нас потеряют, — прошептал он, но его пальцы уже вовсю терзали воротник рубашки Чонгука, притягивая его ближе.

— Пусть ищут, — отрезал альфа, накрывая его губы своими.

Поцелуй был глубоким, властным, пропитанным вкусом мятного ликера и того самого отчаянного желания, которое они сдерживали весь вечер.

Тэхён тихо простонал, окончательно теряясь в руках человека, который еще вчера казался ему лишь суровым напарником, а сегодня стал центром его вселенной.

💠💠💠💠💠💠💠

Когда они вышли из клуба, ночной воздух показался невероятно вкусным — холодным и чистым после душного зала. Чонгук привычным, уже почти собственническим жестом открыл перед Тэхёном дверь внедорожника, бережно придерживая его за талию. В салоне воцарился уютный полумрак, наполненный запахом леса и парфюма.

Прежде чем завести мотор, Чонгук потянулся к Тэхёну и мягко коснулся губами его щеки, проходясь выше к виску.

— Я слишком много выпил, да? — спросил Тэхён, прикрыв глаза и откидываясь на подголовник.

— Совсем немного, — мягко улыбнулся Чонгук, выруливая на пустую ночную дорогу. — Но ты в любом состоянии выглядишь невероятно...

Тэхён смущенно отвел взгляд, чувствуя, как к лицу приливает жар, не имеющий отношения к алкоголю:

— Это всё коктейли Хосока….

— Ты отлично держался. Но твои глаза тебя выдали, Тэ. Особенно, когда ты смотрел на меня, — тихо добавил Чонгук.

Тэхён тихо фыркнул, но в душе всё расцвело. Они негромко обсуждали вечер: как забавно Хосок пытался изобразить брейк-данс под медленную музыку, и как Сухо подозрительно часто поправлял очки, делая вид, что изучает меню, когда на самом деле наблюдал за ними.

На каждом светофоре Чонгук находил повод коснуться его. Его рука лежала на бедре Тэхёна, транслируя спокойствие и уверенность, а когда они останавливались, пальцы альфы переплетались с тонкими пальцами омеги, закрепляя их негласный союз. Разговор лился сам собой — тихий, спокойный, без лишнего пафоса, как будто они знали друг друга всю жизнь.

Они остановились у ворот под желтым светом одинокого фонаря. Прежде чем Тэхён успел сделать шаг к воротам. Чонгук мягко придержал его за локоть и кивнул в сторону заднего сиденья машины.

— Погоди, Тэ. Чуть не забыли твоего нового друга.

Чонгук подошел к машине и вытащил того самого огромного, пушистого медведя, которого он с таким азартом отвоевал в тире. Игрушка была настолько массивной, что почти полностью скрыла за собой стройную фигуру омеги, когда альфа передал её ему в руки. Тэхён невольно рассмеялся, обхватывая медведя и зарываясь лицом в его мягкий мех, который всё еще хранил легкий аромат салона машины Чонгука.

В какой-то момент, перехватив игрушку одной рукой, Тэхён первым осторожно взял Чонгука за свободную ладонь. Этот жест, такой простой и будничный, значил для него сейчас больше, чем любая страсть. Это было обещание.

— Спасибо… за сегодня, — произнес Тэхён, делая шаг вперед и, несмотря на преграду в виде огромного медведя, прижимаясь лбом к плечу Чонгука. «Пожалуйста, пусть это не кончается», — пронеслось в его голове тихой молитвой.

Чонгук сжал его ладонь, притягивая омегу к себе для последнего на сегодня объятия. Тэхён уткнулся носом в его шею, вдыхая родной запах леса и сандала, который теперь смешивался с запахом новой игрушки. Это было тепло. Это было правильно.

— Это только начало, Тэ. Теперь я тебя никуда не отпущу. Обещаю.

Тэхён отстранился, его взгляд над пушистой головой медведя был ясным и серьезным:

— Спокойной ночи, Гук.

— Спокойной ночи, Тэ-Тэ.

Придерживая тяжелого медведя, Тэхён скрылся за калиткой. Чонгук стоял у машины до тех пор, пока ворота не закрылись, и лишь когда в окне второго этажа зажегся мягкий свет, он позволил себе победную, абсолютно счастливую улыбку.

Он представлял, как Тэхён сейчас бросает медведя на кровать и, возможно, улыбается так же, как и он сам.

Это был их общий путь, и сегодня они сделали по нему самый важный шаг.