Часть 3.3. Конфликт и его последствия. (1/2)

Ну вот, мы с моим новым отрядом наконец-то добрались до столовой, пробираясь по бесконечным коридорам этого мрачного здания Фатуи. Я шла впереди, рядом с Клэр, а Хьюго и Фрэнк плелись позади. Признаюсь честно, я им совершенно не доверяла, да и они, судя по всему, отвечали мне тем же. Напряжение витало в воздухе, густое и осязаемое, как туман.

Столовая оказалась огромным, гулким помещением, освещенным тусклыми лампами, свисающими с высокого потолка. Длинные деревянные столы и скамьи тянулись рядами, а в дальнем конце виднелась раздаточная линия, за которой суетились повара в белых колпаках. Запах чего-то неаппетитного, напоминающего переваренные овощи и дешевое мясо, ударил в нос, заставляя поморщиться.

Мы остановились у входа, оглядываясь. Большинство столов были заняты. Фатуи всех рангов – от рядовых агентов до офицеров в более изысканных мундирах – сидели, ели, разговаривали вполголоса. Их лица были суровы, движения отточены, а взгляды – настороженны. Никто не смеялся, не шутил. Атмосфера была тяжелой, пропитанной дисциплиной и скрытой угрозой.

Клэр, казалось, чувствовала себя здесь как рыба в воде. Она уверенно шагнула вперед, направляясь к одному из свободных столов. Я последовала за ней, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Хьюго и Фрэнк, как всегда, держались на расстоянии, их тени скользили по стенам, словно они сами были частью этого мрачного здания. Я чувствовала их взгляды на своей спине, острые и изучающие, и это ощущение было неприятнее, чем запах еды.

Мы заняли места за столом, который оказался на удивление чистым. Клэр кивнула в сторону раздаточной.

— Идите, возьмите себе что-нибудь. Не думаю, что здесь есть выбор, но хоть что-то.

Я встала, чувствуя себя неловко под десятками чужих взглядов. Каждый Фатуи, казалось, оценивал меня, взвешивал, решал, представляю ли я угрозу или просто очередная пешка. Я старалась держать спину прямо, взгляд – уверенным, но внутри все сжималось от напряжения. Это место было чужим, враждебным, и я понимала, что каждый мой шаг здесь может быть фатальным.

Подойдя к раздаточной, я увидела, что Клэр была права. Выбора особо не было. На подносе лежала порция чего-то, что отдаленно напоминало тушеное мясо с кашей, и кусок черствого хлеба. Запах был еще более отталкивающим вблизи. Я взяла поднос, стараясь не смотреть на повара, чье лицо было таким же безразличным, как и у всех остальных здесь.

Возвращаясь к столу, я заметила, что Хьюго и Фрэнк уже сидели на своих местах, их подносы были пусты. Они, видимо, уже успели поесть, пока мы с Клэр осматривались. Или, что более вероятно, они просто не хотели есть эту гадость. Я села, поставила поднос перед собой и посмотрела на Клэр. Она уже ела, не обращая внимания на вкус или запах, ее движения были быстрыми и эффективными.

Я взяла ложку и попробовала. Вкус был таким же отвратительным, как и запах. Мясо было жестким, каша – безвкусной. Но я знала, что мне нужно есть. В этом месте нельзя было позволить себе быть слабой. Каждый кусочек еды, каждая капля энергии были важны для выживания. Я заставила себя есть, стараясь не думать о том, что это за мясо и откуда оно взялось.

Тишина за нашим столом была оглушительной. Клэр ела, я ела, а Хьюго и Фрэнк просто сидели, их взгляды блуждали по столовой, выискивая что-то, что я не могла понять. Я чувствовала, что они что-то замышляют, что их присутствие здесь не случайно, и что рано или поздно их истинные мотивы проявятся. И тогда мне придется быть готовой.

