Глава 4. (2/2)

Тэхён замер. Сердце предательски стукнуло о рёбра.

— Н-ничего особенного, — быстро ответил он. — Просто наставник. Старший следователь. Всё.

— Просто? — Сокджин подошёл ближе, хитро прищурившись. — А почему тогда ты красный, как томатный соус в этом блюде?

— Я не красный! — Тэхён тут же закрыл лицо ладонями. — Просто… на кухне жарко!

— В феврале-то? При открытом окне? — хмыкнул Джин.

Тэхён растерянно оглянулся, будто и правда проверяя температуру воздуха.

— Всё, я… я забыл телефон наверху! — выпалил он и стремительно направился к лестнице.

— Телефон у тебя из кармана худи торчит! — крикнул Сокджин вслед, усмехаясь.

— Значит, мне нужен… второй! Которого нет!

Он почти взлетел на второй этаж.

Сокджин тихо рассмеялся и притянул к себе Ханыля, обняв со спины.

— Наш мальчик вырос, — прошептал он.

Он развернул мужа к себе и коснулся его губ долгим, спокойным поцелуем — без спешки, без показной страсти, но с глубиной прожитых вместе лет. В этом жесте была вся их история.

Но идиллию прервал звук шагов на лестнице.

— Кхм-кхм! — Тэхён стоял на ступенях, театрально прикрыв глаза ладонью. — Я вообще-то за водой спустился! Неужели нельзя как-то без… этого?

— Мы обсуждали крайне важные вопросы, — невозмутимо отозвался Джин, не спеша отпускать мужа.

— Ну что, следователь Ким? Первый день прошёл без арестов? — перевёл тему Джин.

И Тэхён с облегчением включился в рассказ о документах, протоколах и новых обязанностях — о всём, кроме одного имени.

Ужин прошёл в уютной, спокойной атмосфере. Смех, разговоры о работе, лёгкие поддразнивания — всё постепенно возвращало Тэхёну внутреннее равновесие.

Едва его голова коснулась подушки, сон накрыл мгновенно. Но последним, что он почувствовал, был призрачный запах хвои и амбры — будто воспоминание о чужом присутствии, въевшееся в кожу.

💠💠💠💠💠💠💠💠💠💠

В это же время на другом конце города Чонгук вошёл в свою пустую квартиру. Просторный лофт в индустриальном стиле с панорамными окнами от пола до потолка встретил его тишиной и мягким отражением ночных огней. С высоты верхнего этажа Сеул казался россыпью светящихся точек — далёким, почти нереальным.

Его отец, Чон Барым — уважаемый начальник полиции Пусана, — с детства учил сына самостоятельности и ответственности. Не жёсткостью, а требовательной верой в его силу. Папа всегда поддерживал эту линию, мягко, но уверенно напоминая: «Ты справишься». Родители по-прежнему жили в Пусане и время от времени приезжали в столицу — проведать сына, убедиться, что у него всё хорошо. Чонгук, будучи единственным ребёнком, привык держать высокую планку — не из страха разочаровать, а из желания соответствовать тому доверию, которое в него вкладывали.

Он достал из холодильника графин, налил себе стакан ледяной воды и сел на широкий подоконник. Холод стекла приятно касался кожи, возвращая к реальности, но мысли упрямо возвращались к другому.

Образ Тэхёна — белоснежная рубашка, тонкие запястья, растерянный, но глубокий взгляд — не выходил из головы. Внутри, где-то под рёбрами, медленно разгоралось странное, давно забытое предвкушение.

Чонгук взял телефон и, немного помедлив, набрал номер. На фоне раздавались музыка и смех.

— Алло, Минхёк? — он понизил голос, стараясь звучать спокойно. — Я по поводу новенького, Кима. Вы давно знакомы?

— А, Тэхён-и? — голос Минхёка был весёлым, явно после пары бокалов. — Мы четыре года в одной группе учились. Лучший омега потока, Чон. Но сразу предупреждаю — он неприступен, как крепость. Ни одного альфу к себе не подпустил за всё время. А что, понравился?

Чонгук на секунду замолчал, наблюдая, как по стеклу стекает капля конденсата.

— Просто уточняю детали, — ровно ответил он, хотя внутри уже поднимался азарт. — Ладно, до завтра. И не задерживайся, нам ещё дело закрывать.

Он положил телефон на холодный бетон подоконника и едва заметно усмехнулся.

Крепость, значит?

Он никогда не гнался за лёгкими победами. Ему было интересно только то, что требовало усилий, терпения и точности.

Теперь, когда маски слегка сдвинулись, игра обещала стать по-настоящему интересной. И Чонгук собирался вести её по своим правилам.