Я украдкой бросила взгляд на Хьюго. Его лицо было непроницаемым, но в глазах мелькнул какой-то холодный расчет. Фрэнк же, казалось, был более нервным, его пальцы нервно постукивали по краю стола. Они были разными, но оба излучали ауру опасности, которую я уже успела почувствовать в их действиях.

Клэр, заметив мое замешательство, тихо спросила:

— Все в порядке? — Я кивнула, стараясь придать голосу как можно больше уверенности.

— Да. Просто… непривычно. — Она понимающе улыбнулась, но в ее глазах мелькнула тень беспокойства.

— Я знаю. Но мы справимся. Главное – держаться вместе. Это только сегодня мы едим тут, завтра покажем где мы едим обычно.

Держаться вместе, – повторила я про себя. Легко сказать. Когда возможно твои спутники – потенциальные предатели, ”держаться вместе” означает быть начеку каждую секунду. Я чувствовала себя как на минном поле, где каждый шаг мог привести к взрыву.

Я снова посмотрела на Хьюго и Фрэнка. Они не ели, не пили, просто сидели и наблюдали. За кем? За нами? За кем-то другим в этой столовой? Или, может быть, они ждали какого-то сигнала?

Внезапно, из дальнего конца столовой раздался резкий звук, похожий на удар металла о металл. Все головы в помещении повернулись в ту сторону. На мгновение в столовой воцарилась абсолютная тишина, нарушаемая лишь гулом ламп.

Хьюго и Фрэнк одновременно подняли головы, их взгляды были прикованы к источнику звука. В их глазах я увидела не просто любопытство, а что-то более глубокое – предвкушение, готовность к действию. Это был тот самый момент, которого я боялась.

Клэр тоже напряглась, ее рука незаметно скользнула под стол, где, я знала, она держала свой клинок. Я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее. Это было не просто очередное испытание, это было начало чего-то большего. И я была уверена, что Хьюго и Фрэнк сыграют в этом свою роль. Вопрос был лишь в том, на чьей стороне.

И тут в столовую вошли трое Фатуи. К моему несчастью, одного из них я узнала. Это был Лукас, один из доверенных лиц Дотторе.

Я почувствовала, как холодная волна страха пробежала по спине. Лукас был известен своей безжалостностью и преданностью Дотторе. Его появление означало, что ситуация вышла за рамки обычных интриг и перешла на новый, гораздо более опасный уровень. Я взглянула на Хьюго и Фрэнка. Их лица оставались непроницаемыми, но я видела, как их глаза внимательно следили за каждым движением Фатуи. Они ждали. Ждали сигнала, команды, или, возможно, просто подходящего момента, чтобы вмешаться.

Клэр, казалось, тоже пришла к тем же выводам. Ее пальцы крепче сжали рукоять клинка, и я заметила, как ее взгляд скользнул по столовой, оценивая возможные пути отступления и потенциальные укрытия.

Лукас, высокий и стройный, с надменным выражением лица, окинул присутствующих взглядом, который, казалось, пронзал каждого насквозь. Его спутники, двое крепких мужчин в стандартной форме Фатуи, заняли позиции по обе стороны от него, их руки покоились на рукоятях оружия. Они не произнесли ни слова, но их присутствие было красноречивее любых слов.

Я почувствовала, как воздух в столовой сгустился, стал почти осязаемым. Каждый вдох давался с трудом. Все ждали. Ждали, что произойдет дальше. И я знала, что это ”дальше” не сулит ничего хорошего. Моя интуиция, которая редко меня подводила, кричала об опасности. Это было начало. Начало чего-то, что могло изменить все. И я была уверена, что мы все, так или иначе, окажемся втянуты в эту водоворот событий. Вопрос был лишь в том, кто выйдет из него победителем, а кто будет поглощен без остатка.

Но тут Лукас с его людьми заметили меня. Его взгляд, до этого скользивший по толпе, резко остановился на мне, и на его губах появилась хищная ухмылка.

— О, какие люди, — протянул он, его голос разнесся по столовой, заставляя некоторых вздрогнуть. — Не думал, что увижу тебя в наших рядах. Так еще и в отряде Первого Предвестника. И как же ты к ним попала? — Лукас окинул взглядом моих новых знакомых, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на презрение или, возможно, давнюю неприязнь. Видимо, у них был какой-то конфликт, либо они сами по себе друг друга недолюбливали.

— Это не твое дело, Лукас, — ответила я, вставая между ним и новым отрядом. Он был почти на голову выше меня, но я об этом не переживала. Краем глаза я увидела, как Клэр, Хьюго и Фрэнк удивленно переглянулись, явно не ожидая, что я вступлюсь.

Его ухмылка на мгновение застыла, сменившись выражением легкого недоумения, которое тут же уступило место раздражению. Он явно не привык к такому отпору, особенно от кого-то, кого он считал незначительной помехой.

— Не мое дело? — повторил он с напускным смешком, который не достиг его глаз. — Ты забываешь, с кем говоришь, и чьи интересы я представляю. Ты впуталась в дела, которые тебе не по зубам, и теперь пытаешься прикрывать этих… — он презрительно окинул взглядом Хьюго и Фрэнка, — …неизвестных мне людей.

Его взгляд снова вернулся ко мне, теперь в нем читалось не только презрение, но и холодная угроза.

— Ты думаешь, что можешь просто так появляться там, где тебя не ждут, и вести себя так, как будто ты одна из нас? Дотторе не терпит самодеятельности. И я не терплю, когда мои приказы игнорируют.

— Я не впуталась ни в какие дела, Лукас. Я просто оказалась здесь. А эти люди… — я кивнула в сторону Хьюго и Фрэнка, — …они мои спутники. И я не позволю тебе угрожать им или мне.

Мои слова прозвучали твердо, но я видела, как в глазах Лукаса мелькнул огонек, предвещающий бурю. Он сделал еще один шаг вперед, и его спутники, словно по команде, заняли более агрессивные позиции. Воздух вокруг нас, казалось, искрил от напряжения. Я знала, что этот момент может стать точкой невозврата. И я была готова к тому, что произойдет дальше.

— Да что ты говоришь. Разговариваешь прямо как ваш любимый Капитано, в котором вы души не чаете. Что же он в тебе нашел? Ах, я знаю, ты наверно станешь его новым оружием, или, еще лучше, ты спишь с ним, - сказал Лукас, обходя меня, словно хищник, оценивающий добычу, вновьвставая передо мной.

Я застыла, словно статуя, высеченная из мрамора, мое сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Его слова, словно ядовитые стрелы, вонзались в самую душу, оставляя горький привкус унижения. Но я не позволила себе показать слабость. Глаза, полные решимости, встретились с его холодным, насмешливым взглядом.

— Ты ошибаешься, Лукас, — мой голос звучал ровно, несмотря на бурю, бушевавшую внутри. — Я не чье-то оружие, и уж тем более не игрушка. Капитано видит во мне личность, человека, который может быть полезен, а не просто пешку в твоей грязной игре.

По крайней мере я на это надеюсь...

Он рассмеялся, звук его смеха был подобен скрежету металла.

— Полезен? – повторил он, — Ты действительно в это веришь? Наивная дурочка. Вы все здесь такие. Думаете, что можете что-то изменить, но на самом деле вы лишь пылинки на ветру, которые Капитано сметет, когда ему надоест.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, — я вновь сделала шаг вперед, сокращая дистанцию между нами. — Возможно, ты привык играть по своим правилам, но мир не ограничивается твоими представлениями. Капитано — человек чести, и я верю в него.

Последние слова прозвучали как вызов. Лукас больше не смеялся. Его глаза сузились, в них мелькнула злость, подобная вспышке молнии перед грозой. Он явно не ожидал такого отпора.

— О, человек чести? — он снова издал этот неприятный смешок. — Знаешь, что отличает такую, как ты, от таких, как я? Я беру то, что хочу, и не считаю нужным притворяться. А вы, наивные идеалисты, тратите жизнь на иллюзии, веря в добродетель тех, кто давно забыл о ней. Капитано – всего лишь еще один игрок, использующий маску благородства для своих грязных целей.

Его слова были ядовиты, но я уже не чувствовала их укола так остро. Я видела лишь жалкую попытку посеять сомнение, разрушить мою решимость. Я знала, на что иду, и была готова принять последствия.

— Твои слова – лишь отражение твоего собственного цинизма, Лукас, — ответила я, поднимая голову и глядя ему прямо в глаза. — Ты видишь мир через призму своих поражений и предательств. Но не все сломлены так, как ты. Мой выбор сделан, и я не собираюсь его менять.

Последнее слово осталось за мной. Он молчал, его лицо было непроницаемой маской, скрывающей кипящую ярость. На этот раз я была уверена, что выиграла этот раунд.

— Глупые детишки, мы еще посмотрим как вы сгинете вместе со своим Капитаном.

И вот я не выдержала и мой кулак стремительно прилетел в челюсть Лукасу. Честно говоря я не знаю что на меня нашло в этот момент.

Удар был точный и сильный, именно такой, какой я отрабатывала месяцами. Челюсть Лукаса дернулась, глаза расширились от неожиданности, но он лишь скорчил гримасу боли, не отступая. Это был не первый раз, когда наши пути пересекались в таком враждебном ключе, и я знала, что он не из тех, кто пасует перед первым же физическим столкновением. Его цинизм, как и его нахальство, были столь же непоколебимы, как и моя решимость.

— Ого, какая резкая девчонка, — прошипел он, прижимая ладонь к скуле. — Капитано вас неплохо выдрессировал, надо признать. Но даже самая острые клинки ломаются, когда сталкиваются со скалой. И ты, и твой благородный Капитано — лишь пешки в большой игре, и скоро вы оба окажетесь на доске, готовые для жертвоприношения.

Я отступила на шаг, переводя дыхание. Сердце колотилось в груди, но не от страха, а от адреналина. Мне нравилось чувствовать эту силу, чувствовать, что я больше не та беззащитная девчонка, которой была раньше. Лукас видел во мне слабую, наивную фигуру, но я уже давно вышла из этого образа, оставив его в пыли прошлого.

— Может быть, — ответила я, не отводя взгляда. — Но пока я здесь, я буду бороться. И я буду помнить каждое твое слово, каждую твою презрительное усмешку. Когда все закончится, я хочу, чтобы ты знал, кто именно тебе это сказал.

Он снова издал свой неприятный смешок, но в нем уже не было былой уверенности. Что-то в моем взгляде, в моей решимости, видимо, заставило его задуматься. Он видел, что я не остановлюсь, что я готова идти до конца, чего бы это ни стоило. Этот бой, каким бы он ни был, был лишь началом.

И вот мы с Лукасом задрались. Я слышала, как Клэр, Фрэнк и Хьюго пытались нас остановить. Они явно переживали за меня. Было видно, что им не безразлично, как все это закончится, и они пытались вмешаться, чтобы предотвратить конфликт. Но в тот момент эмоции взяли верх, и мы не слушали никого. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, как важно было их беспокойство и как сильно они хотели защитить меня.

Щека горела огнем, и я чувствовала, как по ней стекает что-то липкое – кровь. Лукас только что ударил меня, оставив на лице некрасивую ссадину, и в этот самый момент, словно по сигналу, дверь столовой распахнулась. На пороге стояли Макс и Капитано.

— Что здесь происходит? — голос Макса был напряженным, почти рычащим, а его взгляд метался между мной и Лукасом, словно он пытался понять, кто из нас виноват. Капитано, как всегда, сохранял свою фирменную невозмутимость.

За спиной я слышала голоса ребят. Они явно пытались вмешаться, чтобы предотвратить худшее, но, кажется, было уже слишком поздно.